I'll Hold You Forever My Slytherin Princess

      На одной из улиц Лондона        Гермиона чуть приподняла голову, и теплый ветерок намекнул ей, что лето не за горами. Цветы вокруг были яркими и красивыми, а небо — бесконечным и голубым, как глаза ее дочери. Прошло три недели с тех пор, как Гермиона оставила свой причудливый маленький коттедж в Девоне и приехала в Лондон, чтобы загладить свою вину перед старыми друзьями. Миа была в восторге от своего нового друга, и парочка теперь вызывала различные проблемы каждый день при помощи магии. Только на прошлой неделе Джинни нашла Джеймса и левитирующую в воздухе, пока тот ел леденец, Миа. Девочка хихикала, бесшумно летая по лугу и пугая воробьев, дремавших в дереве.        Джинни была в ярости и отругала его, поэтому Джеймс провел остаток дня, помогая женщине по хозяйству. Она была немного раздражена, но Гермиона объяснила, что Миа не понимала, что использовала магию и не знала границ, которые нельзя пересекать. Джинни удивилась тому факту, что Гермиона не учила дочь использовать магию, но, услышав обещание рассказать все девочке о правилах Министерства, вскоре отстала от подруги.        Вопрос об отце Миа поднимался несколько раз за все это время, но Гермионе удавалось отвлечь Джинни на другие, не менее интересные, темы, к примеру, как миссис Поттер нашла себе работу и чем занимались остальные Уизли. Рыжеволосая не была слишком впечатлена отсутствием от Гермионы какой-либо информации, но та была не в состоянии объяснить сложность всей ситуации, закончившейся беременностью девушки. Только в один день Гермиона решила немного утолить любопытство подруги.       В то утро       — Гермиона, ты же знаешь, что можешь сказать мне кто этот парень, я не собираюсь тебя осуждать! И даже если ты беспокоишься о Гарри, то знай, что я никогда не расскажу ему! — Джинни стояла рядом с кухонной стойкой, со скрещенными руками на груди, и хмурилась, совсем как миссис Уизли, когда та отчитывала Фреда и Джорджа.        Гермиона закатила глаза и улыбнулась своей подруге с небольшим раздражением.       — Джин, я знаю, что ты можешь хранить секреты, и я знаю, что я могу рассказать тебе все, но я действительно не хочу говорить о нем. Это слишком щекотливая тема для меня и то, что произошло между нами — большая ошибка, — она отвернулась и посмотрела через окно на свою дочь, ее глаза помутнели, вспоминая ту ночь. — Но я никогда бы не изменила этот день, если бы была возможность.        Гермиона повернулась к Джинни и заметила, что та, будучи в небольшом замешательстве, покачала головой.        Гермиона вздохнула, пересекла гостиную и ободряюще пожала плечо Джинни.       — Джин, я знаю, что это неприятно для тебя, но постарайся не думать об этой ситуации. Что случится, если Миа в один прекрасный день начнет задавать вопросы? Вскоре она узнает, что я скрыла от нее правду, вы расскажете ей об этом, это вызовет ссору между нами и наши отношения никогда не станут такими как прежде. Я знаю, ты думаешь, что я уделяю слишком много внимания мелочам, но, ради Мерлина, ее отец даже не знает, что Миа существует. Все, что он, вероятно, помнит, так это то, что был сильно пьян и занялся сексом с девушкой, с которой даже ни разу в жизни не говорил.        Джинни посмотрела на Гермиону и удивленно вскинула брови.       — Гермиона, ты говоришь, что этот парень даже не знает, что он спал с тобой?! — вот уже и Джинни обратила внимание на детей, играющих в саду в игру, понятную только им обоим, с гномами.       — Он знал меня, мы начали говорить… Он был дерзок, но как только наш разговор завязался… Мы начали пить. На самом деле, это было весело, но потом… Случилось то, что случилось. Я не жалею об этом, потому что сегодня у меня нет больной головы и осознания вины от того, что я натворила.        Джинни утешающе положила руку на плечо Гермионы:       — Прости, я не знала, что та ночь так много значила для тебя.       — Это не правда. Это была только одна ночь, но… Но он также показал мне возможность двигаться дальше, без Рона. Я знаю, что это был позор о его памяти, ведь я спала с кем-то в пьяном угаре по прошествии только недели, или около того, после его смерти, но в ту ночь это был первый раз, когда я улыбнулась, после того, как держала своего мертвого жениха на руках. В некотором смысле жаль, что я этого парня не помню, но если я его увижу, что маловероятно, то не хочу говорить о той ночи.        Джинни кивнула.       — Хорошо, я дам тебе пока отдохнуть.       В настоящее время        Гермиона покачала головой, потому что знала, что молчание Джинни не будет длиться очень долго. «Не думай о ней, сосредоточься на покупке подарка на день рождения Миа!» — внутренне возмутилась сама себе женщина, направившись в сторону Дырявого котла. С тех пор как семейство Грейнджер приехала в дом Поттеров, Миа сильно заинтересовалась магией. Она специально попросила «волшебную игрушку на ее шестой день рождения», отчего Гермиона вздохнула при мысли о том, что ее дочь повзрослела еще на год. Прошли те дни, когда она даже не могла переворачиваться на бок без помощи матери.        Покачав головой, она вошла в грязно выглядящий паб. Гермиона огляделась и увидела, что помещение было на удивление пустым для обычного буднего дня. Бармен Том все еще стоял за барной стойкой и протирал пивные кружки, сразу же замолчав, как только услышал звон дверного колокольчика.        Он помахал Гермионе в знак благодарности и протер свои очки. Паб казался немного жутковатым без своей обычной суеты клиентов, и Гермиона обнаружила, что обнимает себя за плечи, как будто она чувствовала опасность, исходящую от этого места.       — Том? Где же все клиенты? — бармен приподнял голову и осмотрел помещение, заметив, что только он и Гермиона на самом деле находились в пабе.       Он пожал плечами.        — Есть новый паб, который недавно построили в Косом переулке. Я не понимаю, как многие клиенты, но я привык к этому интерьеру, но им подавай другой! И теперь я должен брать три сикля с каждого для использования перехода, чтобы было чем платить по счетам! — Гермиона была удивлена внезапным гневным порывом Тома; человек, казалось, за всю жизнь только и делал, что молчал.        Женщина прошла к прилавку и положила галлеон на деревянную поверхность.       — Вы пытаетесь сохранить свой паб без изменений, я думаю, что это очень трудно в вашем возрасте, — Том схватил галлеон с прилавка и начал его щупать, пытаясь убедиться в том, что он настоящий. Гермиона медленно отступила от него и ускорила шаг по направлению к задней двери, за которой лежал Косой переулок.        Нажав в определенной последовательности на кирпичи, Гермиона встала, чтобы посмотреть, как стена распадалась, показывая огромное количество волшебников на улице за ней. Косой переулок был оживленным, как и обычно, и Гермиона заметила новый паб, о котором недавно узнала, расположенный рядом с магазином Уизли, который, как и всегда, процветал. Она улыбнулась, увидев завороженных детей, припавших к витрине принадлежностей для Квиддича. Женщина вспомнила то время, когда два члена Золотого трио восхищались Молнией, подаренной Сириусом Гарри.        Она шла по мощеной дорожке, которая отделяла криво расположенные здания, и заметила крошечный детский магазин игрушек, который находился между магазином мадам Малкин и Аптекой. Вывеска изображала яркую радугу, на которой было написано название лавки — «Волшебные игрушки Магды для всех возрастов». Женщина вошла в магазин и обнаружила, что к ней подлетели леденцы, хором говоря ей «привет». Гермиона увидела чудных медведей и тут же отвернулась от них, широко раскрыв глаза от удивления при виде обилия игрушек. Тот, кто создал их, наверное, никогда не имел друзей.       — Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — Гермиона остановилась как вкопанная, увидев того, кто стоял за прилавком. Драко Малфой. Его волосы были уложены в небольшом беспорядке, а улыбка, которая стояла у него на лице перед тем, как женщина вошла, мгновенно испарилась, как только он понял, кто стоял перед ним.       — Грейнджер?!        Гермиона слабо усмехнулась и отступила назад к двери. «Боже мой, Боже мой, Боже мой! Почему на всей земле именно он работает в магазине для детей! Почему он должен быть в магазине в этот день?!» — проносилось в голове женщины.       — Грейнджер, подожди! — она почувствовала легкий рывок — Малфой успел схватить ее за руку. Она развернулась к нему лицом.        Его голубовато-серые глаза горели от удивления, когда он посмотрел на нее, и Гермионе захотелось было позорно сбежать. Стараясь избежать его взгляда, она опустила глаза и заметила, что мужчина был одет в обычную фиолетовую футболку. Темные джинсы хорошо сочетались с ней, даже казалось, будто бы он сам сочетался со всем этим красочным магазином. Ее глаза начали бродить немного выше, она могла увидеть мускулистые руки, державшие ее крепко в тисках. Они были грубыми и мозолистыми, но не вгрызались в кожу, давая понять, что могут быть нежными. «Я помню, как эти руки.… Нет, нет, даже не думай!» — крикнула себе Гермиона в подсознании.        Женщина содрогнулась от воспоминаний и попыталась стряхнуть с себя руку Малфоя.       — Малфой, ты в своем уме?! — она указала на руки, держащие ее и взглянула в лицо заклятому врагу детства. Однако, в отличие от того времени, когда они были детьми, на лице Драко не было даже намека на злобу или ненависть. Вместо этого на его загорелом лице блуждала приветливая улыбка. Чувствуя себя немного виноватой за свое нахальное поведение, Гермиона решила сменить тон:       — Извини, я не хотела быть грубой, просто утро было тяжелым. Не возражаешь? — она посмотрела на его руки, уже отпустившие ее, и почувствовала табун мурашек, пробежавших по коже.       — Прости, просто я так привык, что люди бегут при виде меня, поэтому часто пытаюсь их остановить, чтобы заставить выслушать, — хмыкнул Драко.        Она приподняла бровь, и он слабо улыбнулся.       — Ты знаешь, что я имею в виду, — женщина кивнула и слегка отступила назад, чтобы он больше не вторгался в ее личное пространство.       — Итак, что привело тебя в «Волшебные игрушки Магды для всех возрастов?» — Драко раскачивался взад и вперед на пятках, чтобы хоть немного преодолеть растущее между ними напряжение. Гермиона же играла с прядью волос, которая выбилась из хвоста и ответила:       — А я ищу подарок на день рождения для… — она сделала паузу, наблюдая за Драко, который внимательно ее слушал. Женщина была слегка встревожена тем, как он ее изучал. Будто она была куском мяса, который он не мог купить себе на ужин. Она не знала, как сказать ему о Миа, поэтому придумала первое, что пришло в голову: — Дочери подруги. Она хочет что-то магическое на день рождения, но она слишком мала для чего-то слишком серьезного.        Женщина прошла к полочкам, на которых сидели медведи:       — Кто бы очаровал маленькую девочку, как не говорящий Мишка? — следующее, что она почувствовала, так это прикосновение маленькой лапы к уху. — Эй! — Драко хмыкнул, а Гермиона ткнула бурого медведя, который её погладил.        Гермиона бросила на него свирепый взгляд и побрела к другой полке, на которой висела маленькая вывеска «Персонализированные авторские куклы на вечность и один день».       — Что это? — она указала на эту полку.        Драко проследил за взглядом девушки и ответил:       — Ох, ну это то, чем я занимаюсь.       — Что ты делаешь? — Гермиона смотрела на Драко с ярко выраженным изумлением.        Драко заерзал под ее взглядом и незаметно выпрямился. Пожав плечами, он ответил так, словно вернулся прежний Малфой.       — Да, это то, чем я занимаюсь. Это проблема?        Гермиона ухмыльнулась, как только поняла, что попала в больное место.       — Нет, нет, я просто никогда не думала, что увижу «всемогущего» Драко Малфоя, работающего с… куклами, — женщина закусила губу, попытавшись сдержать смех.       — Ну да, а что здесь такого? Все, что я делаю — заключается в том, чтобы спросить чего хочет клиент, во что кукла должна быть одета, мелкие детали… Потом я отливаю куклу и ставлю ее в печь. После я зачаровываю ее так, что они кажутся живыми, способными играть с детьми.        Гермиона была в шоке от того, с какой любовью Малфой рассказывал о своей работе. Она никогда не видела его таким раньше.       — Хорошо, хватит подробностей! Замолчи!        Заволновавшись, Гермиона перевела взгляд от Драко и увидела рулон ярко-желтой ткани. Она внимательно изучала его, представляя куклу, созданную из глины и упакованную в желтое платье. Повернувшись к Драко, она спросила:       — Почему желтый?        Драко ухмыльнулся своей фирменной улыбкой, как будто бы он знал что-то, чего не знала сама женщина.       — Это не так. Ты видишь то, чего хочет твой мозг. Если ты видишь желтый цвет, то тебе нужна желтая кукла.        Гермиона понимающе кивнула.       — Да, та маленькая беловолосая девочка очень любит желтый цвет, — женщина занервничала оттого, что хоть и немного, но рассказала о своей дочери. Понадеявшись, что Малфой ничего не заметил, она немного успокоилась.        Драко кивнул, глядя на кукол.       — Так ты все-таки хочешь куклу? Или хочешь посмотреть что-то еще?        Гермиона задумалась на мгновение, но затем вздохнув, ответила:       — Это отличный подарок для нее, и я знаю, что ей она очень понравится. Как долго её надо делать?       — Ну, это зависит от того, какую именно ты хочешь заказать. Малейшая деталь будет изготавливаться определенное количество времени. Когда у нее день рождения? — ненадолго задумавшись, ответил Драко.       — Восемнадцатое мая. Через три недели, — Гермиона нервно взглянула на Драко. Тот сидел, уставившись на нее, в его глазах плескалось любопытство, он собирался что-то сказать, но, видимо, передумал.       — Хорошо, я как раз успею к этому времени. Как ты хочешь, чтобы она выглядела?        Он отошел к стойке и достал из-за нее огромную книгу, на лицевой стороне которой красовалась витиеватая надпись «куклы».        Гермиона последовала за ним и терпеливо наблюдала, как Драко пролистывал страницы, покрытые чернилами. Она смотрела на аккуратные рисунки с описаниями, которые были практически на каждой странице, и удивилась, что эта книга принадлежала блондину, стоявшему перед ней.        Понадобилось около десяти минут, чтобы описать самые мельчайшие детали куклы, которую рисовало воображение женщины. Драко особо не жаловался, но когда Гермиона закончила, то вздохнул с облегчением.       — Это должно быть весело, ведь у меня никогда не было такого плана работы, — он сказал правду, ведь остальные заказы значились лишь в двух-трех абзацах, некоторые даже в паре предложениях, в то время как Гермионы занимал целую страницу.        Она стояла, наблюдая, как Драко положил книгу обратно за стойку и повернулся к ней, прежде чем она заговорила.       — Ну, я думаю, что мне уже пора. Ты сказал, что кукла будет готова через неделю, верно? — мужчина расслабленно кивнул на вопрос женщины, которая продолжала его рассматривать. Он был так же уверен в себе, как и в школе, но что-то в нем изменилось. Гермиона неловко потопталась с ноги на ногу, и спросила, попытавшись хоть как-то заполнить пустоту, стоящую между ними:       — Заплатить сейчас или попозже?       — Позже, ведь если тебе не понравится моя работа, то мне не придется возвращать тебе деньги.       — О, ладно, хорошо… Я думаю, что мы увидимся на следующей неделе, — Гермиона повернулась, чтобы уйти, но была остановлена мозолистой рукой, схватившей ее за запястье. Обернувшись, она встретилась с почти умоляющим взглядом Драко.       — Гермиона?       — Да? — женщина немного напряглась при упоминании своего имени.       — Мне было интересно, о… Ты… Ты когда-нибудь думаешь о… — он откашлялся и его губы слегка дернулись в небольшой улыбке; редко когда можно было увидеть то, как Драко Малфой нервничал. Отведя взгляд в сторону, он продолжил: — Я буду рад видеть тебя на следующей неделе.        Гермиона кивнула и вышла из магазина игрушек. Она и не заметила, что ее старый враг стоял около окна магазина, наблюдая за ее фигурой. Гермиона так же не заметила черную тень, которая, казалось, растворилась в стене, когда она проходила мимо нее по пути к выходу из Косого переулка.