Фабрика кексиков (Cupcake Factory)

Тик-так. Тик-так. Единственное что ненавидела Рэйнбоу Дэш — это сидеть без дела и скучать. К сожалению, она опять выспалась днём, и не могла сейчас заснуть. Ей оставалось глядеть на часы, отсчитывающие минуты. — Блин… И зачем я выпила неприкосновенный запас сидра… Ничего не осталось, что бы меня вырубило. Та-а-ак скучно… Часы тикали, казалось, каждый щелчок длился всё дольше и дольше. Услышав звуки, доносящиеся с кухни, Рэйнбоу вздохнула с облегчением — появилось, чем заняться. — Тэнк, ты опять залез в холодильник? Сколько раз тебе повторять… — говорила Дэш, спускаясь по лестнице из облаков. Остановившись. Она поняла, что сидящий перед ней силуэт слишком большой, чтобы быть черепахой… черепашкой. Серая пони с чёрно-фиолетовыми гривой и хвостом нагло проникла в её дом. — Так-так. Что это тут мы делаем? — прокричала Дэш, приготовившись наброситься на грабителя. Та резко подскочила в воздух, заложила резкий вираж и пулей направилась к окну. Рэйнбоу старалась поймать её, но та пони была очень ловкой. Даже скорость реакции Дэш не хватило, чтобы помешать побегу незваной гостье. — Блядь.

***

Пинки Пай ахнула, выслушав пересказ событий прошлой ночи от Рэйнбоу. — Тебя тоже? Пару дней назад кто-то пытался обокрасть Сахарный Уголок! — Мне не нравится, что происходит, Пинкс. Я не позволю какому-то мудаку беспределить в моём родном городе, — сердилась Дэш. — Есть мысли, кто грабитель? И почему он или она такой быстрый? Даже ты не смогла поймать его! — Не быстрый, Пинкс. Ловкий. Нет никого быстрее меня во всей Эквестрии. У меня не получилось поймать его, потому что он резко повернул, а я — нет. Ума не проложу, как. Единственное, что можно утверждать — он пегас, потому что летал. — Так интересно! — вскрикнула Твайлайт, напугав и Рэйнбоу Дэш, и Пинки Пай. — Твайлайт! Какого сена ты так подкралась? — спросила пегаска. — Я просто стояла рядом и не смогла сдержаться, и подслушала разговор. Похоже у нас новая проблема дружбы! — возбуждённо заявил юный аликорн. — Здесь точно дружбомагией не пахнет, глупышка. — Конечно да! Задумайтесь! Должна быть причина, почему пони занялся кражами! Может ему нужны деньги на жизненноважную операцию для друга, а законными способами он не сможет их собрать вовремя! Или он таким способом просит о помощи и привлекает внимание! Я проведу исследование по этому случаю! — Исследование? И… всё? Ты не будешь останавливать грабителя? — разочарованно спросила Рэйнбоу. — Эй, Рэйнбоу Дэш! Я бы не стала похищать и бросать его в темницу! Я же принцесса дружбы, все-таки! Найдётся более приемлемое решение по этому вопросу! Ладно, спасибо за внимание. Я отправляюсь в библиотеку, проводить исследования. Пока, девочки! — аликорн мигом улетела. — И тебе по… Постой. Что бы это значило? — Пинки слегка расстроилась. — Посмотрим правде в глаза, Пинкс. Мы обе чокнутые. И нет нужды об этом говорить. — Хм, ага. Согласна. Ой! Эй! Я только что вспомнила о заготовке! Прошу тебя присоединиться к ней! — Две кобылы, один номерок? — спросила Рэйнбоу с хитрой улыбкой. — Фу-у-у-у! Противно! Грубая отсылка! Дэши! Теперь это видео опять крутится в моей голове! — жаловалась Пинки с гримасой отвращения, а Рэйнбоу прыснула от смеха. — Ты правда смотрела это видео? Пинки сразу же захлопнула рот, глаза нервно заметались. — Не-е-е-ет? — соврала она. Это заставило пегаску смеяться только громче. Несколько секунд спустя она пришла в себя. — Я с удовольствием присоединюсь к тебе! Имею право! — Воу-воу-воу, не так быстро, Дэши. Сначала номерок. За мной! Они направились к Сахарному Уголку.

***

Рэйнбоу летала из стороны в сторону со скрещенными передними ногами. Нетерпение и раздражительность отражались на её лице. Пинки вычисляла следующий номерок в своём подвальчике уже пять минут. Пять минут жизни Рэйнбоу потратила впустую. Как она возненавидела эти минуты. Наконец-то розовая кобыла вычислила номер. На маленькой бумажке был нарисовано: «259». Рэйнбоу незамедлительно схватила пинкин дневник, пролистывая страницы с фотографиями. Найдя нужный номер, её взгляд замер на очень странном жеребце. Серая шёрстка и чёрно-фиолетовые грива и хвост. Глаза с вертикальным зрачком, и крылья необычной формы, не похожие на пегасьи. До Рэйнбоу всё-таки дошло, что она видела его прошлой ночью у себя в доме. От понимания, у неё широко распахнулись глаза. — Какого сена? Это тот грабитель! Ты его знаешь? — Он следующий? Ну да! Его зовут Блэквин! Был Ночным Стражем у принцессы Луны. Получил травму на работе, больше не мог выполнять свои обязанности и был выгнан. Совсем недавно прибыл в Понивилль в поисках любой работы, — Пинки выделила слово «любой». — Думаю, он работает по всем фронтам. — Посмотри на его крылья и глаза! Он, типа, мутант? — Он бэтпони, глупышка. Не мутант! — Пинки захихикала. Дэш медленно повернулась к Пинки, опять скрестив ноги и поднимая одну бровь. — Пони-летучая мышь? Серьёзно? А ещё Эплджек жалуется на мои каламбуры… — Его, как ОС-ку, никто не будет искать. Как прекрасно думать, какой он на вкус! Будет весело! — Да, ты права. Одной мрази станет меньше в Эквестрии… А как мы поймаем его? — Просто подождём смены окружения. — Смена окружения? Пинки, серьёзно, о чём ты говоришь? — Эти «***» пишутся каждый раз когда меняется окружение или происходит смена времени в рассказе! — В рассказе? О… Кажется, я их вижу. Ты говоришь о тех, что подо мной?

***

Пинки затянула последний ремень — у неё всё готово. Блэквин был надёжно привязан к пыточной раме, и находился без сознания. Скоро это изменится — у Пинки чесались передние копыта, она предвкушала и широко улыбалась. — Вау… Это было отпадно, Пинкс. Мы полдня разыскивали его, чтобы скормить кекс. Могу поклясться, что у меня такое чувство, что на всё это ушло не более минуты! — Рэйнбоу озадачено почесала голову. — Ага, у четвёртой стены есть склонность заставлять тебя говорить, чтобы залатать дыры в сюжете. Ладно. Пинкамина Диана Пай. Заткни пасть. Если ты не прекратить портить мой рассказ, то я поменяю тебя местами с Блэквином. — Упс. Простите уважаемый автор! Продолжайте! — извинилась Пинки. — Что вообще происходит? После того, как Рэйнбоу волшебный образом забыла о предыдущем разговоре, она подлетела к шкафу и достала оттуда платье из кьютимарок и ожерелье из рогов единорогов. — Ой! Спасибо, Дэши! Я чуть не забыла переодеться! — розовая бестия подскочила к подруге. — Наверное, на платье у тебя ушло немало пони, — Рэйнбоу рассматривала одежду, что надевала на себя Пинки. — Всё, я устала ждать! Разбудим его! Светло-голубая пегаска подлетела к заложнику и хорошенько его лягнула, приводя в чувства. — А! Какого сена?! Где я? — Блэквин задёргался на стойке. — Привет, дружище! — радостно поздоровалась Пинки. — Сегодня у тебя самый лучший день в жизни! Озорные игры сразу с двумя кобылками! Глаза крылатого жеребца расширились, а крылья мгновенно поднялись в стояке. — Ладно. Хорошо, — согласился он сильно, удивляясь и смущаясь. — Пинкс, ты переняла несколько моих черт? — Ты знаешь меня, Дэши. Веселье — это про меня, даже если платить приходится другим. — Хе-хе. Итак, начнём? — Хм… посмотрим… — розовая кобылка копалась с инструментами. — Скажи, Блэки, тебе нравится играть с иглами? — Не… не знаю. Но я готов попробовать новое, — ответил заложник возбуждённо, всё ещё не понимая, что произойдёт. — Прекрасненько! — Пинки отвернулась от стойки, подавая Рэйнбоу маленькую коробочку с очень острыми, как иглы, гвоздями. Кобылки переглянулись. Улыбкой и кивком договорились оставить жертву в неведении чуть подольше, и их копытца забегали вверх-вниз по телу жеребца. Конечно же Блэквин наслаждался этим, со счастливой улыбкой закрыв глаза. Пинки первый гвоздь медленно заскользил по груди, царапая кожу. Вряд ли он заметил это до того, пока гвоздь не начал медленно втыкаться в левую переднюю ногу чуть выше бабки. — Больно… типа, — голос старался не быть трусливым. — В этом и суть, глупышка. Кажется, ему этого хватило для объяснения — он только кивнул и чуточку расслабился. Рэйнбоу не могла поверить, каким сказочным идиотом он был. Типичный жеребец. Как только учуют шанс заняться сексом — так сразу отключается мозг, и они согласны со всем дерьмом, что с ними делают. Ей приходилось сдерживать смех, когда она методично втыкала гвозди в тело Блэквина, наблюдая как он забавно корчит мордочку, разрываясь между болью, неуверенность и желанием. Вдруг Пинки воткнула гвоздь прямо в левый глаз бэтпони-жеребца, заставляя задёргаться и закричать от боли. — Какого хуя?! За что? Мой глаз! Что ты натворила! Вместо ответа Пинки повернулась к Рэйнбоу. Переглянувшись, они захихикали и продолжили втыкать гвозди, теперь выбирая наиболее болезненные места. — Ай! Больно, бля! И совсем не кайфово! Остановитесь и развяжите меня! Рэйнбоу медленно положила копыто на губы жеребца, бросая соблазнительный взгляд. — Тшш. Ты слишком много говоришь, — эротично сказала она. Но Блэквин больше на это не купился. Он помрачнел и укусил спортсменку. Тут он понял, что у него не получилось причинить ей вред. Дэш лишь улыбнулась, ударяя другой передней ногой ему в челюсть, ломая копытом несколько зубов. — Какой же ты идиот. Кусать копыто. Я даже ничего не почувствовала. Блэквин скулил от боли. Она убрала копыто от его рта, и тот выплюнул выбитые зубы. — Какоко шуя тебе от меня надо? — спросил он, брызжя кровью изо рта. — Не обманывайся. Блэки. Мы просто повеселимся с тобой, — ответила Пинки со зловещей улыбкой. — Дэши, неси молоток, мы вобьём гвозди красиво и глубоко. Ей не нужно было повторять дважды. Пока пегаска летала за молотком, до Блэквина наконец дошло, что именно имели в виду две кобылки, говоря, что проведут с ним время весело. Единственный целый зрачок сжался до крошечной точки, наблюдая как Рэйнбоу прицеливалась молотком к гвоздю в левой коленке. С каждым ударом молотка, Блэквин дёргался и кричал. Одного вида от зрелища хватало, чтобы развеселить Пинки — она отошла назад, села в кресло из костей пони и хихикала, словно смотрела комедию. — Прекрасно. Дэши! Только оставь гвоздь у глазу. Нам не хочется, чтобы он оказался внутри головы. — Поняла, Пинкс! — Рэйнбоу продолжала обрабатывать жеребца, как деревянный ящик. Скорей всего, светло-голубая пегаска любила моменты, когда она могла выпустить садистские наклонности наружу. может им стоило пригласить Скуталу или Флаттершай? Ладно, это не последний пони, с которым они будут возиться. В другой раз — решила она. Дэш почти закончила, Пинки соскочила со стула и подпрыгнула к выдвижным ящикам. — у меня идея! Сыграем в кости! — Ты о чём? — Видишь рычаг сверху? Какое число выпадет на кубике, столько раз нужно дёрнуть за рычаг. И так по очереди. А потом будет шумный сюрпризик! — Идёт, только я первая! — настояла Рэйнбоу. — Конечно! Вперёд! — Пинки передала игральный кубик. Рэйнбоу небрежно бросила его на соседний стол. Выпало три. Она потянула три раза за рычаг. Казалось. Что ничего не произошло, но глаза бэтпони широко распахнулись. — Бля! Нет! Стойте! — прокричал он. У Пинки выпало пять, и она потянула за рычаг пять раз, широко лыбясь, потому что знала что случится дальше. — Ты мне кости ломаешь! Штой! Умоляю! У Рэйнбоу выпала шестёрка. — Хватит! Прошу! Я не выдержу больше! Пинки точно знала, что он на пределе. Но это не важно — у неё была двойка. Она потянула за рычаг эти два раза очень медленно, сумасшедше улыбаясь и хихикая. После громкого щелчка последовал душеразрывающий крик. — Моя спина! Вы монстры! — кричал Блэквин. — Да ладно. Похоже ты выиграла, Пинкс, — разочарованно сказала Рэйнбоу. — Не сдавайся так быстро, Дэши. Позвоночник можно сломать в нескольких местах! зловещая улыбка вернулась на лицо Рэйнбоу, и она опять кинула кубик. Игра продолжалась пока они не переломали позвоночник полностью, у жеребца всё онемело ниже груди. — Грёбанные суки! Я не чувствую ног! Я убью тебя! И тебя. Вы меня слышите! Я придушу вас обеих! — неразборчиво кричал жеребец с выбитыми зубами. — Сначала научить говорить. Не понимаю ни слова, — издевалась Рэйнбоу. — Ты труп! Ты уже мертва! — Теперь следующая игра! Для неё потребуется больше терпенья, но она того стоит! — Пинки обращалась к подруге, размахивая медицинским чемоданчиком. — Дэши, сыграем в доктора! — О, потрясно! Откуда это у тебя? — Украла в понивильской больнице, — Пинки хихикнула. — Шалунишка. Что мне делать? — Раз он уже парализован, давай посмотрим, получится ли у нас извлечь кости и не дать ему умереть от потери крови. Это я умею. Может даже получится вынуть позвоночник с черепом. Давай посмотрим насколько далеко у нас получится. — Хм… сложновато. С чего начнём? — пегаска схватила скальпель ртом и подлетела к заложнику. — Снизу, с копыт. Старайся не задеть вены и артерии, зажимай кровотечения, перерезай мышцы и сухожилия, и вытягивай их щипцами. Столько всего сразу, но у Дэш был опыт работы с живой плотью. Всё же она начинала карьерную лестницу на фабрике радуги с обычного цеха бойни. С подсказками Пинки, потребовалось не так уж много усилий, чтобы ампутировать оба задних копыта. Он сильно протестовал и дёргался, но не мог двигать нижней частью своего тела. Так две кобылки двигались всё выше и выше к тазу. Вдруг пинки остановилась. — Ладно, этого хватит. Мы же хотим поиграть и в другие игры. — Верно, уже начинает надоедать. Посмотри на его ноги: болтаются как сосиски. — Постой, ты знаешь что такое колбаса? Я думала, что ты никогда не ела мяса, пока я тебя не схватила? — Ебанные шутники! — простонал Блэквин, не поняв, что кобылки обсуждали сейчас не его тело напичканное гвоздями, с выбитым глазом и зубами и наполовину парализованное. — А то! Мясо пони, Пинкс. До того дня я не пробовала мясо пони. Но колбаса делается из разных видов животных! Помнишь моего друга-грифона? Они едят мясо, и как-то поделилась обедом со мной. — Ууу! Понятно. Посмотри, как наш гость заскучал! — Нет! Я не это имел… — пытался протестовать бэтпони. — У тебя клёвые инструменты, Пинкс. Давай опробуем их все! Кажется наконец-то жалобы Блэквина были услышаны Пинки. Та их обдумала и, используя пару зажимов и нож, отрезала ему язык, оставив его бормотать и брызгать кровью изо рта. Далее последовала самая болезненная часть для жеребца. Две кобылки использовали все виды инструментов и приспособлений, причиняя немыслимую боль. Они сосредоточились в основном на верхней половине тела, которая ещё чувствовала боль. Был и расплавленный металл на шерсти, и переломанные кости крыльев, их, кстати, отпилили вместе с кожей на лопатках живьем. Блэквин перестал вести себя как крутой парень. Теперь от рыдал, как ребёнок, и паниковал от каждой мелочи, что с ним делали, душераздирающе крича. Пинки достала особо жестокую шутку. Это был железный горшочек и маленький грызун. Она положила зверька во внутрь, и быстрым движением перевернула, положив на живот Блэквину. Сверху положила горячий уголёк. Температура повышалась внутри, и грызун метался в панике. Единственным способом сбежать от жары было прогрызать мех и плоть пони. Конечно же он кричал, как бешеный конь. — Жестоко ты. Я не про жеребца, а про зверька. Не пугайся так, Пинкс. Я так люблю пытки! — Спасибо, Дэши! Ты так хорошо выглядишь, покрытая кровью! — Ха. Тебе тоже идёт красный… Святая корова! Твоя грива! — прокричала пегаска. Они так долго возились, что довольно сильно пропитались кровью и потом. Особенно грива Пинки — она потеряла объём и распрямилась. Последний раз Рэйнбоу видела свою подругу такой во время нервного срыва. — А, ага. Такое случается иногда. — Знаешь… Кровь и твоя одежда… Они реально тебе к лицу. Завораживает… Прям… Секси. На заднем фоне кричал Блэквин. Кобылки же смотрели друг другу в глаза. Сначала появилась слабый намёк на улыбку у Дэш. Потом Пинки вопросительно подняла бровь несколько раз. Рэйнбоу в ответ соблазнительно слизнула кровь с копыта. Этого хватило Пинки, та подошла к подруге, обняла её, пристально глядя в глаза и широко улыбаясь. — Знаешь, вечеринка в самом разгаре. Как насчет сделать самое противное прямо сейчас, Дэши? — с соблазнительным тоном предложила Пинки. — Поговорим? — ответила Рэйнбоу, возвращая широкую улыбку. Для Блэквина приближался конец. Он потерял слишком много крови, почувствовал слишком много боли. Он даже не воспринимал, что происходит. Он тонул в бесконечной боли. Однако, продолжали поддерживать его в сознании, чтобы он был свидетелем как можно дольше. Он видел лишь проблески. Вот Пинки убрала горшочек и вытащила пропитанного грызуна из его кишок. Вот Рэйнбоу высасывала кровь из одной из многочисленных ран. Вот они целовались, откусывая куски мяса на передних ногах. Перед тем, как покинуть этот мир, он увидел, как Пинки держит огромный тесак. Один удар по шее, и его голова покатилась по земле, и как потемнело. — Хоть был вкусным, — сказала Рэйнбоу. — Ага. Как и все крылатые, — фыркнула Пинки, смеясь.