Глава 31. Трис
10 сентября 2017 г., 22:02
Я жду реакции Тобиаса, медленно осознавая, чем обернулась для нас двоих моя забывчивость. Смотрю на мужа, и первые несколько секунд на лице любимого читается удивление, которое затем превращается в глупую счастливую улыбочку. Он тянет меня к кровати, садится на край, усаживает меня на свои колени и крепко сжимает в объятиях. Опускаю голову на его плечо, прикрываю глаза, и мы оба молчим.
Мыслей в моей голове так много, что мне трудно сосредоточиться хоть на одной из них, но я пытаюсь. Могу точно сказать, что меня одолевают смешанные чувства. Я испытываю радость от того, что моя давняя мечта о семье и детях скоро осуществится. Мне, как любой женщине, хочется подарить любимому ребенка, но где-то глубоко внутри я понимаю, что моя жизнь изменится из-за этого навсегда, и я страшусь этого нового поворота. Я боюсь, что не смогу быть хорошей мамой, потому что сама рано потеряла родителей.
Мне придется уйти с работы и посвятить себя ребенку. Больше я не смогу рисковать своей жизнью на заданиях, больше не почувствую адреналина в крови и необходимость своей команде и стране. Большую и важную часть моей жизни заменит что-то более значимое.
Мы никогда не обсуждали детей и не планировали их так скоро. Наверно поэтому сейчас мне трудно разделить искреннее счастье Тобиаса. Просто это случилось слишком рано.
— Ты понимаешь, что наша жизнь изменится? — наконец спрашиваю его, прерывая наше молчание, тру глаза, чтобы не заплакать. — Прости, это моя вина…
Запинаюсь и опускаю голову, но он пальцами подцепляет мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Не говори ерунды! Ты не виновата, мы оба потеряли бдительность, но я не жалею об этом, — говорит Тобиас. — Понимаю, что изменимся и мы, и наша жизнь, но я рад этому, — смотрю на него с недоверием, и он начинает смеяться. — Любимая, мы со всем справимся вместе. Представь, сколько нянек будет у нашего малыша, сколько людей его безумно полюбит еще до его рождения. А мы с тобой будем самыми лучшими родителями, потому что ничего в жизни не будет важнее, чем его счастье.
Я улыбаюсь, понимая, что он прав во всем. Вместо ответа прижимаюсь к нему губами, чтобы передать всю свою любовь к нему и благодарность за слова поддержки, которые мне так хотелось услышать. Он целует в ответ, еще больше заряжая меня уверенностью в завтрашнем дне.
— Я хочу рассказать девочкам… — говорю, когда наконец отстраняюсь, а Тобиас смеется.
— Ох уж эти женщины! Вами правит коллективный разум! — восклицает он и передает мне телефон, но тот сам начинает звонить в моей руке. Улыбаюсь, потому что это Кристина. Я соскучилась по ее голосу и уже представляю, как она обрадуется счастливой новости. Принимаю вызов и не успеваю поздороваться, как она выпаливает:
— Трис, выслушай меня, не перебивая. Макса и Джанин арестовали по подозрению в убийстве главы департамента по особо секретным делам, но их подставили, — говорит она быстро. — На всю нашу команду выписан ордер на арест, а в офисе проводится обыск. Сидите тихо и не высовывайтесь, пока все это не разрешится. Ты меня поняла?
— Крис, у меня в голове не укладывается эта информация. Вы в порядке? — спрашиваю ее дрожащими губами.
— Да, нам с Эриком, Юраем и Марлен удалось скрыться, потому что нас не было в офисе. Зика и Шону допрашивают вместе с Максом и Джанин, — она тяжело выдыхает. — Мы кому-то серьезно насолили.
— Мы с Тобиасом вернемся и поможем вам все выяснить, — говорю уверенно, не допуская возражений. — Наверняка найдутся доказательства невиновности наших боссов. Я свяжусь с тобой, когда мы прилетим.
Отключаюсь и бросаюсь собирать чемоданы, параллельно объясняя мужу суть разговора. Он помогает мне собираться, и спустя пару часов мы готовы к тому, чтобы вернуться домой.
— Нас могут задержать в аэропорту Чикаго на первом же паспортном контроле, — говорит Тобиас и берет меня за руку. — Нужно найти обходной путь.
Он прав, и сейчас мне в голову приходит только один человек, который может нам помочь — Рэнди Пауэр. Мы созваниваемся с ним и просим об услуге. Он с радостью готов вернуть нам должок, соглашается выделить нам свой частный самолет, который никогда не досматривают.
***
Мне дышится гораздо легче, когда самолет приземляется в Чикаго. Весь полет я не переставала думать о нашей команде, поглаживая свой еще плоский живот, этот жест меня хоть немного успокаивал. Тобиас все время наблюдал за мной, но ничего не говорил, давая мне возможность самой найти в себе внутреннее равновесие. Только, мне кажется, это случится не раньше, чем разрешатся наши проблемы. Помощник Рэнди встречает нас у трапа, проводит мимо всех контрольных пунктов, сажает в тонированный джип и передает папку с информацией о деле наших боссов, которую, по своим каналам, успели собрать служба безопасности Пауэра. Получаю от Кристины сообщение с адресом, где мы можем встретиться и отсидеться какое-то время. Это дом ее родителей за городом, но сейчас там живет только ее мама, потому что отец умер много лет назад. Пока мы едем туда, просматриваем папку. — В деле есть отчет об экстренном вызове полиции по адресу Брэндона Стоукса. Помнишь его? Это директор департамента по секретной работе, который приходил к нам в офис, — напоминаю Тобиасу, и он кивает, а я продолжаю зачитывать отчет. — Так вот, звонил неизвестный и сообщил о шуме, криках и выстрелах в доме по соседству. Прибывшие на вызов оперативники обнаружили над телом хозяина задержанных — Джанин Метьюз и Макса Фостера. Эксперты не нашли их отпечатков на оружии, но пятна крови на их одежде дают основания для выдвижения обвинений. Задержанные своей вины не признают, настаивая на том, что они прибыли на место происшествия всего на несколько минут раньше полиции, а кровь объясняют тем, что пытались оказать первую медицинскую помощь, но Стоукс к моменту их появления уже был мертв. Прерываю свой рассказ, чтобы подавить приступ тошноты, в красках представив ужасную картину, откидываюсь на сидения и прикрываю глаза от усталости и напряжения. — Если это все подстроено, то нужно найти того, кому это выгодно, — рассуждает любимый. — Надо бы поговорить с боссами, но вряд ли это возможно без того, чтобы самим не попасть на допрос. А трясти сейчас будут всех нас. Полиции нужно исключить предварительный сговор группы лиц, — чувствую, как Тобиас обнимает меня, целует в висок и мне становится немного легче и спокойней. Когда мы подъезжаем к дому, сама хозяйка встречает нас, крепко обнимает и провожает в гостиную, где сидит вся наша команда. Зик и Шона тоже здесь, потому что, допросив, их отпустили из-за отсутствия доказательств причастности к преступлению. Мы все рады встрече, но лица у всех очень серьезные и сосредоточенные. — Мы были в офисе, когда Стоукс лично позвонил Джанин и Максу, попросил срочно приехать по какому-то важному вопросу, но в подробности не вдавался. Они уехали, а через пару часов полицейские приехали в офис и задержали меня и Шону, — рассказывает нам Зик. — Оказывается, что у директора и наших боссов были разногласия по некоторым проектам. Полиция считает это мотивом убийства, но конкретно на нас у них ничего нет. Против боссов еще играет то, что пропали записи с камер видеонаблюдения на улице у дома Стоукса. — Это же просто бред! — не выдерживает Эрик. — Все шито белыми нитками! — Ты это понимаешь, и мы тоже, но факт остается фактом — Макс и Джанин были на месте преступления, — подытоживает Тобиас. Я встаю и начинаю расхаживать по комнате, пока остальные обсуждают наши дальнейшие действия. Тошнота снова вернулась, и я стараюсь дышать ровнее, чтобы она отступила. Останавливаюсь у окна и упираюсь рукой в стену, наклоняю голову, которая начала болеть из-за того, что ребята громко спорят. Тобиас замечает мое состояние и подходит ближе. Тру висок и морщусь, когда любимый пытается заглянуть мне в глаза, наконец он не выдерживает: — Заткнитесь! Трис беременна, а вы кричите как на пожаре! — прикрикивает на них, чтобы угомонить, совершенно не задумываясь, что только что открыл друзьям наш еще маленький секрет. Мгновенно повисает тишина, и друзья смотрят на нас ошарашенно. Первой приходит в себя Шона, которая просто встает и обнимает меня, а остальные поздравляют наперебой, создавая еще больше шума. — Почему вы молчали?! — как обычно, первой начинает возмущаться Кристина. — Ну, если учесть последние события, не нашлось место в диалоге, куда можно было бы вклинить фразу «у нас будет ребенок», — говорю с сарказмом, улыбаясь при этом. Тошнота исчезает так же внезапно, как и появилась, но пульсация в виске все еще причиняет дискомфорт. — Пошли, я провожу тебя в комнату, где ты сможешь отдохнуть, — спохватывается Крис, и мы вдвоем покидаем гостиную. Она показывает мне комнату и возвращается к остальным, а я ложусь в кровать, чтобы немного поспать.***
Тобиас будит меня легким поцелуем, я открываю глаза и вижу, что за окном уже стемнело. Любимый включает ночник на тумбочке, и я щурюсь. — Трис, пока ты спала, мы с парнями съездили в офис. Копы уже вынесли оттуда все, что посчитали пригодным для следствия, и там сейчас разруха, но мы кое-что обнаружили, — я привстаю, но он заставляет меня лечь обратно и продолжает: — Мы нашли прослушку: в гостиной, кухне, кабинете Макса и Джанин, в ваших спальнях, коридорах и других помещениях. Их никто не нашел раньше, потому что не искал. Сама понимаешь, у нас в офисе не бывают случайные людей и методом исключения мы вычислили, что только один из наших гостей был у нас достаточно долго, чтобы поставить жучки… — Питер Хейес! — тут же понимаю я. — Именно, милая. Марлен и Юрай ищут всю информацию, которую только смогут найти на него, чтобы узнать, чем боссы ему так насолили. Пойдем, тебе нужно поесть, нельзя морить мою дочь голодом, — он тянет меня за руку, но я замираю. — С чего ты взял, что будет девочка? — недоумеваю я. — Не знаю, мне так кажется. Думаю, она будет вся в тебя, такая же упрямая, но невероятно красивая. — А если мальчик? — Тогда он будет таким же умным, сильным и очаровательным, как я, — шутит любимый, и я смеюсь над его самоуверенностью. Но разве не за это я его полюбила? Конечно, и за это в том числе. Пока мама Кристины кормит меня ужином, ребята погружены в исследование. — Кажется, что-то нашел, — наконец говорит Юрай, и мы все собираемся у него за спиной. — Вот фото родителей Хейса с выпускного в полицейской академии. Посмотрите сюда, — он указывает на увеличенное изображение на экране. — Макс и Джанин, они выпустились в один год. — Посмотрите на их командира, — показываю в компьютер. — Это молодой Брэндон Стоукс. — Друзья кивают, соглашаясь со мной. Очевидно, что родители Питера были знакомы с боссами, но мотивы Хейеса подставить Макса и Джанин не стали прозрачней. Мы продолжаем копать, но информация о Питере Хейсе как будто испарилась. Кто-то позаботился о том, чтобы удалить все следы. Почти до самого утра мы исследуем интернет, но безрезультатно. Тобиас настаивал на том, чтобы я пошла спать, но энергия наоборот била из меня ключом, ведь я хорошо выспалась. Поэтому он прекратил все попытки и позволил мне остаться. — Эй, ребята! Мне написал пользователь под ником «Пантера», — говорит Марлен, допивая пятую чашку кофе. — Этот умник засек мой запрос и интересуется, зачем я разыскиваю Питера Хейеса. Странно… Он знает, кто мы и чем занимаемся. Но откуда? — удивляется подруга и начинает что-то быстро печатать. — Он готов поделиться информацией, но только при личной встрече. — Договаривайся, нам нужны любые данные, — говорит Эрик, зевая, — но не очень рано. Нам бы пару часов поспать. — Он согласен на встречу в торговом центре в час дня, но говорит, что встретится только с Фором… — Марлен замолкает и смотрит на меня, остальные делают то же самое, будто ожидая, что я буду против. Я тоже, разумеется, волнуюсь за своего мужа, потому и не отпущу его одного. Даже беременная, я все еще его напарник. — Не надо на меня так смотреть, — одергиваю всех. — Я в порядке! И Эрик же сказал, что нам позарез нужно заполучить эту информацию. Значит Фор пойдет на встречу… Но со мной, — добавляю и вижу, что Тобиас хочет возразить, но я опережаю его. — Даже не думай… Ни мне, ни ребенку ничего не угрожает, ведь это людное место. А у алтаря мы оба клялись, что и в горе, и в радости… Он вздыхает и кивает, понимая, что здесь он меня не переспорит.***
Марлен договорилась о встрече в кафе на первом этаже торгового центра. Мы ждем уже десять минут, а информатора все нет. Смотрю по сторонам, но не нахожу никого примечательного, потому что народу слишком много. Вдруг за наш столик садится красивая латиноамериканка в облегающем платье с глубоким вырезом: — Привет, Тобиас. Давно не виделись, — мурлычет она, прожигая моего мужчину томным взглядом. Смотрю на Фора, который поменялся в лице и не знает, что сказать, поэтому хмурюсь, почувствовав неладное. — Трис, это Нита — моя давняя подруга, — наконец выдавливает Тобиас, запнувшись на слове «подруга». Кажется я поняла, что это за подруга, поэтому начинаю медленно закипать. — Нита, это Трис — моя жена. Она переводит на меня взгляд, и я чувствую, что она будто сканирует меня, при этом фальшиво улыбаясь: — Сейчас я агент ФБР под кодовым именем Пантера, — говорит она, специально игнорируя информацию о моем статусе. — Данные, что ты разыскиваешь на Хейеса, находятся у меня. Мы с Питером встречались, и я успела вычислить все его слабости и узнать про все грешки. Но я не отдам тебе эту информацию просто так, ты же понимаешь? — Что ты хочешь? — перебиваю ее, чтобы она переходила к сути, не собираюсь с ней церемониться. Мне страшно предположить, что она попросит взамен. — Я еще не придумала, — она капризно кривит идеально накрашенное лицо. Тобиас неожиданно дергается, его рука резко ныряет под стол и достает оттуда руку Ниты. Я взбешена до крайней степени и хочу придушить эту гадину, что посмела приставать к моему мужу у меня на глазах. — Нита, не смей! — цедит любимый сквозь зубы и до хруста сжимает ее пальцы. — Я давно просек во что ты играешь, но мой ответ — нет. Она выдергивает свою руку и растирает ее. — Я просто пошутила, — врет эта стерва. — Хотела проверить, остались ли былые чувства. Теперь вижу, что зря. Хорошо, за информацию на Хейса я хочу, чтобы ваши компьютерные гении расшифровали кое-какие файлы. Мне этого сделать не удалось, может ваши окажутся удачливее. — Мы обдумаем твое предложение и дадим тебе знать, — Тобиас встает из-за стола, пресекая тем самым все дальнейшие разговоры и ее дешевые спектакли, берет меня за руку, помогая мне встать, и ведет к выходу, приобняв за талию, подальше от прожигающего взгляда Ниты.
