Bequest

      Реджина по обыкновению ушла из дома, когда Марк ещё спал. Меньше всего ей хотелось разговаривать с ним после всего, что было вчера. К 8 утра она уже была в офисе и разбиралась с бумагами, а немного погодя набрала номер Эммы. В этот раз женщина ответила быстро.       − Доброе утро, я как раз думала о том, чтобы позвонить тебе, − голос Свон звучал бодро.       − Доброе. Чувствую, голова у тебя не болит после вчерашнего.       − Ты же знаешь, я никогда не позволяю себе лишнего.       − Знаю, прости, неудачная шутка. А в целом, как посидели?       − Не плохо, но с оттенком грусти, уволился один из лучших докторов в нашей клинике. Я знала его с первого дня своей работы здесь, и было тяжело с ним расставаться. А сегодня нам должны представить кого-то кто придёт на его замену. Я немного нервничаю, − добавила Эмма после секундной паузы.       − Как я понимаю по твоим рассказам кого попало к вам не берут, думаю, это будет хороший человек, не переживай раньше времени.       − Эх, надеюсь… А как твой вчерашний день?       − Совещания, встречи, бумажная работа, всё как всегда, − Реджина улыбнулась.       − А Марк? Он сильно ругался?       − Марк… − женщина замялась. Безусловно, стоило рассказать обо всём, что вчера произошло между ней и мужем, но она посчитала, что это не телефонный разговор, к тому же, ей не хотелось тревожить Эмму, у которой и так на душе было не спокойно. – Нет, всё прошло мирно. Не хочу тебя обнадеживать раньше времени, но может быть, мы увидимся вечером, я заеду к тебе.       − Заезжай, сегодня я никуда не собираюсь после работы.       − Хорошо. Мне пора идти, до встречи.       − Пока.       Реджина подумала, что если ей удастся прийти сегодня к Эмме, то она ей всё лично расскажет, а волновать её раньше времени не стоит. Блондинка же в это время как раз подъехала к работе и, припарковав «жука», зашла в тёплый холл.       − Привет, Линда. Доктор Вейл уже пришёл?       − Нет, даже Лизбет ещё не пришла, вы сегодня удивительно рано.       − Немного волнуюсь перед знакомством с новым дантистом.       − А мне любопытно, кто это будет, − девушка улыбнулась.       − Ты первая его увидишь, это точно, − немного нервно хмыкнув, Эмма скрылась за дверьми своего кабинета.       Первый пациент у Свон был ровно в 9, а потом сразу ещё двое, так, что женщина окунулась в работу с головой, кариес, зубной налёт, пломбирование корневых каналов, всё то, что Эмма знала на отлично и в чём была абсолютно уверена. Неизменная Лизбет ассистировала ей, вовремя меняя насадки на бор-машине, подавая ватные тампоны и включая слюноотсос. Небольшой перерыв наметился только в 11 дня, тут то Эмма и вспомнила о новом враче.       − Как думаешь, он уже пришёл? – Спросила она у медсестры.       − Линда сказала, что Вейл вновь назначил планёрку на 12, там то он всё и скажет. Не переживай, я уверена, он нам понравится, − женщина сжала руку Эммы. – Лучше скажи, как вчера попрощались с Фредериком.       − О, это были очень душевные посиделки, − Эмма углубилась в рассказ, отвлекаясь от невеселых размышлений.       В 12 дня врачи и медсёстры вновь собрались в кабинете доктора Вейла. Эмма замешкалась с последним пациентом, у которого был довольно сложный случай, и немногого опоздала. Когда она вошла, взгляд её тут же упал на молодую женщину, стоящую рядом с Виктором Вейлом. На вид ей было не больше 30 лет, стройная и довольно высокая, с копной тёмно-русых волос, которые были собраны в конский хвост на затылке. Удивительные тёмно-синие глаза завершали картину.       − А вот и доктор Эмма Свон, − произнёс Вейл. – Доктор Свон, это Хейс Девис, наш новый врач.       − Приятно познакомиться, − промямлила Эмма, она почему-то никак не ожидала, что новый сотрудник будет женщиной.       − Взаимно, − шатенка мягко улыбнулась.       − Ну, что ж, как вы все понимаете, доктор Девис будет работать у нас вместо Фредерика Донавана, ассистировать ей будет Марта. Надеюсь, вы у нас освоитесь, − добавил он, обращаясь уже к Хейс, − вам всё понравится и с коллективом у вас сложатся добрые отношения.       − Я рассчитываю не разочаровать никого из вас и как можно скорее вписаться в ваш коллектив.       − Что ж, хорошо, тогда Марта вам всё покажет, а все остальные могут быть свободны.       Бывший кабинет Донавана, а теперь кабинет Хейс Девис находился по соседству с кабинетом Эммы, и, проходя мимо, Хейс обратилась к ней.       − Я вижу, мы тут только вдвоём женщины врачи, все остальные мужчины.       − Если вы беспокоитесь…       − О нет, мне не о чём беспокоиться, − Хейс загадочно улыбнулась.       − Вы же даже не дослушали, о чём я хотела сказать.       − Я и так поняла, до встречи, − с этими словами шатенка скрылась за дверью своего кабинета.       − Она мне не нравится, − констатировала Эмма, как только оказалась в своём кабинете.       − Милая, мы её видели от силы пару минут, рано делать выводы, − Лизбет улыбнулась.       − Я чувствую, моя интуиция говорит об этом, а я привыкла доверять ей.       − Уверена, что пройдет немного времени, и ты изменишь мнение о ней.       − Не знаю, не знаю. – Свон покачала головой. – Ладно, давай пообедаем, пока есть время, и вернёмся к работе.       После рабочего дня Эмма направлялась к своему автомобилю, где и столкнулась с Хейс вновь.       − Жёлтый «жук»? Довольно смелый выбор, − женщина улыбнулась.       − Не люблю банальные вещи. Как ваш первый день?       − Вполне. Клиентов было не много, но достаточно. Кто-то правда отказался от записи, узнав, что его будет лечить не Фредерик, но я думаю, эта ситуация быстро исправится.       − Доктор Донаван был очень хорошим специалистом.       − Нисколько не сомневаюсь в этом. – Улыбка снисходительности тронула губы шатенки.       Эмме это очень не понравилось, но она решила продолжить разговор. Если уж им придётся работать вместе, она хотела знать как можно больше об этой выскочке.       − А где вы работали раньше?       − В одной из бесплатных государственных клиник. Но я решила, что пора развиваться, что было трудно сделать в тех условиях, да и чего скрывать, разница в заработной плате ощутимая.       Прямота ответа немного обескуражила блондинку, она лишь кивнула, а потом добавила:       − Что ж, мне пора, до завтра миссис Девис.       − Мисс.       − Что?       − Мисс Девис.       − Простите, мисс Девис.       Хейс слегка кивнула в знак прощанья и, сев в свою Тойоту, умчалась с парковки. Всю дорогу домой Эмма думала о том, что новую замену доктор Вейл нашёл крайне неудачную. Эмма привыкла быть единственным врачом женщиной в клинике. Ей хорошо работалось с мужчинами, она чувствовала себя с ними комфортно и уверенно. Всегда знала, что они не подведут и на них можно положиться. Что же ждать от этой Хейс она не знала. Было видно, что дамочка себе на уме, с характером и весьма не простым. Поэтому Эмма заранее ощерилась колючками, готовая в любой момент ответить. Свон как никогда хотела увидеть Реджину сегодня, рассказать ей обо всём лично и просто обнять её, почувствовать комфорт рядом с любимым человеком. Как бы парадоксально это не выглядело, но именно рядом с Редж Эмма ощущала уверенность и стабильность. Да, они не могли быть вместе, Миллс была замужем, но за все эти годы блондинка изучила её всю, она знала чего ожидать от женщины, как себя с ней вести, она доверяла ей и всё это дарило спокойствие её душе.       Дома Эмма приготовила себе лёгкий ужин и в ожидании Реджины засела за учебник по изучению турецкого языка. Сейчас у неё был период увлечения тюркскими языками. С увлечением Эмма переносила из учебника в блокнот с кожаным переплётом турецкий алфавит, каллиграфическим почерком. Она всегда начинала с этого, когда принималась за новый язык. А блокнот, который уже подходил к концу, ей подарила Реджина, когда они ещё только начинали встречаться.       − Это тебе, − произнесла брюнетка, разрывая поцелуй и протягивая Эмме бумажный пакет. Они сидела в мерседесе женщины не далеко от студенческого городка, позади был ещё один увлекательный вечер, который они провели в центральном парке, гуляя по тропинкам и болтая обо всём на свете.       − Что это? – Свон немного недоверчиво посмотрела на Реджину.       − Открой, узнаешь. Просто мелочь.       − Мне не нужны дорогие подарки от тебя.Ты же не собираешься меня купить?       − Пожалуйста, перестань, это просто желание сделать тебе приятно, ничего более. Почему ты всегда во всём ищешь двойное дно?       − Жизнь меня к этому приучила, − девушка развела руками, но подарок приняла и распечатала. Внутри лежал блокнот в кожаном переплёте и перьевая ручка фирмы «Parker». – Спасибо, это очень мило.       − И совсем не дорого.       − Ну, с какой стороны посмотреть.       − Для меня не дорого. Если бы действительно имела намеренье купить тебя, я бы преподнесла тебе ключи от машины, как минимум. А это так, безделица.       − Ах, все дешевле автомобиля будет считаться безделушкой?       − Ты поняла, о чём я, не перевирай мои слова.       − Ну ладно, спасибо, мне правда нравится этот блокнот и ручка. Я буду туда записывать алфавиты всех языков, которые изучаю.       − Вот и замечательно, − брюнетка потянулась за ещё одним поцелуем, и Эмма с охотой подарила его ей.       − Мне пора в кампус, иначе я опять могу оказаться на улице на ночь глядя, а твой муж сегодня дома, − заметила Эмма чуть позже.       − Почему-то именно сегодня особенно не хочется с тобой расставаться. Мы чудесно прогулялись. Знаешь, как давно я вот так просто не бродила по центральному парку? Сама не помню, несколько лет, наверно. Вся моя жизнь, это работа, офисы, командировки, светские рауты, а в редкие выходные я просто бываю дома. С тобой я вновь стала вспоминать какой красивый у нас город.       − Стоит почаще вытаскивать тебя из твоего офиса, − лукаво улыбнулась Эмма.       − Да, определенно. Кстати, что ты будешь делать в это Рождество?       − Как же резко ты меняешь тему. Ничего не буду, останусь в кампусе, возможно, выпадет ночная смена с двойной оплатой на работе, это было бы замечательно. Рождество для меня самый обычный день.       − Так не должно быть. Нужно будет это исправить.       Эмма хмыкнула.       − Лучше верни меня в кампус. До Рождества ещё месяц, всё может измениться к тому времени.       − Хорошо. – Женщина завела двигатель.       Эмма оторвалась от своих воспоминаний и взглянула настольный календарь, он показывал 12 декабря. Не так уж много осталось до Рождества. Чуть больше до её двадцатисемилетия. Блондинка тяжело вздохнула, не смотря на все старания Реджины, она так и не смогла полюбить два этих праздника. Всякий раз Эмма ощущала пустоту в душе, и ни любимая женщина, ни редкие друзья, которые появились у неё со временем, не могли заполнить эту пустоту. И если день рождения ещё как-то можно пережить, то Рождество вгоняло её в непроходимую тоску. Это семейный праздник, свербела в мозгу мысль, и её ничем нельзя было искоренить. Кругом все такие весёлые, покупают ели, наряжают их, катаются на коньках и санках, пекут ароматную выпечку, обмениваются подарками, сидят у каминов в окружении множества родственников, и пьют глинтвейн. У неё же всего этого никогда не было и не будет. Тогда к чему всё это, все эти ёлки, подарки и пряничные домики? Лучше, как и в любой другой день, выпить какао на ночь и лечь спать. Вот и всё, проза жизни. Блондинка искренне не понимала, откуда у Реджины любовь к Рождеству, ведь и её семья была далека от идеала и вряд ли у неё были тёплые вечера у камина в окружении родственников. Но Миллс упорно продолжала встречать каждое Рождество с ней. И тогда не существовало ничего, ни работы, ни Марка, которого Реджина всякий раз отправляла куда-то отдыхать. Они покупали ёлку, вместе наряжали её, обменивались подарками и допоздна сидели в свете гирлянд, о чём-то тихо разговаривая. Так было все 9 лет и этот год, наверняка не должен был стать исключением.       Эмма взглянула на часы, они показывали пять минут десятого, она провела за столом два часа и даже не заметила этого. Девушка встала, потягиваясь и услышала, как входная дверь открывается.       − Ты удивительно рано, − крикнула Эмма из гостиной.       − Старалась, даже согласилась на пару невыгодных условий с последним клиентом, лишь бы побыстрее с ним разделаться, − рассмеялась Редж, заходя в комнату.       − На тебя не похоже, неужели так соскучилась?       − Безумно, − с этими словами она заключила Эмму в объятья и поцеловала.       − Я сварю тебе кофе и расскажу последние новости.       Эмма засыпала зерна в ручную кофемолку и начала методично их растирать.       − У нас новый врач.       − Да, я помню, ты говорила утром.       − Это женщина!       Реджина не удержалась от смеха.       − Вот уж не думала, что ты боишься женщин. Как это до сих пор ты не заработала нервный срыв рядом со мной?       − Это не смешно. У нас до этого никогда не работали врачи-женщины.       − А ты, стало быть, не женщина?       − Я другое. Я хочу сказать, что я не привыкла работать с другими женщинами. И медсёстры не в счёт. И вообще, даже будь она мужчиной, она мне не нравится. Она какая-то слишком заносчивая и высокомерная. Будто уже всё знает.       − Может быть, она просто уверенная в себе? Ты ведь тоже робостью не отличаешься.       − Нет, это так выглядит… Если бы ты с ней пообщалась, ты бы поняла.       − Мне кажется, ты себя накручиваешь. Да и, в конце концов, ты там работаешь уже давно, а она новичок, наверняка на испытательном сроке. Если все будут против неё, весь коллектив, то она у вас не задержится. Как я успела понять по твоим рассказам, плохих людей у вас там не держат. И вообще, может быть у человека такая защитная реакция. Она строит из себя уверенную фифу, а сама очень переживает внутри себя и таким образом пытается скрыть страх. Ты об этом не думала?       Эмма лишь покачала головой.       − А стоило. Я встречала таких людей на своей работе и не раз. Не надо судить о человеке по первому впечатлению. Дай ей шанс и, возможно, она окажется неплохим человеком. Как хотя бы её зовут?       − Хейс Девис.       − Забавно, у меня есть деловой партнёр, Анжелика Девис.       − «Девис» не такая уж и редкая фамилия, не думаю, что они родственники.       − Возможно. Я ничего не знаю о личной жизни Анжелики.       На некоторое время женщины замолчали, наслаждаясь напитком, который сварила Эмма.       − Ну, что дашь этой Хейс ещё один шанс? – прервала тишину Редж.       − Возможно. Но буду держать ухо востро.       − Только без предубеждений.       − Постараюсь. Так, что там Марк?       От этого вопроса Реджину как током дернуло. Ей не хотелось портить такой чудесный вечер неприятным разговором. Она только что успокоила Свон насчёт новой сотрудницы, но сейчас сама же вновь всё испортит. Но и скрывать правду от неё она считала не порядочным, их отношения строились на правде и доверии друг другу.       − Я тебе сказала, что он отреагировал хорошо, но это не совсем верно. Я не хотела беспокоить тебя по телефону.       − Что такое? Что он сказал?       − Он поставил мне ультиматум.       − Какой? – Лицо Эммы в этот момент напоминало застывшую восковую маску.       − Я сплю с ним, когда он этого пожелает, а он не разводится со мной, и я надеюсь, больше не устраивает сцен и не задаёт глупых вопросов.       − Что??? Что ты сейчас только что сказала? Я, кажется, плохо расслышала! Ты собираешься унижаться перед ним? Перед этим… этим, этим ничтожеством?!       Лицо Эммы вспыхнуло краской, Реджина даже испугалась, конечно, бывало, что Свон заводилась, но такого она не видела ни разу за все годы, что они знали друг друга.       − Эмма, успокойся, перестань, ты меня пугаешь, − женщина схватила блондинку за руку, но так резко её вырвала, что сбила со стола чашку и та разлетелась вдребезги.       − Не прикасайся ко мне, − женщина вскочила ноги и сделала пару шагов, под ногами захрустели осколки.       − Ты порежешься, пожалуйста, Эмма, успокойся.       − Почему ты идёшь у него на поводу? Ты сама себя после этого-то хоть можешь уважать?       − Его тоже можно понять, другой мужчина на его месте давно бы со мной развелся. И что бы я имела тогда?       − Что бы ты имела?! Я тебе скажу, ты бы имела –свободу!       − Вот, наконец, правда и всплыла наружу. – Губы Реджины искривились в усмешке.       − А разве это секретная информация?       − Нет, но ты, наконец, сказала это, давай, продолжи, закончи свою мысль.       − Не понимаю о чём ты, − блондинка сложила руки на груди, а стекло вновь захрустело на полу.       − Понимаешь, не прикидывайся дурочкой. Скажи то, что не говорила мне все эти годы, давай.       − Да что ты хочешь услышать?! Что если бы тебе хватило мужества, то ты бы давно развелась, и мы бы жили вместе уже не один год! Это ты хотела услышать? Ну вот, услышала, возрадуйся!       − Именно это.       − И зачем? Это и так было очевидно.       − Некоторые вещи стоит проговаривать вслух.       − Не вижу в этом смысла, это бы ничего не изменило.       − Кто знает, 9 лет назад я была немного другим человеком.       − Что ж, жаль, что не использовала такую уникальную возможность, не произнесла очевидных вещей вслух, чтобы придать тебе уверенности.       Реджина лишь покачала головой. Разговор пошёл совсем не по тому сценарию, по которому она ожидала. Видимо, чаша терпения Эммы оказалась переполнена и это была последняя капля.       − Пожалуйста, уйди, я не хочу сейчас с тобой разговаривать, − подала голос блондинка.       Миллс развернулась к выходу, но услышала:       − Верни ключи от моей квартиры.       Скрипнув зубами, Реджина вынула связку ключей из кармана и со стуком опустила их на столешницу, а через минуту хлопнула входная дверь. Только после этого Эмма опустилась обратно на стул и взглянула на свою ногу, из стопы текла струйка крови, осколок от чашки прорезал тонкую подошву домашней туфли и впился в кожу. Кровь успела уже натечь на пол, но Эмма всё это время делала вид, будто ничего не происходит, а Редж просто не заметила. «Как всегда, − подумала Эмма, обрабатывая рану, − ты ничего не замечаешь, если тебя это не касается». Забинтовав стопу и собрав осколки, блондинка доковыляла до кровати и тяжело опустилась на неё. Сон не шел, и она взяла с кровати книгу, «Убийство в доме викария» Агаты Кристи, чтение всегда успокаивало женщину. Детектив захватил её с головой, а вскоре пришёл и крепки сон без сновидений.       Реджина же всю дорогу до дома смахивала слезы с глаз, размазывая дорогую косметику. Когда она, наконец, добралась до квартиры, глаза её опухли и покраснели. Она очень долго и тщательно умывалась, но это не помогло, слезы горечи всё текли и текли по щекам. Благо, Марка не было дома, и женщина не имела ни малейшего желания знать, где он. Она плеснула себе двойную порцию виски и заглотила её в три больших глотка. Обжигающая жидкость опустилась по пищеводу, даря телу приятное тепло. Брюнетка стояла на кухне глядя через окно на ночной Нью-Йорк.       − Ты дура, Редж, − сказала она сама себе, задумчиво вырисовывая узоры на стеклянной поверхности.– Сама все портишь, своими же руками. Собака на сене.       Ещё одна порция виски за пять тысяч долларов исчезла за пару глотков. Чуть пошатываясь, брюнетка добралась до кровати. Дорогое платье полетело на пол, она даже не потрудилась повесить его хотя бы на спинку стула. Оказавшись в объятьях шёлковых простыней, женщина вновь затряслась от рыданий. Вокруг неё была роскошь и богатство, которое она так не хотела терять, за которое цеплялась, но оно не давало ей никакого счастья и успокоения в душе. Хорошо ей было в маленькой двухкомнатной квартирке рядом с белокурой женщиной, которая могла дарить тепло и уют, в отличие от этих холодных шёлковых простыней. В конце концов, она забылась тревожным, тяжёлым сном.       Пришедшая на следующий день на работу Эмма припадала на правую ногу, чем немало напугала Лизбет.       − Что с твоей ногой, милая?       − Вчера разбила чашку и не заметила осколка, − блондинка махнула рукой, − ничего страшного, я всё обработала и перебинтовала, пройдёт.       − Ну, смотри. Если что, отпросись у Вейла.       − Всё будет хорошо.       Весь день Эмма работала, стараясь заглушить боль в душе и ноге и у неё это неплохо получалось, благо клиентов было достаточно, чтобы не забивать свою голову чем-то иным, кроме кариеса и пульпита. Однако выходя из здания клиники под вечер, она ощутила головокружение, больная нога подвела, и Эмма чуть было не упала со ступенек крыльца. Но именно в этот момент чьи-то сильные руки ухватили её за плечи и вернули в вертикальное положение.       − Не лучший способ, чтобы спуститься, − услышала блондинка над ухом чуть насмешливый голос.       − Мисс Девис, − она обернулась и встретилась с синими глазами женщины. – Спасибо, что не дали мне упасть. У меня что-то закружилась голова.       Ладонь Хейс без церемоний опустилась на лоб Эммы.       − У вас жар. Что с вашей ногой, я видела, как вы хромали.       − Я порезалась.       − Ясно, пошли.       Шатенка подхватила Свон под руку и помогла ей спуститься с крыльца, а потом повела к своей машине.       − Но мой «жук» в другом месте.       − Я не пущу вас за руль в таком состоянии, у вас явный воспалительный процесс, я отвезу вас с больницу.       В иной ситуации Эмма бы начала возражать, но сейчас у неё как-то резко кончились силы. Сознание будто просачивалось сквозь пальцы и куда-то всё время ускользало. Поэтому она позволила себе скользнуть на сиденье Тойоты и отвести себя в приёмное отделение. Всё остальное женщина помнила плохо, вот её куда-то везут на каталке, делают какой-то укол, боль и жжение в ступне прекращается, а потом наступает полная темнота.       Реджина пулей влетела в больницу, и почти сразу наткнула на высокую женщину с тёмно-русыми волосами и синими глазами.       − Вы Реджина Миллс?       − Да, что с Эммой?       − Успокойтесь, она просто спит, у неё был осколок в ране на ноге, из-за которого ранка стала наполняться гноем, а в организме пошёл воспалительный процесс. Но осколок удалили, гной откачали, рану прочистили и дали лекарство от воспаления, сейчас она спит, утром её можно будет забрать домой.       − Боже, я ей сказала, чтоб она смотрела под ноги! – Будто разговаривая сама с собой, заметила Редж.       − Я позвонила вам, потому, что в её мобильном вы обозначены как «экстренный вызов».       − Да всё верно. Да, огромное спасибо вам, мисс…       − Девис. Хейс Девис. Коллега Эммы.       − Очень приятно, − Редж пожала руку Хейс, − Эмма про вас вчера рассказывала.       − Могу представить, − шатенка усмехнулась. – Что ж, оставляю Эмму в ваших руках, врач ещё подойдёт к вам и всё вам скажет, но всё хорошо, не переживайте. А мне пора. Приятно было познакомиться.       − Мне тоже, ещё раз спасибо, до свиданья.       Хейс махнула рукой и скрылась за дверьми, а Редж направилась на поиски врача.       Утром, Эмму уже выписали из больницы. За ночь температура спала, рана на ноге больше не воспалялась, и чувствовала она себя весьма уверенно. Она плохо помнила, что было вчера, а врач говорил ей лишь о том, что ей нужен постельный режим в ближайшие пару дней и стерильные перевязки. Поэтому, когда на выходе из палаты она столкнулась с Реджиной, она опешила.       − Я что, в бреду звонила тебе?       − Нет, мне позвонила мисс Девис, найдя меня в списке контактов твоего мобильного.       − Вот чёрт! Меня же сюда привезла Хейс, я всё забыла.       − У тебя был жар. А сейчас тебе прописан постельный режим, пойдём, я отвезу тебя домой.       − Я могу доехать сама.       − Твоя машина стоит возле клиники. Тем более я не пущу тебя за руль, ты ещё не окрепла.       − Я вызову такси.       − Эмма, пожалуйста.       Реджина сжала ладонь блондинки. Свон вначале хотела отдернуть руку, но что-то не позволило ей это сделать. Помедлив секунду, она кивнула.       − Кто бы мог подумать, что из всего персонала вчера рядом со мной оказалась именно Хейс, − отметила Эмма, когда они уже ехали в машине.       − Я же говорила, что она не так плоха, ей просто стоило дать шанс. Она мне понравилась, приветливая и толковая.       − Может быть, я и ошибалась, − задумчиво проговорила блондинка глядя в окно машины, − но это всё равно не значит, что мы подружимся.       − Вам не обязательно дружить, просто относиться друг к другу ровно, как и подобает коллегам.       Блондинка лишь кивнула, ничего не ответив. Дома Реджина помогла доковылять Эмме до спальни и усадила её на кровать.       − Спасибо, дальше я сама.       − Ты можешь меня простить?       − Не знаю, я ещё не проанализировала всю ситуацию, мне было как-то не до этого.       − Когда мне позвонили и сказали, что ты в больнице, я так перепугалась, и тут же приехала, побросав все свои дела.       − Ты что, была в больнице всю ночь?       − Да. К тебе меня не пустили, потому, что мы не родственники, и я сидела в приёмном покое.       − Боже. Наверно, ты хочешь спать!       − Это не важно, я привыкла мало спать.       − Тогда тебе наверняка уже надо на работу, твои сделки и контракты, ты же всё срываешь, иди.       − Никто не умрёт без меня, работа компании не остановится, у меня есть замы, и они хорошо справляются со своей работой. И даже, если какой-то контракт сорвётся, то мне всё равно. – Реджина замолчала и посмотрела на блондинку.       − Наверно, мне тоже нужно извиниться, − после небольшой паузы добавила Эмма. – Я была уж очень резка с тобой.       − Не стоит, ты сказала правду. И я себя презираю за всё это, за то, как поступаю с тобой, за то, что мне не хватает мужества прекратить всё это. Отец уже много лет лежит в могиле, а я всё пляшу под его дудку.       − Ответ прост, и ты сама его знаешь. А теперь, я хочу спать, а тебе нужно идти на работу, ты знаешь, ни один зам не справится с твоей работой лучше, чем ты сама.       − Хорошо, отдыхай. – Женщина уже вышла из комнаты, когда Эмма её окликнула.       − Редж! Ключи.       − Что «ключи»?       − Они так и лежат на столе на кухне, забери их обратно. – Свон слегка улыбнулась.       Реджина же расплылась в широкой улыбке. Пусть они еще не помирились до конца, но лёд уже тронулся, и это не могло не радовать.