Bequest

      − Как прошёл твой корпоратив? – Брюнетка стояла в офисе, потирая переносицу, натёртую очками, и смотрела в окно.       − Даже лучше, чем я рассчитывала, − Эмма же стояла на своей кухне и заваривала себе кофе. – А твой вечер?       − Хуже, чем я надеялась, − фыркнула Реджина.       − Что такое?       − Марк, не бери в голову, это долгая и нудная история на которую не стоить тратить время. Ты сегодня работаешь последний день?       − Да, потом у меня выходные до 28 декабря, а потом с 31 до 3 числа.       − И ты будешь одна на Рождество?       − Нет, я позову к себе толпу незнакомых человек, закажу стриптизёрш, и мы устроим оргию. Всю жизнь об этом мечтала.       − Ах, ну тогда я не буду волноваться, что ты заскучаешь.       После этих слов, обе женщины рассмеялись, а потом Редж добавила:       − Ты, правда, хорошо проведешь время в одиночестве?       − Успокойся и попытайся сама получить удовольствие от этого Рождества.       − Это вряд ли, но я попытаюсь, − женщина усмехнулась. – Я позвоню тебе завтра, а после праздника попытаюсь приехать.       − Хорошо. Не перерабатывай сегодня, и не загоняй своих сотрудников.       − Вот уж это точно не обещаю! – Обе вновь рассмеялись. – До связи, я люблю тебя.       − И я тебя.       Нажав на отбой, Эмма поспешила закончить с завтраком и отправилась на работу. Она поздравила Лизбет, чем очень растрогала женщину. Та в свою очередь подарила Эмме подарочное издание Рэя Бэдбери, от которого блондинка была в полном восторге. Клиентов почти не было, мало кому хотелось лечить зубы под Рождество, поэтому женщины большую часть дня провели в разговорах. Эмма поведала медсестре, как накануне прошёл праздник, а та в свою очередь рассказала о предпраздничных хлопотах по дому.       − А ты уже купила ёлку? – С улыбкой поинтересовалась она.       − В этом году я решила обойтись без праздничной суматохи. Почитаю Брэдбери и лягу спать.       − Как же так? Ты будешь одна?       − Так получилось, так что да, впервые за 9 лет я буду одна, но не переживай, я никогда не была фанаткой Рождества, так что всё отлично,       − Надо же, я всегда была уверена, что ты испытываешь удовольствие от этого праздника.       − Нет, он с детства не несёт мне никаких тёплых чувств.       Лизбет явно была удивлена такой информацией, за всю свою жизнь ей ещё не доводилось встречать человека не любящего праздники, да и узнать что-то новое про Эмму было неожиданным. Впрочем, она как всегда тактично промолчала, не задавая лишних вопросов. Поскольку пациентов не было, Свон отпустила медсестру пораньше, а сама осталась убираться в кабинете, подготавливая его к длинным выходным. Лёгкий стук заставил её оторваться от сортировки инструментов.       − С наступающим, Эмма, − на пороге стояла Хейс.       − И тебя, − блондинка натянула на лицо улыбку.       − Ну же, не кисни, это тебе, − шатенка протянула женщине магнитик со снеговиком.       − Спасибо, но у меня ничего нет для тебя.       − Не нужно, это просто дружеский жест. Если уж на то пошло, я терпеть не могу Рождество.       − Вот как? Интересно.       − Почему интересно?       − Потому, что я тоже не люблю его.       На лице Хейс вначале появилось удивление, а потом она усмехнулась.       − Мне кажется, общего у нас больше чем может показаться на первый взгляд.       − Сомневаюсь. Черты Эбенезера Скруджа присущи многим людям.       − Я не только о празднике. В любом случае, хороших выходных, проведи их с удовольствием.       − Спасибо, и ты тоже, до встречи.       − Пока!       Девис ушла, а Эмма поспешила закончить уборку и тоже отправилась домой. Впереди у неё были долгожданные выходные, наполненные бездельем и отдыхом. Весь вечер она провела, пересматривая свои любимые «Звездные войны», а затем отправилась спать, с удовольствием думая, что завтра будет чудесный день.       Реджина же вернулась домой чуть ли не к полуночи. К своему неудовольствию, она обнаружила, что Марк ещё не спит.       − Я думал, ты сегодня уже не придёшь, − заметил мужчина.       − Разгребала все срочные дела, чтобы завтра быть в твоём полном распоряжении. Вообще, то что ты вчера устроил на приёме… это возмутительно! Ты ещё чем-то не доволен? Тебе понравится, если завтра я встану посреди вечеринки и пойду домой? Это будет нормально?       − Я был пьян, извини, мне не стоило так поступать.       − Мне не нужны твои извинения, но в другой раз думай головой, прежде чем что-то делать. А сейчас я жутко хочу спать, так что не задерживай меня. – С этими словами женщина скрылась за дверями ванной комнаты.       На другой день, не смотря на выходной, Реджина не стала долго нежиться в постели, по обыкновению встав раньше мужа, она приняла бодрящий контрастный душ и заварила себе кофе. Даже в Рождество она не могла полностью оставить работу, поэтому за завтраком просмотрела почту, ответила на пару писем и сделала себе несколько заметок относительно будущих проектов. Звонить Эмме было ещё очень рано, но брюнетка знала, чем себя занять, из стенного шкафа она достала коробки с украшениями и стала развешивать их в гостиной. У них не было ёлки, Редж было не до этого, а Марку и в голову не пришло купить дерево, но она развесила по стенам украшения и мишуру, расставила искусственные светодиодные ёлочки, а декоративную статую женщины, вырезанную из дерева, обмотала гирляндой. Поглядев на свои труды, она довольно улыбнулась сама себе.       − Даже в выходной не можешь сидеть, сложа руки? – Марк стоял в дверном проёме, облокотившись о косяк.       − Тебе нравится?       − Весьма мило. Уже не помню, когда я видел нашу гостиную наряженной к Рождеству. Хорошо, что в этом году я остался дома и никуда не поехал.       − Мог бы и ёлку купить, с ней было бы уютнее.       − У Бена наверняка будет ёлка, у него же дети, там и полюбуешься, дома от неё только мусор.       − Можно подумать, это ты его убираешь. И что, на вечере будут дети?       − Если бы ты хоть чуточку интересовалась мной и моими друзьями, то знала бы, что у Бена есть сын и дочь.       − Я помню, кто такой Бен, я даже помню, что его жену зовут Клер, но я не помню ни о каких детях.       − Ну, теперь ты знаешь. Сыну 5 лет, а дочери 3 года, так для справки.       − Нужно купить им какие-то подарки.       − Я уже позаботился об этом, можешь не переживать.       − Слава богу, спасибо.       Редж хотелось добавить язвительную реплику, на тему того, что хоть какую-то пользу Марк принёс, но не стала. Вместо этого она позвонила своему личному стилисту. С этой женщиной брюнетка сотрудничала уже не один год, и всегда могла на неё положиться. Конечно, в праздник у неё были огромные очереди, но для Реджины Миллс всегда было «окно», поэтому через час женщина уже сидела в своём Мерседесе, собираясь ехать на макияж и причёску. Но прежде чем тронуться, она набрала номер Эммы.       − С Рождеством, любимая.       − С Рождеством, Реджина.       − Как твоё настроение?       − Лучше не бывает, я выспалась и сейчас подумываю о том, чтобы сходить в кино. А как ты? Марк не сильно действует тебе на нервы?       − Пока желание встретить праздник сильнее, желания его убить, так, что считай, всё хорошо.       Эмма рассмеялась в трубку.       − Надеюсь, так и будет до конца дня. Когда думаешь приехать ко мне?       − Очень надеюсь, что завтра, я позвоню тебе позже, сейчас еду в салон делать укладку на вечер.       − Что ж, желаю тебе приятного вечера насколько это возможно.       − Спасибо, дорогая. Целую.       − До связи.       Голос Эммы был довольно бодрый и весёлый, что не могло не порадовать брюнетку, она немного успокоилась. Небольшой червь сомнения по поводу того, что она оставила Эмму одну в этот день продолжал подтачивать её, но она понимала, что всё равно ничего не сделает, поэтому просто завела мотор автомобиля и выехала с парковки.       Эмма и в самом деле была в отличном расположении духа. Проснувшись, она долго нежилась в постели, после чего устроила себе поздний завтрак, который перед этим долго и с удовольствием готовила. Идея пойти в кино пришла к ней неожиданно, когда она сидела в интернете, лениво просматривая новости. Фильм хоть и был новогодний, но это явно была какая-то комедия, и трейлер очень насмешил Эмму, поэтому она решила пойти. Кинотеатр находился недалеко от дома Свон, поэтому она пошла пешком, на улице была чудесная погода, падал лёгкий снежок, но было не холодно. «Истинно рождественская погода», − подумала блондинка, заходя в фойе кинотеатра.       Фильм и в самом деле был смешной, он ещё больше поднял Эмме настроение и, заскочив в магазин, она вернулась домой, где занялась готовкой. Приготовив себе огромную миску овощного салата и пасту, она устроилась на кухне с книгой, надолго погрузившись в выдуманный мир. Идеальный выходной день и никакой праздничной суеты. «Кажется, мне этого очень давно не хватало», − промелькнуло в белокурой голове.       День Реджины, вопреки пожеланиям Эммы, был не так хорош. Что вышло поистине идеальным, так это укладка и макияж, но когда она вернулась домой, выяснялось, что это очень домашняя и простая вечеринка.       − Я буду в джинсах и свитере, какое вечернее платье, о чём ты? Мы же не на твой светский приём идём, − Марк изображал на лице искрение недоумение.       − А когда я уходила в салон, ты мне не мог об этом сказать? Я сделала причёску под вечернее платье.       − Откуда я мог знать, что ты там решишь сделать у себя на голове.       − Боже, Марк, ты решил побить все рекорды по выведению меня из себя?       − Ничего подобного. Просто распусти волосы из прически и все будет нормально.       − Обойдусь без советов насчёт своих волос.       Тяжело вздохнув, Редж принялась колдовать над причёской самостоятельно, придавая ей более неофициальный вид. С одеждой всё оказалось ещё сложнее, Миллс не привыкла к неформальным вечеринкам, и у неё почти не было ничего, кроме деловых костюмов и вечерних нарядов. В конце концов, женщина выбрала рубашку в разноцветную клетку и джинсы, которые не надевала уже несколько лет.       − Надеюсь, это достаточно неофициально для твоих друзей? – Кисло поинтересовалась она у мужа.       − Вполне. И такой ты мне нравишься куда больше, чем в своих вечных пиджаках и платьях.       − Ну, извините, что не работаю где-нибудь баристой, тогда бы из футболок и джинс не вылезала. И вообще мне уже не 20 лет, чтобы так одеваться.       − Можно подумать, в 20 ты так одевалась.       − Тогда мы даже знакомы не были, ты не можешь знать.       − Может быть оно к лучшему. В любом случае, ты замечательно выглядишь.       − Спасибо.       Нельзя сказать, что Редж была польщена таким комплиментом, но продолжать словесную перепалку у неё не было не малейшего желания. Вечер ещё даже не начался, а ей уже хотелось, чтобы он скорее кончился. В конце концов, они покинули квартиру и поехали к друзьям. Бен и Клер жили в Статен-Айленде, и по праздничным пробкам добраться до них было делом не простым, к тому же, к вечеру, начался сильный снегопад.       − Надеюсь, мы не опоздаем, стоило выбраться пораньше, − ворчал себе под нос Марк, но Реджина старалась его игнорировать.       Вопреки всем мрачным прогнозам мужчины, они добрались вовремя. С порога Редж окружил гул детских голосов, жар слишком горячо натопленного камина и запах индейки, которую забыли вынуть из духовки вовремя.       − О, Марк! Как вы добрались? На улице какой-то кошмар творится! – Мужчина в футболке с логотипом Нью-Йорк Сити и просторных линялых джинсах встретил их в холле.       − С божьей помощью. Знакомься, это моя жена, Реджина.       − Наслышаны, наслышаны, приятно познакомится, я Бен, друг Марка, − мужчина протянул руку.       − Очень приятно, − Миллс пожала её.       − Ну, проходите, не топчитесь на пороге. Клер, выйди встречать гостей, брось ты уже эту индейку, её не спасти! − Крикнул Бен вглубь дома. – Простите, Эн, моя дочь раскапризничалась, и Клер отвлеклась на неё и мы совсем забыли про птицу, в общем, боюсь, что её проще выкинуть, − он развел руками и рассмеялся.       Марк тоже прыснул со смеху, будто Бен отпустил замечательную шутку, Редж же только растянула губы в улыбке, чтобы не выглядеть глупо. Они прошли в гостиную, где было ещё жарче, чем в холле. Правда, украшена комната была на славу, в углу стояла большая пушистая ёлка с красивыми игрушками. Посреди гостиной стоял стол, который буквально ломился от еды. Вокруг бегали дети, которых было явно больше двух. Здесь Реджина познакомилась с Клер, женщиной лет 30 в цветастом легком платье свободного покроя и усталым взглядом. Она пыталась переодеть девочке колготки, но та как песок просачивалась сквозь пальцы и уворачивалась от рук матери.       − Простите, дети, сладу с ними порой не бывает, Эн сегодня что-то особо капризная, вы должно быть Реджина? Бен сказал, что Марк придёт с женой.       − Да, очень приятно познакомится, − брюнетка слегка улыбнулась женщине напротив, ей был искренне её жаль.       − Взаимно. Простите. − А затем уже обращаясь к дочери, − сиди спокойно или ты не получишь ни единого подарка, Санта заберёт всё назад.       Девочка тут же замерла и позволила натянуть на себя колготки. Пока Реджина наблюдала за этой сценой, Марк уже присоединился к компании своих друзей и завязал какой-то интересный разговор, предоставив жену самой себе в совершенно незнакомой ей обстановке.       − Может быть вам чем-то помочь? – Обратилась она к Клер.       − Если вас не затруднит, отловите вот того черноволосого мальчика, Стива, и переоденьте ему футболку, − всучив Реджине детскую одежку Клер тут же испарилась.       Брюнетка осталась стоять как вкопанная. За все свои 47 лет ей не доводилось иметь дело с детьми, даже с подростками, не говоря уже о детях до 10. В нерешительности она приблизилась к мальчику, на которого указала Клер. Пацан вовсю сражался на игрушечных саблях с другим мальчиком.       − Стив, Стив, привет. Твоя мама попросила меня переодеть твою футболку.       − Мне некогда, я проигрываю, − даже не поворачивая головы, отозвался ребёнок.       − Но ты весь вспотел, тебе нужно переодеться.       − Погоди же ты!       В этот момент сабля из его рук была выбита, и его соперник в шутку ткнул его в живот и грудь.       − Ха-ха! Умер! – крикнул мальчишка и, хлопнув в ладоши, убежал в другой конец гостиной.       − Ну, вот, из-за вас я проиграл.       − Вообще-то, не из-за меня.       − Всё равно, не буду я переодеваться.       − Ты же не хочешь, чтобы Санта забрал все твои подарки потому, что ты непослушный мальчик? – Миллс решила опробовать уже известный ей приём.       − Санты нет, это родители покупают нам подарки. Если Эн верит во все это, то она дурочка.       − А маму ты, значит, расстроить хочешь? Разве она это заслужила? – Реджина положила свои ладони на худенькие детские плечики и заглянула в большие глаза.       − Ну, ладно, давайте одеваться.       Стив дал снять с себя мокрую футболку и натянуть сухую, после чего тут же побежал к своему другу.       − О, вы переодели его, огромное спасибо, − Клер забрала из рук брюнетки мокрую одёжку. – Садитесь к столу, всё готово.       Глубоко выдохнув, Редж опустилась на стул рядом с Марком, миссия по переодеванию ребёнка прошла успешно.       Вечер тянулся невыносимо долго, слишком жаркая гостиная, слишком шумные дети, слишком много разговоров, не интересующих женщину. Она чувствовала себя тут лишней. Ей не о чём было поговорить с женщинами, потому, что все их разговоры сводились к домашнему быту и детям. С мужчинами она тоже не знала о чём завести разговор. В который раз за вечер Реджина мысленно обращалась к Эмме, представляя, как бы они сейчас сидели под ёлкой с мерцающей гирляндой, под тихо играющую рождественскую музыку. Как она обнимала бы свою любимую, зарываясь в белокурые волосы на макушке.       − Мэм! – Недавний знакомый Реджины тянул её за рукав, вырывая из раздумий. – Мэм, помогите мне.       − Что ты хочешь, малыш?       − Мне нужно помыть руки, но я не достаю до раковины, а мою скамейку для ног куда-то убрали, поднимете меня?       − Хорошо, пойдём.       Стив повел Миллс на второй этаж, в ванную комнату, где она помогла ему ополоснуть ладони и лицо, которое было перемазано шоколадом.       − Спасибо, мэм. Простите, что нагрубил вам.       − Наверно, ты вошёл в азарт и никого не замечал вокруг?       − В точку!       − У меня тоже такое бывает, главное вовремя успокоится.       − Я постараюсь, мэм.       − Вот и чудно, беги. – Она потрепала мальчика по волосам, и он побежал вниз.       Сама же Реджина вдруг глубоко задумалась. Да, она не могла иметь детей, да и никогда не стремилась к этому, но вдруг детей хотела Эмма. Она как раз вступала в тот возраст, когда многие женщины задумываются на эту тему. А они никогда даже не говорили об этом. Раньше Эмма была слишком юна для таких разговоров, а потом Редж вовсе упустила это из своего внимания. Но она знала, что если даже Эмма хочет детей, она никогда об этом не скажет, так же как она никогда не заикалась о браке. «Обязательно нужно поговорить об этом в ближайшем будущем», − подумала она.       Вернувшись к гостям, Миллс увидела, что её муж танцует с какой-то женщиной. «Он даже не заметил моего отсутствия, боже, что я тут делаю», − мысленно возмутилась она. На секунду возникла идея встать и уйти, оставить его так же, как он оставил её вчера на приёме. Но она отогнала эту идею прочь, прекрасно зная, что всё это потом обернётся грандиозным скандалом. В конечном итоге Реджина просидела в кресле у камина, лениво потягивая глинтвейн, и наблюдая за вознёй детей. Домой Марк засобирался ближе к полуночи, когда несколько пар уже ушли, а дети по большей части легли спать, лишь самые старшие остались играть в приставку на большом телевизоре в гостиной.       − Спасибо, Бен, Клер, это был чудесный вечер, − мужчина пожал руку другу и приобнял его жену.       − Приятно было познакомиться, − Редж сдержанно кивнула головой обоим.       − Взаимно! – Бен широко расплылся в улыбке.       − Надеюсь, дети вас не сильно утомили, − добавила Клер из-за его плеча.       − Всё было просто замечательно, ещё увидимся, − ответил Марк.       − До встречи!       Обратно Марк ехал осторожно, погода ещё больше ухудшилась, к тому же он выпил пару бокалов вина и не хотел попасть в аварию.       − Ну и как тебе мои друзья? Не так всё и страшно было, да? Милые люди.       − Милые, но мне совершенно не о чём было с ними поговорить, они твои друзья, а я будто белая ворона среди них.       − Конечно, разговоры о новом рецепте и воспитании детей не для тебя, ты таким не занимаешься. – Марк поджал губы.       − Наша кухарка готовит просто замечательно, та же домашняя еда, тебе не на что жаловаться. А что до детей, ты сам знаешь, что это невозможно.       − Мы могли бы усыновить кого-нибудь или воспользоваться услугами суррогатной матери. Но нет, ты бы никогда на это не пошла.       − Дети, это не моё.       − Я видел, как ты общалась с сыном Бена.       − Всего лишь сменила ему футболку по просьбе Клер. Женщина совсем умаялась, бедняжка. Какой это праздник, когда даже на себя времени нет, только и делаешь, что бегаешь весь день то за детьми, то за гостями.       − Сотни женщин живут таким образом и не жалуются. Моё детство проходило так, моя мама любила накрывать большие столы и созывать гостей на каждый праздник, ей это нравилось.       − А я понятия не имею какой была моя мать, зато я знаю каким был мой отец, жесткий человек создавший империю, во главе которой теперь вынуждена стоять я, и у меня нет выбора. Так, что не вижу смысла сравнивать. Хотел бы семьи как у Бена, выбрал бы себе жену из пригорода.       Марк промолчал, но по тому, как побелели его костяшки на руках, сжимающих руль, можно было понять, что он в бешенстве. Больше они не разговаривали и доехали до дома в гробовой тишине, Реджина даже успела задремать. Но стоило им подняться в свою квартиру, как мужчина грубо поцеловал жену и потянул её в сторону спальни.       − Завтра я уйду, у меня есть свои дела, надеюсь, ты найдешь, чем занять себя за это время, − заметила Реджина уже после всего, когда они лежали в постели.       − Пойдёшь к нему, − криво усмехнулся Марк.       − Это не твоё дело. Я делаю то, что ты хочешь, всё остальное тебя не касается.       − Я женат на тебе, потому что тебе это нужно, и ты могла бы быть более сговорчивой.       − Спокойно ночи, Марк. – Реджина отвернулась от него, спеша скрыть подступившие слёзы.       Мужчина хмыкнул что-то не разборчивое и уже через пять минут похрапывал. А вот Реджине не спалось, не смотря на всю насыщенность сегодняшнего дня. Уже по привычке она пошла на кухню и заварила себе чай. Ей хотелось позвонить Эмме, а ещё лучше прямо сейчас сесть в машину и приехать к ней, но женщина понимала, что Свон скорее всего уже спит, поэтому не стоит совершать спонтанных поступков. Завтра они обязательно увидятся. Только вот почему-то «завтра» всё не хотело наступать. В голове всплыло их первое Рождество.       − Где у тебя какао? – Эмма ковырялась во всех стенных шкафах на кухне Реджины.       − Понятия не имею, я не пью какао и муж, вроде бы, тоже. Может быть, у нас его и нет.       − Это преступление какое-то, жить без какао!       − Ну ладно тебе, завтра сходим и купим, попей сегодня чай. И вообще Рождество, мы будем пить шампанское!       − Вот именно, сегодня Рождество, завтра магазины не работают.       − Ну всё, конец света. Мне отвести тебя в кампус за какао?       − Ладно уж, потерплю.       − Не ворчи, а иди сюда, − Реджина приобняла Эмму за плечи и увела в гостиную, где на чайном столике стояло ведерко со льдом, в котором охлаждалась бутылка шампанского.       − А где же имбирные пряники? И индейка? И всё эти атрибуты праздника?       − Ты вроде как говорила, что не очень любишь этот праздник. Вот я и решила всё сделать таким… менее традиционным. Но если ты хочешь, то я прямо сейчас пойду за пряниками и какао!       − Да я шучу, всё отлично, больше ничего и не надо.       Эмма притянула Реджину к себе и поцеловала долгим поцелуем. Потом они пили шампанское, ещё целовались, и ещё пили шампанское.       − Наверно, я тебе по-настоящему нравлюсь, − заметила блондинка, когда они полулежали на диване под какой-то бормочущий фильм, который включили исключительно для фона.       − Почему ты делаешь такие выводы?       − Сколько ты уже со мной встречаешься? Месяца 2-3? И всё что я тебе за это время позволяю, это поцелуи и объятья. А ведь ты могла бы уже давно найти кого-то более сговорчивого.       − Эмма, я не буду скрывать, что после всех этих поцелуев мне порой бывает трудно прийти в себя, но я уже говорила, я готова ждать, когда ты сама будешь готова, и не собираюсь давить или настаивать. Это было бы весьма не красиво по отношению к тебе.       − Ну, я и говорю, я тебе слишком нравлюсь, − Эмма рассмеялась, а Реджина вслед за ней.       − Да, наверно, ты права, ты мне очень нравишься.       − Ты мне тоже, − шёпотом произнесла Эмма и подарила брюнетке ещё один нежный поцелуй.       Заснули они тогда только под утро, в объятьях друг друга. А когда проснулись, обменялись подарками, Реджина помнила свой первый подарок от Эммы, брошь-булавку в виде цветка из серебра с гранатом. Подарок был более чем скромный, но подобран с безукоризненным вкусом, брюнетка и по сей день прикалывала её на лацкан пиджака. Сама же она подарила Эмме настольный органайзер с множеством функций и огромную чашку.       − Для твоего какао, чтобы не заварить по сто раз, − со смехом отозвалась Миллс, и по радостному блеску в глазах Эммы поняла, что угадала с подарком. Не дорого и с душой, то, что нужно для девушки.       Весь день они провели дома, болтая и смотря фильмы, обе впервые со дня своего знакомства могли позволить себе полноценный день безделья, и они им воспользовались в полной мере.       Реджина вынырнула из воспоминаний, часы показывали четвёртый час ночи, нужно было поспать хоть немного, чтобы провести завтра не менее приятный день. Женщина не стала возвращаться в супружескую постель, а легла, по обыкновению, в спальне для гостей, здесь она чувствовала себя комфортней. Стоило ей закрыть глаза, как сон полностью сморил её.