Воздух в моей атмосфере

— Как дела в университете? — спросила мама, готовя что-то вкусное на завтрак. — Всё хорошо, семестр же только начался, — ответила я и отпила кофе.       Кофе — это единственное, что помогает мне проснуться перед учебой. Я учусь на втором курсе педагогического, поэтому чтобы не уснуть на первой паре, я приучила себя пить кофе по утрам и принимать холодный душ. Немного, но все-таки помогает. — А как там Дениска поживает? Вы созванивались? — спросила мама.       За долгие годы, что я дружу с Чернышевским, мне пришлось привыкнуть к вопросам о нем. Дело в том, что моя мама просто обожает его, в ее глазах он — единственный, кто мне подходит. «Хороший мальчик, учится в военно-морском университете, а какие у него родители хорошие, мама воспитательница в детском садике, а папа — военный. А какие у него манеры, он же джентльмен: и поздоровается первый, и поинтересуется о самочувствии, и разговор всегда поддержит. Кристина, тебе бы стоило получше приглядеться к нему», — вот такие речи мне приходилось слушать с пятнадцати лет. — Все хорошо у него. Да, он звонил мне на выходных, — соврала я.       На самом деле, я не разговаривала с ним с первого сентября, а сегодня уже шестнадцатое. Ден звонит мне каждые выходные, но я не беру трубку, а потом просто пишу ему, что не слышала. Когда он зовет в скайп, я ссылаюсь на то, что у меня дела по учебе или я плохо себя чувствую. Поэтому единственное, как мы поддерживаем связь — это сообщения в социальных сетях. — Вот видишь, какой он хороший мальчик, вы находитесь на таком большом расстоянии, а он не забывает про тебя, а это точно что-то значит, — начала мама петь в свою любимую дудку. Пора сваливать. — Да, мамочка, ты как всегда права. Мне пора на учебу, — я поцеловала ее в щеку и пошла в коридор.       «А это точно что-то значит», — крутятся в моей голове слова мамы. Ага, это значит то, что я его любимая лучшая подруга, не больше.       Из подъезда я вышла под любимую музыку в своих наушниках. До университета мне идти десять минут, поэтому есть немного времени разобраться в своих мыслях. — Клинникова, ты что глухая? — перед моим лицом появилась Настя, — ах, ты в наушниках.       Разобраться в своих мыслях? Нет. — А ты чего тут делаешь? — спросила я, обычно мы встречались с Настей только на учебе. — За тобой, дурой, решила зайти, — ответила она, — пошли, а то опоздаем, а первая пара вообще-то у Аркадия Анатольевича, он нас убьёт, если мы хоть на минутку задержимся. — И всё же, чего это ты решила за мной зайти? — Ты Дена специально игнорируешь? — посмотрев на меня, спросила Настя. — Что? Я не игнорирую его. С чего ты это взяла? — поинтересовалась я. Откуда она знает? — Он мне вчера звонил, мы там поболтали немного, и он спросил, что с тобой происходит? — А что со мной происходит? — не поняла я. — У меня тот же вопрос. Ден начал замечать, что ты избегаешь разговоров с ним, я сказала ему, что он накручивает, он ответил, что может быть это и так. Поэтому, хватит его игнорировать, иначе он начнет искать причину, а единственная причина — ваш секс и твои чувства к нему, — сказала Настя. — Ладно, хорошо, я постараюсь отвечать на его звонки, — ответила я.       Нам повезло, мы зашли в кабинет за минуту до начала пары. Пары Аркадия Анатольевича — самые скучные, но мы посещаем их, только для того, чтобы он поставил нам зачет автоматом. Но зато у меня есть время немного поспать. Ну, или подумать.       Значит, Ден догадался, что я не хочу с ним разговаривать. Ну да, это очевидно: две недели не разговаривать с лучшим другом, хотя раньше созванивались по десять раз в день. Я просто не знаю, как с ним разговаривать после той ночи. Например: «Привет, Ден, как дела? У меня все хорошо, я пытаюсь забыть наш секс и заглушить свои чувства к тебе. Да, а ты чем там занимаешься?».       А еще что-то странное творилось с моим организмом сегодня. С утра у меня болела голова, и хоть я и выпила обезболивающие, она до сих пор болит. И этот запах духов Насти меня раздражает. Мне кажется, меня сейчас стошнит. — Аркадий Анатольевич, можно выйти? — спросила я. — Выйди.       Я пулей вылетела из кабинета и побежала в сторону уборной. Я была права, меня начало тошнить. Я больше двадцати минут просидела, обнимая туалет. Что за фигня со мной происходит?       Выйдя из кабинки, я подошла к раковине, чтобы умыться, но у меня резко закружилась голова. Я еле удержалась, чтобы не свалиться на пол. Прислонившись к стене, я достала из кармана телефон и набрала Настю. Ну же, ответь. — Алло, — прошептала она, — Клинникова, ты сдурела что ли? Сама же знаешь на чьей я паре сижу. — Насть, когда пара закончится, собери мои вещи, я буду ждать в женском туалете, — слабым голосом сказала я. — Что с тобой? — Я не знаю, — ответила я и сбросила трубку.       Головокружение немного прошло, и я попыталась пройтись к подоконнику, чтобы опереться на него. С трудом, но я сделала это, в это же время в туалет зашла Настя. — Что случилось? — подбежала она ко мне и начала ощупывать меня всю, — как ты себя чувствуешь? Ты меня до чертиков напугала. — Все нормально, просто немного голова кружится, но это пройдет, я сейчас домой пойду, ты прикроешь меня на парах? — спросила я. — О боже, что за глупые вопросы? Конечно, прикрою, — ответила Настя, — ты сама до дома дойдешь? — Да, не переживай.       Мы вышли из туалета и направились к выходу. По началу, мне казалось, что всё прошло, но нет. У меня опять закружилась голова и потемнело в глазах. — Крис, — я услышала обеспокоенный крик Насти, а затем почувствовала, как меня подхватили чьи-то руки, — в медпункт ее, быстрее.

***

      Я почувствовала резкий запах и сразу же очнулась. Я находилась в светлом помещении, возле окна стояла Настя и разговаривала с кем-то по телефону, а около меня сидела медсестра. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она. — Нормально, что я здесь делаю? — Ты упала в обморок, но не переживай, ничего серьёзного не произошло, — сразу же попыталась успокоить меня медсестра, — сейчас я задам тебе пару вопросов, чтобы понять, почему ты себя плохо чувствовала на первой паре. — Хорошо, — ответила я. — Голова болит? — Немного, — сказала я. — Кружится? — Пока сижу — нет. — Тошнота, рвота? — Да, — ответила я. — Раздражительность, недосып? — спросила она. — Ну, немного если только. — Задержка есть? — Что? — удивилась я. — Пока что все признаки указывают на беременность, поэтому если есть задержка, то сделай на всякий случай тест на беременность, — сказала она, — если подтвердится, то надо посетить врача. — Эм… хорошо, — боже, нет, что? Какая, черт возьми, беременность? — А сейчас лучше иди домой, тебя может кто-нибудь забрать? — спросила она. — Да, я уже вызвала такси, — вмешалась Настя.       Когда мы вышли из медпункта, Настя была подозрительно тихой. И все же, когда мы сели в такси, она не выдержала: — Что ты будешь делать, если тест будет положительный? — Я не знаю, — ответила я. Честно, я понятия не имею, что буду делать. Я не планировала рожать ребенка в двадцать лет. — Ты скажешь ему?       Черт. Если это так, и сейчас во мне формируется жизнь, как мне признаться человеку, который не хочет чтобы нас связывала что-то большое, чем просто дружба, о ребенке. Что я скажу родителям, как посмотрю им в глаза? Что будет со мной?       Нет, это не правда. Это отравление, недомогание, что угодно, только не ребенок. Не сейчас. — Я не знаю, — сказала я и начала плакать, — я не готова, Насть. — Эй, ты чего? Ребенок — это же хорошо, это радость в жизни, — успокаивала меня Настя, — сиди в машине, я сейчас тест куплю и поедем к тебе. А там уже все будет зависеть от результата. — Хорошо, — ответила я.       Машина остановилась напротив аптеки. Я наблюдала за тем, как Настя заходит в помещение. Думать о всем этом просто не хотелось. — Беременна, что ль? — спросила таксист, женщина сорока лет. — Не знаю еще, — ответила я, вытирая слёзы. — А ревешь чего? — Не готова просто к такому, — я начала плакать еще сильнее, и она повернулась ко мне. — Кто папаша знаешь? — Да. — Хороший он? — Очень. — Ну и хорошо. Если хороший, значит не бросит тебя с ребенком одну. Вырастите, воспитаете вместе. Вот я свою дочку вообще в семнадцать родила, и ничего, выносила, сама воспитала, парень у меня кобель оказался, как узнал про ребенка, так и исчез сразу. Но я женщина сильная, не отказалась от ребеночка. И сейчас моя дочка — единственное счастье в моей жизни. Так что даже не смей об этом жалеть, ребенок — это лучшее, что у тебя будет, — сказала женщина. — А вот и я, — в машину села Настя. — Куда дальше едем? — Улица Гагарина, дом двадцать три, — Настя посмотрела на меня, — как ты? — Все хорошо, — ответила я, обдумывая разговор о ребенке.

***

— Ну чего там? — прокричала Настя с кухни.       Я сидела в туалете и боялась открыть глаза и взглянуть на тест. Настя купила для меня десять штук разных тестов, и это был мой первый. Так, ладно, на счет три открываем глаза. Раз, два, три. — Положительный, — крикнула я Насте в ответ. — Серьёзно? — я слышала ее голос прямо за дверью, — боже, Крис, открой дверь, я хочу убедиться в этом лично.       Я подошла к двери и отодвинула щеколду, Настя влетела сразу же. Сначала она минуту смотрела на тест, а потом накинулась на меня с объятиями. — Боже, я так рада за тебя, это же так классно, боже, меня переполняют эмоции, боже, здесь развивается жизнь, — она погладила меня по животу, и я засмеялась, — но на всякий случай, проверь оставшиеся тесты. — Хорошо.

***

      Семь тестов оказались положительными и два — отрицательные. Сейчас мы сидели с Настей на кухне и думали о том, как рассказать об этом моим родителям и… Денису. Да, я решила, что он должен знать. Это не будет ни к чему обязывать его, просто не хочу скрывать от него его же ребенка. Но я понятия не имею, как это сообщить всем. — Ну смотри, — начала Настя, — сейчас мы приготовим ужин к приходу твоей мамы, а потом вечером ты, как бы невзначай покажешь ей свой тест на беременность, а дальше все зависит от вопросов. А вечером позвонишь Дену, поболтаете там и просто спроси у него, помнит ли он вашу ночь, спроси, хорошо ли он предохранялся, а потом обрадуй и назови его папочкой. — Красинская, я не завидую твоему будущему мужу, если ты его так обрадуешь, — улыбаясь, сказала я. — А чем тебе не нравится такой вариант? — спросила она. — Мне все нравится, — засмеялась я.       В коридоре послышался звук открывающейся двери. — Кристина, я дома, — прокричала мама. — Черт, она же вроде до семи работает, — прошептала Настя, — ладно, планы меняются, ужина не будет, я свалю, а ты ей сообщи как-нибудь. — Что? Не смей кидать меня, — запротестовала я. — Девочки, вы чего тут шепчетесь? — спросила мама, зайдя на кухню. — Здравствуйте, Ирина Владимировна, — сказала Настя, — как у вас дела? — Здравствуй, Настенька. Все хорошо, у тебя как? У вас уже пары закончились? — Не совсем, дело в том, что Кристине стало плохо, и медсестра отпустила ее домой, а меня попросила проводить, — ответила она. — Что случилось? — спросила мама, смотря на меня. — А это вам сейчас Кристинка и расскажет, а я пойду уже, засиделась что-то, — сказала Настя и свалила. — Кристина, что происходит? — спросила ничего не понимающая мама. — Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, ты лучше сядь, — она, с опаской глядя на меня, села, — мам, я… эм… как бы тебе это объяснить… дело в том, что я немного беременна. — В смысле немного беременна? — Ну, я беременна, но срок не большой, недели две или три, — ответила я, наблюдая за ее реакцией. Она опустила свой взгляд на стол и минуту молчала. — И кто отец? — Денис, — ответила я. — Денис? — удивленно спросила мама, поднимаясь со стула. — Денис. — Так вы все-таки вместе? — с радостью в голосе спросила она. — Ну, я не знаю, я ему еще не говорила, — ответила я. — Ты должна сейчас же ему сообщить, — сказала мама, протягивая мне телефон.       Я ушла в свою комнату и набрала его номер. Прошло ровно шесть гудков перед тем, как он взял трубку. — Какие люди решили мне позвонить, — его родной голос ответил мне. — Привет, — сказала я, и мои глаза почему-то заслезились. — Здравствуй, — ответил он, — как ты там? Ты обижена на меня за что-то? — Нет, все хорошо, я не обижалась, просто был небольшой завал в учебе, — соврала я. — В начале семестра? Крис, да ты — неудачница, — засмеялся он. — Да, я знаю, — улыбаясь, ответила я. — У меня для тебя столько новостей, — сказал Ден. — Да? У меня тоже есть новость для тебя. — Какая же? — спросил он. — Сначала ты расскажи свою, — ответила я. — Так не честно, мне же интересно, давай на счет три скажем вместе? — Хорошо, — ответила я, — раз. — Два. — Три, — сказала я. — У меня появилась девушка, — сказал он, — эй, обманщица, ты не сказала свою новость, ты сжульничала. — У тебя что? — спросила я, отказываясь верить в услышанное. — Да-да, ты не ослышалась, у меня появилась девушка, — повторил он, и мое сердце раскололось на маленькие кусочки, — ее зовут Вика. Мы познакомились с ней здесь, в Питере. Она переехала сюда летом, учиться. Первый курс медицинского. Кристина, она просто сводит меня с ума. Вика — девушка, которую хочется оберегать. Боже, я, наверное, сейчас говорю, как какой-то слюнтяй, но это, действительно, так. Она очень милая и смешная. Я влюбился в нее по уши.       Боже мой, какая же я дура. Переспала с парнем, который считает меня лучшей подругой, так еще в придачу беременна от него. А он влюблен в другую. Нет, а чего ты хотела? Чтобы он взял билет на первый рейс и прилетел к тебе, клясться в любви? Глупая дурочка. — Крис, ау, — позвал меня Денис. — Прости, я просто настолько удивилась, что у меня речь пропала, — с трудом сказала я. — Я сам до сих пор удивлен, — засмеялся он, — так какая же новость у тебя? — Что? Ах, у меня? Ну, она не такая кардинальная, как у тебя. Просто я… я придумала, где мы будем отмечать новый год, — соврала я, — ты же прилетишь? — Конечно, малыш, я уже соскучился по тебе, а это мне еще три с половиной месяца тут сидеть, я же вообще до смерти буду хотеть тебя обнять, — сказал он, на моем лице появилась маленькая улыбка, — кстати, может быть, этой зимой ты познакомишься с моей Викой, — а нет, это было лживая секунда желания, которому никогда не суждено сбыться. — В смысле? — спросила я. — Если все будет хорошо, а в этом я уверен, то на новый год я привезу ее домой для знакомства с родителями, — радостно сказал он, — и с тобой. — Это очень круто, — сказала я. — По твоему голосу — не скажешь, — засмеялся он. — Я просто все еще в шоке, — ответила я, — ладно, давай завтра созвонимся, я просто думала сейчас пойти с Настей погулять. — Хорошо, — ответил он, — люблю тебя. — И я, — ответила я и сбросила вызов.       В эту же минуту, я перестала сдерживать слёзы. Это больно, понимать, что тот, кого ты любишь, любит другую. Я не хочу чувствовать эту боль. Пожалуйста, хватит. Я не хочу любить его, если это так больно. — Кристин, ты чего тут шумишь? — заглянула в комнату мама, — милая, что случилось? — она подбежала ко мне, — эй, ну ты чего, не плачь, тише. — Я не смогла, — прошептала я, не переставая плакать. — Что ты не смогла? — Я не смогла сказать ему, что беременна.