Обо всех и каждом

      Джессика нарядилась так, словно собиралась на свидание. Она завила тёмно-синие волосы до плеч в крупные кудри, сделала броский макияж, накрасила длинные ногти в сочный ультрамариновый, надела короткое чёрное платье и медленно натянула тонкие чёрные чулки. Сегодня Джесс идёт на концерт, выклянчив билет у знакомой в фан-зону. Ей стоило огромных усилий уговорить малолетнюю дуру и отправить несколько фотографий груди, чтобы получить файл с билетом по электронной почте.       Девушка остановилась перед зеркалом, оглядывая себя снова и снова. Накинутый тёмный кардиган с длинным рукавом скрывал белую кожу, усеянную татуировками. Сжав губы в тонкую линию, чтобы сдержать рвущуюся улыбку, Джессика приподняла подол платья и скользнула взглядом по кружевам чулок, ещё выше — алое кружево почти прозрачного боди. Джесс тихо засмеялась, одёрнула юбку и, схватив небольшую сумку с пивом, выскочила из квартиры, даже не удосужившись попрощаться с матерью.       Дорога до метро оказалась короткой, потому что она почти бежала на каблуках по мокрой улице, чуть не упала с лестницы на последних ступеньках, чудом не застрял каблук в сливах, и повезло, что она буквально за минуту запрыгнула в открытые двери вагона. Поздно вечером вместе с ней ехали лишь подвыпившие мужики, уставшая мать со спящим ребёнком, и группа полицейских с собаками. Джессика совсем не думала о том, что творилось вокруг, её мысли занимал лишь предстоящий концерт. В голове яркими вспышками проскальзывало множество других тусовок, но ни одна не сможет сравниться с этой. Сжимая сумку на своих коленях, девушка улыбалась с закрытыми глазами, стараясь унять это бешеное сердцебиение и тянущее чувство внизу живота.       Джессика должна была приехать за час до начала, но опоздала и появилась в длинной очереди только за полчаса. Люди двигались быстро, кто-то допивал бутылку текилы, некоторые открывали пиво. Джессика оглянулась, разглядывая толпу позади, смурное ночное небо и стоящие в пробке автомобили. — Девушка, шагайте, — сказал гоповатого вида молодой человек, грубо пихнув Джесс в поясницу.       Возмущённо воздохнув, она быстро зашагала вперёд, поднялась по лестнице и у дверей в крупный клуб, достала из сумки телефон. Женщина перед рамками отсканировала штрих-код и пропустила. Секьюрити чудом не заметили несколько бутылок пива на самом дне, и Джессика быстро пошла дальше. Она бывала тут и не раз, на других концертах, которые имели странные и сомнительные названия, а разношёрстный контингент, посещавший такие тусовки, пугал своим разнообразием. В полутьме толпа вместе с Джесс шла по коридорам и поднималась по лестницам, а после они спустилась в огромный зал, где подсвечивались лишь барные стойки, партер и, совсем тускло, сцена. Девушка зашла в туалет лишь для того, чтобы запереться в кабинке и выпить бутылку пива разом. Лучше, когда ты можешь быть наравне со всеми. Алкоголь ударил в голову почти сразу, расслабляя тело и освобождая голову от ненужных мыслей.       Джессика вышла из туалета и быстро-быстро пошла в сторону огороженного участка зала, к двум девушкам в белых футболках. Они вновь проверили билет и пустили в фан-зону. Джесс двинулась к толпе, как можно ближе к сцене. Вокруг обступил народ, музыка стихла, пока на сцену не вышел молодой парень с тёмными дредами и шоколадного цвета кожей. Толпа ликовала и кричала, оглушительно свистела, приветствуя первые громкие аккорды. — Вы готовы разогреться? — крикнул в микрофон певец, — Начнём же!       Приятный слуху рок зажёг внутри спящую некогда оторву. Джесс ждала лишь этого момента, и стоило толпе, в которой она стояла, зашевелиться, как тело само начало двигаться в такт огдлушительной музыке. От неё сносило башку, уносило прочь всё наболевшее, а настроение поднималось само собой. Одна песня сменялась другой, аккорд заменял аккорд, а потом всё стихло. Разогрев удалился со сцены, выкинув в толпу барабанные палочки и медиаторы.       Пробравшись через толпу, девушка зашла в туалет. Ей было жарко, но макияж стойко держался на месте, а снимать кардиган она не хотела — потеряет. Джессика сидела в кабинке пока не услышала, как свистят парни. Пробраться на прежнее место оказалось невозможным. Теперь она была чуть дальше от сцены, зажата между людьми без возможности пошевелиться. На сцену вышел солист её любимой группы, сорвав с губ всех собравшихся крики восхищения. Бас-гитара, виолончель, соло, барабанщица. Джессика видела каждого члена группы на сцене так близко впервые, закричала сама, влившись в этот неожиданно слаженный хор голосов.       От выпитого пива кружилась голова, тяжелели ноги, но она, как и все, махала рукой и пела знакомые строки из песен. Толпа вокруг, жар чужих тел, то справа, то сзади она натыкалась на людей, но атмосфера вокруг и музыка заводили Джессику. Девушка коснулась одной рукой своей груди, почувствовав ладонью, что соски набухли и затвердели. Джесс засмеялась, зажмурилась, утопая в звуке чужих голосов. Она чувствовала обжигающе горячую волну, проходящую по телу, и вцепилась обеими руками в свою большую грудь, сжимая почти до боли.       Спустя секунду ей почудилось, что кто-то провёл по её спине пальцами, но, списав это на случайное касание, Джессика не открыла глаз. Лишь тогда, когда две небольшие ладони с нажимом провели по пояснице, а пальцы сжали ягодицы, Джессика распахнула глаза. Она хотела остановить чужие руки, но ледяные пальцы до боли сжали запястье одной руки, и девушка ахнула, поражаясь такой силе. Ладонь неизвестного огладила ягодицы, скользнула ниже, приподнимая кардиган и подол платья. Невесомое прикосновение к бедру, вызвавшее мелкую дрожь. Щёки Джессики пылали, а её просьбы прекратить тонули в хоре голосов. Холодные пальцы тянулись выше, прочерчивая шов боди на ягодицах, кружева на бёдрах, прозрачную вискозу с рисунком на боках и рёбрах. Не успев коснуться груди, ладонь повела вниз, по солнечному сплетению, животу, останавливаясь на паху. Джессика сжила руку в кулак, которую до сих пор держали за спиной, а второй вцепилась в тонкое, точно женское запястье. Пускай она и выглядела как шлюха, но не являлась таковой. Только незнакомка за спиной резко дёрнула руку вниз, надавив пальцами на клитор и заставив Джесс стиснуть зубы и согнуться. — Нет-нет! Не надо! — крикнула она, но так и не смогла перекричать музыку.       Пальцы двигались с нажимом, резко, раз за разом заставляя задерживать дыхание. На глаза Джессики навернулись слёзы, но сама она не могла понять, нравится ей это или нет. В голове всё смешалось. Всё это было похоже на порно, а не на реальную жизнь. — Перестань! — Джесс не могла нормально ухватиться за тонкое запястье, потому что не слушались пальцы.       Незнакомка двинулась дальше, проведя по врезавшейся в киску ткани боди. Очертив выступающие половые губы пальцами несколько раз, она резко дёрнула край ткани, расстёгивая три кнопки. Джессика была готова заплакать прямо тут, чувствуя ужасный стыд. Она намокла от чужих грубых ласк. Холодные тонкие пальцы опалили клитор, огладили губы, собрав смазку и нырнули внутрь. Джессика прерывисто выдохнула, вцепившись второй рукой в собственную грудь. Она не заметила, как её отпустили, но отчётливо почувствовала мягкие пальцы на пояснице под платьем. Движения незнакомки резкие, глубокие, но от приятных ощущений Джессика свела ноги вместе, не в состоянии их развести. Несколько щипков за задницу заставили её это сделать, пускай и дрожали колени.       Джесс чувствовала странные накатывающие волны каждый раз, когда незнакомка проникала по самые костяшки и давила наверх.       Один палец.       Два.       Три. — Стой! Остановись! Я сейчас!.. — кричала девушка, дрожа всем телом, — Нет! Нет! Хватит!       Влагалище болело от таких резких движений, каждый раз неизвестная задевала клитор и заставляла Джессику стонать в голос. На сцене взорвались пушки, выпустив четыре столпа огня, а Джессика содрогнулась. Пальцы девушки за спиной жали сильно, до такой степени, что Джесс кончила лишь от этих ощущений. Пальцы медленно покинули её тело, а по бёдрам потекла смазка. Незнакомка медленно вытерла свои пальцы о чёрные чулки, схватила Джессику за волосы и дёрнула назад, оставляя на шее яркий след.       Стоило Джесс обернуться, как она не увидела никакой девушки за спиной. Пересилив себя и пробравшись через толпу в туалет, она привела себя в порядок, упёрлась руками в мраморную хай-тек раковину и опустила голову. Сердце до сих пор бешено колотилось, а внизу живота всё сводило в тугой ком. Только сейчас Джессика заметила, что из кармана кардигана торчит уголок голубой бумажки. Достав её, Джесс поджала губы.       «Позвони мне, крошка. Хочу заценить твоё боди не только на фотках» — гласила записка, написанная невозможно знакомым почерком.