Только твоя строптивость

9 Глава. Большой риск. Часть 1

Утренние солнечные лучи осени разбудили мирно спящую Гермиону Грейнджер. С большим усердием она слегка приоткрыла глаза и сразу почувствовала сильную головную боль. Пересилив себя, она полностью открыла глаза и приподнялась на локтях. И тут же Гермиону окутал страх. Она не понимала, где находится. Комната, в которой она сейчас находилась, была совсем незнакомой. Одно она могла сказать точно: кто бы здесь не жил, он был при деньгах, несомненно, богат. Вся комната была обставлена шикарной дорогой мебелью. Мягкая кровать с шелковыми простынями и балдахином была очень удобной и большой. Гермиона заметила, что другая половина кровати была не тронута, аккуратно застелена. Одно, что смутило гриффиндорку так это то, что в комнате было слишком много зеленого цвета и серебра. Владелец спальни видимо очень любит эти цвета, если обставил мебелью почти что не все в комнате в серебристо-зеленых тонах. Гермиона начала припоминать вчерашний вечер. В деталях было сложно все представить. Сначала она на помолвке в «Норе», потом «сбежала», трансгрессировав в Хогсмид; дальше бар, барная стойка, несколько кружек сливочного пива с имбирем, а потом к ней подходит Малфой… А дальше… а, что дальше? Что происходило дальше, она не помнит. Кажется, они перемолвились парочкой обидных фраз. Нет, она не помнит, просто так думает. Ну, о чем же им еще говорить. Ну что же на самом деле вчера произошло, как и почему Гермиона оказалась в этом месте, неужели она в… Малфой-Мэноре? «О, Мерлин, неужели это его комната… Точно его. Такое количество зеленого и серебристого может быть только в комнате самовлюбленного слизеринца. Сколько я вчера выпила? Почему плохо все помню? Что же я наделала…» — девушка была в ужасном состоянии, она прошлась рукой по каштановым волосам, стараясь все вспомнить, но было все тщетно. Гермиона уже собиралась встать с кровати, но только поняла, что на ней сейчас лишь белая рубашка, которая едва ли прикрывает черные кружевные трусики. Она зажмурила глаза, пытаясь прийти в себя и понять: не спит ли она? Но открыв их — поняла, что она проснулась и это все не сон. Пробежавшись беглым взглядом по комнате, она не обнаружила своей одежды ни на креслах, ни на роскошном диване с кожаной обивкой, ни на полу. Один оставался вариант: большой шкаф с красного дерева в дальнем углу. Было бы, наверное, глупостью искать свои вещи в чужом шкафу, но другого выбора не было. Гермиона осторожно встала с высокой кровати, одергивая рубашку. Она не спеша направилась к шкафу, осматривая вместе с тем комнату. До гардероба оставалось каких-то пару шагов, как рядом послышался громкий хлопок. От этого звука гриффиндорка сильно вздрогнула. Она не хотела, чтобы ее сейчас кто-либо увидел в таком состоянии. Она медленно обернулась на звук позади. Возле кровати стоял домовик и всеми своими большими глазами смотрел на нее.  — Мисс уже проснулась. Фрида сейчас принесет одежду, мисс, — эльфийка все быстро пролепетала, что Гермиона еле успела уловить сказанное.  — Подожди! Домовиха уже собиралась исчезнуть за вещами девушки, но услышав «приказ», остановилась и снова посмотрела на Гермиону.  — Да, мисс?  — Фрида, подожди. Скажи сначала, где я и как сюда попала?  — Фриде это не приказано. Фрида не знает, может ли рассказать… — глаза эльфийки виновато потупились в пол.  — Ну, пожалуйста… — взмолилась Гермиона. Большие глаза домовихи бегали по полу, но потом она осмелилась проговорить:  — Сегодня ночью Вас принес молодой хозяин в поместье и приказал Фриде присмотреть за мисс.  — А где же он сам сейчас? — Гермиона не знала, хочет ли на самом деле знать это, но слова вырвались у нее прежде, чем она успела обдумать их.  — Хозяин сейчас в замке. — Гермиону тут же пронзило холодом. Он здесь. Его родители здесь. Чем он думал, когда принес ее сюда… Стоп!  — Фрида, что значит, принес меня?  — Мисс спала. — Гермиону удивил такой ответ, она ожидала чего-то другого. Ну, чтобы там ни было, нужно выбираться с этого места.  — Ну, хорошо, принеси мне мою одежду, пожалуйста, — ей не хотелось приказывать эльфийке, поэтому она проговорила это как можно ласковее.  — Фрида быстро, мисс, — она улыбнулась от приятного тона девушки и исчезла с громким хлопком. Не прошло и минуты, как домовиха появилась с вещами Грейнджер. Гермиона сразу подошла к ней и взяла с ее худых и бледных рук свое платье, пальто, сумочку и туфли. Здесь был камин, значит, попасть домой будет не сложно.  — Мисс, хозяин просил, чтобы Вы выпили зелье от головной боли, — эльфийка подошла к прикроватной тумбочке и взяла небольшой флакон с синей жидкостью, потом протянула его девушке. «Малфой, какой же ты заботливый! И это предусмотрел» — она мысленно фыркнула, но все же приняла с рук домовика зелье.  — Фрида может быть еще чем-то полезной? — пропищала эльфийка.  — Спасибо тебе. Я дальше сама, — эльфийка отвесила поклон и исчезла. Девушка начала собираться в ускоренном темпе. Забыв про зелье, она начала одеваться. Гермиона боялась, что Фрида сообщит Малфою, что она уже проснулась и собирается уходить. Гриффиндорка не хотела ему попадаться на глаза. Почему-то ей еще было неловко от всей этой глупой ситуации. Да, возможно, она вчера выпила больше, чем нужно было, и она попросту уснула. Но представить, что Драко Малфой нес ее на руках по замку… Это немыслимо. Наконец надев платье и обувшись, она потянулась за пальто, как вдруг открылась дверь. Гермиона знала — это он. Оттого боялась обернуться к нему лицом, но, все же собравшись с силами, развернулась. Он зашел быстро в комнату и без всяких приветствий и реплик замкнул двери и поставил оглушающее заклинание. Гермиону это сильно поразило, но сильнее напугало. Зачем он это сделал?  — Что ты делаешь?! — в панике выкрикнула она.  — Да тише ты! — шикнул он ей. Закончив с заклинанием, Малфой немного подошел к Грейнджер. Он увидел страх в карих глазах, понимая, о чем она подумала, чего испугалась и мысленно ухмыльнулся. — Тише, Грейнджер, — уже спокойнее проговорил он. — Вот именно из-за такой твоей реакции весь замок сейчас сюда сбежится.  — Как… почему я здесь? — ее голос заметно дрожал.  — Тебе стоило бы поблагодарить меня, что я не оставил тебя темной ночью одну возле бара, — он лениво прошелся глазами по комнате и его внимание привлек полный флакончик жидкости стоящий на столе. Ухмыльнувшись, Малфой продолжил. — Упрямиться, Грейнджер, не лучшее твое качество. Зачем же себя так мучить. Неужели, сложно выпить зелье, способное облегчить состояние после прошлого нелегкого вечера? — он вскинул бровь, все так же ухмыляясь. Чувство неловкости и некоторого стыда накрыло Гермиону. Она хотела сказать что-то в свою защиту, но мысли где-то вдруг потерялись, отдавая приглушенной болью в висках. Видя ее замешательство, Драко прошел мимо нее слишком близко и вальяжно сел в кресло.  — Малфой, прекрати, — слабым голосом промолвила девушка. Уловив запах его одеколона, она поморщилась от неприятных ощущений подступившей тошноты. Гермиона посмотрев на слизеринца, увидела его самодовольную ухмылку на лице, поэтому тяжело вздохнув, взяла зелье и выпила его. Наблюдая за ее действиями, Драко только слегка покачал головой.  — Можно было и сразу так сделать, — с победоносной ухмылкой сказал он. Гермиона только кинула на него злой взгляд.  — Малфой, что… вчера произошло? — неуверенно промямлила девушка. Драко слегка удивился, что она не помнит, как вчера заснула у него на руках, и ему пришлось приютить ее у себя в поместье. Но, весьма возможно, что она не помнит, что происходило и в баре. Он встал с кресла и зашел за спину гриффиндорке.  — Ну, ты вчера довольно-таки достаточно выпила и рассказывала мне, как несправедливо с тобой обошлась судьба, а потом полезла целоваться… — Гермиона сначала слушала вполне серьезно с умеренным спокойствием, но в конце ее карие глаза расширились в ужасе, что не упряталось от парня. Девушка вмиг залилась краской, она не могла так поступить, это должно быть не правда, но увидев ухмыляющегося слизеринца, гриффиндорка рассердилась.  — Малфой, ну ты же и негодяй, наглый врун! — Гермиона круто на каблуках развернулась лицом к Малфою и уже собиралась ударить его, но он перехватил ее руки и завел ей за спину. — Отпусти меня! — закричала она, и в этот момент Драко был рад, что поставил оглушающее, а ни то, услышал бы весь этаж поместья.  — Что бы ты снова ударила меня? И не подумаю, — склоняясь к лицу девушки, прошептал он ей в губы. Гермиона начала чувствовать, что ее окутывает снова то необъяснимое чувство, как тогда в кабинете. Она не могла сопротивляться, хотя подсознание опять давало про себя знать. И дело вовсе было не в том, что Малфой держит крепкой хваткой ее руки. Даже если бы они были свободны, и она могла бы ему врезать по этому смазливом личику — не уверена, смогла хотя бы поднять руку. Такое непозволительно малое расстояние между ними было опасно. Девушка сразу начинала терять все мысли, и должна была признаться себе, что этот высокомерный и надменный мерзавец и в правду чертовски красив…  — Пусти… пусти меня, — Гермиона не сразу поняла, что невольно залюбовалась слизеринцем и поэтому сразу потребовала отпустить себя. Но вместо уверенного и серьезного тона, у нее получилось что-то наподобие тихой мольбы. Сразу осознав свою оплошность, она прикрыла глаза, но тут же, как бы очнулась и начала вырываться из малфоевских рук.  — Тихо, тихо, — спокойно проговорил аристократ, удерживая неугомонную гриффиндорку, — спокойно, Грейнджер. — Гермиона прекратила тщетные попытки вырваться и только тяжело вздохнула, отвернувшись от Малфоя. Свободной рукой Драко взял подбородок девушки и слегка приподнял. — Ну-ну, Грейнджер, не нужно отворачиваться и так тяжело вздыхать.  — Да не пойти бы тебе куда подальше! — сказала она зло глядя в серые глаза.  — Нет… — медленно протянул он, и, склонившись над самым ее ухом, прошептал, — ведь тогда, что ты будешь делать без меня…  — Ты слишком много на себя берешь, Малфой! — его шепот обдавал жаром, но не теряя самообладания, горячо проговорила Гермиона и сделала очередную попытку освободиться. Как и предполагалось, у нее ничего не получилось, слизеринец только усилил хватку. Пытаясь вырваться, у Гермионы спала с плеча тоненькая синяя бретелька от платья, что сразу заметил Драко и это ее сильно смутило. Как бы она хотела сейчас вернуть ее на место, только бы руки были свободны. Малфой же приблизился к ее оголенному плечу и поцеловал на том месте, где только что была бретелька. Гермиона сразу же обернулась в противоположную сторону, затаив дыхание. Слизеринец продолжал прокладывать мокрые дорожки от плеча к нежной шее, свободной рукой убирая каштановые локоны девушки. Гермиона не смогла с собой совладать и начинала томно дышать. Эти приятные поцелуи, что дарили блаженные ощущения, постепенно отключали здравый разум, и она понемногу отдавалась наслаждению. Драко слегка прикусил мочку уха Грейнджер, отчего она издала еле слышный протяжный стон удовольствия. Малфой удовлетворился такой ее реакцией, и поэтому прошептал ей на ушко, — теперь скажи, что тебе не понравилось, — он немного отстранился от нее, взглянув в лицо гриффиндорке. Гермиону будто холодной водой облили. Она только что дала понять, что ей нравятся его ласки. Она резко приняла серьезное выражение лица и смело посмотрела в его глаза.  — Ты мне отвратителен! При этих словах, глаза Драко недобро сверкнули. Поцокав языком, он вымолвил всего одно слово:  — Лгунья. Гермиона хотела было что-то сказать, возразить, но не успела. Драко с силой притянул ее к себе и страстно поцеловал в манящие губы гриффиндорки, придерживая за затылок. Гермиона опешила, но на удивление самой себе, вопреки своим запретам больше не подчиняться ему, не подпускать к себе ни на шаг, ответила, целовала в ответ. Драко, почувствовав, что девушка не сопротивляется, освободил ее руки, продолжая целовать. Это был бы прекрасный случай, с силой оттолкнуть его или еще больше — врезать. Но она не хотела его останавливать. Малфой был прав: ей нравятся его поцелуи. Вместо того чтобы ударить, Гермиона запустила руку в его светлые волосы, другой обняла за шею. Драко приподнял Грейнджер за талию таким образом, что она ногами обхватила его бедра. Не прекращая сладостного поцелуя, он понес ее к кровати и осторожно положил на шелковые простыни, ложась на Гермиону сверху. Обжигая поцелуями ее открытые ключицы, аристократ начал стягивать другую бретельку с плеча девушки. Утопая от такого столь неземного наслаждения, Гермиона путалась в мягких пепельных волосах парня. Таких ощущений ей еще не доводилось испытывать, это было для нее новое познание страсти, о котором она еще слишком мало знала. Только читая в любовных романах или же в фильмах про любовь доводилось видеть такие сцены, но испытывать такое — нет. Конечно, она предпочла бы все это прочувствовать сама и пережить, чем просто прочитать или просмотреть. Тяжело дыша, Драко прильнул к губам Грейнджер, потихоньку медленными темпами скользил рукой по бедру девушки, она же дрожащими пальцами расстёгивала пуговицы на черной рубашке аристократа. Молодые люди отдавались жгучей страсти, переплетая языки в страстном сладостном поцелуе. Стоило бы перевести дыхание, но они боялись отстраниться хотя бы на мгновенье, будто все может прекратиться вмиг. Наконец нащупав последнюю пуговицу, Гермиона расстегнула рубашку полностью, и тут внезапно послышался стук в комнату.  — Драко, ты там? — спросил приятный женский голос. Это была Нарцисса Малфой. Драко с Гермионой сразу остановились, но не отстранились друг от друга.  — Да, мам! Я сейчас! — негромко крикнул Драко, вместе с Грейнджер быстро вставая с кровати. — В ванную. Быстро! — тихо сказал он Гермионе, указывая на белую дверь слева от кровати. Дождавшись, пока девушка скроется за дверью, он, наконец, впустил Нарциссу в комнату. Женщина, увидев сына, улыбнулась ему.  — Драко, я, наверное, отвлекла тебя? — спросила она, входя в комнату.  — Да нет, — потом он осознал, что его черная рубашка полностью расстегнута и добавил, — я собирался переодеться и спуститься вниз.  — Я хотела бы с тобой поговорить.  — О чем? — парень подошел к шкафу и тут же заметил рядом в кресле вещи Грейнджер: бордового цвета пальто и сумочку. Его окутало волнение. Быстро посмотрев на мать, Драко увидел, что она сидит на кровати с опущенным взглядом.  — Я знаю, что вчера у тебя с отцом произошел не очень приятный разговор…  — Мам, давай немного позже об этом поговорим. Я хотел бы переодеться, — воспользовавшись моментом, что она не смотрит в его сторону, Малфой быстрым движением собрал и переложил вещи Грейнджер в свой шкаф, подальше от глаз матери.  — Как хочешь. Тогда сразу зайдешь ко мне. — Нарцисса встала и с идеальной осанкой направилась к выходу из спальни сына.  — Обещаю, не пройдет и пяти минут, как я буду у тебя, — на эти слова миссис Малфой лишь искренне улыбнулась и закрыла за собой комнату. Драко облегченно вздохнул и, достав вещи обратно, направился в ванную.  — Грейнджер? Гермиона стояла возле раковин и смотрела на себя в зеркало. Она выглядела слишком взволнованной, и все время теребила дрожащими пальцами рук нижнюю часть платья. Но услышав голос слизеринца, резко обернулась к нему. Ее лицо было непривычно бледным.  — Вот вещи, собирайся и уходи через камин. — Гермиона на его слова только слабо кивнула, потом медленно подошла и забрала свои гардеробные принадлежности. Встревоженный вид гриффиндорки удивил Малфоя, но он не собирался терять время, поэтому быстро вышел с ванной.Парень достал чистую одежду и с ускоренными темпами переоделся. Выходя из комнаты, он увидел исчезающий силуэт девушки в зеленых языках пламени.

***

 — Так, о чем собственно ты хотела поговорить? — сидя в кресле, спросил Драко.  — Драко, я уже говорила тебе, что хочу, чтобы ты был счастлив. Делай то, что сделает тебя счастливым, но прошу тебя, не порть отношения с отцом. — Нарцисса говорила спокойно, но немного подрагивающие бледные пальцы рук выдавали ее состояние. Она волновалась.  — Ты хочешь сказать, чтобы я последовал его наставлениям? Ты этого хочешь? Говори прямо, — Малфой любил мать и никогда не позволял себе говорить с ней на повышенных тонах. Он боялся сорваться, если его начнут уговаривать делать, то чего он не хочет.  — Понимаешь, он не хочет, чтобы ты сделал неправильный выбор, — осторожно, тщательно подбирая слова, проговорила женщина. На слова матери, Драко открыто рассмеялся, отчего она одарила его строгим взглядом. — Драко, я не вижу в этом ничего смешного, — холодно сказала она.  — Да отца всегда волновали лишь собственные интересы. Он за все это время даже не потрудился спросить, чего я хочу! — он отвернулся к окну. Слизеринец чувствовал, как начинает срываться. Вся эта ситуация с выбором будущей жены, которую Драко даже не любил — ему порядком надоела. И дело было даже не в том, что он еще слишком молод, чтобы женится, связывать себя семейными узами с какой-то благородной девицей, которую интересуют лишь деньги и высокий статус в элитном обществе. Да, он знал, что еще не готов для семейной жизни, но даже и это не было тому причиной.  — Драко… — голос Нарциссы был непривычно тихим с нотками материнской любви. Когда она так обращалась к сыну, то он был готов на многое, лишь бы снова и снова слышать ее. Драко медленно перевел на нее взгляд серых глаз и стал ожидать, что она скажет. — Драко, я поговорила с Люциусом и уверила его, что ты обязательно не подведешь нас. Парень сощурил глаза, его взгляд стал резко холодным, руки моментально сжались в кулаки. Ему не нравилась эта чертова ситуация, этот чертов разговор о его чертовом, мать его, правильном выборе.  — Не нужно было этого делать. Не нужно было обещать за меня, мама. Я не хочу, чтобы ты сожалела об этом в том случае, если я не оправдаю твоих надежд. — Нарцисса встревоженно и немного испуганно посмотрела на сына, но потом слегка улыбнулась.  — Подойди, Драко, — ласково потребовала она. Малфой без лишних слов подчинился матери. Он подошел и присел на кровати рядом с ней.  — Я никогда не стану жалеть, потому что верю тебе. Ты — частичка меня, Драко. И я одобрю любой твой выбор, чтобы ты не выбрал, — улыбнувшись уголками губ, миссис Малфой накрыла своими ладонями руки сына. *** Сразу по возвращению к себе в квартиру, Гермиона отправилась в душ. Холодные брызги воды помогали прийти в себя. Девушка еще перебывала в некотором смятении из-за происшедшего. Сейчас она благодарила Мерлина, что постучали в комнату Малфоя и прервали их занятие. Она только сейчас поняла, чем все могло завершиться в том случае, если бы миссис Малфой не надумала бы навестить сына. Уже в который раз гриффиндорка теряет здравый рассудок и подчиняется ласкам Малфоя. Гермиона все не могла понять причину, которая объяснила бы ее действия. Хоть Малфой и был красив, но признаться себе, что он ей нравится — она не желала. Время близилось к обеду, поэтому после душа Гермиона надела джинсы и красную футболку. На рабочем столе лежали разные документы и бумаги. Не став разбираться с ними, она взяла все и сложила в одну стопку, затем отправилась в гостиную. Положив все бумаги на небольшой столик возле телевизора, гриффиндорка отправилась на кухню. Сразу почувствовав отвращение к еде и подступившую тошноту, она решила просто заварить себе бодрящего кофе. Выпитое спиртное за прошлый вечер давало о себе знать. Усевшись на диване, девушка открыла недочитанную книгу о любви и принялась за чтение, время от времени попивая кофе. Она хотела немного отвлечься с книгой, а потом заняться бумагами. В гостиной была идеальная тишина, изредка прерываемая шуршанием страниц. На удивление Гермионы, она смогла отвлечься от мыслей о Малфое. Сюжет романа о молодой девушке, которая собиралась выйти замуж, но в последний момент все изменилось в худшую сторону. Героиня так и продолжала думать до того времени пока не встретила настоящую любовь. Гермиона уже дочитывала, ей оставалось всего пару глав, и она надеялась на счастливый конец. Эта история влюбленных завлекла ее, и она с интересом погрузилась в чтение. Спустя продолжительное время камин всполохнул ярким зеленым пламенем. Девушка быстро среагировала на прибывшего гостя.  — Гарри?  — Привет. Надеюсь, я не слишком прервал твое занятие? — спросил он, отряхивая пыль с одежды.  — Да что ты, нет, конечно. Проходи. Ты что-нибудь будешь?  — Нет, я ненадолго, — парень, пройдя к дивану, сел возле подруги.  — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Гермиона и отложила книгу на столик.  — Я надеюсь, что нет, — девушка недоуменно посмотрела на друга. — Ты вчера ушла никого, не предупредив.  — А ты об этом, — она опустила взгляд. — Просто так получилось. Я надеюсь, Рон не обиделся на меня? Я даже не успела с ним поговорить и… поздравить.  — Мы с Джинни поняли все и сказали всем, что ты неважно себя чувствовала, поэтому решила уйти.  — Спасибо, — Гермиона почувствовала облегчение.  — Я подумал, что будет не плохо тебя навестить и узнать как ты, — парень тепло улыбнулся.  — Я ценю это, Гарри. Ты всегда меня понимаешь, — она улыбнулась ему в ответ и друзья обнялись. Гермионе было приятно, что за нее переживают, и ее вчерашнее исчезновение с помолвки друзья объяснили по-своему, не выдав ее настоящих причин. Дружеские объятья прервал неожиданный звонок в дверь. Парень с девушкой тотчас отстранились друг от друга.  — Ладно, Гермиона, я пойду.  — Хорошо, Гарри. Спасибо, что зашел. Пока, — друзья последний раз обнялись, и гриффиндорец скрылся в зеленом пламени. Очередной звонок. Гермиона направилась к двери и открыла ее.  — Сэм? Мужчина с русыми волосами стоял у порога квартиры с небольшим букетом огромных белых ромашек завернутых в нежно-голубую обертку.  — Привет, Гермиона. Это тебе. Впустишь? — он улыбался.  — Спасибо… Входи, конечно, — удивление девушки быстро сменилось искренней радостной улыбкой. Она приняла цветы. Сэм прошел в гостиную, а Гермиона поспешила набрать в вазу воды и поставить в нее ромашки. Гостиная наполнилась приятным ароматом свежих цветов.  — Ты так неожиданно. Если хочешь, могу предложить кофе, чай или…  — Кофе лучше.  — Хорошо. — Гермиона ушла заваривать бодрый напиток, а себе решила просто сделать чаю. Сэм в то время свободно расположился в кресле гостиной и стал ожидать возвращения девушки. Не прошло и пяти минут, как Гермиона вернулась с чудесно пахнущими горячими напитками.  — Да, действительно, я заявился так просто к тебе без приглашения…  — Да ничего, Сэм. Я даже рада твоему визиту, — ей и правда, было приятно, что он к ней пришел, пусть даже так внезапно. Гермиона сейчас много думала, точнее, переживала из-за непонятной ситуации со слизеринцем, поэтому оставаться одной ей не хотелось. Она сейчас как никогда боялась одиночества, оно ее сильно угнетало. — Можешь приходить, когда захочешь. Мы же ведь не чужие друг другу, тем более ты мне сильно помог, так что я теперь в долгу перед тобой.  — Гермиона, мы это уже обсуждали. Ты мне ничего не должна, — спокойно сказал Сэм при этом глядя пристально на девушку. — Ах да, на счет этого. Ты уже заплатила?  — Вчера. Сегодня уже должен начаться курс лечения. Доктор сказал, что если все пройдет без осложнений, то наследующей неделе отец будет уже здоров, но конечно придется еще некоторое время полежать в больнице, но это уже и не так важно, — Гермиона отпила из чашки и поставила ее на кофейный столик. Сэм проследил за движениями девушки и его взгляд остановился на книжке, что лежала на самом крае столика. Он взял в руки книгу.  — «Снег в апреле»*, — он улыбнулся. — Не думал, что ты читаешь любовные романы, — мужчина положил книгу обратно.  — Раньше я их не читала, только недавно начала. А как ты понял, о чем она?  — Просто моя мать любила читать когда-то подобные жанры литературы. А эту книгу она в особенности любила, — он грустно улыбнулся.  — Любила? А сейчас нет? — Гермиона не знала, почему, но из-за непонятной причины ей вдруг это стало интересно.  — Не в том дело, — Сэм сделал паузу, потом продолжил, — она умерла. Вместе с отцом попали в автокатастрофу.  — Прости, я не знала, — тихо произнесла она извиняющимся тоном, опустив глаза. Теперь она вспомнила те почтовые листы от родителей, которые Ханна хранила в столике. Наверное, то были последние послания от них и девушке они были очень дороги, чтобы выкидывать.  — Значит, ты тоже увлекаешься подобным, — видимо Сэм просто решил изменить тему, вернувшись к хобби девушки.  — Знаешь, это помогает отвлечься. Конечно, я и раньше читала, что помогало мне расслабиться, но то были школьные учебники, а теперь занятий нет, и я довольствуюсь этим. — Гермиона слегка смущенно улыбнулась.  — А я вот решил, что сегодня выходной, значит можно наведаться к тебе. Чем думаешь сегодня заняться? Гермиона вспомнила, что у нее еще лежат некоторые документы, которые она планировала проверить за эти пару дней. Если она успеет за выходные сделать то, что хотела, то наконец-то будет работать по графику.  — Ну, я планировала заняться бумажной работой на этих выходных, — после краткой паузы проговорила она.  — И все? — в удивлении он приподнял одну бровь.  — Ну, да. Просто понимаешь… Гермиона не успела договорить, как раздался очередной звонок в дверь.  — Я сейчас вернусь, — она поспешила к двери. Сэм лишь слегка улыбнулся ей, а потом, желая чем-нибудь занять себя недолгим ожиданием девушки, обвел внимательным взглядом гостиную. Вдруг его внимание привлекла стопка документов на столе, и им завладело некое любопытство. Не раздумывая, Сэм подошел, чтобы разглядеть поближе. Его удивило то, что там говорилось о каких-то законах, о которых он даже не слышал. Переложив половину в сторону, он вдруг обнаружил то, что его привело еще в большее удивление и непонимание. Сэм взял знакомый листок, а под ним лежала хорошо знакомая копия документа. Он все не мог понять, как это оказалось у Гермионы. Вот почему Джейкоб и его приятель не могли найти нужное, ну или то, что надеялись найти даже пусть и не знали, что настоящий документ не у Ханны. — Куда же ты лезешь, девочка, — тихо, почти самими губами прошептал он. — К сожалению, мне придется ограничить твою свободу, — он вернул бумаги в прежнее состояние и вернулся на диван. Гермиона же встретила за дверью свою соседку, миссис Уиллис. Женщина выглядела сильно встревоженной.  — Миссис Уиллис, что случилось?  — Гермиона, к тебе Кэтти не заходила сегодня? — Нет, — она вышла из квартиры, прикрыв за собой дверь. — А что случилось? — Ее нет дома, и я даже не знаю, когда и куда она ушла. Ты же знаешь, что я работаю в ночную смену, прихожу утром, а ее нет. Уже всем ее друзьям звонила, нигде ее нет. — А ей звонили? — У нее телефон выключен. Ой, Гермиона, я даже не знаю, что делать. Думала, она к тебе зашла и просто засиделась у тебя, а теперь вообще не представляю, где Кэтти может находиться… — Миссис Уиллис, не переживайте, вам нужно успокоиться. Я уверена, что с ней все в порядке, и она может быть просто у кого-нибудь с друзей, — хоть гриффиндорка и пыталась говорить убедительнее, сама то не верила в правдивость своих слов и начинала чувствовать волнение за подростка из соседней квартиры. — Ладно, Гермиона, извини, что потревожила. — Да нет, что вы. Если она объявится, сообщите мне, — девушке очень хотелось поддержать женщину, но увы она не могла ничем помочь. — Конечно, Гермиона. Гриффиндорка вернулась в квартиру и села на прежнее место рядом с Сэмом. — Ты долго. — Да неприятность одна произошла, — Гермиона поджала под себя ноги на диване и грустно вздохнула. — Что именно? — девушке или так показалось, а может и в самом деле Сэм задал этот вопрос чисто из правил вежливости, но голос его звучал совсем безразлично. — Моя знакомая ушла из дома, и теперь мать переживает… не знает, где искать. Я, конечно, попыталась успокоить ее, сказала, что она просто, возможно, засиделась у кого-то из друзей и скоро вернется. — Я думаю, ты абсолютно права. Нет причин волноваться, нагуляется и вернется, — он вел себя как-то отстранено, глядя куда-то в сторону окна. Гермиону такой спокойный, равнодушный тон, и так самоуверенно сказанные слова погрузили в недоумение. Неужели, Сэм и правда так думает, совсем не прикидывая других вариантов. Наверное, он так говорит из-за того, что он Кэтти вообще не знает и она ему совсем незнакомая. Но почему тогда она, Гермиона, так волнуется за Ханну, его сестру? Ведь та девушка тоже Гермионе никто. — Ты, в самом деле, так думаешь? — почему-то ответ Сэма ее и интересовал, но и в тоже время беспокоил. По непонятной причине она боялась, что он ответит…  — Да, — вот так просто прозвучал уверенный ответ из его уст. — Я так понимаю она школьница, ведь только в ее возрасте поступают так глупо, — после того как вернулась Гермиона снова в гостиную после встречи с соседкой, Сэм впервые на нее посмотрел. Гермионе же этот взгляд совсем не понравился. От него у нее пробежались мурашки по коже, и этот взгляд голубых глаз так пристально на нее смотрел, что ей захотелось отвернуться. Но она продолжала смотреть прямо ему в глаза.  — Что ты имеешь в виду? — ох, как же неуверенно прозвучал ее хриплый голос.  — Тебя. — Гермиона посмотрела на него широко распахнутыми глазами. Она не понимала, что он хочет этим сказать. — Гермиона, милая моя, можешь не делать вид, будто забыла, о чем я тебя просил, — до чего же его голос прозвучал с нотками фальшивой милости. От такого уж слишком милого его тона, Гермионе стало не по себе. Да, она понимала, о чем он говорит, но старалась не подавать вида, что догадалась. Его слова и слишком резкая смена темы — застали ее врасплох. Гриффиндорка не ждала, что Сэм затронет эту тему, хотя бы, потому что сам просил об этом не говорить.  — Сэм, я…  — Прекрасно понимаешь меня, я знаю, — перебил он, потом придвинувшись к ней поближе, взял двумя пальцами ее за подбородок и слегка приподнял. — Я говорил тебе, и повторять не собираюсь. Что тебе мешает жить спокойно? — он вглядывался в ее карие глаза, в которых заметил тень испуга и уязвимости и улыбнулся уголком губ. — Правильно, дорогая моя, ничего. Так не лезь не в свои дела! Гермиону повергли в шок последние его сказанные, довольно жестко, слова, после которых последовал быстрый поцелуй в губы. Чмокнув девушку, Сэм встал и стремительным шагом отправился на выход.  — Еще увидимся, — бросил на прощанье он. Гермионе, по правилам этикета, не помешало бы провести гостя к выходу, но она не могла и сдвинутся с места. Девушка, словно окаменевшая, сидела на диване в немом ужасе и замешательстве. Поведение Сэма полностью повергло ее в шок. Что она смогла сделать, так это лишь посильнее поджала под себя ноги и крепче обняла колени руками. Только когда послышалось, что дверь закрыли, темные шоколадные глаза наполнились слезами. Почему-то из-за такого поведения Мендеса, гриффиндорка почувствовала себя слишком уязвимой, и непрошеные слезы неопределенного страха полились наружу.

***

 — А Грейнджер заметно похорошела, как считаешь? — из-за внезапного вопроса Блейза, Драко закашлялся, поперхнувшись огневиски.  — Не говори глупостей, Забини, — откашлявшись, проговорил Драко.  — Да ну, с чего тебе стоило бы флиртовать с ней в баре? — он ухмыльнулся, наблюдая за реакцией друга.  — Да какой там флирт, Блейз. Ты в своем уме? — блондин рассмеялся. — Тебе ли не знать, какими фразочками мы с ней обмениваемся, — невозмутимо проговорил Драко, едва заметно ухмыльнувшись.  — Жалею, что так быстро ушел с Пэнси. Имел бы честь понаблюдать, а так вероятно пропустил все самое интересное, — Блейз наигранно обиженно вздохнул, будто успел прийти под самый конец долгожданного торжества.  — И с чего вообще ты завел о ней разговор? По-моему, мы встретились не Грейнджер обсуждать. — Драко в который раз мысленно вздохнул с облегчением, что его друзья ушли с паба, и им не довелось стать свидетелями того, как он трансгрессировал вместе с Грейнджер. Это был бы катастрофический провал, и отговорками здесь не обошлось.  — Еще к слову о Грейнджер, — Драко закатил глаза. — Это правда, что пишут в «Пророке»? Она действительно вернулась в магический мир? Работает в Министерстве? — начал засыпать вопросами мулат.  — Правда. Грейнджер у нас теперь заместительница главы Отдела по принятию магических законов, — Драко проговорил так, будто произнес торжественную речь. — Значит, все-таки вернулась, — задумчиво произнёс Блейз. — Ну, хоть когда-то правду пишут, — оба парня издали веселые смешки. — Теперь только дай Грейнджер волю, так она сразу примет законы, которые будут защищать права магглорожденных и эльфов. — На это раз Малфой не разделил веселья Забини, а, только поморщившись, криво усмехнулся. — Думаю, хватит о ней. Ты лучше расскажи на счет сегодняшнего приема. — Да очередной благотворительный вечер. Ты же знаешь мою мать, она всегда устраивает подобные приемы. — Да, поэтому и спрашиваю. — Драко невесело усмехнулся и отпил из бокала огненного виски. — Семья Гринграссов, наверное, как всегда в списке гостей? — хоть он и спросил, но ответ и так был очевиден. Блейз кивнул. — Как всегда, — коротко сказал он, — тебя это расстраивает? — Не спрашивай, будто сам не знаешь, — Малфой тяжело вздохнул, а потом нехотя добавил, — Отец не упустит этой возможности. Как же мне надоело, что он всегда за меня все решает, — в его голосе слышались нотки раздражения. — Драко, да не заморачивайся над этим. Ты еще слишком молод для женитьбы, вся жизнь еще впереди. — Забини просторно разместился на роскошном диване, положив ноги на журнальный столик. — Ты это моему отцу скажи и узнаешь, что он на этот счет думает.

***

— Гермиона, я пока так и не понимаю, зачем тебе понадобились сведения о бывшем владельце компании «City Streets», — отдав серую папку, сказала Эмили Бронвин. — Эмили, мне нужно кое-что проверить. — Если это из-за тех незаконных документов, то, прошу тебя, хоть ты туда не вмешивайся. — Нет, это немного другое. — Гермиона хотела уже открыть папку, но решила уже дома посмотреть содержимое. — Сколько ты говоришь, они уже ваши партнеры? — Около полугода. Там все указано, — блондинка указала на серую папку. — Спасибо за помощь, Эмили, — радостно усмехнувшись, гриффиндорка вышла из-за столика и обняла подругу. — Уж буду надеяться, что этим я тебе не помогла вляпаться в какую-ту дурную ситуацию, — как-то невесело проговорила Бронвин, провожая взглядом Гермиону на выходе из кафе. Гермиона ехала в такси и разбирала содержимое папки. Из данной информации получалось, что полгода назад компания «Dream House», которой владеет Роберт Тейнер и партнер по бизнесу Сэма Мендеса, выкупил все акции компании «City Streets». В итоге смог завладеть ею и стать снова деловыми партнерами с компанией Сэма. К счастью Гермионы, Эмили смогла собрать всю имеющую информацию о прошлом владельце «City Streets». Уоррен Эллисон. Она слышала о нем что-то, но только не припомнит, что конкретно. Одно девушка знала точно, что у такого человека должны быть и другие предприятия, ну как минимум, одно должно быть. Внезапно такси резко остановилось, из-за чего у Гермионы рассыпались листки. Таксист открыл дверцу и, выглянув наружу, громко выругался.  — Извините, мисс. Просто эти дети совсем не соблюдают правила, — водитель уже вернулся на свое место и начал заводить машину.  — Да ничего страшного. Главное, что никто не пострадал. — Гермиона уже собрала разлетевшиеся бумаги и посмотрела в окно, как вдруг увидела знакомый силуэт. — Постойте! Я выйду здесь, — она отдала деньги за проезд и вышла с машины. Гермиона быстрым шагом нагоняла знакомую девочку, которая вот-вот должна была скрыться за дверью какого-то продуктового магазина.  — Кэтти!  — Гермиона, что ты здесь делаешь? Как ты меня нашла? — девочка-подросток почему-то испуганно посмотрела на гриффиндорку, оглядываясь вокруг, будто кого-то искала глазами.  — Это ты мне скажи, что ты здесь делаешь, в то время как твоя мать, сейчас сидя дома переживает за тебя! — она говорила поучительным тоном, смерив подростка строгим взглядом.  — Ты ничего не знаешь, ведь если бы знала, что произошло… — Кэтти начала оправдываться, но ее тут же перебили.  — Мне все равно, Кэтти! Сбегать из дома — огромная глупость, ведь рано или поздно, все равно придется вернуться. — Гермиона тут же вспомнила, как сегодня Сэм при ней спокойно высказался, что «нагуляется и вернется», поэтому не нужно беспокоиться об этом ее глупом поступке. Теперь она должна была признать, что он был прав. Конечно, это еще хорошо, что с Кэтти ничего не случилось и она жива и здорова. Хотя, девушка помнила еще и то, что его слова относились и к самой гриффиндорке: «не лезь не в свои дела».  — Гермиона, но я…  — Это ты не мне будешь объяснять. — Гермиона взяла Кэтти за руку и повела к обочине дороги.  — Куда ты меня ведешь? Но Гермиона пропустило мимо слуха вопрос Кэтти, и остановила встречное такси.  — Садись.  — А ты?  — У меня есть и другие дела, — строго ответила Гермиона, будто отчитала провинившуюся младшую сестру. — Поедешь домой и все расскажешь матери. Вот деньги, заплатишь, — она уже хотела закрывать дверцу за школьницей, но успела добавить, — только чтобы домой поехала, а не сбегала снова! Гермиона захлопнула дверцу и смотрела вслед удаляющемуся такси. Девушка почувствовала, будто камень с души спал, такое облегчение. Она была рада, что с ее подругой все в порядке, и она доберется домой спокойно, а увидев дочь на пороге квартиры, мать обрадуется, и слезы счастья вырвутся наружу. Гермионе было жаль Кэтти, что у нее не было отца. Хотя, чисто теоретически он был, но не жил с ними. Насколько Гермионе было известно, то отец покинул семью, когда девочке не было и года. С того времени он общается с дочерью лишь денежными переводами. Гриффиндорка простояла на тротуаре несколько минут, после чего решила подойти к ближайшей лавочке и присесть, раздумывая, что делать дальше. Сейчас в ее небольшой сумочке хранился конверт, который может привести к пропавшей молодой девушке и ее похитителям, вот только еще нужно разобраться с чего начать. Гермиона шла полностью с головой погруженная в свои мысли и не заметила, как на нее налетели.  — …мы должны, как можно скорее дос… Ой! — мужчина, увлекшись разговором и быстрой ходьбой, не заметил девушку и резко столкнулся с ней. Гермиона не удержавшись в ботинках на каблуке, уже приготовилась к твердой посадке на каменную вставку. Голова закружилась, выстоять было сложно, но в последний момент ее удержали от падения. — Господи, мисс, простите, это я виноват, — быстро начал извиняться мужчина, придерживая девушку, но убедившись, что она твердо стоит на ногах, отстранился.  — Да ничего, спасибо, что вовремя удержали, — она улыбнулась и подняла глаза на мужчину, что сбил ее с ног и не дал упасть. Тут же его лицо и голос показались ей смутно знакомыми.  — Да пошли уже, Джейкоб! У нас мало времени, забыл? Гермиону пронзило, будто молнией среди ясного неба. Это имя. Она его хорошо запомнила. Значит, эти двое были в доме Ханны и сама девушка вполне возможно, что находится у них, либо же им так прекрасно известно ее месторасположение. Гермиона не смогла скрыть ни удивление, ни страх. Широко распахнутыми глазами она перевела взгляд на другого мужчину. Тот явно заметил на лице девушки удивленную реакцию. Он вскинул бровь и спросил:  — Что-то не так? Теперь уже и Джейкоб, тот, что не дал упасть и больно забиться, тоже обратил на незнакомку внимание. Гермиона быстро пришла в себя, заставив успокоиться.  — Все в порядке, просто… голова закружилась, — медленно проговорила она и в подтверждение своих слов, взялась левой рукой за голову, опустив глаза.  — Все, пошли! — и они больше не медля, ушли прочь. Гермиона пребывала, будто в оцепенении, не зная, что делать, куда идти и как поступить. Одно, что она знала точно, так это не допустить их упустить из виду. Нужно было за ними проследить, ведь это могла означать, что она сможет узнать, где находится Ханна. Гермиона ожидала их возле какого-то продуктового магазина и старалась не привлекать к себе внимание. Когда мужчины вышли на улицу, то направились уже к знакомой гриффиндорке машине. Она поспешила остановить такси.  — Прошу, вы можете ехать за этой машиной, — она указала на черный джип, который уже набирал приличную скорость. Гермиона понятия не имела, что будет делать дальше. Палочку использовать она не могла против них. Но она надеялась, что эти люди приведут ее к Ханне. Поездка длилась не больше десяти минут, поэтому девушке пришлось попросить таксиста, остановится на приличном расстоянии от джипа. Гермиона сидела в такси и наблюдала, как черный автомобиль заехал во двор, ограниченный высоким забором. Она сейчас не знала, что делать дальше, совсем не представляла. Но догадывалась, что Ханна весьма возможно может находиться в одной из комнат этого большого дома. И чтобы это проверить, был только один способ: самой обыскать дом. Только как это сделать?  — Мисс, куда дальше? — спросил водитель. И тут девушке пришла гениальная мысль, как это все провернуть и остаться незамеченной. Она назвала адрес своей квартиры и уже обдумывала свой блестящий план.

***

Гриффиндорка придя домой, использовала камин, чтобы попасть в «Нору» и застать там Гарри. Сейчас он жил там вместе с Джинни, конечно, иногда и заглядывал в дом на площади Гриммо, который достался ему от крестного Сириуса. Гермиону первой встретила Джинни, на лице которой было удивление, а потом радость.  — Гермиона, рада тебя видеть, — рыжеволосая красавица обняла подругу.  — Я тоже рада, Джинни. Но у меня сейчас почти нет времени объяснять, в общем, где Гарри?  — Он только что отправился через камин к Андромеде Тонкс, Тедди хотел отвести к ней. Но не волнуйся, он не задержится.  — Ну, хорошо, я подожду, — она слегка разочарованно вздохнула.  — За то у тебя теперь есть время рассказать мне, что случилось, — Джинни хитро улыбнулась. Подруги прошли в комнату младшей Уизли, и присели у нее на кровати.  — Ну, давай выкладывай, — подбодрила рыжеволосая девушка.  — Как бы это сказать… мне нужна его… — Гермиона замолчала, так как дверь в комнату отворилась, и в проходе показался Рон Уизли.  — Джинни, куда ты положи… — гриффиндорец вдруг запнулся, увидев Гермиону. — Гермиона, ты здесь, я не знал. Привет, — радостно добавил он.  — Рон, не забывай стучать! — возмутилась младшая девушка. — Я не брала твои вещи, спроси у Джорджа, наверняка это он решил подшутить над тобой. Но Рон уже совсем забыл про пропавшую вещицу, он глядел на Гермиону и, пройдя вглубь комнаты сел в кресло.  — Гермиона, раз ты здесь, то давай пообщаемся. Я так и не успел вчера с тобой поговорить.  — Ладно, я вас оставлю. Гермиона, я сообщу о тебе Гарри, когда он вернется.  — Хорошо, — рассеянно проговорила гриффиндорка. Когда дверь за Джинни закрылась, наступила неловкая тишина. И это молчание давило на Гермиону, поэтому она все-таки решила заговорить.  — Ты прав, я даже не успела тебя поздравить с помолвкой, просто мне стало… вдруг нехорошо.  — Главное, что ты пришла. Помолчав с минуту, девушка отважилась сказать то, что ее мучило уже довольно продолжительное время, начиная с той позорной встречи в кафе.  — Рон, давай забудем все, что произошло между нами тогда в кафе? Я тогда перегнула палку, просто ты так внезапно сообщил… эту новость. — Гермиона говорила уверенно, но с опущенным взглядом. Она ждала и надеялась, что Рон ее поймет.  — Я уже давно забыл. Главное, что мы снова друзья, — в его голосе было слышно теплоту, отчего гриффиндорка рискнула поднять свои карие глаза на парня.  — Друзья, правда? — спросила она с надеждой в голосе.  — Конечно, мы ими и не переставали быть, — он сел возле подруги и накрыл ладонями ее руки. У Гермионы сразу появилась радостная улыбка на лице, и она потянулась, чтобы обнять друга. Тут же открылась дверь и в нее зашли Гарри с Джинни. При виде такой милой дружеской сцены оба усмехнулись, ибо поняли, что их друзья помирились.  — Гермиона, ты хотела меня видеть, — начал Гарри.  — Да, хотела. Мне нужна твоя помощь, Гарри.  — Все, что угодно, — улыбнулся он. Гермиона хотела уже сказать, но на нее были направлены все глаза в этой комнате, и она прикрыла рот. Все видимо это заметили и решили без лишних слов покинуть комнату, оставив Гермиону и Гарри наедине. Девушка знала, что ото всех последуют расспросы, а на них не было времени отвечать. Конечно, Гарри тоже будет расспрашивать, но ему объяснить будет намного легче. Гриффиндорец подошел к подруге и присел рядом.  — Я слушаю, — начал он.  — Гарри, мне нужна твоя мантия-невидимка.  — Зачем? — удивление на лице парня было крайне заметным.  — Есть одно дело, в котором без нее меня не обойтись, — она подбирала тщательно слова, чтобы не сказать чего лишнего.  — Гермиона… я же надеюсь, ничего не случилось… — Гарри говорил спокойно, но уже начинал волноваться, зачем понадобилась его подруге мантия.  — Пожалуйста, это не касается волшебного мира.  — Ну, если так, то ладно, — было видно, что другу стало легче от сказанных слов подруги. Он подошел к шкафу в углу комнаты и достал с него объемную коробку, с которой достал мантию невидимости. — Может, я тебе могу помочь?  — Ты мне и так уже помог. Спасибо тебе, ты меня очень выручил. — Гермиона сияла от радости, будто она выиграла в лотерею.  — Буду надеяться, что это так, — в отличие от подруги, Гарри проговорил эти слова без всякого веселья. Но он был рад, что может хоть как-то помочь ей.

***

Праздничный зал родового поместья Забини наполнялся гостями приема. Здесь присутствовали все семьи аристократов магической Англии, несколько семей с Франции, а так же с Италии. Множество маленьких высоких столиков были накрыты белоснежными скатертями; изысканное вино и шампанское, а так же самые вкусные и дорогие блюда украшали праздничные столики. Играла тихая спокойная музыка, гости были одеты в самые последние новинки модных магических дизайнеров. Аристократки были в прекрасных длинных платьях, аристократы в черных элегантных костюмах. Только и было слышно их разговоры в большом зале. Так как это был благотворительный вечер, здесь конечно присутствовали репортеры с колдографами. Все приглашенные гости уже были здесь и их лица озаряли предвкушением интересного вечера. Наверное, лишь одному молодому аристократу хотелось сбежать от этой толпы чистокровных магов. Драко Малфой продолжал стоять возле отца в окружении других знатных особ и вести как бы интересный деловой разговор о бизнесе и политике. Как же он был далек сейчас от этих мыслей. Вдруг увидев друзей, Малфой незаметно выскользнул с толпы и направился к Забини и Паркинсон.  — Неужели тебе и вправду удалось сбежать со светской беседы? А мы уже даже поспорили, сколько ты еще продержишься. — Пэнси с Блейзом усмехнулись, но увидев рассерженного друга, рассмеялись еще больше.  — Были бы вы на моем месте, посмотрел бы я на вас, — холодно проговорил слизеринец, отчего друзья перестали смеяться, но улыбки остались на их лицах. — Ну, и кто победил? — Драко взял бокал вина и увидел недоуменные лица бывших однокурсников, потом проговорил уже чуть мягче. — Вы же вроде спорили… — лица Блейза и Пэнси вмиг засияли улыбками, и они с трудом подавили смех. Мулат лишь махнул рукой.  — Мы проиграли, ты побил все рекорды, так что забудь, — весело сказала Пэнси. Теперь уже Драко издал короткий смешок. Его настроение может и поднялось, если бы он не увидел Асторию Гринграсс, что подходила к нему. Малфой знал, о чем сейчас пойдет речь и потому он хотел, чтобы друзья не касались этого разговора.  — Я вас ненадолго покину, — быстро сказал блондин. Блейз еще что-то говорил ему, вероятно, какую-ту шутку, но слизеринец его уже не слышал. Драко направлялся к подходящей девушке, на лице которой было волнение.  — Астория, давай отойдем, — девушка не стала перечить, а просто согласилась подойти к самому пустому отдаленному столику в зале. — Слушай, Астория, я уже говорил отцу, даже вчера сказал напрямую, так как есть, но он стоит на своём. Я не знаю, как его переубедить, — младшая Гринграсс выглядела подавленной, конечно, на лице она сохраняла всю ту серьёзность, как и велит аристократкам, но если заглянуть в глаза, то можно увидеть горькую печаль.  — Драко, ты прекрасно понимаешь, что я не стану перечить отцу, — ее голос дрогнул на последнем слове, и она пригубила бокал с шампанским.  — Астория, не волнуйся, мы обязательно что-нибудь придумаем, — Драко видел состояние подруги и, не сдержавшись, взял ее за руку, чтобы та немного успокоилась.  — Драко, тебе прекрасно известна история Дафны, родители беспокоятся, чтобы я не повторила ее судьбу. Для них это настолько серьезно, что даже запретили мне доучиться седьмой курс в Хогвартсе. Я же теперь учусь, дома с преподавателями, которых отец нанял, — у нее вдруг защипало глаза, и она часто заморгала.  — Астория, я понимаю…  — Ты не понимаешь, — чуть громче сказала она, перебив слизеринца. — Все мои однокурсники сейчас в Хогвартсе учатся, живут, общаются с друзьями, веселятся, а я дома, — девушка говорила четко и спокойно, не проронив ни единой слезинки, хотя эмоции уже зашкаливали. Но она не могла позволить себе этой слабости в кругу аристократии. Слизеринка просушила горло пьянящим напитком и выровняла голос. — Мне известно, что наши родители обговаривают нашу судьбу за нашими спинами, и, если мы ничего не предпримем, то скоро и вовсе решат все за нас.  — Не будет этого, — твердо произнес Малфой. А потом посмотрел в глаза Астории, тем же встретившись с ней взглядом. — Ты говорила с Ноттом? — девушка моментально начала искать глазами парня, и, наверное, попытка увенчалась успехом, но яркий огонек в глазах тут же погас. Малфой перевел взгляд в ту сторону, где стоял Теодор Нотт в компании какой-то молодой симпатичной волшебницы. — Все ясно.  — За него отец не решит, так как сидит в Азкабане, и потому мои родители наверняка не согласятся с моим выбором. — Астория тяжело вздохнула и отпила с бокала.  — Ну, если он тебя любит, значит, не даст выйти за другого, — девушка на этих словах слизеринца лишь горько усмехнулась.  — Ты видишь, как он меня любит. С такой любовью я скорей выйду за тебя, рожу детей и состарюсь, чем дождусь от него признания. — Астория немного помолчала, но потом все же сказала то, что хотела бы больше всего. — Конечно, я хочу сейчас ошибаться, хочу, чтобы он хотя бы рискнул, попытался. Просто и так понятно, что моему отцу не выгодно выдавать меня за него.  — Ничего, Астория. Мы еще увидим как ты ему дорога.  — Каким образом? Ты что-то задумал? — ее голос был весь пропитан надеждой.  — Мы просто изобразим, что мы пара, и тогда увидим, что он будет делать.  — Что? — чуть громе, чем нужно было, спросила удивленная слизеринка. — Мы не можем этого сделать, ведь тогда родителей не переубедить.  — У тебя есть лучшая идея? — девушка молчала, опустив взгляд. — Астория, это единственный способ заставить Теодора действовать. Пусть поймет, что это не глупые шутки. Если любит, не упустит тебя…  — А если нет? Драко понимал, что это большой риск — изображать влюбленную парочку, но другого выбора не было. Если Нотт не вмешается в эту историю с нежеланной свадьбой, то всем будет только хуже. Нужно рискнуть, а вдруг повезет?  — Не думай об этом. Все пройдет отлично, — радостно сказал он, скорей себе, чем Астории. Ему так хотелось быть уверенным, хотелось верить, что все получится.  — Мне бы твою уверенность, — грустно проговорила слизеринка.  — Ну же, милая, не стоит отчаиваться. Все будет, так как мы хотим. — Астория опешила от такой самоуверенности друга, но не успела даже что-то сказать, как Малфой за руку начал вести ее куда-то в толпу гостей. Драко увидел журналистов с колдографами, которые, по всей видимости, задавали вопросы о благотворительном вечере миссис Забини.  — Драко, что ты…  — А вот и мы! — радостно сказал Малфой, подойдя к семейству Забини и журналистам. Многие посмотрели с удивлением на подошедшую парочку, которая ребячески держалась за руки. Блейз хоть и знал своего друга слишком хорошо, тоже, как и все не мог понять, что случилось за эти короткие минуты, чтобы объяснить такое поведение Малфоя. — Прошу, минутку внимания! — обратился он ко всем гостям вечера. Большинство присутствующих обратили на говорящего заинтересованные взгляды. — Итак, я, пожалуй, начну, — он обнял девушку за талию. — Я и Астория Гринграсс уже давно хотели сообщить всем, а в особенности своим родителям, что мы вместе. Но никак не приходилось удобного момента, а сейчас мы решили, что этот момент настал! — теперь уже все гости заинтересованно и интригующе слушали говорящего, в том числе и Теодор Нотт, которого Драко с Асторией прекрасно видели в толпе магов. Малфой с удовольствием заметил, как руки Нотта сжались в кулаки и на его лице заиграли желваки от негодования. — Мы вместе с Асторией с удовольствием объявляем, что мы вместе и намерены в будущем пожениться! — Драко почувствовал, как Астория вздрогнула на его последнем слове, но вида не подала, а продолжила счастливо улыбаться. Многие присутствующие зааплодировали с нескрываемыми улыбками и Малфой остался доволен своим выступлением, но для еще большей уверенности в своем успехе, решил добавить последнее. Он немного отстранился от Астории, обернувшись к ней, он взял ее за руку. В глазах девушки он будто прочитал: «Не смей, не делай глупостей! Этого хватило, все поверили, теперь можно и расходиться!». Но на деле она просто улыбалась Малфою в ожидании его речи. — Дорогая Астория, я хочу по жизни видеть тебя рядом со мной, хочу, чтобы ты всегда чувствовала себя в безопасности возле меня; я тебя никому и никогда не дам в обиду. — Драко чувствовал на себе недобрый, ненавистный взгляд Нотта, его просто пожирал глазами из толпы гостей. — Ты веришь мне? — спросил Малфой у Астории.  — Да, — негромко, но со счастливой улыбкой ответила она. А в следующий момент молодой аристократ приблизился лицом к девушке и слегка поцеловал в губы. Астория от него не ожидала такого, но не стала отступать, лишь обняла его за шею. Тут же сразу, все присутствующие разразились счастливыми возгласами. Перья журналистов и то записывали все интересное и происходящее, колдографы щелкали, стараясь запечатлеть счастливую влюбленную парочку. Драко с Асторией видели своих родителей, которые выглядели не менее других ошеломлённо, но в то же время радостно. Слизеринец заметил, как мать на него смотрела: хоть улыбка и была на ее лице, но глаза говорили о том, что Нарцисса не поверила во всю эту хорошо сыгранную выставку для всех, но не для нее. Слишком хорошо она знала своего сына, чтобы поверить в его ложь. Блейз Забини вовсе не понимал, что это все значит, и потому, не дождавшись пока разойдутся журналисты вокруг влюбленных, подошел к другу и увел его в сторону ото всех.  — Малфой, что за черт?  — Я просто отличный актер, вижу, даже ты поверил, — засмеялся слизеринец.  — Не понимаю, зачем все это? — все так же недоумевал мулат.  — Драко, что это значит? — к ним подошла взволнованная Пэнси.  — Поймите, это должно подтолкнуть гребаного любовника на отважный поступок, — раздраженно проговорил Малфой.  — Ты о Нотте? — спросил Блейз.  — Ты знаешь другого идиота с этим именем? — язвительно спросил Драко.  — Но, Драко, это же рискованно… — начала Пэнси.  — Я знаю, Пэнси! — резко проговорил аристократ. — Ну, надо же кому-то рисковать? — хитро ухмыльнувшись, он покинул друзей, затерявшись в толпе гостей.

***

Астории было сложно делать вид, будто это все чистая правда, но она доверяла интуиции Малфоя, потому старалась поддерживать легенду. Знакомые, которые были на этом приему, все были удивлены и возмущены, что она держала отношения с Драко Малфоем в секрете ото всех. Сразу после гениальной речи слизеринца, к ней подошли отец с матерью. Все, что они сказали, так это: «Ты сделала правильный выбор, Астория. Мы рады». До чего они были счастливые, что девушке стало вдруг так плохо от того, что пришлось притворяться, всем врать, да и завтра во всех газетах магической Англии будут ее с Малфоем снимки и громкие заголовки. Все было бы ничего, если бы она была так уверена в этом плане, как Драко. А если Теодор не решится, что тогда?  — Астория, нужно поговорить! — тут же к ней подошел разъяренный парень и грубо увел ее подальше от гостей. — Что, черт подери, это было?! — угрожающе прошипел он.  — А на что это было похоже? — невозмутимо спросила девушка. Такой эффект произведенный на парня ее радовал. Похоже, Малфой был прав.  — Не зли меня лучше. Отвечай! — он с силой встряхнул девушку, повысив голос.  — Ты все правильно понял! — как же ей хотелось сейчас признаться во всем: что это просто глупая шутка, что это не правда, что она любит только его, но поддерживать легенду — сейчас было правильнее всего.  — Ты хочешь сказать, что одновременно встречалась с Малфоем и спала со мной? — он выплюнул эти слова прямо ей в лицо, отчего у девушки появились грязные мысли в голове. Ведь по легенде так и было, но на самом деле то нет. Но как бы там ни было, из-за этого обмана Астории стало, мерзко от себя самой. Она не смогла выдержать испытывающего взгляда Теодора, потому потупила глаза в пол. — Ты спала с ним?  — Тише, Тео, не так громко, — она пыталась его успокоить.  — Пусть все узнают, что будущая невеста Драко Малфоя — грязная шлюха! — он прошипел эти слова, скривив лицо.  — Тео, все не так… — она попыталась взять его за руку, но слизеринец грубо оттолкнул ее.  — Не смей прикасаться ко мне. А я еще и любил тебя, дрянь! — Теодор сменил Асторию грозным взглядом, а потом, нависнув над ней, проговорил. — Ты только попробуй…  — Проблемы, Нотт? — неожиданно подошел к ним Драко Малфой собственной персоной.

***

 — Драко, что-то мне не слишком нравится твоё громкое выступление, — недоверчиво проговорил Люциус Малфой.  — Отец, это же то, что ты хотел, не правда ли? Так, что тебе еще не нравится?  — Я просто хочу быть уверен в том, что в самый последний момент ты не надумаешь отказываться от своего решения.  — Ну, в этом я ничем не могу тебе помочь, — сказал он скучающим тоном.  — Драко, знаешь, мне не хотелось бы в том случае если ты передумаешь, перспективы в качестве громкого скандала. Парень лишь тяжело вздохнул, ему надоели постоянные нравоучения отца. Вдруг он увидел у дальней стены Асторию и Теодора, которые видимо о чем-то спорили. Его лицо вмиг озарила победная ухмылка.  — Я, пожалуй, подойду лучше к своей девушке, — выделив интонацией особенно последнее слово и не дождавшись возражений отца, Малфой направился к знакомым. Драко видел, как Нотт угрожающе нависал над Асторией и что-то ей говорил. Когда он уже подошел довольно близко к ним, то смог услышать все пару слов, чтобы догадаться о том, что Нотт поверил в их маленький спектакль перед гостями.  — Ты только попробуй… — Теодор не успел договорить, как его неожиданно перебили.  — Проблемы, Нотт? — он подошел к Астории, так что другой немного отстранился от девушки, но начал ненавистно смотреть на соперника.  — Ты прекрасно знал, что она моя девушка и все равно влез в наши отношения! — парень проговорил так громко, что несколько любопытных глаз обратились на молодых людей.  — Спокойно, давай обойдемся без скандала. Нотт, предлагаю все тихо и мирно решить. — Драко не хотел привлекать внимание присутствующих, но Теодору видно было плевать. Наверное, громкое признание Малфоя слишком сильно подействовало на его школьного приятеля. — Давай отойдём куда-нибудь, — он попытался взять его за локоть и отвести подальше, но не тут то было. Теодор испепелял ненавистным взглядом соперника и едва ли сдерживал злость в себе, которая грозилась вырваться наружу. Стоило Драко дотронуться до парня, тот сразу почувствовал сильную злость, и ненависть взяла свое. Нотт сразу откинул руку Малфоя.  — Спокойно говоришь?! Сейчас ты увидишь, как я спокоен, — и в следующий момент Теодор со всей силы ударил бывшего друга в челюсть, отчего тот не ожидая удара, не успел увернуться и упал на пол.  — Тео, что ты сделал?! — крикнула Астория в панике и на ее вскрик обернулись все гости, не понимая, что произошло. — Драко, ты как? — она подбежала к лежащему на полу парню и обеспокоенно посмотрела на него.  — Не волнуйся, все в порядке, дорогая, — он попытался подняться и сплюнул кровь на пол, делая особенное ударение на последнем слове, потом хитро ухмыльнулся Нотту. Это окончательно вывело последнего из себя, и он в порыве ненависти налетел на Малфоя. Тот уже стоял крепко на ногах и был готов к такой реакции неприятеля, потому с легкостью увернулся от него и сам нанес ему удар, повалив того на пол. Толпа гостей вмиг разразилась возгласами и криками. Журналисты уже полностью были заняты своей работой. На стычку, скорей кровавую драку, ибо у обоих была кровь на лице, сбежался весь зал, в том же числе и родители Драко и мать Нотта. На их лицах читался ужас происходящего, даже отец Драко не смог скрыть настоящих эмоций, как всегда умело это делал прежде.  — Да, кто-нибудь, помогите! — в отчаянии крикнула Астория, которая уже не сдерживала эмоций, по лицу у нее текли слезы.  — Мерлин, Малфой! Нотт! — кинулись к бывшим друзьям Блейз и Адриан Пьюси. Они смогли их утихомирить и разборонить. Мать Астории увела заплаканную дочь подальше ото всех, а в особенности от журналистов.  — Отпусти меня, Забини! — Малфой еще раз сплюнул кровь и потер ушибленное место, что предательски заныло.  — Мерлин, Драко, как это произошло? — к нему подошла взволнованная и тем же напуганная мать. Не успел он ответить, что все хорошо и не стоит беспокоиться, сразу увидел злой взгляд отца.  — Ты мне обязательно объяснишься! — грозно сквозь зубы проговорил он. После случившегося, миссис Забини попросила всех покинуть вечер, ну, и, конечно, не обошлось без Люциуса Малфоя, которому пришлось заплатить внушительную сумму журналистам, чтобы замять позорную драку сына с бывшим школьным приятелем.

***

*Книга Розамунды Пилчер «Снег в апреле».