Listen to my heart

Скорее прикрыть лицо, – не важно чем, папка, журнал, руки – иначе глаз потом не отвести. Он врывается в офис мощным потоком энергии, сияя белозубой улыбкой и не скрывая в глубине шоколадных глаз озорство тысячи нашкодивших мальчишек. Каждый сворачивает голову в его сторону, поддаваясь необъяснимому магнетизму, буквально волнами расходящемуся от его точеного смуглого тела. И на лицах расцветают улыбки. На лице Алека каждый день расцветает весна. Ладонь не успевает достичь глаз, юркие зрачки цепляются за серый жилет, черные брюки, рубашку в мелкий цветочек и целый ирокез на макушке, мерцающий голубыми блестками и открывающий вид на выбритые виски. Алек скрипит зубами от досады и бессилия. Он руководитель отдела и не должен допускать подобного игнорирования офисного дресс-кода, но есть одна проблема. Магнус Бейн, получивший должность менеджера в их рекламном агентстве всего двумя месяцами ранее, теперь является чертовым постояльцем фантазий своего непосредственного начальника и даже не подозревает об этом. Все так же невинно – хотя с этим Алек готов поспорить – врывается каждое утро в офис, смеется, крутится и излучает свет, вызывая необъяснимый голод до прикосновений на кончиках пальцев. Алек прикрывает глаза, впуская в голову уже ставшие привычными картинки весьма интимного содержания. Его губы скользят по скуле, язык пробует на вкус смуглую кожу. Пальцы поглаживают единственную застегнутую пуговицу на жилете, вытягивают ее из петли, медленно стягивают ненужную вещь с широких плеч. Магнус громко выпускает воздух изо рта, соблазнительно приоткрыв губы. Он так близко. «Недостаточно», – шепчет внутренний голос. Алек опускает руки на его бедра, сталкивает их тела и жадно клацает зубами, словно действительно хочет укусить. Магнус улыбается, сверкая хитрыми глазами, и опирается ладонями на стол за спиной, шире разводя ноги и предлагая себя. Нетронутая кожа в прорези расстегнутой наполовину рубашки так и манит пройтись по ней зубами. Алек чувствует, как чернеют его глаза, как тело тонет в невероятных размеров желании, даже не пытаясь сопротивляться. – Алек, – в кабинет без стука входит Хелен, – я пытаюсь дозвониться до тебя уже минуты три, проснись! Алек встряхивает голову и несколько секунд потерянно смотрит на свою ассистентку. – Что ты хотела? – спрашивает он неожиданно хриплым голосом и прочищает горло. – Джейс хочет перенести переговоры по контракту на понедельник. – Хорошо, – соглашается Алек и, дождавшись ухода помощницы, переводит осторожный взгляд на Магнуса. Тот громко хохочет над шуткой Саймона, облокотившись о стол бедрами, запрокинув голову назад, открывая вид на беззащитную тонкую шею и кадык. Алек тяжело выдыхает, до хруста сжимая в пальцах карандаш. Еще один тяжелый – и не только в плане работы – день. Снова отводить взгляд, не поднимать голову, пытаться избежать разговора тет-а-тет. Он снова встряхивается и говорит сам себе: «ты сможешь».

***

Солнце, проходя через неплотно закрытые жалюзи, отражается от поверхности стеклянного стола и мажет яркими бликами по не менее яркому Магнусу, пока тот представляет будущую рекламную кампанию заказчику, – Джейсу Эрондейлу – собравшемуся открыть ночной клуб. Лучи путаются в стоящих шипами волосах, скользят по коже, заставляя ее мерцать, освещают каждую ресничку и окрашенные губы, целовать которые Алеку хочется безостановочно. Магнус в своей стихии: ораторствует, стоя перед полным залом людей, захлебывается восторгом, подробно объясняя каждую деталь плана, куратором коего является. Он буквально живет каждым проектом, и этим самым подкупает заказчиков. Эрондейл, сидящий к Бейну ближе всех и кивающий на каждое сказанное им слово, не является исключением. В конце презентации он поднимается на ноги и громко аплодирует, явно довольный презентацией, и лицо Магнуса вспыхивает еще ярче. Алек чувствует, как что-то вспыхивает внутри него. Он почти не может дышать, когда Магнус переводит на него взгляд и широко улыбается, радуясь тому, что сделка состоялась. Тело горит, в животе копошатся не бабочки, а настоящие звери, урывая куски от органов, с лица все никак не может сползти улыбка. Алек прикрывает глаза. Дверь в конференц-зал закрывается за последней вышедшей отсюда Хелен, и они наконец одни. За окном солнце скрывается за горизонтом, небо темнеет, и звезды просыпаются, чтобы заменить солнечный свет и одарить землю своей красотой. Алеку кажется, что они светят не за окном на небе, а над самой его головой. Особенно, когда Магнус подходит к нему вплотную и медленно опускается на его колени, руками опутывая шею, пальцами зарываясь в черные волосы. Его глаза блестят, в них отражаются огни большого города. Из-за полумрака Алек видит не все, зато может чувствовать, и от этого тело сводит в сладкой судороге. На бедрах чувствуется вес чужого тела, под пальцами плотная ткань чужих брюк, грудь обжигает касание голой кожи, губы чувствуют чужое дыхание, щеки едва касается кончик чужого носа, и чужой запах одеколона, шампуня и невыносимого желания туманит рассудок. – ...Алек? – доносится до него голос. Алек крупно вздрагивает и обнаруживает себя стоящим в компании Джейса и Магнуса, не отводящих от него взгляда и ожидающих, видимо, ответа. – Что? – Я сказал, что был бы рад видеть вас обоих на открытии клуба, – говорит Джейс и ухмыляется, переведя взгляд на Магнуса. – Я, когда обращался к другу за помощью, знал, что проект будет что надо, но не ожидал такого размаха. Спасибо твоему подчиненному. Тебе с ним повезло. Магнус благодарно склоняет голову вперед, а потом уводит Джейса, положив руки ему на плечи и что-то увлеченно рассказывая. – Да, – шепчет Алек, не в силах оторвать глаз. – Мне повезло.

***

Клуб гудит от громкой музыки и топота сотен ног о танцпол, воздух сотрясают раскованные движения тел, и он настолько загустел от алкоголя, кальяна и возбуждения, что голова идет кругом. И тем не менее, в свете неоновых огней, отражений с бокалов и зеркального шара, в дыму и куче перемешанных запахов Алек умудряется разглядеть его до мелочей: кольца на тонких пальцах, алая помада на губах, взъерошенные волосы, капли пота на висках и над губой, гибкое тело и такие соблазнительные движения. Магнус, как и все вокруг него, словно находится в трансе: подняв руки над головой, в ритм звукам качает бедрами, позволяя незнакомому парню обнимать себя за талию и прятать ладони под тонкой рубашкой. Алек опрокидывает в себя еще одну порцию виски, уже не обжигающий гортань, и смотрит стеклянными глазами на чужие руки на таком желанном теле. – Иди туда, – пытаясь перекричать музыку, вопит Джейс ему на ухо. Пришедшие поддержать друга и сидящие за этим же столом Иззи и Клэри кивают, когда он переводит на них взгляд. Иззи идет дальше и проявляет инициативу – вскакивает с места и, схватив брата за руку, тащит за собой. Остальные идут следом. Воздух здесь еще гуще, мокрые тела ближе, и среди них мелькает ежик волос Магнуса. Он на секунду застывает, видя перед собой начальника, но сразу продолжает, скользя ладонью по своей шее и глядя ровно в зелено-карие глаза. Его до сих пор лапает тот верзила, но теперь Магнус его не замечает, и тому приходится развернуть его к себе лицом, чтобы привлечь внимание. Алек прикрывает глаза. Бедра Магнуса такие жаркие, прижимаются к его бедрам. Пальцы невесомо очерчивают ключицы, выступ кадыка, скользят по линии челюсти, достигают губ, и Алек, не в силах отвести взгляд, немедленно берет их в рот, плотно обхватывая губами и щекоча языком. Магнус усмехается и поворачивается спиной, тут же откидывая голову на Алеково плечо и зарываясь рукой в его волосы. Он практически лежит на нем, прикасается каждым сантиметром разгоряченной кожи. Их тела, прижатые друг к другу, движутся в такт музыке словно единое целое. Алек впивается пальцами в его тазовые косточки, вдавливая в себя, Магнус трется упругой задницей о его пах. Их губы находят друг друга, и язык Алека размазывает алую помаду по лицу, ведет ниже, кусает шею, буквально вгрызается белыми зубами и отстраняется. Воротник его белоснежной рубашки красный от помады, волосы взлохмачены, а глаза горят. Алек резко разворачивает Магнуса к себе лицом, сталкивает их бедра и ловит губами сладкий стон: – Александр... Алек открывает глаза и находит стоящего перед ним Магнуса. Лучи прожекторов скользят по его лицу, окрашивая то в синий, то в фиолетовый, то в красный. Губы все также аккуратны накрашены, и Алек осторожно выдыхает – к ним никто не прикасался – и снова смотрит в глаза напротив. Магнусу приходится прикоснуться к плечу, чтобы привлечь его внимание, и указать в сторону, где Джейс уже успел с кем-то сцепиться. Алек не сдерживает судорожного вздоха и бросается на помощь другу.

***

Алек подписывает указ, отдает его Хелен, не поднимая глаз, чтобы ненароком не увидеть укор в голубых глазах, и опускает голову на сложенные на столе руки, едва девушка покидает его кабинет. Так просто он не отделается и прекрасно это осознает. Десять. Девять. Восемь. Семь... Дверь резко распахивается, ударяясь об стену, и с грохотом захлопывается. На пороге стоит гневный Магнус. – Позвольте задать пару вопросов? – шипит он сквозь зубы, пока еще держа себя в руках. Алек бы на его месте рвал и метал. – Слушаю, – говорит он мягко и откидывается на спинку, складывая руки на груди. Закрывается. – Я понимаю, что не хожу у вас в любимчиках, и это нормально. Вы не переносите меня с самого первого дня работы, постоянно обрубаете все мои попытки заговорить, игнорируете шутки, которыми я пытаюсь сгладить углы. Вы постоянно сверлите меня этим вашим фирменным взглядом, который, видимо, предназначен только мне в этом отделе, ведь я ни разу не замечал столь пренебрежительного отношения к кому-то еще, но вы никогда не мешали мне добиваться успехов, продвигаться вперед и строить карьеру! – он выплевывает это все на одном дыхании, взмахивая руками, и громко дышит. – А сейчас, – ядовито растягивает каждое слово, словно такая манера произношения объяснит более доходчиво, чем он так взбешен, – вы берете с собой на конференцию, куда всегда отправляются лучшие менеджера, Саймона Льюиса! Льюиса! Программиста! Его грудная клетка высоко поднимается и резко опадает, на лбу пульсирует венка, лицо покраснело от гнева, и Алек неожиданно для себя понимает, что такой вид его ужасно заводит. И прикрывает глаза. – Нет! – вопит Магнус, заставляя того снова открыть их. – Не смейте снова снисходительно прикрывать глаза, словно вы просто терпите меня рядом! – он в три шага преодолевает между ними расстояние, разворачивает кресло к себе и бросает прямо в лицо: – Вы выскажете все, чем я вас не устраиваю, мне в глаза. Сейчас же. С такого расстояния Алек может рассмотреть каждый маленький шрамик на его лице, каждую трещинку на губах, каждый волос на подбородке, утонуть в шоколаде глаз. И понять, что уже давно пора перестать жить фантазиями. И податься вперед и, наконец, прикоснуться по-настоящему. И спустя несколько мгновений мучительного ожидания получить не менее страстный ответ.