Неправильно... или? Страх бежит в реальность (Цикл «Преемница», часть 1)

Проснувшись, обнаруживаю себя на койке. Заботливо подоткнутое со всех сторон одеяло не оставляет сомнения в том, кто автор фокуса с переменой моего положения в пространстве. Ну, Эми, ну, погоди! Улыбаюсь, складывая одеяло и проверяя, насколько хорошо высушились наши вещи за это время. Эми в каюте нет, а на камбузе меня встречает гора грязной посуды в раковине. Вздохнув, быстро ополаскиваю тарелки и расставляю сушиться, за это время как раз разогревается оставленная мне молодежью порция рагу. Быстро позавтракав, замачиваю кастрюлю и иду на поиски своих. Вся троица обнаруживается на палубе. Амелия нарисовала мелом квадраты и прыгала по ним на одной ноге, изображая из себя обыкновенного ребенка. «Мне так лучше думается, отстань!» «Да ради всех демонов, прыгай на здоровье… И прекрати лезть ко мне в башку без спроса. Какой там у тебя ранг, восьмой, как у Эл?» «Десятый», — малявка рассмеялась. И я сильно сомневаюсь, что она выполнит просьбу держаться подальше от моих мыслей. Вздохнув и мысленно сосчитав до пяти, прохожу мимо прыгающей по квадратам Альки к двум фигурам на носу корабля.  — Тихо… Спокойно, жди… Теперь подсекай, — командует Эми. Миэй дергает удочку, а потом неожиданно его тянет вперед и вправо с такой скоростью, что Эми едва успевает схватить парнишку за пояс. Впрочем, мгновением спустя слишком крупная рыбина совершает рывок и оба представителя молодежи едва не летят в воду. Я успеваю схватить Эми, крикнув Альке, чтобы помогла. Понимаю, что она не успеет схватить физически, но их этот телекинез порой дает больше, чем обычное воздействие. Так и есть — едва меня тянет следом за дочерью и пацаном, как ноги крепко хватает невидимая рука. Кажется, там что-то хрустнуло… В следующий момент нас отрывает от борта и швыряет об центр палубы, следом за нами, описав в воздухе широкий круг, падает гигантская рыбина. Корабль опасно накренился из-за движения огромного хвоста, но я успеваю кинуться вперед и всадить в глаз рыбины меч по самую рукоять. Алька делает взмах рукой, на животе рыбы появляется гигантский надрез, из которого тут же стекает кровь.  — Ни хрена же себе… Тут мяса центнер… — завистливо выдыхает она.  — И, кажется, это мясо можно жрать, — Эми с безопасного расстояния рассматривает нашу добычу.  — Что происходит?! — на палубу выскакивает Мэган.  — Да мы вот, решили рыбки немного половить, — деланно-скромно потупилась Алька. Миэй все это время старается слиться с обстановкой, по своей привычке опасаясь лишний раз хоть слово сказать. «Правда, поймала скорей рыбка вас троих, горе-рыбаки, — фыркнула Алька. — Я же говорила, проще телепатией, а Эми все «мне нравится процесс, мне нравится процесс!». Вот и сушитесь теперь, любители активного отдыха». Только сейчас я замечаю, что в процессе вылавливания рыбины Алька здорово так окатила нас водой. А еще я, кажется, до вечера буду прихрамывать. Чужой подери, день с самого начала пошел куда-то не туда. Впрочем, когда в компании есть представитель альтернаторской братии, ничего другого и быть не может.  — Порыба… — Мэган издает звук, напоминающий нечто среднее между «а-э-ы», глядя на нашу коллективную добычу. Следом тоскливым взглядом окидывает залитую рыбьей кровью палубу. После чего, как-то слишком быстро придя в себя, сообщает:  — Я сейчас принесу разделочный инструмент и поищу, куда можно сложить рыбу. На остаток дня нам всем находится занятие. Миэю пришлось прочитать лекцию о причинах, по которым сырую рыбу есть нельзя. Нет, даже если очень хочется. Нет, даже если маленький кусочек, хочешь жрать — пожарь или свари. Под контролем Альки мальчишка взялся помогать нам разделывать тушку, но признаться честно — от его помощи было больше мороки, чем если бы он самоустранился и не лез.  — Молодец, теперь собирай чешую и складывай вон туда, — сообщаю я, когда он кое-как отчистил часть рыбьего бока метр на метр. Как можно обладать настолько кривыми руками, чтобы не быть способным удержать нож? На губах мальчика мелькает подобие улыбки, после чего он принимается выполнять мою команду. Глядя на него, понимаю, что никогда не признаюсь вслух, что паренек является обузой даже в таком простом деле. «Слушай, Корво, не охренел ты ли часом? Естественно, он ничего не умеет! Давай я тебе память начисто сотру, а потом буду ржать над тем, что ты даже разговаривать не можешь?» У альтернаторов есть одна общая черта: большинство из них готовы порвать любого, кто осмелится хоть намеком оскорбить их союзников. Даже в тех ситуациях, когда никаких мер принимать не требуется. Свежий воздух и новое занятие явно идут парню на пользу — на лице появляются хоть какие-то краски, а в речи сами собой нарисовались слова «дай» и «на».  — Ты не устал? — когда рыба почищена и выпотрошена, приходит время резать ее на части. Вместо ножей используем пилы, причем Эми и Миэй группируются в парочку — поодиночке молодежь просто неспособна удержать пилу, а резать приходится глубоко и силу нужно приложить немалую. Еще и кости вытаскивать… — Нет, — Миэй снова выдает свою бледную тень улыбки, после чего снова замолкает часа на два. Понимая, что у нас у всех весьма поверхностные представления о разделке подобной рыбы, Меган принимает управление на себя и подсказывает горе-рыболовам, как лучше разбираться с непривычной задачей. Сама капитан явно неоднократно участвовала в разделке подобных туш, поскольку за время работы успевает сообщить, что даже знает людей, которым можно толкнуть рыбьи кости и излишки мяса, если таковые будут. Когда туша порезана на крупные куски, мы оставляем кости на палубе и накрываем их брезентом. После чего я без лишних разговоров и шансов на компромисс загоняю всю честную компанию кое-как ополоснуться и переодеваться. Как уже говорилось — только простудиться кому-то не хватает. Кстати, Мэган, судя по всему, со мной солидарна. Больше всех бухтит Алька, к счастью — мысленно. Да-да-да, я такой-сякой, посмел командовать аж целым стажером-альтернатором, да поразит меня небесный гром гнева ее матушки… Хотя, вспоминая ту белобрысую матушку — там скорей Альке перепадет за то, что до сих пор не освоила способность сушиться с помощью паранормальщинки. Или нет? На то, чтобы ополоснуться, переодеться и повесить одежду сушиться, у меня ушло минут пятнадцать максимум. Тем не менее, когда я выхожу к остальным, они уже успели взяться за перетаскивание ведер с кусками рыбины на камбуз. Правда, таскают больше Мэган и Алька, причем вторая вовсю юзает телекинез без маскировки, а первая и в ус не дует, будто все так и надо. Миэей и Эми обнаруживаются на самом камбузе — они очищают рыбу от остатков костей и режут на порционные куски. Парнишка отчаянно зевает, но на предложение отправиться лечь спать мотает головой и говорит, что не устал. Врет. Ну, отрубится прямо на камбузе, так отрубится. Веса там явно меньше, чем в Эми, так что унесу. Кхм, странно, а чего это я забочусь о малознакомом пацане? Нет, если разбираться с нашими приключениями в реальном мире, то он меня очень даже неплохо выручил в свое время. Но это не повод воспринимать его, как и Альку, в качестве младших членов команды, за которыми глаз да глаз. Видимо, я старею, раз уже за молодежью приглядывать начал. Усмехнувшись своим невеселым мыслям принимаюсь за обработку рыбы. Вот подкинули же задачу… С другой стороны, такая добыча обеспечивает всю команду рыбой на месяц, то есть в самой патовой ситуации на борту будет запас еды. Так, это я от Миэя заразился тягой делать заначки, или по альтернаторскому каналу перепадает? А может, собственные воспоминания о не самой прекрасной юности активизируются? Начинается спор о том, как лучше приготовить рыбу. Эми заявляет, что надо ее засолить по банкам. Мэган возражает, что такого количества банок и бочек на борту просто не найдется, так что лучше ее провялить на солнышке. Алька громче всех вопит, что самый вкусный вариант рыбы — это копчечная на каких-то там особых углях, она лучше всех знает, она такое пробовала и поэтому надо сделать именно так. При этом тот факт, что у нас нет такого количества дров, девчонку явно не смущает. Миэй сидит в уголочке, ошалев от разыгрывающейся баталии и явно не знает, что именно делать — то ли бежать, то ли прятаться под стол. У меня был свой вариант решения проблемы. И, клянусь, пятнадцать лет назад я бы включился в этот бессмысленный и беспощадный спор, со всей горячностью доказывая свою правоту. Сейчас же я умиротворенно улыбался и ностальгировал по старым добрым денькам в компании рыжего альтернатора. В принципе, всем нам подросла достойная смена — Эми с Алькой орут так, что перекрыли бы даже квартет я-Элис-Мира-Дауд. Миэй, как Джес в свое время, старается абстрагироваться от остальных и сделать вид «они не со мной», а я… Эх, старые добрые деньки… Интересно, как там у Элис дела? Я так хотел увидеться с рыжей стервой, пока был на Базе… «У Элис все хорошо. Она вернулась в родной мир на пост Наблюдателя, нашла своего сына, встретила подходящего мужика и вместе с ним быстренько заделала близнецов — пацана и девчонку. Короче, остепенилась по полной программе. Говорят, даже матом ругаться перестала. Почти», — проинформировала меня Алька. Я усмехнулся. Было приятно узнать, что у рыжей стервы все хорошо. Обычно, как я понял, у альтернаторской братии жизнь коротка и мимолетна, как удар клинка в ночной тиши… Кхм, унесло меня опять не в те дебри. Ага, правильно меня унесло — Эми закашлялась и куда более хриплым голосом потребовала передать ей воду. Судя по тому, как охрипли Алька и Мэган — второго витка скандала получится избежать. Я ехидно ухмыльнулся и дружелюбно, честно стараясь не допускать ноток издевки в голосе, спросил:  — Ну и что вы разорались? Давайте часть посолим, часть — навялим, а из остатков Алька приготовит на всех по паре-тройке порций той самой копченой по особому рецепту рыбы?  — А почему это я? — возмутилась мелочь. Да уж, на фоне Элис Алька явно куда большая стерва. А когда-то я не мог ужиться даже с рыжей заразой…  — Потому что именно ты знаешь секретный рецепт и все его…  — Секретные ингредиенты, — поддакнула мне Эми. Я не знаю, то ли им надоело спорить, то ли все признали предложение дельным, но именно так и решено было поступить. Правда, с небольшими коррективами — мне все-таки пришлось оттащить в каюту на носу корабля задремавшего Миэя. Чужой подери, детский сад, младшая группа… Склоки Альки и Эми заражают даже кажущуюся спокойной Мэган. Как эти двое вообще умудрились подружиться? Рыбный день завершается как-то сумбурно. В процессе происходит еще несколько ничего не значащих ссор, парочка драк, которые переносятся на палубу, как-то сама собой подкоптилась и была съедена приготовленная Алькой рыба… Естественно, мы пропустили момент, когда двигатели «Падшего Дома» заработали. Меган сообщила, что все без изменений — завтра с утра мы зайдем в порт. И только тут Эми и остальные поставили меня перед фактом — кто-то должен остаться на корабле. И присмотреть за пацаном. Этот кто-то — я. И пятнадцать лет назад я бы начал с ними спорить и что-то доказывать, но сейчас на подобное не было особо ни сил, ни желания. Главное, чтобы дело было сделано. А кем и как именно — уже второстепенно. Заварушка в этот раз явно будет такая, что все отметимся с подвигами и не по разу, а искать контрабандные причиндалы, в которых разбираются Эми и Мэган, лучше всего именно этим двоим. Русалку мелкую пусть в нагрузку прихватывают, а то она от бездействия скоро корабль на кусочки разнесет. Засыпаю я на ящиках в нашей с Эми каюте. Просыпаюсь на койке под одеялом. Это уже ни черта не смешно. В процессе поисков остальных обитателей «падшего дома» с удивлением выясняю, что нахожусь на корабле один. Ну, с Миэем, но его за достойную компанию можно не считать. На камбузе — записка от Эми, что меня решили не будить, тем более, что корабль спрятан от людских глаз каким-то Алькиным фокусом. Ладно, принимаем, как данность, находим себе хоть какое-то занятие. Сначала решаю проверить пацана просто на всякий случай. Потому что Алька нас предупреждала о всяких побочных эффектах, да и сам я видел, как он в отключку валится. Может, просто спит, но мало ли… Едва я прохожу через кают-компанию, в меня врезается нечто. Это нечто имеет абсолютно безумный вид, что-то бормочет, схватившись за мою одежду, а потом оседает на пол. Рефлексы заставляют подхватить прежде, чем упадет и ударится, а потом уже выяснять, что случилось. Поскольку ближе всех кают камбуз, быстро отношу паренька туда и, открыв люк-окно, укладываю Миэя на ящики под ним. Щупаю пульс, укрываю, за неимением одеяла, своим плащом, и пытаюсь привести в чувство парой хлопков по щекам. Когда это удается, выдыхаю с облегчением. Не хватало еще с чем-то совсем серьезным столкнуться.  — Корво… — судорожный вздох. Взгляд мальчика проясняется, из него исчезает какое-то затравленное выражение. А потом он, спохватившись, пытается сесть.  — Полежи пока, — опускаюсь рядом с ним на корточки.  — Почему я здесь? Не помню, чтобы заходил… Я… опять упал, да? Голос мальчика звучит слабо и растерянно. И я в который раз чувствую эту странную жалость к нему. Разум периодически пытается напомнить, что это тот самый Чужой, который саркастично комментировал каждое мое действие в альтернативной реальности и не менее саркастично препирался с Элис в мире реальном. Молчу уже про периодически появляющуюся из ниоткуда руку, которая отвешивала подзатыльники Мире. И вот этот интриган, Хранитель и не самое приятное в общении существо вдруг оказалось абсолютно беспомощным в моих руках? И ведет себя, как зашуганный ребенок? От этого настолько не по себе, что хочется завопить «верните мне привычного Чужого»… Неосознанно кладу свою руку на плечо мальчика. Стараюсь, чтобы голос звучал мягче.  — Да, ты опять упал в коридоре. Ничего страшного, это со временем пройдет. Вчера ведь ты не падал, верно?  — Вчера… — взгляд Миэя на мгновение расфокусируется, а потом проясняется. В нем отчетливо плещется ужас. — Я упал, потому что бежал. Я видел… Они… Они пришли за мной! Лицо ребенка снова становится белей мела, он смотрит куда-то мимо меня. На всякий случай оборачиваюсь, но ничего не вижу.  — Они смотрят на меня… Они хотят… Хотят вернуть меня… Я не хочу, не пойду, я…  — Миэй! — встряхиваю парнишку за плечи, стремясь вернуть к адекватному восприятию реальности. — На корабле, кроме нас с тобой, никого нет.  — Ты их не видишь? Решаю, что сейчас явно не тот случай, когда сумасшедшим надо подыгрывать, после чего повторяю:  — На корабле, кроме нас с тобой, никого нет. Алька установила какую-то хитромудрую маскировку, «Падший дом» теперь никому не увидеть.  — Я понял… Я вижу то, чего нет. Это… Галлюцинации, — Миэй вздыхает и садится, обхватывая руками колени.  — Они самые, — припечатываю я, после чего встаю с карачек и направляюсь в сторону плиты. Глюки-глюками, а поесть надо. И этого заодно кормить. Как там у альтернаторов говорится? Заваруха — заварухой, а жратва по расписанию. Во время завтрака Миэй все время старается не смотреть по сторонам.  — Ты их опять видишь? — уточняю я. Мысленно радуюсь, что пацан от своих глюков бегает, а не кидается на них с ножом наперевес. Парнишка кивает, не поднимая головы.  — Кто они? — уточняю без особой надежды на ответ. Мальчишка пропускает этот вопрос мимо ушей, и я понимаю, что разумней сделать вид, будто я ничего не спрашивал.  — Я… помою, — произносит он после завтрака. Ага, это он, стало быть, про посуду. Ну, она металлическая, так что не разгрохает, по идее, так почему бы и нет. Тем более, что его надо хоть к какому-то делу приучить. Пока Миэй моет тарелки и кастрюлю, в которой мы грели уху, я успеваю разлить по чашкам горячий чай. Замечаю, что у пацана руки трясутся настолько сильно, что он с трудом удерживает свой чай. Старательно отвожу взгляд, чтобы не смутить и не испугать. Я не знаю, что делать. Маленькую Эми в таких случаях можно было обнять и сказать что-то утешающее. Но подбадривать таким образом парня, которого видел несколько раз в жизни и который явно не привык получать от других помощь… « — Эй, Корво. Не переживай так, я тебе верю», — рыжая стерва едет со мной на первое совместное дело. Мы только что познакомились с Каллистой Карноу, которая, как и остальные лоялисты, на деле абсолютно не верила в то, что я не мог убить Джессамину просто потому что… не мог. Прямая, как рельса, напарница, поступила по своему привычному стилю: просто сказала, что думала. Сказала, что хотела. Просто в меру сил, наплевав на все правила приличия, поддержала только что встреченного мужика. Да уж, Эл было наплевать на приличия. Она просто делала то, что собиралась сделать. То, что считала… правильным? Вряд ли она думала о приличиях, когда я словил первый энергетический всплеск и валялся в отключке у нее на руках. И вряд ли она долго думала над тем, стоит или нет хоть как-то мне помочь и что я при этом подумаю. Да, помнится, я одно время думал, что она ко мне клеится, пока девчушка со всей свойственной ей прямолинейностью не объяснила, что у нее и в мыслях ничего такого не было. Снова смотрю на трясущегося от страха парнишку. Понимаю, что больше нет сил слушать стук чужих зубов о край чашки и нет желания смотреть, как он пытается справиться с проблемой в одиночку. Ждать, пока попросит о помощи? Он не попросит — «обморочная» практика показала, что Миэй в принципе не видел от других людей чего-то хорошего…  — Миэй, все нормально. Не смотри на них, — сажусь рядом с пацаном и одним жестом притягиваю его к себе за плечи, обнимая так, чтобы он видел только мое плечо. Наверное, он ошалел от этого не меньше моего. Но пару минут спустя до меня доносится едва слышный судорожный вздох, после чего парнишка обхватывает меня руками за шею. Пару раз провожу рукой по спине. Сижу молча. Что говорить — не знаю. Да и не думаю, что это сейчас нужно. Миэй, в свою очередь, не рвется поддерживать диалог. По идее, надо было чем-то заняться. Но чем? Нечем. Поэтому я просто крепко обнимаю мальчишку и сижу с ним рядом, пока не ослабнет крепкая хватка чужих рук, вцепившихся в мое тело. Когда это происходит — отношу пацана в каюту и укладываю на койку. Сам остаюсь рядом, принимаясь читать первую попавшуюся книгу. Учитывая, что в каюте кроме Миэя живет Алька, приходится наслаждаться книжкой «десять тысяч изощренных казней от древних времен и до наших дней». Так себе литература, если честно. Похоже, что Миэю повезло с временным неумением читать, иначе бы он от «доброй сестрички» шарахался бы сильней, чем от всех своих глюков, вместе взятых. Хотя… Еще будучи Хранителем, он наверняка проиндексировал прибытие Амелии в этот мир и успел изучить девчонку. Так что должен уже понимать, что этот милый и безобидный внешне ребенок может отмочить что-то, от чего волосы дыбом даже у полных отморозков встанут. За ознакомлением с ассортиментом будущих Алькиных экспериментов у меня незаметно пролетело около трех часов. После этого на палубе раздались шаги и я, уже поняв, что это наши, вышел встречать. Через люк в крыше каюты, поскольку обходить через кают компанию мне было лень. Помог Альке и Мэган затащить в машинное отделение кучу запчастей, по пути сообщил девчушке о новой проблеме Миэя. Узнал кучу нового от Эми, которая умудрилась чуть не заблудиться в поисках аптеки во время этой вылазки в порт, с трудом сдержался от шуток по поводу врожденного топографического кретинизма… Вечер прошел за укладкой покупок и составлении плана работ. При этом я занимался в основном первым, а вот со вторым определялись Мэган и Эми. При этом женщина, естественно, составляла список проблем корабля, а дочь больше занималась вопросами подгонки снаряжения. Я же, будучи далеким от всего этого, и полностью экипированным, предавался безделью. Думал вытащить Альку на, как говорили альтернаторы, «пвп-баттл» один на один, но вспомнил, что с ее энтузиазмом мы запросто развалим корабль. Эми пришла в каюту поздно вечером. Глянув на мое постное выражение лица дочь разулыбалась во все тридцать два и сообщила, что вот уж завтра мы начнем чинить корабль и работа найдется всем. А там и следующая остановка, то есть Карнака, недалеко. План у нас был, зацепки худо-бедно водились, так что оставалось лишь добраться до южной точки империи, чтобы начать действовать. Пока что дела шли намного лучше, чем могло быть при иных обстоятельствах.