Размышление о блаженстве

Торжественный, созданный для полного оттяга, день, кишит изобилием новостей. Юнги с подгулявшим видом, оповещает, что машина прибудет за нами вечером, где-то в 19-20, вкалывает мне остатки мета и укладывает на кровать — это лишнее, дозняк не велик, но я покорно ложусь, томясь в предвкушениях. Прошло каких-то три секунды, а я уже понял, что погорячился. И как блондинчик выдержал весьма смачный приход, с таким-то весом? Кэмчик говорил, что это дерьмо превращает всех людей вокруг в уёбков, желающих тебе зла. Да, я постоянно замечал такие перемены, но ничего. Когда-нибудь грязь выйдет из берегов, вымоется со временем и всё приобретёт должный лирический образ. Какая-то неведанная сила хочет вернуть меня в компанию. Этих, так называемых детей я уже позабыл. Здесь дело было даже не в возрасте, а в состоянии какого-то умственного бессилия — я уверен, что все они остались прежними, наверное, как и я. Чонгук, Тэхён, Джейк, Чимин: 4/2. Должен признать: перемены всё-таки существенные. В какую часть компании мне уготовано влиться? Думаю, к «отбывшим», тут вопрос времени, а так смерть не удивительна, как и жизнь. Пиздец. Когда блондин вернулся, то уселся на край кровати и подсел мне на уши. Бля, да мой корефан Кэмчик и то базарит вдвое меньше. Решив, что Юнги пустил по ноздре, я смирился, решая не слушать. Нихуёвый такой план. Лицо бы его стало вмиг страшным, прочти он мои мысли, но дыхание наверху исправное, поэтому я решаю порадоваться временной утрате талантов телепатии. Вдруг Юнги погладил меня по голове — догадливый мальчик, хороший. Словно, целительная сила, поступившая мне в кровь, разлилась по братьям-артериям и успокоила, говоря: «Тебе ничто здесь не угрожает, Чимин. Юнги теперь с тобой, и расслабься». Я, обездвиженный чарами, повёлся на этот позыв к спокойствию и прикрыл глаза, постигая значение слова «телепатия», да и пох. — Мне не страшно, что я люблю тебя, — думал, опять голоса в голове, а на деле сам выпалил вслух. Юнги молчит. Ну, и славно. Не знаю сколько ещё времени прошло, но он таки открывает рот, вещая: — Когда прибудем на место, увидишь мой потайной шалаш. Там и будем жить. Мне поебать согласен ты или нет, ты будешь рядом. Не навыдумывай лишнего сейчас. Ты это умеешь. Безумие в твоей голове, кстати, даже симпатично, так что тоже не парься. — Чо ты вздумал успокаивать меня? — Скажу одно, — он убрал руку с моих волос и встал, распахнув жалюзи, свет пробрался чересчур режущий. До этого было лучше: со слабым светом и рукой Юнги, ласкающей мою шевелюру. — Короче я не потерплю тупых вопросов от неглупых людей, — это он мне что ли? И радостно и горько, впрочем он и сам такой, сам живое воплощение этих двух слов. Радостный и в то же время горький. Юнги работает на улице, Юнги работает у себя дома — вот конкретная дипломатия. — Чимини, иди ко мне, хочу кое-что показать, — полуживая ласка со стороны Юнги безмерно радовала меня, а блядская оконемелось сустав чо-то нихуя не в кайф, — Знаешь, я мог легко убить тебя, да? Без понятия с чего такой вопрос, но я согласно отвечаю: — Мог. — Поживей! — визг, резкая вспышка гнева: истерического, безмозглого, прямо как у ребёнка с острым психозом. Вздор. Ненатурально, неразумно, словно мне показалось. — Грёбаный щенок, — сказал он уже привычным тоном, однако было ясно, моё поведение пришлось блондину не по душе. Блять! Что с этим уёбком не так? Агония. Дрожь, будто перед страхом смерти охватила всё тело, но в то же время хотелось угарать. Такое полюбас от дёрнутой струны. Делать не чего, я встал и подошел к окну, где смиренно стоял Юнги, он вывалил горсть ЛСД из кармана вместе с крошками табака и комками пыли. Я поочерёдно отделил себе три разноцветных и закинул разом в рот. — Повернись спиной, — теперь парень не нежничает, скорей решил придать безразличность словам. Я повернулся и стоял, глядя в лиловую стену, пока перед глазами на долю секунды не пронеслась розовая бандана, снятая с руки блондичка. Вот, она уже завязана на затылке, плотно сжимает глаза. Мой пенис немедленно встал. Наверное Юнги улыбался уже без всякой примеси легкой злобы на лице. Я потянулся губами на его близкое дыхание. Уткнувшись в цель, я принялся целовать его долго и нежно, давал пососать свой язык и проводил им по верхней и нижней губе. От таких действий я слегка задрожал и сильно прижался к нему, чувствуя такой же горячий член Юнги, немного об него потёрся. Тот позволил совместить ласку. Если я и был практически рабом, вовсе не означало, что он не может быть нежным со мной. И мне это очень понравилось, хотя строгость хозяина заводила куда как больше. — Подожди меня здесь. Мы сейчас устроим круговорот, — сказал блондин и, судя по шагам, удалился. Как вернулся, продолжил: — Я не могу сделать тебе приятное, Чимин. Поскольку ты так сильно хочешь секса, что в твою попу невозможно проникнуть даже пальцами, не говоря уж о других частях тела. Дошло, что игра началась. Правила меня пугали, но и будоражили тоже. — Поэтому я принес тебе твою игрушку, — видимо это мой вибратор из тумбы в ванной, — Я присяду тут чтобы видеть часы и тебя. Повязку не снимать. Начинай дрочить — на все тебе ровно 30 секунд с момента получения игрушки. Если не успеешь — отложим твою эякуляцию до завтра. Все это время я стоял ровно не дотрагиваясь ни до каких частей своего тела. Возбуждение никуда не исчезло. — Конечно для нас обоих будет лучше если ты все-таки кончишь, потому что тогда мне не придется размягчать твою попу вибратором, потому что трахнуть я тебя сейчас все равно хочу, — объяснял как родитель маленькому ребёнку. Чувство стыда. — Потом забежим в гей бар неподалёку. Чимини, я хочу выпить, а там неплохой алкоголь. Вот твоя таблетка, — он открыл пальцами мой рот и положил её на язык и заставил глотать. Опять чёртовы таблетки, я надеялся на большую фантазию. — Это моя замороженная сперма, и вот тебе сосуд куда нужно будет кончить. Время пошло. Я дёргано начал дрочить свой член. Как в плохих порно фильмах подставил пластиковую коробочку к своей головке, боясь проронить хоть каплю. Думал я только о замечательной таблетке внутри кишечника и считал секунды. На 27-й начал извергаться, закончил ровно на 30-й. — Открой глаза, — я последовал приказу. Оказалось, что я наполнил коробочку почти до краев, слегка поморщившись подошёл к кровати, вручая Юнги баночку с кончей, осознавая что в следующий раз мне придется несладко. Скорее горьковато — именно такой его сперма была на вкус. На вкус спермы действительно знатно сказывается употребление кокса и мета — сплошная горечь. Юнги поцеловал меня в лоб, глядя на мой член, он все еще пульсировал хотя заряд вылетел полностью и дуло было пустым. Блондн набрал смазки на палец и слегка размял мою дырочку — она тоже все еще содрогалась после недавно пережитого сильного оргазма. Оторвавшись, он унес коробочку с моим соками  — вернулся и толкнул на кресло. Я упал как бы приседая на колени так, что попа была практически открыта для атаки. Уже в следующую секунду под глубокий и горячий вздох, Юнги вошел в меня и начал быстро двигаться прижимая меня всем своим телом к креслу. Так, словно, все что ему нужно: кончить как можно быстрее и наполнить моё тело его маленькими клеточками. Весь наш шустрый трах продолжался недолго, Юнги толкался, будто используя моё тело, игнорируя меня самого внутри него. Так, блондин наполнил меня спермой при этом его головка наверняка стала такой чувствительной, раз он совсем не мог двигаться какое-то время. Дальше он вынул свой хер медленно, а я почувствовал как мой анал успел закрыться. Секс с Юнги как и его внешний вид. — Я приготовил тебе еще один подарок, — сказал он, протягивая пластик яйцеобразной формы. В другой руке он держал маленькую коробочку с несколькими кнопками. — Это вибратор с дистанционным управлением. Наклонись и раздвинь булочки. Осторожно Юнги ввёл подарок в меня, принадлежащая ему сперма осталась внутри. Блондин отправил коробочку с управляющими кнопками в карман, мы оделись и пошли в местный бар. Причем мне выдали тонкие шорты, трусы остались дома, как и мой, тщательно подобранный наряд. По дороге он первый раз нажал на кнопку, я дёрнулся, чувствуя слабую вибрацию. Юнги шёл рядом, прекрасно видя, как моя походка сменилась на слегка неуверенную. — Тебе приятно или не очень? — спросил блондин. — А что, не видно что ли? — ответил я и как можно незаметнее указал вниз на шорты. Он посмотрел — если полный стояк это 10 пунктов то там были все 8. Член мой был тверд, но к счастью располагался головкой вниз и от трения о шорты, я чувствовал приступы удовольствия. — Ты главное попку не разжимай, а то потечешь. — Я сжимаю как могу, но от этого встает сильнее. — Ну, видишь, тренировки у тебя на каждом шагу, — безэмоционально подколол Юнги. В баре мы сели за столик и мне поручили сходить за напитками. Людей тут было хотя и не очень много, зато зал довольно просторный и почти каждого подходившего к стойке было хорошо видно. Когда я пошел за выпивкой, заметил, что белобрысый извращенец выложил коробочку на стол. Блять, по пути к стойке, он начал поигрывать кнопками. Я стоял в небольшой очереди, переминаясь с ноги на ногу и изредка одергивая шорты. Обратно шел и нес по большому стакану с соломинкой в каждой руке. Ублюдок усилил вибрацию. Член начал топорщить шорты. Несколько парней сидящих недалеко хихикнули. Я начал идти немного боком, а когда садился и ставил стаканы на наш столик, хуй под шортами уже откровенно прижимался к животу. Лицо полюбас было красным, но что-то сказать я не имел права. — Я тебе скажу что на этом твои мучения не закончены, дорогой. Сейчас ты пойдешь в туалет и быстро сдрочишь, а всю свою сперму принесешь в кулаке обратно. И смотри ничего не роняй, — он устроил очередной прилив краски к моему лицу. Механически я встал, Юнги разумеется нажимал кнопки, и пока я шёл до туалета всем было очевидно, зачем я туда направляюсь. Кончил я быстро, а когда возвращался с амёбным лицом и семенем в руке, увидел, как Юнги неторопливо сосал водку с кока-колой. На шортах впереди виднелось небольшое мокрое пятнышко — уёбок конечно же в открытую посмотрел туда. Рука моя была сжата в неплотный кулак, Юнги подставил стакан, откуда только что пил, и я вытер ладонь о край стекла. Мне было разрешено сесть и размешать соломинкой — белая густая слизь хлопьями и полосками завихрилась в стакане. — Пей, — сообщил Юнги будничным тоном. Мы выглядели порядочно и хорошо на первый взгляд, так, что любому прохожему бы показалось: эти двое друзей обсуждают тв-шоу, дела по работе или еду. Всё дело в определенного вида несерьёзности нашего разговора: мы милые люди: красивые и воспитанные. Спокойные голоса, обыденный тон. Два прилежных парня, одному из которых пришлось пить сперму. Соломинка была тонкая, и иногда мне приходилось облизывать другой конец, чтобы избавиться от кусочка моего собственного семени. Юнги практически не обращал внимания на мой позор. Если следовать такое диете, то еще пару месяцев и человек будет просить спермы, потому что не только привыкнет, но и полюбит ее. До конца вечера приключений не было кроме того, что по пути домой блондинчик немного поиграл с вибратором в моей попе. Я остановился и зажмурился, а Юнги в этот момент увидел, как по моей левой ноге течет его сперма. Когда мы пришли, до отъезда было 10 минут в запасе, и Юнги, разувшись первым, прошёл в гостиную. — Иди сюда, смотри вон там, за нами приехали мои друзья, — я подошел, расправившись с кедами. Блондин указывал на двух парней: мексиканец с наколками на лице и азиат с розовой шевелюрой. Чудесно, пусть будут они! Невъебенный подзатыльник чем-то весомым, и я проваливаюсь во мрак. Чик.