If you're wasting your life, say hi

— Слушай, Чоромацу, — вдруг начал Осомацу, отвлёкшись от разглядывания облаков на по-летнему голубом небе, когда парни в который раз валялись на траве, подложив под себя сумку и книгу, — я тут подумал… Ты же хотел познакомиться с Карамацу-сенсеем и Ичимацу, да? Может, тогда устроим двойное свидание? — Неожиданно ты, — ответил Чоромацу. — Они уже знают об этом? — Я спросил Ичимацу, и он был даже рад, наверное. Мне так показалось. Так что, будь уверен, скоро об этом узнает и Карамацу-сенсей и тоже будет не против. — Отлично, — сказал Чоромацу и чуть задумался. Он давно хотел спросить кое-что, но не находил подходящего случая, который, судя по всему, представился прямо сейчас. — Слушай, Осомацу… — Чего? — Почему ты зовёшь Ичимацу-куна просто Ичимацу? — После своего вопроса парень поймал на себе удивлённый взгляд и тут же поспешил оправдаться, чтобы не выглядеть глупо: — То есть… я знаю, что ты зовёшь меня без суффикса, потому что мы дружили с детства, но… непохоже, что с ним вы хорошо сблизились. Чоромацу быстро понял, что всё же не смог оправдаться и с достоинством приготовился принимать удары. Осомацу в свою очередь был рад представившейся возможности. — Да что ты говоришь, Чоромацу! — театрально удивился он, двигаясь ближе к своему парню. — То есть ты спрашиваешь это только потому, что тебе вдруг интересно стало, а не потому, что ревнуешь? — Чоромацу закатил глаза и отвернул голову. — А ведь если подумать, мы с Ичимацу проводили так много времени вместе. Как-никак, пара лет в одном классе могут неплохо сблизить людей. Многое произошло, пока тебя не было… — О чём ты вообще? — выдохнул Чоромацу, зло посмотрев на Осомацу, которого просто распирало от возможности поиздеваться. Это было особенно хорошо видно по его прищуренным глазкам и не сползающей с лица ухмылке. — Ну, конечно же, тебе волноваться не о чем. Ичимацу же совсем на тебя не похож. Он меньше тебя во всех отношениях, оценки у него так себе, а вот характер мягкий, и сам он неловкий, постоянно смущается и извиняется — милашка, что ещё сказать. Поэтому я по началу звал его Ичимацу-тян. Но это его бесило. Чоромацу ничего не отвечал. Он повернулся спиной к Осомацу и подложил под голову руку, прикрыв глаза. Так парень выглядел обиженным. Осомацу решил сбавить обороты. — Ты что, обиделся? — предположил парень, но был проигнорирован. — Прости, я забыл упомянуть, что вместе с тем Ичимацу ещё очень тупой и что меня чертовски бесят такие, как он. Да и вообще, он точно слишком предан Карамацу-сенсею, и у них это взаимно. Они, наверное, такая хорошая пара, потому что оба до ужаса тупые. — В таком случае, — наконец подал голос Чоромацу, — вы с Ичимацу тоже были бы неплохой парой. — Это ты меня сейчас оскорбил? — возмутился Осомацу, хотя его всё же рассмешила шутка Чоромацу. Он был немного напряжён, потому что не помнил, когда тот в последний раз обижался. Но сейчас было понятно, что либо Чоромацу и вовсе не был обижен, либо Осомацу хорошо справился. — Чего на людей просто так наговариваешь? — Парень наконец повернулся. — Они хотя бы не такие злыдни, как ты, идиот. — А ты чего грубишь тогда? — грустным голосом ответил Осомацу. Тут он вспомнил, что так и не рассказал, что хотел, и решил продолжить: — Вообще-то, несмотря на то, что Ичимацу часто меня подбешивает своей тупостью и неуклюжестью, он был моим первым и единственным другом в старшей школе. В первом же классе все быстро поняли, что общение со мной — не лучшая идея. Я был ещё более озлоблен, чем раньше, и говорил всё, что думаю. А ещё, ну, ты знаешь, что иногда я мог быть… слишком жестоким. Так что одноклассники стали меня избегать, а мне это только в радость. Правда, за два года я стал чувствовать такую скуку, какую ты себе представить не можешь, ужасную просто. И вдруг чуть ли не в первый день третьего класса я вижу эту парочку. «У меня теперь будет друг, который не сможет меня бросить», сразу подумал я. Может, так всё получилось из-за тебя, но сейчас всё нормально. В какой-то степени я благодарен Ичимацу… наверное. Из-за этой речи Чоромацу снова стал чувствовать себя виноватым. Всё-таки он должен будет лично выказать благодарность Ичимацу и Карамацу за то, что заботились об Осомацу и помогли ему почувствовать себя лучше. Но несмотря на это, Чоромацу был доволен. Осомацу наконец-то рассказал о своих чувствах, пусть даже так немного. Ещё с детства Чоромацу помнил, что его парень был очень впечатлительным, но пытался скрыть это. И он убедился в том, что должен оберегать Осомацу, потому что больше никто на это не способен. — Тогда, как обычно, в выходные в том же кафе? — Конечно.

***

Как и договорились, в выходные в обеденное время Карамацу, Ичимацу и Осомацу приехали в то же кафе, где когда-то проводили слежку за Чоромацу. Вспоминая это, парни почувствовали себя неловко и собрались извиниться чуть позже. — Так, вы все наслышаны друг о друге, но я всё равно представлю вас, — заявил Осомацу, хлопнув в ладоши и указав на Ичимацу. — Начнём с тебя. Это Ичимацу, как и я, учится в третьем классе старшей школы ***, занимается в баскетбольном клубе. — Приятно познакомиться, — сказал он, поклонившись только головой, так как вставать из-за стола было неудобно. — Это Карамацу-сенсей, наш учитель физкультуры, а также тренер баскетбольного клуба. — Рад знакомству, — так же сказал он и проделал то же, что и его предшественник. — Ну, а это мой парень, Чоромацу, учится в третьем классе старшей школы ***, состоит в литературном клубе. Надеюсь, он вам понравится. — Я много о вас слышал от Осомацу, — заявил Чоромацу, поклонившись. — Не волнуйтесь, я не такой бестактный, как он. — Эй, ты только что сказал кое-что бестактное! — возмутился Осомацу, насмешив Ичимацу и Карамацу. Хотя никто не понял, зачем было так официально представлять их, если парень и так прожужжал каждому из присутствующих все уши друг про друга, но разговор затем выдался занимательный. Чоромацу легко находил общие темы с новыми знакомыми, оставляя Осомацу скучать, совершенно не заинтересованного. Оказалось, на первом году старшей школы парень вступил в баскетбольный клуб и неплохо отточил базовые навыки, что послужило одной из главных причин для восхищения им некоторой частью учеников. Заниматься и спортом, и учёбой и в то же время оставаться лучшим для парня было слишком сложно, поэтому на втором году он выбрал кулинарный клуб, в котором преуспел и получил ещё большую популярность среди девушек (так как туда вступали в основном только они). Все вокруг говорили, что это не мужское дело, но Чоромацу не волновало подобное. Благодаря этому клубу он отточил свои навыки в готовке и решил, что на третьем году выберет что-то новое. Лучшим вариантом оказался литературный клуб. У него была своя библиотека в комнате, некоторые участники писали сами и критиковали друг друга, но важнее всего то, что они обсуждали и советовали книги. Посещать клуб не было строгим обязательством. Единственное, что должны знать участники, это то, что нужно было возвращать взятые книги. Так Чоромацу спустя столько времени узнал, что Осомацу состоит в баскетбольном клубе. Это очень рассмешило его. Вышло так потому, что в школе Осомацу нужно было обязательно состоять в каком-либо клубе, но ни один не подходил. А когда он узнал о секрете Ичимацу и Карамацу, парень решил использовать их. В итоге Осомацу так ни разу и не появился в спортзале, но официально числился участником. Парни сидели довольно долго. В какой-то момент Осомацу отлучился в туалет. Чоромацу посчитал это подарком судьбы, чтобы обсудить с новыми знакомыми одну очень важную вещь. — Извините, Ичимацу-кун, Карамацу-сан, я бы хотел попросить вас кое о чём, — начал Чоромацу, приняв очень серьёзный вид, чем озадачил своих знакомых. — Можете, пожалуйста, дать мне ваши номера телефонов? Я надеюсь, вы понимаете, зачем я это делаю, вы же знаете Осомацу. Он часто пропадает куда-то или может прогуливать школу втайне от меня. А вы как никто другой можете отлично следить за этим. Я просто волнуюсь и… — Всё в порядке, — с добродушной улыбкой перебил его Карамацу и достал свой телефон. — Мы понимаем. Чоромацу дал Карамацу свой мобильный, и тот, удостоверившись, что Ичимацу не против, записал туда их номера. — Мне жаль, что иногда я не могу присматривать за ним подобающе. Он просто ни во что меня не ставит, — признался Карамацу с досадой. — Нет, вы не виноваты, — заявил Чоромацу, — Осомацу следовало бы поучиться манерам.

***

После окончания свидания было решено, что уедут только Карамацу и Ичимацу. Осомацу и Чоромацу продолжат проводить время вместе до конца следующего дня. Парни как можно реже старались тратить деньги, чтобы всегда иметь возможность встретиться, так что это решение было принято не только потому, что им так сильно хотелось побыть вдвоём. Тем не менее, это время, как и всегда, прошло именно так, как они любят. Парни всё реже стали обсуждать какие-то приземлённые темы, и многие их диалоги начинались с фразы «а что, если бы». Они любили фантазировать и часто развивали мысль слишком далеко, забывая про реальность. А вместе с живописным видом поля это давалось очень даже увлекательно. Подводя итоги дня, Чоромацу был рад, ведь теперь он имеет возможность следить за Осомацу намного тщательнее. Отрицательная сторона, конечно, тоже присутствовала: из-за этого парни начнут чаще ссориться. Осомацу также может отказаться говорить, где он был, например, вместо уроков, и тогда Чоромацу начнёт волноваться куда сильнее. Остаётся только надеяться, что они в конце концов придут к взаимопониманию в любой ситуации. Вместе с прогулами Осомацу вставал вопрос о скорой сдаче экзаменов. Времени оставался месяц. Мотивировать парня каникулами, конечно же, не сделало бы никакого эффекта, так как они будут в любом случае, сдаст он или нет. Уговаривать тоже не выйдет. Нужно найти что-то подходящее, но на ум ничего не приходило. И обо всём думать, как всегда, приходилось одному Чоромацу. Начинало казаться, что он состоит в отношениях с самим собой, но только источником всех проблем всё же являлся Осомацу.

And I was put in to give you everything that you need. But instead i do whatever it is I please.