Планета Земля

***

      Следующим утром, ещё до того как первые лучи осветили стены зданий вокруг школы, небольшой отряд выдвинулся в путь. Входило в небольшую группу из двух юношей и двух девушек: механик — Даша Медведева, харизматичная брюнетка двадцати лет и с большим эго; гид — Вика Зайцева, рыжеволосый подросток, нарушающий правила, так же часто как дышит; и их охрана — Саша Сергеев и Витя Громов, которых Вика тайком называла солдафонами, потому что вели они себя соответстующе. Маленький, но сильный отряд.       Школа оказалась единственным уцелевшим от пришельцев лоскутком, сохранившим в себе ту маленькую частичку прошлой жизни. А оказавшись здесь, за бетонными стенами домов вокруг школы, становилось ясно, что мир уже не такой, как прежде. Высотки, раньше возвышающиеся над их головами, снесены до основания и напоминали о своем существовании лишь бетонным основанием и разбросанными на дорогах плитами, под которыми похоронены сотни машин, а может быть и не только. Тут и там виднелись прожжённые дырки от неземного оружия дроидов, скорее всего оставленные после бойни трёхмесячной давности.       Бойня. По другому это было невозможно назвать. Три месяца назад жителей было в два раза больше, три месяца никто из них ни за что бы не решился выйти за стены школы, где их ожидала целая армия дроидов, с которыми даже военные не могли совладать. Пять самых обычных букв и одно слово, несущее в себе бессмысленную смерть сотен людей. Вика до сих пор помнит, как каждый из них, даже обычный гражданский не державший в руках оружие, сражался за свою свободу. Помнила как сама была ранена в ногу и спасена своим наставником, тогда они впервые встретились, после начала апокалипсиса. Помнит, как Лера, её бывшая лучшая подруга, брезговавшая при виде крови, грязи и всего противного по её мнению, бегала среди горы трупов и раненых, выискивая тех, кому она ещё могла помочь. Каким-то чудом, не без помощи самодовольной Даши, им удалось отогнать вражеские войска. Но заплаченная цена всегда будет напоминать им об этом дне.       — И как вам не страшно… — едва слышно спрашивает Вика, не обращаясь к кому-то конкретному, и возможно её вопрос остался бы так и не услышанным, если бы не окутавшая всё пространство вокруг, тишина. Среди всепоглощающей пустоты её едва хриплый голос звучит колоколом.       — А кто сказал, что нам не страшно? — улыбается Сергеев, смотря на взвинченную рыжеволосую подругу слишком уж нежным для простого наставника взглядом.       Витя и Даша взглянули в их сторону всем своим понимающим взглядом и, не удержавшись, закатили глаза. Потому что… Ну серьёзно. У них тут как бы серьёзное задание, а не двойное свидание. Им всем нужно быть на чеку, даже на своей территории, а они тут что устроили?       — Не знаю как вы, а мне совершенно не страшно, — улыбается Даша, в быстром темпе запрыгивая на машину. При этом собранные в высокий хвост черные волосы, забавно подпрыгивали при каждом шаге. — Эти железки не смогут и на километр подойти к школе. И знаете почему? Потому что…       — Ты великий гений! — хором отвечают за неё ребята, тихо посмеиваясь. Даша никогда не изменится.       Мягко улыбнувшись, Витя останавливается у машины, предлагая обиженной девушке свою руку. Яркие лучи солнца путались в светлых волосах, создавая красивое сияние, от которого у Даши подкашивались ноги, а сердце начинало биться слишком быстро для обычной симпатии. Но она никогда этого не признает. Никогда и ни за что.       Проигнорировав метавшиеся в разные стороны мысли, Даша всё же приняла помощь. Опираясь на подставленную руку, девушка спрыгивает с машины и со странным упоением взлохмачивает светлые волосы лучшего друга, любуясь сиянием голубых глаз. Может быть, когда-нибудь, она все же признает… Может когда-нибудь.       Оставшуюся дорогу Даша в красках рассказывает о том, как её великое изобретение спасло им всем жизнь. Не особо разбирающиеся в физике и механике люди, вроде как, поняли, что это устройство создает магнитное поле, которое отталкивало от себя весь метал, включая дроидов, а то, почему они держаться в воздухе, создавая купол, объяснялось тем же магнитным полем. Вика, часто бывающая на границе, не раз видела, как изобретение левитировало в метре друг от друга прямо над землёй. Устройство напоминало светящуюся зеленоватым светом металлическую палку.       Без препятствий перейдя границу их маленький отряд оказался в запретной зоне. За защитным куполом им словно стало тяжелее дышать, а шаги, казалось, звучали громом. Ощущение беззащитности и уязвимости гремело в умах Даши и Вити, лишь Саша и Вика держали лицо, и вообще, не было похоже, что страх волнует их сознание. Вите оставалось только восхищаться их бесстрашием и тем, как слаженно эти двое двигались, словно читали мысли друг друга.       Впереди отряда воинственно крался Сергеев, держа наготове свой любимый автомат. Их дорога в запретной зоне отличалась от того, как они добирались до границы. Теперь, вместо широких, но заставленных машинами и обломками зданий улиц, ребята шли через узкие щели домов и такие же маленькие проходы в переулках. Двигаться в узком пространстве было чертовски сложно, особенно, когда в спину дышали остальные. Несколько раз им приходилось сворачивать и идти более длинным маршрутом из-за внезапно появляющихся ровных строев дроидов.       — Куда они идут? — шёпотом спрашивает Витя, помогая девушке подняться на высокий выступ, краем глаза наблюдая в разбитое стекло за дроидами.       — Сейчас не это должно вас волновать, — громко шепчет Сергеев, взбираясь на выступ. Бетон под ногами Саши осыпается крошками и неприятно хрустит.       — Кажется, они идут в сторону границы, — с волнением отвечает Вика, тоже поглядывая в ещё одно разбитое стекло. — Они ведь…       — Они не смогут приблизиться к границе, — перебивает Даша, толкая вперед девушку. — Так что вперёд, пока нас не заметили.       Уже ближе к ночи они добрались до водовоза, стоявшего у заброшенных магазинчиков, собирая на себе пыль и грязь. К несчастью Сергеева, машина ожидаемо не заводилась. Отдав распоряжение, отряду пришлось разместиться в одном из уцелевших зданий, к удивлению ребят, это здание оказалось баром. Пока остальные располагались в затхлом и пыльном баре, Даша занималась починкой машины. В темноте разобрать что-либо было почти нереально, даже с фонариком. Даже наоборот, он мешался и светил куда не надо, и это нереально бесило девушку.       Первым на вахте остался Витя, помогающий всем чем мог, трудившейся в поте лица Даше. За работой и неспешной беседой, Витя и не заметил, как прошло чуть больше четырех часов. Выпив перед сном немного пива с Дашей, Громов заснул как убитый. На дежурство заступил Сергеев, к счастью через час, около двух часов ночи, Даша закончила с починкой и без сил свалилась спать, лишь подложив себе под голову рюкзак. Немного помявшись и задумавшись, Сергеев укрыл девушку своим одеялом.       — Смотрите, какой он у нас заботливый, — насмешливо шепчет проснувшаяся от тяжёлых шагов Сергеева, Вика.       Несобранные в хвост или скучную косичку, длинные волосы растрепались и напоминали воронье гнездо. А сонная моська не производила привычного, раздражающего своей хитрой улыбочкой и такими же хитрыми зелеными глазёнками, впечетления. И это невольно вызывало улыбку.       Скинув тряпку, которую с большой натяжкой можно было бы назвать одеялом, Вика широко зевнула и потянулась, при этом зелёная, немного драная в нескольких местах майка задралась, открывая для взора Сергеева впалый живот и выпирающие, острые частички тазовой кости. — Очень и очень худая, — делает выводы Сергеев, подавляя желание откормить тощее создание. К общепринятому мнению, Cашу не привлекали девушки с большой грудью и осиной талией (которых вообще не существовало), которые больше напоминали ему анарексичек и вызывали лишь желание покормить бедных созданий. К сожелению, в апокалипсис еды не так уж и много, особенно когда жителей около двухсот.       К своему удивлению, Вика конечно же вызывала желание покормить, но к этому ещё прибавлялось странное притяжение погладить выступающие косточки и впалый живот с маленьким намеком на пресс. Тренировки зря не проходят.       С большим трудом оторвав себя от созерцания просыпающейся Вики, Сергеев тяжело выдохнул и сглотнул появившийся ком в горле. Отвернувшись от ученицы, Саша направил свой взгляд в окно, где на горизонте сквозь ночную мглу виднелись разрушенные здания и едва заметное свечение магнитного купола над их школой. Через несколько часов начнёт восходить солнце.       — Есть что-нибудь поесть? Я голодная как волк, — присаживаясь рядом, шёпотом лопочет Вика, роясь в одном из рюкзаков. Но так ничего и не найдя в своем рюкзаке, Вика принимается рыться в другом, кажется, этот принадлежал второму солдафону, так сладко спящему в углу помещения.       — Вроде я видел, как Витя клал в рюкзак какой-то батончик, — и после этих слов Зайцева выуживает из большого переднего кармана Рюкзака, в золотой упаковке ботончик «Twix». Вика чуть не визжит от восторга.       — Боже! Не могу поверить! Сколько я не ела это чудо? — радостно, на выдохе шепчет девушка, разрывая потрепанную упаковку. А когда немного подтаявшая палочка оказывается во рту, Вика буквально стонет от наслаждения. Не замечая тяжёлого взгляда наставника.       — Боже, как вкусно! Как я раньше могла без этого жить? Будешь? — протягивает вторую палочку твикса, Вика. Саша благодарно кивает, тянется за долькой и немного откусывает от шоколадной палочки. Вика с удивлением замечает, как загорелое лицо немного морщиться.       — Слишком сладко, — ворчливо заключает Саша, запивая сладость водой. Лучше конечно же было бы запить чаем, но такой отсутствовал и приходилось ограничиваться тем, что есть.       — Ну, раз так, я с удовольствием съем её за тебя! — Вика обиженно тянется за надкушенной долькой. Но когда остается только схватить свою цель, Саша снова откусывает кусочек и немного отодвигается от девушки.       — Я не сказал что не буду!       Началась битва не на жизнь, а на сладость. Вика совершала поползновения в сторону батончика, а Саша шутливо отбивался и возможно, битва длилась бы до самого утра, но внезапно спящая Даша, недовольно замычала что-то под нос и зашевелилась. Саше и Вике пришлось прекратить битву, пока они кого-нибудь не разбудили. Недолгое время они молча доедали твикс и, найденную в недрах рюкзаках Сергеева, засохшую буханку хлеба. Неожиданно Вика заговорила.       — Когда все началось… Ну, первые нападения на Землю, вся моя семья: папа, бабушка, дедушка, дядя, тётя и двоюродные сестры — отправились в Москву… — Вика замолчала, мысли вертелись в голове и одна из немногих мыслей кричала: «Замолчи! Он не поймёт!». Но Сергеев понимал. — Думаю, ты знаешь, что там произошло? — Саша знал. Все знают какой ужас творился во всех столицах планеты. И что немногим выжившим пришлось пережить. Но Саша и не думал, что Вика одна из тех выживших, она не была похожа на тех немногих, которых Сергееву удалось повстречать. Он и подумать не мог.       — Да, — сжимая кулаки отвечает Сергеев. Руки дрожат от бессильной ярости по отношению к пришельцам и желание убить их всех возрастает в геометрической прогресии. Выдохнув, он взял себя в руки и сквозь зубы прошипел. — Как ты оттуда выбралась?       — Делала ужасные вещи… Очень ужасные вещи, — Вика замолчала, ожидая слова жалости или ненависти, но Саша молчал. — Давай выпьем? я ужасно хочу выпить! — не выдержала воцарившегося молчания Зайцева, впихивая в руки молчавшего Сергеева буханку хлеба.       Резко встав, она как можно тише дошла до стойки бара. Присев на корточки, Вика достает из шкафчика первую попавшуюся бутылку алкоголя. Это оказалась не дешёвая бутылка виски, покрытая небольшим слоем пыли и грязи. Бар уже довольно долгое время был заброшен.       — Я не могу, — мягко сказал Сергеев, принимая желание девушки сменить тему разговора, — Должен следить за вашей безопасностью, — пожимает плечами.       — Мы никуда не денемся. Ну давай же! Я с тобой посижу, посмотрим на потрясный восход солнца, как типичная парочка, — шутливо говорит Вика, откупоривая бутылку. Это даётся с большим трудом.       — Так мы теперь парочка? — насмешливо спрашивает Сергеев, вздергивая густую бровь и как-то гаденько улыбаясь, скрывая за этой маской искорки надежду, поселившуюся после ее слов. Надеясь, что сказанные слова все же что-то значат.       — Как типичная постапокалиптическая парочка друзей. Мы ведь друзья? — неуверенно уточняет девушка, останавливаясь и открыто смотря на наставника, с которым собиралась напиться и забыться от тяжелых воспоминаниях. Всё же, Наталья ошибалась, ей не стало легче, выговорившись.       Но Саша молча смотрел ей прямо в глаза и Вика решила списать его слова на шутку. Развернувшись к ряду навесных шкафчиков и тумбочек, она откуда-то достала два водочных бокала. Они оказались немного пыльные и Вика быстро это исправила, ополоснув их в чистой воде.       Глубоко выдохнув, Вика взглянула на спрятанный в переднем кармане штанов пакетик с небольшим количеством обычных плоских таблеток. И всё же решившись на придуманный план, Вика как можно незаметнее достала пакетик и закинула по несколько таблеток в оба бокала и залила их алкоголем. Через несколько секунд, они растворились, и Сергеев решился выплыть из задумчивости. — Конечно же мы друзья, — грустно вздыхает Сергеев. Проигнорировав, как при этих словах сердце немного кольнуло от незримой иглы.       Вернувшись к окну, Вика отдала один из бокалов и села на прежнее место. Приняв из рук девушки бокал, Саша растянул его на несколько долгих минут, текущих по водам времени словно патока. Зайцева так и не сделала ни одного глотка алкоголя. Саша списал это на недавний разговор. Внезапно, несмотря на то что он совсем недавно спал, его окутали тёплые объятия желанного сна. Рот сводило от желания зевнуть, а промежутки, когда глаза закрывались, моргая, растягивались с каждым разом на более больший промежуток времени, пока зеленые очи так и не остались закрытыми. Саша заснул. Вика, тяжело вздохнув отставила так и нетронутый бокал с виски на недалеко стоявший стол и взглянула на Дашу. Медведева, не медля ни секунды, откинула покрывало и в быстром темпе начала собирать вещи, пока Вика кривым почерком выводила послание для сладко спящих парней.       — Пошли. У нас осталось не так уж много времени, — быстро кидает слова Даша, закидывая один из рюкзаков на плечо, другой рюкзак полетел в Вику.       Прежде чем Зайцева успела поймать летящий в неё рюкзак, Даша так же стремительно покинула пыльное помещение, идя на встречу прохладному ночному воздуху. Последний раз виновато взглянув на спящих парней, Вика ушла следом за Дашей, на ходу собирая отросшие волосы в высокий хвост. На сердце повисает тяжелый камень вины. Но она не могла поступить иначе. Просто не могла.       Скрываясь в предрассветной мгле, девушки пробирались обходными путями, к рассвету добираясь до одного из ближайших лагерей пришельцев, в который и привозили пленённых людей. Лагери военнопленных напоминали футбольные стадионы, раньше часто показываемые по телевизору, только маленького размаха и полностью из металла. Вокруг здания гордо шествовали дроиды с бластерами на перевес. Заметят, и им кранты.       Как можно незаметнее поднявшись на седьмой этаж в относительно уцелевшем здании, Вика зарядила автомат и направила дуло на дроидов, наблюдая за ними через маленький глазок. Если их заметят, Вика это заметит самая первая. Даша же подготовила камеру и, устроившись на грязном полу, начала снимать лагерь. Особое внимание уделяя входам и выходам, потом запечетляя недавно замеченные: силовое поле, несколько широких труб и, если Даша не ошибалась (а она никогда не ошибается), то скорее всего по ним течёт топливо для кораблей, очень взрывная штука. И поснимала ещё немного по мелочи, пока внезапно сидящая рядом Вика не заговорила:       — Что это там? — дрогнувшим голосом спрашивает Вика, в ужасе смотря за горизонт.       Из-за уцелевших зданий клубился тёмный дым, словно от огня. Насколько она понимала, дым предположительно шёл из лагеря или совсем недалеко от него. Дым тёмный-тёмный, почти чёрный, и его было слишком много, чтобы предположить, что это всего лишь небольшой пожар.       — Скажи, что в той стороне не наш лагерь… — Вике впервые в жизни очень хотелось ошибаться.       Даша, сжимающая в мозолистых руках камеру, с таким же ужасом, как у подруги вглядывалась в чёрный дым, мечтая или, лучше сказать, молясь, что всё хорошо и это всего лишь неконтролируемый пожар, с которым майор справиться. Но она понимала, что такой дым вряд ли пойдёт от небольшого пожара. Приглядевшись, все ее мечты развеялись прахом, а сильный ужас и страх за жизни людей в лагере, расползался по всему телу.       Над школой не было привычного зеленоватого купола.       — Как бы я этого хотела… — шепчет Даша, не замечая, как по щекам текут жаркие слезы.       Девушки были так поглощены страхом за людей в лагере, что и не заметили, как в помещение стало на одного человека больше. Скрываясь, во тьме стоял чёрный силуэт с горящими во тьме золотыми глазами. Секунда, и силуэт выплыл из тьмы, а напуганные девушки почувствовали болезненное давление на череп и потеряли сознание.