Тише, птичка, тише...

Эйприл в очередной раз дернулась изо всех сил: а вдруг веревки ослабнут? Но нет — узлы только затягивались туже, причиняя ей невыносимую уже боль. Но… почему-то смотреть на Шредера, который неподвижно лежал у ее ног, было еще больнее. Мысли о том, чтó собирался с ней сделать Ороку Саки, спрятались куда-то в глубину сознания. Эйприл до сих пор трясло мелкой дрожью от его боли, которую она так ясно почувствовала… Что с ним случилось? Жив ли он вообще? А вдруг ещё жив, но если ему сейчас же не помочь… Нет — будь что будет. Надо закричать… Сейчас она сделает глубокий вдох, и… — Где… я? — донесся до нее слабый, неуверенный голос Шредера. — Пока что… на этом свете, — переведя дух, пробормотала она.

* * *

— Саки! Саки, очнись! Прошу тебя… Нет, паниковать нельзя. Эйприл не имеет на это права: так можно навредить ей. Вдох — вы-ы-ыдох… «Всё хорошо, маленькая моя, — мысленно обратилась она к дочке. — Всё будет хорошо… Сейчас мы послушаем папино сердце… Ну вот — бьется. Папа живой. Всё хорошо… Сейчас мы ме-е-дленно, без резких движений встанем и пойдем к телефону…» Вызвать скорую Эйприл не успела — услышала неразборчивый возглас-стон мужа. — Сейчас! Сейчас мы к тебе подойдем… — медленно (а иначе никак — девятый месяц) зашагала она обратно к широкой кровати. — Мисс ОʼНил? — оторопело заморгал Саки, которые уже сел в постели. — Как я здесь… Ах да… Но… откуда у вас взялось… это? — Ты… что? — широко раскрыла глаза Эйприл. — Ты же меня по фамилии еще год назад перестал называть. И почему ты так на мой живот смотришь?.. Ну, скажи хоть что-нибудь, Саки… — Меня зовут Шредер! Шредер… Это забытое уже имя словно резануло Эйприл прямо по нервам. Что с ним?! Неужели… провал в памяти? То есть он — снова злобный, неконтролируемый Шредер, которого она когда-то так боялась? Нет, только не паниковать… Ради нее. — Как ты себя чувствуешь? — спокойно спросила Эйприл. — Голова болит… — поморщился он. — Но теперь уже можно терпеть… А пижама-то на мне откуда? И где, черт побери, мой передатчик?! — Не кричи, пожалуйста, — тихо попросила она. Что же теперь делать? Как убедить его в том, что Крэнга он же — вместе с черепашками — и загнал в какое-то Богом забытое измерение, откуда ему уже точно не выбраться? Как ей сказать Шредеру, что его дом теперь здесь? Нет, словами его не убедишь — только разозлишь еще больше. Она это чувствует. Они обе это чувствуют… Надо сделать так, чтобы он сам всё вспомнил. Надо… разбудить в нем Саки. Сейчас она попробует… — Так вы объясните мне, что здесь, к чертям собачьим, произо… Мисс ОʼНил, вы что? — Нехорошо мне… — медленно опустившись на колени, жалобно произнесла Эйприл. «Вот если бы… — мелькнуло в голове. — Если бы она и вправду перевер…»