Саймон молчит

В машине, рядом с очень сосредоточенным Риком, Саймона не покидало ощущение Нарнии. Он чувствовал себя ребенком, который никак не решается открыть дверь в страхе, что шкаф окажется не волшебным. Но ведь была магия. Они с Коннором каким-то непостижимым образом оказались в замкнутом пространстве и ехали выпивать вместе в конце рабочей недели. Снова, как и семь лет назад, события развивались с космической скоростью по какому-то своему сценарию. Но у редактора были планы повлиять на развитие сюжета. В машине они не разговаривали. Их молчание не было ни натянутым, ни уютным, а каким-то необходимым тайм-аутом. Рик привел Саймона (к его удивлению), в блюз-бар, где царила уютная полутьма (освещались только стойка и сцена). За роялем сидел, конечно же, - усмехнулся про себя парень, - чувак, похожий на Рея Чарльза, рядом с ним томно пела о несчастной любви молодая женщина в зеленом платье в пол. Перед сценой хаотично располагались столики, почти все были заняты, как правило, парочками. Сомерхолд выпал от того, что Коннор привел его именно в это место. Сердце его отяжелело, в горле сразу же встал комок, который он попытался проглотить, но ничего не вышло. Пока они шли к барной стойке, он призывал себя не трястись и не обольщаться. Следующий час они просто пили, в основном молча, чаще, не глядя друг на друга, но стоило только посмотреть... как стаканы моментально пустели, и они по очереди просили бармена добавить еще. *** - Коннор, сказать по правде, а я ведь просто охуел, увидев тебя в воскресенье, то есть в понедельник... – Саймона несло как щепу на волнах, но он вряд ли мог себя контролировать. - Я тоже, - если одного алкоголь развязывал окончательно и бесповоротно, то на второго это чудо совершенно не действовало. Почти. Все-таки какие-то откровения он себе позволил. – Хоть и знал, что ты будешь у нас работать. - Знааал?! В смысле? Давно? - О тебе заговорили еще за несколько недель до слияния, во время переговоров, - Коннор держал бокал в руках и смотрел на дно его так, словно надеялся прочитать там свою судьбу. – Я не был уверен, но после того, как мы встретились в клубе, понял, что новым главным редактором будешь все-таки ты. - Понятно – протянул парень, - значит, давно было решено отдать меня новому хозяину, - в другом состоянии Саймон не позволил бы выказать свои сомнения. - Ты хочешь сказать, что не рад переводу? – Коннор ухватился за последние слова редактора, и, наконец, поднял на него красные от усталости глаза, взгляд его был совсем чуть-чуть нетвердый. - Я бы сам заплатил Грею, чтобы он меня не брал на эту работу, если бы знал, что так все обернется,- руль и фарватер Саймон утратил в пучине. Алкоголь, музыка, Рик действовали на него просто ужасно, и он понимал, что ему пора остановиться в своих излияниях на почве возлияния. - Что ты имеешь в виду? – нахмурился Коннор. Знал бы ты, морозильник, как я рад видеть эмоции на твоем лице! – Сомерхолд торжествовал про себя, краем сознания понимая, что торжествовать-то не с чего. Сейчас он брякнет ему что-то, и это что-то очень сильно осложнит и жизнь, и работу здесь, в издательстве, каждый день, рядом с ним. - Да не напрягайся, чувак, - Саймон похлопал Рика по плечу, под его прикосновением тот ощутимо напрягся, на скулах проступили желваки. - И все-таки, что ты имеешь в виду под «так все получится»? – а ты упорный, засранец, - досадовал Саймон и как мог перебирал в своей нетрезвой голове варианты отступления. - У меня в Ирландии осталась девушка, мы собирались пожениться, - парень зачем-то врал, тупо, по-детски, путаясь в фактах, надеясь только, что Коннор достаточно пьян, чтобы не заметить, как Сомерхолд лажает. - Ааа, - протянул тот, насмешливо подняв брови, - все понятно, Сомерхолд, вот зачем тебе нужны были билеты в Ирландию, - Рик улыбнулся. Ему это не снится? Нет, он пьет с Коннором, а тот говорит с ним и даже улыбается, более того, Рик в курсе его дел, и задавался вопросом, зачем Саймону билеты в Ирландию. - Ну да, - если врать, то до конца, ведь так? - А почему ты привел меня именно сюда? – вопрос давно вертелся на языке, сейчас же как раз было подходящее время, чтобы его задать и заодно отвлечь Рика от несуществующей ирландской невесты. Коннор пожал плечами. - Мне нравится это место, здесь спокойно, самое оно, - Саймон открывал Рика заново, это определенно. - И часто ходишь сюда? – кажется, он уже лучше контролировал свое желание нашкодить и вывести Коннора из себя. Только с безумным желанием разложить его где-нибудь и трахнуть, справиться не удавалось. - Не очень, - Рик не смотрел на него, его взгляд блуждал по столикам и сцене. Иногда Саймону удавалось себя одернуть, для этого нужно было вспомнить выпускной вечер, лицо и голос нападающего, и тогда только парень испытывал покой. Это чувство пришло к нему далеко не сразу, для этого потребовался год… или два. Сейчас он призывал тяжелые воспоминания как тяжелое вооружение себе же на помощь, и своему разуму, который опять ему отказывал, как всегда в присутствии Коннора. - Ты гей, Сомерхолд? – вопрос заставил Саймона подавиться виски. Он закашлялся, опять получается какой-то ебучий голливуд. - Да нет, не думаю, - как умел иронично отрицал Саймон. Что еще он мог сказать? Это не было неправдой, но и всей правдой не было. Не признаваться же Рику, снова, не выкладывать же, как на духу, что с момента их первой встречи он ходит от него одуревший, словно и не было семи лет совершенно другой жизни. – Я тебе говорю, у меня девушка есть, - редактор пожалел, что не ходил на курсы актерского мастерства, сейчас бы они ему пригодились. – А если ты насчет того случая, ну, если помнишь… - Коннор смотрел на него очень внимательно, а Саймон чувствовал, как жар заливает щеки и уши, лишь надеялся, что полутьма скроет следы его преступления против истины, – так это была просто глупость, ребячество, хотел поэкспериментировать, с кем не бывает? – беззаботный смех, обычно очень удававшийся, сейчас прозвучал крайне неестественно. - Сомерхолд, мне иногда хочется тебя придушить, ты знаешь, - Коннор был очень серьезен, очень. Два зрачка горели в черных глазах Рика, как звезды в небе. Веяло холодом. И он, на удивление бодро, развернулся на барном стуле, достал бумажник, кинул на стойку денег, встал и твердым шагом покинул зал, не оглядываясь, как всегда. Саймон остался сидеть на месте, больше не надеясь, что семь лет спустя, сможет поменяться ролями с айсбергом, опять как-то так вышло, что он снова стал маленьким дурачком, который порет чушь, пока невзъебический Рик хрен моржовый Коннор уходит от него прочь, оставляя одного в ледяной пустыне.