Фабрика кексиков (Cupcake Factory)

Яблочные акры сегодня выглядели особенно приятно. Или это просто сидр. Ведь Рэйнбоу и Пинки соревновались кто больше выпьет, осушая по десятой кружке. — Знаешь, Пинкс. Никогда не думала, что мы вдвоём будем пить, мне так нравится. — Зна-а-аю. Я все годы специально скупала весь сидр перед тобой. *ик* Обоссать тя хотела. — Постой-ка, постой-ка. Ты щаз сказала, что делала это специально? — Типа, да. *ик* Но давай забудем это. Сидр в этом году о-о-о-очень хорош, — Пинки прикончила свою кружку. — Твоя очередь, Дэши. Её голова весила словно полсотни килограмм. Рэйнбоу понимала, что не сможет поднять её со стола, и поэтому потянулась к следующей кружке и поднесла её ко рту. Как бы она не старалась пить, ни капли сладкого-сладкого сидра не попало ей на язык. — Эй! Какого? Куда делся сидр? ЭйДжей! Эй, ЭйДжей! Дай мне ещё! — протестовала пьяная спортсменка. Эплджек обнаружилась в нескольких шагах от них. Она вздохнула, когда обернулась и увидела их. Пинки лежала на столе, её голова свисала с краю, тело Рэйнбоу же распласталось по земле, лишь голова боком оставалась на деревянной конструкции. Обе были окружены десятками пустых кружек. — Сахарки, сколько денег не получала бы я от обслуживания вас, но я щитаю, что вам обеим хватит, — с заботой сказала Эплджек. — А я скажу те, что солнце ещё высоко, и я хочу ещё. — Дя-я-я-я-я-я! Посмотри на Берри Панч! Сколько у неё кружек? П-п-пятьдесят? — присоединилась к протесту Пинки. — Вы обе прекрасно знаете, что у неё проблемы с алкоголем. Вы станете такими же, если не прекратите. — Если ты знаешь о её проблеме, то почему продолжаешь ей наливать? Только посмотри на неё! Она напилась как лошадь! — Как лошадь? Серьёзно, Рэйнбоу? — она вздохнула. — Я не могу прогонять постоянных клиентов. Её проблемы приносят ферме деньги. Но я не хочу брать ответственность за вас двоих. Это всё. Никакого сидра на сегодня. — Да ладн, ЭйДжей! Только одну кружечку! Одну… кружечку… — Рэйнбоу не смогла договорить, как заснула. И Пинки тоже. Ещё один повод для Эплджек покачать головой. Эти двое. Каждый сезон сидра одно и то же. — И что делать с этими двоими? — поинтересовалась оранжевая пони. Только подумав это, из ниоткуда появился Бигмак. — Что нам делать с пьяными кобылками? Что нам делать с пьяными кобылками? Что нам делать с пьяными кобылками, ранним утром? — напевал он. Глаза его сестры сузились. — Сожри штаны, братец! — Не-а, — ответил Бигмак и тут же получил удар по лицу от сестры.

***

Несколько часов спустя, Рэйнбоу и Пинки проснулись со стучащими головами. Эплджек кричала так громко. — Мы опять в её амбаре, — прокомментировала Рэйнбоу. — Не удивительно, ведь мы столько выпили. Но, тьфу… Пусть она прекратит кричать, я не готова веселиться. Тупое похмелье… — Все же, почему она кричит? Пойду проверю. Выбравшись из сена, Рэйнбоу открыла дверь и только больше запуталась. Она увидела, как Эплджек спорит с двумя жеребцами. Вроде это Флим и Флем? Эти ничтожества дружба-и-текущий-сидр. И та машина с ними? Не походила на выжималку сидра, она была гораздо больше и покрашена в белые и оранжевые цвета. Пару минут спустя, спорящие стороны развернулись и разошлись. Флим и Флем принялись снимать колёса с машины и собирать её, Эплджек же топала в своём доме от злости. — Пинкс, у нас проблемы.

***

Была ночь, когда двое подруг вышли из домов и вернулись в Понивилль. Машина Флима и Флема была полностью собрана и готова к работе. Они узнали, что это был небольшой полностью автоматизированный завод по производству сидра. — Вот конские яблоки, Пинкс. Они выиграли пари пару лет назад, но тогда он сбежали! Может сейчас они хотят завладеть яблочной фермой? — злилась Рэйнбоу. — Взгляни на это с другой стороны! Машину явно улучшили, и теперь она не будет производить низкокачественный сидр и работает эффективнее. Теперь у нас будет намного больше сидра, — Пинки пыталась приподнять настроение. — Почему ты не сердишься, что Эплджек потеряет ферму? Дай угадаю, её номер выпал? — Нетушки-хлопушки! Не могу дождаться! С нетерпением жду, чтобы испечь лучший яблочный пирог за всё время! — розовая кобыл подпрыгивала от волнения. — Хм… Вроде неплохо… Но я не уверена… — Ты о чём, Дэши? Номерки никогда не ошибаются! Никто не узнает! — Ну, не совсем. Помнишь неудачу со мной? И я, и ты… необычные. Вдруг есть шанс, что другие окажутся такими же? — Хм, никогда не думала о этом. С другой стороны, я никогда не пыталась убивать близких друзей до тебя. Что будем делать, Дэши? — Они пока наши друзья, мы не можем их бросить так легко. Из-за этого призрачного шанса мы должны защищать их. Кто знает, как всё сложится. Пегаска замолчала, когда они проходили мимо гигантской машины, которая угрожает разрушить жизнь их друга. Глаза Пинки были устремлены на неё. Вдруг она остановилась, с растущей улыбкой на лице. — У меня есть довольно весёлая идея. Завтра будет торжественное открытие, и весь Понивилль придёт посмотреть, как она работает. Да? — Да, и что? — А если мы проверим эту машину до конца ночи? Отвернуть винтик здесь, сдвинуть магическую железку там, — говорила вечериночная пони, медленно поворачивая голову с безумной улыбкой. — Будет очень смешно, если машина засосёт кое что другое, кроме яблок. Лицо Рэйнбоу оставалось замерзшим, но она улыбнулась про себя. — Пинки, ты гадкая, гадкая пони. Я начинаю любить эту сторону в тебе.

***

Следующим днём, ранним утром все пони из Понивилля собрались на яблочной ферме. Даже мэр пришла выступить с речью про шажок технического прогресса. Все казалось, что она продалась за возможность иметь фабрику по производству сидра рядом с городом. Флим и Флем были настолько самоуверенны, как никогда раньше. Они восседали на аппарате, мечтая обо всех заработанных деньгах. Они то и дело бросали взгляды на семью Эплов сверху вниз с отвращением, и им возвращались такие же взгляды. Вряд ли они знали, что в толпе скрывались Рэйнбоу и Пинки, хихикая в ожидании и переминаясь с ноги на ногу. — А теперь я даю слово новым владельцам фабрики: мистеру Флиму и мистеру Флему, — закончила Мэр и отошла от трибуны. Продавцы соскочили и подошли к деревянной сцене, не успела предыдущая речь завершиться. — Дамы и господа! Сегодня величайший день в Понивилле! Вам больше никогда не придётся страдать от отсутствия сидра! Ибо братья Флим и Флем принесли вам окончательное спасение для ваших сухих, жаждущих сидра, глоток, — начал Флим. — Вы готовы начать новую эру никогда не заканчивающего сидра? Громкие аплодисменты толпы послужили ему ответом. — Тогда начнём! — прокричали оба брата. Они развернулись и выстрелили в антенны магическими лучами. Машина мгновенно взревела. Длинный хобот расширился и начал двигаться по всему саду. Толпа оживилась и кричала ещё громче. Но произошло что-то странное. Ни одно из яблок не было засосано. Машина сканировала дерево за деревом, но не находила ничего хорошего, чтобы поместить между зубчатых шестерёнок. Наконец, хобот двинулся в сторону Флима и Флема. Два брата выглядели сбитыми с толку, когда увидели, что хобот остановился прямо над ними. Их глаза широко распахнулись, и зрачки сжались от ужаса, на лица застыли в нелепом выражении, когда их засосало. Толпа ахнула в шоке, видя как эти двое путешествовали внутри собственного творения. Они достигли до массивной центрифуги, и послышались громкие звуки. Под громкий хруст и скрежет механизмов стеклянный баллоны наполнялись кровью. Толпа кричала в ужасе. Некоторые пони метались от отвращения. Другие — убегали в панике. Большинство же стояли парализованными от зрелища. Машина явно не создавалась, чтобы ломать кости. Шум изнутри неё становился всё громче и громче, сопровождаясь лязгом разрушающегося металла. Десять секунд спустя машина отключилась, изо всех щелей валил дым. Ещё через секунду вниз в большую бочку выпали хорошо отжатая груда мяса, костей и меха. Тишина заполнила фруктовый сад. Все пони стояли с широко открытыми глазами и ртами. И Мэр тоже. Но уже через несколько секунд она поправила галстук и снова встала у трибуны. — Прошло не так, как ожидалось… Нам стоит… пойти всем по домам. Травмированные от увиденного пони медленно расходились по домам. С всё еще застывшими мордочками. Только Пинки Пай и Рэйнбоу Дэш оставались стоять на местах, притворяясь, что у них шок. Глаза их выдавали, и только когда семья Эплов зашла в свой дом, они прыснули от смеха. — Нет-нет, всё прошло не как ожидалось. Всё было гораздо лучше! Идеальное веселье! — Ага! Смотри! Иди сюда, Дэши! — Пинки подошла к месиву того, что осталось от братьев. — «Брат мой, мы стали единым целым»! — Пф-ф. Неплохо, Пинкс! — сказала Рэйнбоу, смеясь. — И они стали выглядеть как бочка! Это было слишком, даже для Пинки Пай. Она упала на спину, дёргая ногами и смеясь от всей души. — Дэш, Дэш, ты жжёшь! Ой, моё сердце! Потребовалось две минуты, чтобы успокоиться. Тогда они решили вскрыть бочку с «сидром». Она была заполнена до краёв хорошо профильтрованной, высококачественной понячьей кровью. Удивительно, ведь машина сломалась, выжимая двух братьев до смерти. Пинки и Рэйнбоу переглянулись. — Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросила Рэйнбоу. — Надеюсь! — Пинки схватила кружку, макнула её в бочку, зачерпывая, и одним залпом выпила всё содержимое. — Одна! Рэйнбоу подняла кружку, тоже заполнила её кровью и выпила. — Одна! Пинки вновь наполнила кружку и осушила ей. — Две! Рэйнбоу повторила действия за подругой. — Две!