Глава 27
6 декабря 2016 г., 22:00
Аремʼаард.
Разбудил меня тихий стук в дверь. Я приподнялся на локте, мотнув головой и прогоняя остатки сна. За окном уже стемнело, значит сейчас либо поздний вечер, либо вступившая в свои права ночь. Хотя какая разница? Сел на постели и сразу поднялся на ноги, шагнув к лежащей на постели Трис. Окинул ее внимательным взглядом и вздохнул: никаких изменений. Уже больше суток, а она до сих пор не пришла в себя. Впрочем, Элиарʼат иного и не обещал. Он сказал — после второго сеанса восполнения энергии, возможно, она придет в себя. Но я понимал — когда это произойдет на самом деле — ведомо только богам. Почему-то в этом вопросе я больше доверял вампиру, нежели дракону. Вот странность-то. Но вампир был высшим и видел то, что было недоступно ни Мэй, ни тем более мне. Возможно, им двоим, удастся совершить то, что поодиночке они сотворить не в силах. Я зажег свечу стоявшую на столе в небольшом подсвечнике и ее тусклый свет разогнал ночной мрак по углам комнаты. Стук повторился, отвлекая меня от раздумий. Ох, а ведь и, правда, меня разбудил именно он. Я подошел к двери и, отодвинув засов, отворил ее. На пороге обнаружился дракон, бодрый и готовый к свершениям. — Разбудил? — уточнил он, входя в комнату. — Извини, думал ты уже встал. Слушай, этот кофе и вправду бодрит. Меня днем разбудил стук в дверь, и я злой, как стая горгулий пошел открывать, но там, представляешь, — Мэй усмехнулся, — обнаружился трактирщик, который принес мне вторую кружку с этим напитком. Даже странно, я не привык, чтобы обо мне кто-то так беспокоился. Он по-хозяйски оседлал стул, развернув его наоборот и усевшись лицом к спинке. — Так вот, сейчас перед приходом сюда, я выпил третью и чувствую себя так, словно и не тратил ни грана энергии. — Интересно, — удивился я. — Он, конечно, говорил о таком эффекте, но я не думал что это настолько, правда. А как думаешь, Трис его можно? Мэй помотал головой. — Категорически нет. Вроде бы для детей он опасен. Я покачал головой. Вот так вот — она моя невеста, но до сих пор считается ребенком. Забавно даже. — Ну что, ты готов? — уточнил Мэй, поднимаясь на ноги. — Начинаем? Я кивнул и подошел к постели Трис. — Мэй как она? Я не успел посмотреть перед твоим приходом. Дракон пожал плечами: — Рем, не задавай бесполезные вопросы. Я же только что вошел, откуда мне знать? Давай переходи на магическое зрение и будем смотреть вместе. Я послушно переключился и уставился на Трис, едва Мэй откинул с нее оба одеяла. — Вот это да! — выдохнул я. — Мэй ты видишь? Дракон склонился к моей любимой, едва ли не касаясь ее носом и, стал рассматривать что-то видимое только ему. — Ну что сказать? — удивленно произнес он спустя пару минут. — Аура однозначно вернулась. Черноты больше нет, да ты и сам это видишь. Вот только она настолько слабая, что едва видима. Но, думаю, это поправимо. Еще пара сеансов и все должно более или менее прийти в норму. Мэй сел на край ее постели и уставился на меня. — Вот только одного я никак не могу понять, — задумчиво сказал он, глядя на меня. — Почему если передавать энергию через сеть, как это всегда делали драконы, у чужих драконов она отторгается или воспринимается очень-очень слабо? А вот так, если напрямую — усваивается все? Но не сразу, а постепенно. Побочный эффект ошибки? — Скорее всего, — кивнул я. — А как еще это можно объяснить? — В том-то и дело, что никак, — вздохнул Мэй. — Ну что, я начинаю. Не отвлекай и если захочешь что-то спросить — дождись, пока я закончу. И снова наблюдая за тем, как он передает моей любимой свою энергию, спасая ее еще не рожденного дракона, я думал. О том, что нас ждет впереди. У меня из головы не выходили слова Мэй о том, что можно попробовать разыскать ее настоящего отца, когда мы окажемся на севере. По словам Мэй, драконов осталось не так много. Очень многих подкосила война. И сейчас зная реальную обстановку, мне было горько от того, что именно наша раса виновна в их смерти. И не только драконов, но и вообще всех, погибших за два года. Пусть сам я не воевал, как и мои родители. Но вины это не умаляло. — Все, — выдохнул Мэй, убирая руки и встряхивая кистями. — Интересный эффект, — добавил он, разглядывая девушку. — А ты сам видишь? — Что именно? — я подошел к постели и слегка наклонился, всматриваясь в ее ауру. — Не вижу, — покачал я головой спустя пару минут. — Все как было, так и есть. — Вот то-то и оно, — вздохнул дракон. — Я сейчас влил энергии больше чем четверть. А на ауре это никак не отразилось. Видимо это и есть побочные эффекты чужой энергии. Родная усваивалась бы мгновенно, а чужая начинает потребляться только через долгое время. Вчерашняя порция усвоилась только через сутки и еще неизвестно — вся или нет. В любом случае она усваивается, а это самое главное, — дракон устало вздохнул. — Я боялся отторжения. Теперь уже должно быть легче. Кстати, возможно и хорошо, что я так ошибся при наложении сети. Если бы питание действительно шло через нее — это растянулось бы на месяцы. А так есть какой-то шанс, что я восполню ее резерв намного быстрее. — И так будешь делать всегда? — уточнил я, не отводя взгляда от любимой. Интересно, мне кажется или ее щеки действительно слегка порозовели? — Пока не заполню весь резерв, — покачал головой Мэй. — А потом поправлю сеть, и дальнейшая подпитка будет вестись уже через нее. — А не проще оставить так, как есть? — улыбнулся я, переведя взгляд на дракона. — Так вроде бы проще, разве нет? — Проще, да только и я потом лежу подобно покойнику на протяжении половины суток, — не согласился с моим доводом он. — И это еще спасибо трактирщику и его напитку. А по-другому — неизвестно, сколько бы мне пришлось восстанавливаться. Это отнюдь не быстрый процесс. — Я понял, — кивнул я. — Ты сейчас отдыхать? Или есть другие планы? — Пошли ужинать, — улыбнулся Мэй. — Я жутко голодный. Прям как дракон. Я расхохотался. Ну, еще бы! Спустившись вниз, мы обнаружили, что трактир практически пуст. Лишь несколько засидевшихся допоздна посетителей занимали свои столики. Что ж, видимо, оказалось верным мое второе предположение — уже наступила ночь. Тревис увидев нас с Мэйнардом, просиял и выскочил из-за стойки. — Сиятельные лорды, — слегка поклонившись, поприветствовал он нас. — Чего изволите? — Ужин, — лаконично ответил дракон. — Присаживайтесь, — кивнул трактирщик, — через несколько минут все будет готово. Мы уселись за тот же самый столик, который занимали вчера вечером, когда Трис потеряла сознание. Надо же — это было всего лишь вчера, а кажется, будто прошла уже целая вечность. Мне так не хватало ее озорной улыбки, сияния серых глаз. Ее всего лишь нет рядом, а ощущение — будто бы мир опустел. Мэй прислонился спиной к стене и закрыл глаза. — Сейчас поем и пойду спать, — довольно мурлыкнул он, словно большой кот. — Знаешь я, впервые так отоспался за последние два года. Такое уютное ощущение покоя, когда ложишься и знаешь, что тебя никто не потревожит, не поднимет посреди ночи с криками о нападении. Тьма, это так расслабляет! — Мэй, — уточнил я, дождавшись, пока на нашем столике расставят тарелки со снедью и оставят нас одних, — я не совсем понял насчет Делоры. Сначала ты сказал, что сопровождаешь ее до школы. А потом добавил, что Трис поедет с тобой на север через пару месяцев. А где ты планируешь быть все это время? — В гостинице при магической школе, — невнятно пробурчал Мэй, вгрызаясь в индюшачью ножку. — Айтан попросил меня побыть при ней, чтобы она не оставалась одна в незнакомом месте рядом с незнакомыми людьми. Мысль, в общем-то, не лишенная смысла, — добавил он спустя мгновение. — Ну да, — кивнул я. — Так даже еще проще. Следующие четверть часа мы молчали, сосредоточенно уничтожая свой ужин. Мэй, прожевав последний кусок, с тоской посмотрел на стойку, за которой стояла батарея бутылок на полках и вздохнул. — Последние недели у меня было дикое желание напиться, — пояснил он, заметив мой недоуменный взгляд. — Айтан не возражал, но мне все время что-то мешало. То неожиданные атаки на крепость то общение с девчонкой, которую мы посчитали пострадавшей от лап некроманта. Забавно все обернулось в итоге, не находишь? — он покачал головой, словно не веря сам себе. — А сейчас вроде бы можно, но вот странность — я не хочу, — Мэй хмыкнул. — Совсем не хочу. — Быть может, ты начинаешь приходить в себя? — задумчиво произнес я. — Я думаю дело не в этом, — покачал он головой. — В крепости я постоянно старался себя чем-то занять, вымотать до предела, потому что только так я мог спать и не видеть страшные сны. Мне день за днем снился один и тот же сон — смерть моей Алианы. Я смотрел на своего друга и не знал что сказать. Пережить такое — не дай боги никому. Я просто знал о смерти родителей, а он видел смерть любимой своими собственными глазами. — А здесь все изменилось, — добавил он помолчав. — И дело не в том, что я падаю без сил, отдав часть своей энергии, а совсем в другом. Знаешь, — Мэй вздохнул, — я впервые в жизни почувствовал ответственность за кого-то. С Алианой все было не так. Она была взрослой, как и я. Любовь это совсем другое. Я заботился о ней и любил ее. Но вот так как сейчас не было никогда. Я ощутил себя отцом, который опекает и заботится о собственном ребенке. И хотя я прекрасно понимаю, — Мэй иронично хмыкнул и покачал головой, — что все это не правда: Трис не мой ребенок и не может им быть, но чувство появилось и мне это нравится. Я впервые за последние два года чувствую себя живым. — Я рад, Мэй, — просто сказал я. — Я очень рад за тебя! Дракон опустил голову, рассматривая руки, который сцепил в замок у себя на коленке и вздохнул. — Я сейчас очень жалею, что мы так и не решились завести ребенка, — тихо сказал он. — Сначала мы думали пожить для себя. Ведь мы были молоды, и впереди нас ждала целая жизнь. А потом началась война. И она погибла. А я остался совсем один. — Мэй, может быть, ты еще встретишь ту, которую полюбишь, — осторожно произнес я. — Жизнь ведь непредсказуемая штука и боги очень часто любят пошутить с нами, своими детьми. Кто может знать их замыслы? — Никто, ты прав, — качнул он головой, так и не отрывая взгляда от своих рук. — Вот только для меня уже все слишком поздно. К сожалению или счастью — я не могу сказать. И я не хочу это обсуждать, — поднял он на меня взгляд наполненных болью серо-голубых глаз, останавливая мои почти сорвавшиеся с губ слова. — Не хочу, Рем. Он помолчал еще мгновение и легко поднялся на ноги. — Ну что, пойдем спать? Завтра будет новый день и будем надеяться, что все будет хорошо. — Пойдем, — кивнул я и поднялся. Оставил на столе плату за ужин и, кивнув Тревису, глядевшему на нас из-за стойки, направился вслед за другом вверх по лестнице. Мы распрощались в коридоре, и он отправился в свой номер, а я открыл дверь своей комнаты, вошел и первым делом посмотрел на Трис. Ширму я еще вчера вернул на место, сразу после того, как служанки наполнили бочку водой и обзору она не мешала. На первый взгляд — никаких изменений. Как и на второй. Я вздохнул, запер дверь на засов и подошел к любимой. Возможно все дело в неверном свете свечи, которая уже практически догорела за то время, пока мы ужинали внизу, а может и в чем-то другом, но мне показалось, что и щеки и губы Трис приобрели розовый оттенок против вчерашней мертвенной бледности. Я наклонился, поцеловал ее в щеку и, подумав, слегка прикоснулся губами к ее губам. «Возвращайся ко мне, любимая», — мысленно попросил я. — «Мне так плохо без тебя». Не дождавшись ответа, на который, я впрочем, и не надеялся, я еще раз прикоснулся губами к ее щеке, поправил оба одеяла, которыми она была укрыта и, опустился на свою постель. — Спокойной ночи, любимая, — тихо шепнул я и закрыл глаза.* * *
Мне приснилась Трис. Наверное, этому не следовало удивляться, ведь моя голова постоянно была занята мыслями только о ней. Но сон был настолько реален, что я чувствовал даже запах лесной земляники, исходящий от ее волос. Я шевельнулся, просыпаясь, но запах никуда не делся, а напротив, стал еще сильнее. А еще появилось странное чувство скованности, словно меня связали по рукам и ногам. Это еще что за новости? Я открыл глаза и в изумлении уставился на светловолосую макушку, уютно устроившуюся у меня под подбородком. Боги, это Трис? Но как?! Я же точно помнил, что ложился спать на своей постели, а не рядом с ней. И чувство скованности объяснимо — мы с ней были буквально спеленаты подобно младенцу в одеяло. Это что же, я страдаю той болезнью, при которой бродят во сне? Иначе подобного не объяснить. Я осторожно отодвинулся от нее и ошеломленно замер, глядя на комнату. А вот и ничего подобного. Я как засыпал на своей постели, так и проснулся. А это значит, что именно она пришла ко мне. ОНА. ПРИШЛА. КО. МНЕ?! Боги, к ней вернулось сознание! Я обхватил ее лицо ладонями, пристально вглядываясь в любимые черты. Ее веки дрогнули и на меня взглянули такие родные, серые глаза. — Рем? — тихо спросила она. — Любимая, — не поверив сам себе, прошептал я и обрушился на нее с поцелуями. Глаза, губы, носик, реснички, прядь светлых волос упавшая на лоб, и снова губы. Трис захихикала и попыталась вывернуться из моих рук, но не тут-то было. Я перекатил ее на спину и навис над ней, заключив в крепкие объятия. — Родная, как же ты меня напугала, — простонал я, упираясь лбом ей в ключицу. И осознал, что она одета. Значит, она пришла в себя не пару минут назад, а гораздо раньше. — Рем, ну отпусти, — фыркнула она насмешливо. — Ты меня сейчас задушишь. — Я тебя вообще больше из рук не выпущу! — шутливо пригрозил я и разжал руки, отпуская ее на свободу. Трис уселась на постели, поджав под себя ноги и привалившись боком ко мне, и вздохнула: — Ты сильно испугался? Я опять сознание потеряла? Я только кивнул, не произнеся ни слова, потому что горло буквально перехватил спазм от волнения. — Долго? — помрачнев, спросила она. Я приподнялся на локте и бросил взгляд за окно. На улице занимался рассвет и кусочек неба, который был виден в открытое окно — казался розовым. Значит, солнце уже начало подниматься над горизонтом. — Две ночи и день, — ответил я, и Трис округлила глаза. — Боги, Рем, прости меня, — хлюпнула она носом и, я в ту же секунду взвился с постели, словно и не лежал вовсе и, подхватив ее на руки, уже привычным жестом усадил к себе на колени. — Родная, ты что? — изумился я. — За что ты извиняешься. Не надо этого делать. — Я испугала тебя, — она уткнулась носом в мою грудь, и я прижал ее к себе. Крепко-крепко. — Во всем плохом можно найти и что-то хорошее, — улыбнулся я и слегка потрепал ее по волосам. — Зато теперь мы точно знаем, что Мэй может тебе помочь. Твой драконенок принял его энергию и именно поэтому тебе становится лучше. — Правда? — она сияющими глазами уставилась на меня. — Рем, я так рада! — А уж мы-то как рады, — улыбнулся я, — словами не передать. Любимая, — я серьезно посмотрел ей в глаза, — а что бы ты хотела сейчас больше всего? Она задумалась на мгновение, а затем выпалила: — Искупаться, покушать. И объясни мне, почему я проснулась такая… — ее лицо залила краска, а я, поняв, что она имеет в виду, покраснел тоже. Сообразив, как ответить я вздохнул: — Потому что Мэй устанавливал на тебя ту самую энергетическую сеть, при помощи которой должен получать питание твой дракон. А она ставится прямо на тело, а не на одежду. Поэтому нам и пришлось… — Нам? — перебила она меня и округлила глаза. А вот я, наоборот, их зажмурил. И кивнул. — Понятно, — тихо ответила Трис, помолчав. — Теперь ты во мне разочарован. — Чего?! — мои глаза округлились вне зависимости от моего желания, и я уставился на нее так, словно у Трис выросла вторая голова. — Ты сейчас о чем? Почему разочарован? — Потому что я — как мальчишка! — выпалила она, а я расхохотался, притиснув ее к себе. Боги, я подумал об одном, а она переживает совсем о другом. — Любимая, — сказал я ей на ушко, потому что она вновь уткнулась лицом в грудь, — ты самая красивая девушка в мире. Поверь мне. А что касается твоего заявления, — я не удержался и снова улыбнулся. — Ты вспомни свою маму. Она у тебя вон, какая красавица. И уверяю тебя, что ты будешь даже красивее ее и намного. Всего-то и нужно — немного подрасти. Понимаешь? — Ты так думаешь? — спросила она тихо. — Я в этом уверен, — ответил я твердо и, дождавшись пока она решится посмотреть мне в глаза, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал. — Родная, как же я по тебе соскучился! — Я тоже, Рем! — Трис обхватила мою шею руками и прижалась ко мне всем телом. Ох, лучше бы мне встать. Я решительно пересадил ее со своих коленей на постель и кивнул в сторону двери. — Сейчас я схожу, распоряжусь насчет горячей воды и завтрака. А потом нам с тобой надо будет серьезно поговорить. — Что-то случилось? — испугалась она. — Случилось, — кивнул я. — За прошлые сутки очень много всего произошло. И все — очень хорошее. Так что не пугайся, а просто дождись моего рассказа. Я уверен, что тебе понравится.* * *
Моя любимая сидела на постели, раскрасневшаяся после горячей ванны и сытного завтрака, прислонившись спиной к стене, ела землянику, переложенную из туеска в глубокую тарелку, и слушала мой рассказ. Точно так же как и я в свое время, она восприняла все, что было сказано мной — с долей иронии. Я видел, что ни некроманты — вампиры, ни возможное окончание войны ее не впечатлили. Она просто не поверила. Хотя и, не говоря открыто, но ее взгляд об этом просто кричал. Ну и пусть, у меня есть аргумент как ее убедить. Я поднялся со своей кровати и подошел к любимой, опустившись перед ней на одно колено. Трис отставила миску и растерянно посмотрела на меня. — Любимая, ты помнишь, — начал я, — как в лесу я сделал тебе предложение? Она согласно качнула головой и, с любопытством уставилась на меня, ожидая продолжения. — Тогда я сказал тебе, что кольцо, которое надел тебе на палец — это временно. А настоящее обручальное кольцо я подарю тебе позже, когда мы приедем ко мне домой, — и она кивнула, подтверждая, что все помнит. — Так вот, оказалось, что я немного перепутал, и кольцо, которое осталось в герцогстве — это всего лишь помолвочное. Папа подарил его маме в знак их помолвки. А настоящее обручальное кольцо всегда было у мамы на пальце. Она с ним не расставалась даже на миг. Лицо Трис помрачнело. Я сначала не понял, а затем внезапно осознал и улыбнулся: — Любимая, дай мне свою руку. Она послушно протянула мне руку, с интересом глядя на меня: что я еще такое придумал. — Беатриса, — торжественно вопросил я, — ты выйдешь за меня замуж? — Рем, — Трис просияла, — конечно же, да, я же уже согласилась. — И не передумала? — хитро подмигнул я, и она мотнула головой: — Ни за что! — Тогда вот так, — я взял ее руку, которую она так и держала передо мной и надел ей на палец мамино кольцо. — Я жду не дождусь момента, когда ты станешь моей женой, потому что люблю тебя больше всего на этом свете. — Боги, Рем, — ее глаза засветились от восторга, — какая красота! А что это за кольцо? — Это обручальное кольцо моей мамы, — улыбнулся я. Трис растерялась. — Рем, но откуда? Я поднялся с колена и сел рядом с ней на кровать, обняв за плечи. — Вчера ночью моя мама отдала его мне. И сказала, что обязательно будет на нашей свадьбе. Как и мой папа. — Рем, — укоризненно выдохнула Трис, — это совсем не смешно. — А я и не шучу, — покачал головой я и неожиданно чмокнул ее в висок. — Мои родители живы и здоровы, Трис. Я об этом узнал только вчера. И более того, видел их. Провел с ними целую ночь. А утром вернулся сюда. — Боги, — она прижала ладони к губам, — но как такое возможно?! — А ты подумай, о чем я тебе рассказал до этого? — хитро подмигнул я. — Теперь ты можешь поверить каждому моему слову. Она в растерянности покачала головой. — Значит, некромантов действительно не существует? А это всего лишь простые вампиры? Хотя я и в вампиров то не верила до встречи с тобой, — Трис хихикнула. — Все с ног на голову. Так странно. И Мэй жалко, — она опять помрачнела. — Тут ты права, — кивнул я, — но не советую в это лезть. Они с Элиарʼатом сами разберутся. Тем более, как мне кажется, он стремится загладить свою вину перед Мэй. Но есть еще кое-что. Элиарʼат просил меня позвать его, когда ты придешь в себя. Он хотел посмотреть, как продвигается твое восстановление. Только с одним условием — ничего не говорить Мэй. — А это не будет предательством по отношению к нему? — задумчиво спросила Трис, а я качнул головой: — Нет, любимая. У них весьма напряженные отношения, но повелитель вампиров хочет сделать как лучше, постараться загладить свою вину. Я в этом уверен. А поскольку я не меньше его хочу, чтобы Мэй пришел в норму, поэтому я и согласился, понимаешь? Трис задумалась, а затем решительно кивнула: — Хорошо, Рем, я согласна. Если то, что он на меня посмотрит, поможет им с Мэй наладить отношения, значит, зови его. Пусть смотрит. Я стиснул в ладони камень связи, предварительно глянув в окно. Надеюсь, что повелитель не разозлится после столь ранней побудки? «Рем?» — услышал я голос в своей голове. — «Что-то случилось?» «Доброе утро, Элиарʼат», — ответил я. — «Трис очнулась, а вы просили связаться с вами сразу, вот я и…». «Я понял», — перебил он меня. — «Как она?» «В порядке вроде бы», — подумал я. — «Мэй еще спит, и не знает, что она пришла в себя. Но она сама встала и уже позавтракала». «Рем, вы не будете возражать, если я посмотрю на нее?» «Да, разумеется», — несколько удивился я. — «Я ей рассказал все и она тоже не возражает». «Отлично! В таком случае откроете портал»? Я отошел на середину комнаты и, вспомнив, как это делала Делора, сжал на мгновение в своих ладонях портальный камень и, сразу отошел в сторону, наблюдая, как на том самом месте, где я только что стоял, завихряясь раскрывается зеркало портала. — Рем, — восторженно прошептала Трис, — Это что, портал? Настоящий? Ты такое умеешь? Я покачал головой. — Любимая, я тебе потом объясню, как я это сделал. Сейчас — ждем. Но ждать нам было не долго. Спустя буквально пару мгновений с момента открытия портала из него шагнул Элиарʼат. Несмотря на ранее утро, выглядел он, как и положено правителю государства — вполне себе величественным. Впрочем, как и в прошлый раз. Мне внезапно стало стыдно за свой ночной наряд. Трис хотя бы одета в обычную свою одежду, а вот я даже не удосужился переодеться после ночи. Вот же!.. — Доброе утро Рем, — кивнул мне вампир. — Доброе утро Беатриса. — Доброе утро, — улыбнулась моя любимая. — Можно просто Трис. Элиарʼат подошел к ее постели и опустился на стоящий рядом с ней стул, внимательно разглядывая Трис. — Трис вы знаете, кто я? — уточнил он у моей любимой и она согласно кивнула: — Да, Рем мне рассказал. Я сначала не поверила, — она смущенно улыбнулась. — В самом деле? — Элиарʼат удивленно задрал бровь, но я отчетливо видел, что это своего рода игра: в его глазах плясали задорные искорки веселья. — Про вас рассказывали разное, — пожала плечами девушка. — Но я предположить не могла, что на самом деле все так, как есть. Вампир вел с ней неспешную беседу. Шутил, задавал какие-то ничего не значащие вопросы, попутно вставляя и другие, более серьезные, отвечая на которые Трис давала ему всю информацию о себе. О своей прошлой жизни, родителях, своем драконе, о котором она узнала совсем недавно. Обо мне благополучно забыли, и сейчас я сидел на краю своей кровати и внимательно рассматривал их обоих. Что именно Элиарʼат хотел получить от встречи с Трис, мне было непонятно. Никаких судьбоносных заявлений, никаких откровений. Простой разговор. На магическое зрение я переходить не стал, рассудив, что все равно не увижу того, что доступно высшему магу. — Рем, — развернулся он на стуле в мою сторону, — я так понимаю, что теперь Беатриса будет привязана к Мэйнарду до момента вылета ее дракона? Я кивнул, и совершенно неожиданно для себя добавил: — Он вчера сказал, что внезапно осознал значимость этого решения для себя. Элиарʼат наклонил голову набок, изумленно приподняв бровь. — И что это должно значить? — спросил он. Я смутился, поняв, что влез туда, куда меня не просили лезть. — Он сказал, что теперь ваш поединок придется отложить до тех пор, пока дракон Трис не вылетит, — тихо ответил я, а вампир поморщился. — Рем, если позволите, — укоризненно произнес он, — мы сами разберемся с этим вопросом. — Простите, — я виновато потупился. Трис молчала, следя за нами удивленными глазами. Ну да, она-то о поединке не знает. Об этом Мэй рассказал только мне. Элиарʼат помолчал, словно обдумывая что-то, а затем задумчиво произнес: — У вас есть два дня до того, как сюда вернется Делора и, вы продолжите свой путь. Насколько я понял из рассказа Трис, ее мама думает, что она вернется домой сразу после того как ей помогут в магической школе. Правильно? Мы синхронно кивнули. — Быть может вам стоит попросить Мэйнарда слетать вместе с вами к Трис домой и объяснить ее маме ситуацию? Ведь домой теперь она попадет очень нескоро. До вылета ее дракона, как я понимаю, ждать придется не один месяц? Я растерянно посмотрел на любимую. Боги, а ведь и, правда. Нам такое даже в голову не пришло. Трис вздохнула: — Мэй сказал, что придется ждать, возможно, даже годы, — грустно произнесла она. — Я согласна на что угодно, лишь бы не умирать. — Я тоже, — добавил я, а Элиарʼат неожиданно улыбнулся: — Как знать, дети, как знать, — задумчиво произнес он. — Боги иногда очень любят пошутить. В любом случае, — он поднялся на ноги и кивнул Трис, — мне было очень приятно с вами познакомиться, юная леди. Искренне надеюсь, что эта встреча будет не последней. И мне хотелось бы увидеть вас в Фаргонии, пусть и в качестве гостей. Трис просияла при этих словах. Да, любимая, этот вампир такой. Невероятно опасный и обаятельный одновременно. — Мне тоже, — улыбнулась она правителю Фаргонии. — Моя просьба остается в силе, — повернулся он ко мне. — Рем, не говорите Мэйнарду о моем визите. Ни к чему его нервировать. Путь занимается девочкой. Я кивнул в ответ и, попрощавшись, проводил взглядом скрывшегося в портале вампира.
