Глава 11
15 октября 2017 г., 20:44
Прошел уже месяц с тех пор, как Миа начала работать с Драко, и все шло гладко в причудливом маленьком коттедже Гермионы. Вскоре они собрались купить подарок на день рождения дочери — маленького щенка.
Для того, чтобы определить, какую именно породу она хочет, потребовалось несколько секунд. В итоге выбор остановился на симпатичном щенке немецкой овчарки, который будет связан с ней на протяжении всей жизни. Он был яркого бежевого оттенка, а глаза были необычно синими.
Когда Миа наклонилась, чтобы взять его на руки, щенок облизал ей руку в знак приветствия и прижался к ее груди, удовлетворённо тявкнув. Они назвали его Эйс, что переводилось с латыни как «Верный», имя которое ему идеально подходило. Драко, конечно же, немного забеспокоился тем фактом, что его дочь свободно знает латынь, но когда он хотел поговорить об этом с Гермионой, женщина невинно сказала, что в этом ничего страшного нет. И именно в этот момент он понял, что Миа станет книжным червем, это уже было неизбежно.
Декабрьское солнце сверкнуло сквозь покрытые морозом ветки, и Гермиона радостно вздохнула. Скоро Рождество, оно было первым, которое Миа будет праздновать вместе с отцом и мамой. У Гермионы появлялось странное чувство, когда она думала о том, что человек, который помог создать ее маленького ангела, будет сидеть в гостиной, наблюдая за радостью их общей дочери, когда та открывает подарки.
Драко глупо вызвался украшать коттедж всякими рождественскими украшениями, которые он мог найти, но потом понял, что его дочь была мастером в украшении дома, позволив ему только установить ёлку в назначенное место. Даже замечание мамы девочки не смогло остановить ее решимость, поэтому Драко бросил эту затею, попытавшись смириться с приказами дочери.
Когда женщина подписывала рождественские открытки, Драко решился спросить ее о своей матери.
— Миона, мне просто интересно…
Он сделал паузу, наблюдая, как ее рука скользит над поздравлением, которое она писала своим родителям, лицо женщины слегка улыбалось, когда она описывала все то, что происходило в их маленькой семье. Тень терпеливо сидела рядом на жердочке, ожидая, когда последний груз будет прикреплён к ее лапе, чтобы окунуться в холодную зимнюю ночь.
— Я думаю, что тебе и Миа пора познакомиться с моей мамой.
Рука Гермионы остановилась над открыткой, она ничего не говоря повернулась к Драко.
— О…
Мужчина мог сказать, что она испугалась. Ей все ещё снились ночные кошмары о «встрече» с его тёткой. Иногда Гермиона просыпалась в холодном поту, хватаясь за руку, где тускнела ее «метка». Грязнокровка. Однако, когда он пытался утешить ее, женщина притворялась, что ничего не случилось, ведь она боялась, что если покажет семье свои страхи, то он будет чувствовать себя оскорблённым.
Драко пытался поговорить с ней об этом пару раз, но безуспешно. Он понял, что не сможет заставить Гермиону увидеть его мать, но теперь наступало Рождество и он понял — время пришло.
— Послушай, я знаю, что ты боишься того, что она подумает о тебе, но ты должна знать, что моя мать не та, кем была раньше. Мой отец очень сильно влиял на нее, она боялась, переживала пытки, и пока он не ушел из ее жизни, она не могла…
Драко прервался, когда Гермиона подняла руку, чтобы остановить его. Он боялся, что она скажет «нет», может быть, даже накричит на него, что он был невнимателен к ее чувствам, но вместо этого…
— Хорошо.
Гермиона поднялась со стула, стараясь не встречаться взглядом с Драко. Она чувствовала, что внутри все скручивается от одной только мысли о том, что его мать будет здесь. Она знала, что в скором времени этот день настанет, но все же пыталась уклониться от него.
Она была Гермионой Грейнджер, ради Мерлина! Она была частью пресловутого золотого трио, которое свергло Темного лорда, она была женщиной, которая в одиночку шесть лет воспитывала ребенка. Но ее не пытала женщина, которая была связана с Беллатрисой.
— Я не говорю, что полностью довольна этим фактом, но ты прав. Миа должна знать свою бабушку, да и твоя мать должна увидеть свою внучку.
Драко не успел поблагодарить ее, так как через пару секунд после того, как она согласилась, женщина вошла в камин и исчезла во вспышке зелёного огня.
Не надо было даже говорить о том, что Драко было неловко. Оглядевшись, он заметил, что Тень пристально смотрит на него.
— Что? — закатил глаза Драко. — Я же не просил ее отказываться!
Сова медленно моргнула, и Драко саркастично продолжил:
— Вся критика потом.
Поднявшись вверх по скрипучей лестнице, он зашёл в комнату Миа, чтобы рассказать своей принцессе, что она скоро увидит свою бабушку.
***
— Я облажалась. Гермиона обхватила ладонями чашку чая, глядя на то как Джинни легонько подбрасывает на своих коленях Лили-Мэй. Женщина сочувственно улыбнулась, покачивая дочь на одном колене. — Все хорошо, Миона, она, вероятно, не так плоха, как ты думаешь. Люди меняются. Лили-Мэй агукнула, будто бы соглашаясь с мамой. Гермиона переключилась на девочку, мгновенно забыв о своих проблемах. Малышка значительно выросла с момента своего рождения, и с первого взгляда можно было понять, что она очень похожа на свою маму. У нее была светлая персиковая кожа, кое-где будто бы присыпанная, как крошками шоколада, веснушками, которые были настолько малы, что их можно было увидеть лишь при ярком свете. Румяные щёчки придавали ей восхитительную милоту, которая есть только у младенцев, а редкие волосы были такого же цвета, как и у ее мамы и бабушки. Единственной особенностью, которая связывала ее с Гарри, были ее глаза. Она буквально гипнотизировала всех ими. — Она великолепна. — Да, когда спит. — Она мешает тебе ночью? — усмехнулась Гермиона. Рыжая Поттер крепко прижалась к тельцу своей дочери, вдыхая сладкий запах. — Нет, она хорошо спит по ночам. Но когда она находится рядом с Джеймсом, я осознаю, что я мать двух детей. Лили-Мэй булькнула и улыбнулась своей тете, будто бы хихикая над тем, что говорила ее мама. — Что ж, похоже, она унаследовала гены Поттера. — Ага, — тяжело вздохнула Джинни. — Мне повезло, что я выросла с шестью братьями, иначе я не смогла бы справиться со всем этим. Женщина перенесла дочку на мягкое детское кресло и дала ей волшебный телефон, который Гермиона подарила девочке в честь ее рождения. Малышка мило зевнула и переключила своё внимания на телефон, который издавал странные звуки, по мнению девочки. Гермиона улыбнулась и почувствовала странный осадок грусти внутри. Она не могла поверить, что шесть лет назад и ее дочь была такой же маленькой и милой. Руки женщины неосознанно легка на живот, где раньше толкалась ее дочь. Джинни слегка улыбнулась, заметив это, и села напротив Гермионы. — У тебя же может быть ещё, ты же знаешь? — М? — Гермиона приподняла глаза, увидев лукавый взгляд карих глаз. Таких же, как у Рона. Джинни кивнула в сторону руки женщины и повторила: — У тебя может быть ещё один. По крайней мере, на этот раз он будет рядом, чтобы помочь в воспитании ребенка. Гермиона покраснела и покачала головой. — Нет, я не думаю, что сейчас самое время, чтобы заводить ребенка. По крайней мере, пока мы не будем уверены в том, что останемся вместе. — Ты думаешь, что он может уйти? Гермиона печально улыбнулась и подала плечами. — Я не хочу его терять, мне нравится быть с ним рядом, но мы встречаемся лишь пару месяцев. Я не могу рассчитывать на будущее с ним, когда у нас такое шаткое настоящее, — Гермиона провела пальцем по краю чашки, задумавшись над словами Джинни. — Кроме того, мне нужно ещё встретиться с его матерью, прежде чем я рожу ещё одного ребенка. Если мы не найдем с ней общий язык, то он может бросить меня. Джинни вздохнула и обошла стол, чтобы обнять подругу. — Он никогда не избавится от тебя, Миона, он слишком любит тебя. Во всяком случае, с его мамой все будет в порядке, как я уже говорила, люди меняются. Не иди к ней на встречу, думая о том, что она тебя ненавидит. Как сказал Драко, она снова вышла замуж, но за маггла, это же должно что-то значить. Гермиона бездумно кивнула, допив остатки чая. — Думаю, мне стоит вернуться. Слишком много недосказанного осталось между нами, да и я не хочу, чтобы Миа беспокоилась лишний раз. Джинни улыбнулась и погладила волнистые волосы женщины. — Все будет хорошо. Увидимся на следующей неделе. Прерывисто обняв Джинни, Гермиона аппарировала обратно в гостиную, в которой сидели Драко и Миа, читая книгу. Мужчина удивлённо приподнял голову, он не ожидал ее возвращения так скоро, но Миа продолжала читать вслух, будто она не слышала хлопок аппарации. Сердце Гермионы нежно замерло, когда она увидела, с каким наслаждением на лице девочка читала книгу. Она очень обрадовалась тому, что ее дочь унаследовала ее любимое занятие. Но вдруг взгляды Гермионы и Драко пересеклись, мужчина слабо улыбнулся, не зная, была ли она ещё расстроена после их утреннего разговора. Гермиона улыбнулась в ответ и прошептала: «Я люблю тебя». Драко усмехнулся, его лицо озарилось, услышав эти три простых слова. Гермиона хихикнула, будто бы оповещая дочь о своём присутствии. — Привет, мама. — Привет, принцесса, что ты читала? Миа приподняла книгу, и Гермиона увидела обложку сказок Барда Бидля, книгу, которую оставил ей Дамблдор. — Какую читаешь? — О трёх братьях. Это моя любимая. Гермиона улыбнулась и взъерошила волосы дочери. — И моя тоже. Эта история напомнила ей о том тяжёлом, трагическом годе, когда она с друзьями уничтожали крестражи. Именно в тот момент они поняли, как можно справиться с Волан-де-Мортом. Драко осторожно встал с дивана, чтобы не потревожить спящего Эйса, и пошел за Гермионой на кухню. Он наблюдал за ней из дверного проема, скрестив руки на груди. Она скользила по кафельному полу, напевая себе под нос какую-то песню. Лучшая мама в мире. — Ты прекрасна, ты это знаешь? Гермиона посмотрела на него через плечо, ухмыльнувшись. — Нет, но это всегда приятно слышать. Драко улыбнулся, пересекая кухню, чтобы обнять женщину. — Хорошо, тогда я могу говорить тебе это столько, сколько ты захочешь. — Хорошо, буду держать тебя в курсе, — хихикнула Гермиона. В ответ Драко начал покусывать мочку ее уха, затем легонько поцеловал в щеку, спускаясь ниже по шее, задевая губами ключицу — чувствительное место женщины. Гермиона слегка застонала, поворачиваясь к нему лицом. Глаза Драко потемнели, заполняясь утешительной теплотой. Его немного выдающаяся вперёд челюсть заставляла выглядеть его строго, но растрёпанные платиновые волосы придавали ему некую мальчишескую беззаботность, которую Гермиона всегда обожала, даже тогда, когда они учились. Хотя она никогда не признавалась в этом себе. Убрав пару прядей с глаз, Гермиона приятно удивилась лёгкой дрожи, которая пробежала по его телу. Она любила его, и было очевидно, что и он её тоже. Она не знала, почему была такой глупой, почему спорила с ним. Даже если его мать терпеть не могла Гермиону, то это не значит, что Драко испытывает такие же чувства. Она вспомнила разговор с Джинни и почувствовала некую ностальгию — она действительно хочет ребенка, неважно то, что она говорила о будущем. Она хотела, чтобы он стал отцом всех ее детей. Мысли Гермионы были прерваны, когда Драко взял ее руку и слегка поцеловал в ладонь. Между ними будто бы пробежала электричество, которого Гермиона никогда не испытывала даже с Роном. Их отношения были основаны на любви, заботе, удобстве. Драко же заставлял Гермиону чувствовать возбуждение каждый раз, когда он ее целовал. Ей всегда казалось, что она попадает в счастливое забвение, где все ее желания, казалось, выполнимы. Драко касался тех мест, о реакции которых она даже не подозревала, но всегда жаждала, чтобы он поцеловал ее там, погладил, исследуя новые чувствительные точки. Гермиона почувствовала, как на ее лице разгоняется румянец. Было удивительно, насколько он заставлял ее чувствовать себя неуклюжим подростком, когда они были вместе. Каждое прикосновение разжигало огонь между ними, чувства становились глубже и острее. Каждый раз был как в первый раз. Драко что-то пробормотал себе под нос и прижал женщину к себе, припадая к ее губам. Она слегка застонала, пытаясь сдержать себя. Но ничего не удавалось, все будто бы ушло из ее разума. Поцелуй был напряжённый. Страстным. Он будто бы говорил несказанное «прости», которое они хотели друг другу сказать, но не могли выразить словами. Драко углубил поцелуй, заставив Гермиону почувствовать предательскую дрожь в коленках. Она много раз шутила на тему того, что его поцелуи могут ее убить, если он этого захочет, а он ничего не отвечал, все время набрасываясь на нее. Они, наконец, разошлись, оба нуждались в кислороде, но все же не отпускали друг друга. В руках Драко Гермиона чувствовала себя в безопасности. Радостно выдохнув, женщина положила голову ему на грудь, а он медленно покачивался с ней из стороны в сторону — это был их личный танец. Танец любви и обещаний. Спустя несколько мгновений тишины, Гермиона вспомнила про чай, который уже давно был забыт, и теперь неловко кашлянула. — Мы должны завтра навестить твою маму, если все будет хорошо, то, возможно, она и твой отчим смогут прийти к нам на Рождество. Гермиона не обернулась, когда закончила своё рассуждение. Несмотря на то, что они по-своему извинились друг перед другом, она все ещё нервничала, думая о встречи с его матерью. Женщина не хотела, чтобы он видел это, ведь между ними вновь могут вспыхнуть споры. Драко приподнял ее голову за подбородок, чтобы взглянуть в глаза. — Я знаю, ты боишься, но не нужно скрывать это от меня. Я обещаю тебе, что она изменилась, что она ждала встречи с тобой и Миа, когда только узнала, что мы теперь вместе. Я всегда буду защищать тебя. Гермиона не знала, почему, но ей захотелось плакать. Ее губы неудержимо задрожали, но прекратили от лёгкого поцелуя Драко. Он обнял ее крепче, чтобы контролировать при случае рыдания, которые вот-вот должны были начаться. Гермиона до сих пор не понимала, что он осознает тот ужас, который она чувствовала, больше, чем свои страхи. Когда Гермиона наконец взяла себя в руки, она посмотрела на него сквозь слезы и прошептала: — Спасибо. Я не знаю, что со мной такое, — слегка улыбнувшись, она продолжила: — Жду не дождусь встречи с ней. А теперь отпусти меня, пока я вновь не начала плакать. Нужно отправить Миа в постель. Драко вздохнул и покачал головой. Взяв кружку с остывшим чаем, он вылил его в раковину, наблюдая за тем, как он исчезает в воронке. Это напомнило ему о плохом предсказании, которое он когда-то прочитал. Лёгкая дрожь пробежала по позвоночнику, волосы встали на загривке. Она моя. Я заберу ее. Драко взмахнул рукой, его палочка приподнялась в изготовке. Он поклялся, что слышал чей-то шепот. Мышцы на руках напряглись, он замер, ожидая движений вокруг. Но он мог быть невидимым. — Драко, что ты делаешь? Он резко повернулся к дверному проему, где стояла Гермиона со спящей Миа на руках. Казалось, она была удивлена беспокойством мужчины. Но он не хотел расстраивать ее после такого дня, поэтому он приподнял палочку выше и пробормотал под нос заклинание, которое вскоре очистило кухню. — Просто помогаю, — он смиренно рассмеялся, когда женщина кинула на него суровый взгляд, направляясь в сторону лестницы. Драко последовал за ней, его глаза все ещё блуждали по комнате, ожидая, наблюдая, вникая. Свистнув, он подозвал Эйса, чтобы тот следовал за ним и приказал ему остаться перед дверью в спальню Миа. Щенок помахал своим хвостом и ласково облизал руку хозяина, как бы говоря «да, сэр». Как только Миа была благополучно уложена в кровать, пара направилась в свою комнату, где Гермиона, только коснувшись подушки, тут же уснула, вымотавшись после суматохи дня. Но вот Драко не мог уснуть до самого утра, прислушиваясь ко всем звукам в доме, которые могли показаться странными. Лишь ближе к рассвету он погрузился в сон, и тогда призрачная рука коснулась щеки Гермионы. Скоро. Очень скоро.***
— Я нервничаю. Гермиона обняла дочь, крепче прижав к себе, глядя на белую дубовую дверь перед ними. Драко ободряюще улыбнулся, прежде чем позвонить в звонок. Все вокруг было антикварным, такое Гермиона раньше видела в фильмах в старых особняках королей и королев. Легко было заметить, что Нарцисса Малфой-Дженсен, как сейчас ее называли, все ещё имела неплохой вкус. Мраморные статуи были разбросаны в идеальном порядке вокруг дома, даже кустарники выглядели так, что их остригают ежедневно. — Не волнуйся. Ты ей понравишься. Миа, чувствуя нервозность матери, переминались с ноги на ногу. Драко легонько погладил дочку по голове, быстро клюнув в щеку. — А твоя бабушка очень полюбит тебя. У девочки не было времени, чтобы спросить: «А что будет, если она этого не сделает», так как огромная дверь открылась и из нее вышел мужчина. На вид ему было больше сорока, на нем были одеты слегка выцветшие джинсы и мягкая рубашка. Он, конечно, внешностью абсолютно не соответствовал своему дому. Если Гермиона не перепутала. — Привет, Драко. — Привет, Александр. Мужчины обменялись рукопожатиями, после чего старший схватил младшего в медвежьи объятия. — Давно не виделись. Гермиона почувствовала, как ее мнение об этом человеке поменялось. Его аура была чистой, а сердце добрым, как сказала бы Миа. Возможно, он был игрив, немного беззаботен и что когда он любил что-то, то любил всем сердцем. Драко отступил от мужчины и повернулся к Гермионе с Миа. — Это мой отчим — Александр. Миа, познакомься со своим дедушкой. Девочка застенчиво улыбнулась, заставив мужчину воскликнуть: — Какая красавица! Ну разве она не прелесть? — Александр наклонился к Миа и протянул ей руки. — Не обнимешь старика? Миа со смехом вцепилась в руки мужчины, прижимаясь к его рубашке. Гермиона с восхищением и любовью смотрела на смелость своей дочери. Все это почему-то напомнило ей первую встречу в купе, когда она отремонтировала Гарри очки и указала Рону на грязный нос. Драко подошёл к ней и положил руку на плечо, притягивая к себе. — Александр, это Гермиона. Мама Миа. Мужчина отпустил Миа, чтобы внимательней осмотреть женщину. Его глаза расширились и он с улыбкой ответил: — Вижу, от кого Миа получила этот взгляд. Приятно познакомиться. — Алекс, это они? Из двери в спешке выскочила женщина. Гермионе не потребовалось много времени, чтобы узнать Нарциссу. У нее были все те же идеальные гладкие волосы, но вместо сурового выражения лица, она радостно улыбалась. Казалось, Драко был прав. Его мать очень изменилась. Когда Нарцисса увидела сына, то чуть не набросилась на него. — О, дорогой! Прошло так много времени, я так скучала по тебе! — она поцеловала его в щеку, после чего повернулась лицом к Гермионе. Она почувствовала, как ее горло сжалось, предчувствуя обвинения со стороны Нарциссы, но вместо этого женщина схватила Гермиону и крепко обняла. Удивление на лице Гермионы заставило Драко прыснуть. — О, Гермиона, я так рада видеть тебя. — Я тоже. Все, что могла сделать гриффиндорка, так это удержаться на месте после шокирующего объятия, которым ее только что одарили. Аура Нарциссы конкретно говорила о том, что эта женщина полностью отличается от той, которую она видела много лет назад. А так же… она очень любила того человека, который стоял ещё с ее дочерью. Александр подошёл к Нарциссе и легонько погладил ее по плечу. — Ты пропустила свою внучку, дорогая. Нарцисса застыла на месте, медленно поворачиваясь лицом к Миа. Несколько мгновений она смотрела на девочку, не зная, что сказать. Гермиона внезапно запаниковала. Что если ей не понравится Миа… что если она не одобрит ее? Я должна вытащить ее отсюда. Миа почувствовала панику мамы и быстро отвернулась, спрятавшись за своими золотыми кудрями. Драко, увидев эту напряжённость, решил вмешаться. — Мам, почему ты ничего не говоришь? Нарцисса встряхнула головой и широко улыбнулась. — Я просто не могу поверить, что она так похожа на тебя в детстве. Такое чувство, что я вернулась в то время. Она великолепна. Миа застенчиво улыбнулась и протянула к ней руки. Нарцисса охотно взяла ее на руки, сильно сжав в объятиях. — Я буду тебя баловать! Гермиона выдохнула с облегчением. Поймав взгляд Драко, мол, я тебе говорил, она закатила глаза. Александр ухмыльнулся, а затем указал на дверь, намекая на то, что можно заходить. — Чего же мы стоим на холоде? Идёмте, выпьем чаю.***
— Итак, скажите мне, как вы познакомились. Драко, на самом деле, не вдавался в детали. Они сидели в гостиной Нарциссы и Александра в течение двух часов. Как и подозревала Гермиона, интерьер дома был таким же потрясающим, как и в саду, но все же в нём замечались штришки уюта, которые, наверняка, были из-за Александра. Он вывел Нарциссу из депрессии, научил жить в своём доме, как обычному человеку, и не держать все на своих местах, как та привыкла. Гермиона могла сказать, что они очень сильно любят друг друга, даже у Драко проскакивали некоторые нотки любви. Мужчина общался с ним как с собственным сыном, а Драко же в свою очередь благодарил за то, что он сделал для его матери. Нарцисса тепло улыбнулась и коснулась руки Александра, которая лежала у нее на плече. — На самом деле, все было действительно мило. Однажды я пошла на рынок, — начала Нарцисса, подмигнув Гермионе. — И я уронила свой кошелёк. Конечно же, в нём были исключительно деньги магического мира, поэтому я выглядела дурой со всеми этими странными монетами, разлетевшимися в разные стороны. И вдруг ко мне спешит на помощь человек, которого ты видишь перед собой. Александр наклонился и поцеловал ее в щеку, прежде чем она продолжила. — Во всяком случае, я действительно испугалась его, он пытался заговорить со мной, но я быстро поблагодарила его и пошла дальше. Однако я не ожидала, что он последует за мной по всему рынку, пытаясь привлечь мое внимание. Куда бы я ни пошла, он везде был и улыбался мне. Сначала я очень злилась, пытаясь сделать все, чтобы он потерял меня из виду, но безуспешно. В конце концов он остановился передо мной с самой красивой белой розой, которую я когда-либо видела. Он подарил ее мне, поцеловал в щеку и быстро ушел. Я была так потрясена, что стояла посреди дороги, ошеломленая смелостью этого человека. Я пошла домой, не в силах выкинуть Алекса из головы, поэтому на следующий день я вернулась на рынок, чтобы найти его и поговорить, но так и не нашла его. Только пройдя мимо того места, где я обронила кошелёк, я увидела его. Он дружелюбно улыбался рядом с фонарным столбом, держа в руках остальную часть букета. Я не могла ему не улыбнуться, вот и все. Мы пообедали, а потом понеслось. — Да, если так подумать, если бы ты тогда не пошла на рынок, мы бы никогда не встретились, — рассмеялся Алекс. Гермиона наблюдала, как супруги одаривают друг друга нежным поцелуем и не смогла сдержать улыбку. Драко ухмыльнулся и сказал: — Я не мог просить лучшего отца. Нарцисса взъерошила волосы сына, после чего встала с кресла и обняла его. — Я так счастлива, что у меня теперь есть дочь и внучка, которые присоединились к нашей семье. Гермиона старалась не покраснеть от счастья, думая о том, что она смогла стать частью семьи Нарциссы. Она не могла поверить, что пару часов назад была сильно напугана от встречи с женщиной. Гермиона не понимала, что Драко и его семья смотрят на нее с блеском в глазах. Миа слегка захихикала и женщина почувствовала, что упустила важную часть разговора. — Что? — в замешательстве Гермиона сморщилась нос. — Я что-то пропустила? Через несколько секунд Драко взял руки Гермионы в свои и встал на одно колено. — Хорошо, я собирался подождать до Рождества, но так как мама внесла свою лепту, назвав тебя дочкой, я думаю, что следует сделать это сейчас. Гермиона Грейнджер, ты окажешь мне честь, став моей женой? Глаза женщины расширились, она в удивлении окинула взглядом каждого, кто был в комнате, все улыбались, а вот Драко нервничал из-за отсутствия ответа. — Я… я… не знаю, что сказать… кроме… Я с удовольствием стала бы твоей женой, — взволнованно ответила женщина. Нарцисса восторженно взвизгнула, а Гермиона мгновенно оказалась в объятиях Драко. Миа захлопали в ладоши и принялась бегать вокруг мамы и папы, а Александр рассмеялся, увидев ошеломленные лица детей. — Шампанского! Надо устроить вечеринку, чтобы отпраздновать! Нарцисса встала и позвала слуг. — Я хочу, чтобы вы отправили сов всем Уизли, Поттерам, Лонгботтомам и Грейнджерам, чтобы они все явились сюда в течение часа. Поторопитесь! Гермиона стояла в шоке, наблюдая за тем, как мать Драко планирует небольшую вечеринку. Я только что обручилась. Я выхожу замуж за Драко. А-а-а! Почувствовав лёгкий рывок внизу платья, Гермиона увидела, как ее дочь смотрела на нее с самой радостной улыбкой, которую она когда-либо видела. — Я счастлива, мама. Гермиона улыбнулась и взяла Миа на руки, тихо прошептав ей на ушко: — Я тоже счастлива.***
Верная своему слову, Нарцисса организовала вечеринку в течение часа. Родители Гермионы были аппарированы в особняк Дженсена, где они поздравили недавно образовавшуюся пару, прежде чем углубиться в беседу с родителями Драко. Когда Джинни, Гарри и дети прибыли, миссис Поттер с визгом кинулась осматривать кольцо, надетое на пальце Гермионы. — О, я так рада, что он это сделал! Я ждала этого несколько месяцев! Гермиона прищурился глаза и подозрительно уставилась на свою подругу: — Ты знала? — Конечно же я знала, — Джинни махнула рукой, — я была первым человеком, у которого он спросил разрешения. Он давно уже об этом думал. И спросил, можно ли подарить тебе старое обручальное кольцо его матери. И я должна тебе сказать, этот камень стоит тебя! Они обе посмотрели на палец Гермионы, на котором сверкал сапфир в обрамлении из белого золота. Джинни улыбнулась и поцеловала подругу в щеку. — Я так рада за тебя. Тебя так сильно покалечила жизнь, что ты как никто заслуживаешь быть счастливой. Я уверена, Рон был бы согласен со мной. — Спасибо, Джин, — мысль о Роне заставило Гермиону почувствовать печаль, которую она уже давно позабыла. Он тоже купил ей кольцо с сапфиром, ведь это был ее камень. Он буквально сиял гордостью и счастьем в тот момент. Гермиона грустно улыбнулась, что они могли быть вместе всегда, иметь общих детей, завести свой дом и состариться вместе. Это было то, чего хотели они оба, но эту жизнь у них слишком жёстко отобрали. — Что случилась, Миона? Женщина повернулась и увидела, что Гарри с пониманием смотрит на нее. — Все это заставило меня думать о нем, понимаешь. Он хотел бы, чтобы ты была счастлива с Драко и Миа. Он не хотел бы, чтобы ты убивалась о нем всю его оставшуюся жизнь. Это нечестно. На глаза Гермионы навернулись слезы. — Мне нужно попрощаться с ним должным образом. Может быть, мы вдвоем сходим к нему на могилу. Мне нужно отпустить… Гарри грустно улыбнулся ей, после чего кивнул. Он тоже не посещал могилу Рона со времени похорон, но и не смог бы справиться с этим без Гермионы. — Конечно. Последние члены золотого трио обнялись, а через пару секунд к ним подошли Невилл и Луна. Луна в своей обыкновенной странной манере сообщила, что счастлива за подругу, а Невилл крепко обнял ее. Миссис Уизли тихо подошла, когда Лонгботтомы ушли, и, вытирая слезы, потянулась к Гермионе. — Надеюсь, что, даже если ты выйдешь замуж, то ты не забудешь обо мне и Артуре, дорогая. Ты все ещё наша дочь, не смотря ни на что. — Ох, Молли! — Гермиона обняла сильно постаревшую женщину, которая тихо всхлипывала у нее на груди. Когда Драко увидел это, то хотел подойти к ним, но Гермиона покачала головой, говоря: «Все хорошо, она просто немного грустит». Однако Молли заметила Драко и кинулась к нему, крепко, до хруста костей, сжимая его в своих объятиях. — Ты, мой мальчик, очень удачливый человек, поэтому, пожалуйста, не потеряй ее. Мы с Артуром считаем тебя частью нашей большой семьи, ты же знаешь. — Точно так же считаю и я, Молли. Я позабочусь о ней, обещаю. Молли шмыгнула носом, когда Артур осторожно отцепил ее от мужчины. Поздравив пару от всего сердца, он увел жену подальше, уступив место близнецам. Гермиона, слушая поздравления, никак не могла сдержать улыбки. Она не могла не наслаждаться вечеринкой, хотя чувствовала себя виноватой в том, что выходит замуж за другого. Все, кого она считала своей семьёй, были тут, поддерживали её, желали счастья, хотя она все ещё была в шоке оттого, что скоро станет женой Драко. Миа танцевала в объятиях Джеймса, играла медленная мелодия, так что взрослые последовали их примеру. Все постепенно выходили на танцпол, даже близнецы счастливо двигались друг с другом, притворяясь, что плачут друг у друга на плече. Гермиона стояла и наблюдала за счастливыми парами, вдруг почувствовав, как кто-то коснулся ее плеча. — Могу ли я пригласить тебя на танец? Гермиона обернулась и увидела своего жениха, который слегка наклонился, спрятав левую руку за спину, а правую протягивал ей. Она покраснела и приняла приглашение. Он направился с ней в середину танцпола, даже не натыкаясь на другие пары. Они вальсировали вдвоем, казалось, что больше никого вокруг нет, кроме них. — Ты счастлива? — Очень. Он усмехнулся, и сильнее вцепился в женщину. — Ты со мной навсегда? — Навсегда. Они вращались в вальсе ещё пару минут, едва касаясь друг друга кончиками пальцев, прежде чем он прижал ее к себе так сильно, что женщина могла услышать биение его сердца. Разговор вдруг показался ей таким знакомым, будто бы уже это было, но только давным-давно, в другой жизни. — Обещаешь? — Обещаю. Они плавно покачивались, все ещё не замечая никого вокруг. Она смотрела ему в глаза, которые так любила, лёгкая улыбка играла на ее губах. Он наклонился, чтобы поцеловать ее, посылая знакомые электрические импульсы по ее телу… Но потом исчез в толпе. Гермиона ошеломленные стояла, не понимая, что он просто взял и оставил её. Ее семья и друзья все ещё танцевали, казалось, они даже не заметили, что невеста осталась одна. Гермиона решила последовать за ним, даже не зная, куда Драко идёт, она бежала за ним мимо удивлённых слуг, смеясь, но тем не менее чувствуя себя странно. — Драко, подожди! Он повернул направо, кажется, в патио, если она правильно вспомнила экскурс Нарциссы, который она провела три часа назад. Прошло всего три часа, а такое чувство, что вся жизнь. Когда он повернулся, Гермиона увидела его лицо, которое было будто бы не его. Кожа была гораздо бледнее, причем покрыта веснушками. Этого не может быть. Женщина моргнула, но прежде чем она это осознала, он открыл дверь, которая вела в патио и зашёл. — Драко! Она последовала за ним, немного опасаясь того, что увидела. На улице было темно, и холодный зимний воздух колючками облизал ее голые ноги, вызывая мурашки по всему телу. Вокруг не было никакого намека на то, что ее жених здесь, но внезапное покалывание в затылке заставило Гермиону вздрогнуть, и она поняла, что это совсем не связано с холодной погодой. Обернувшись, она увидела темную фигуру с красным и зеленым глазом, который стоял позади нее. Он был по-прежнему покрыт мраком, но сейчас он был гораздо ближе, чем раньше, более дерзкий, чем в прошлый раз. Он прекрасно знал, что она не будет с ним бороться. Гермиона оставила свою палочку в доме. Он потянулся к ней и слабый свет из коридора позволил Гермионе увидеть разлагающуюся кожу на тонких пальцах. Женщина вздрогнула, но все же твердо стояла на месте. Любые резкие движения могли привести к атаке, но она откуда-то знала, что он не сделает ей больно. Лишь принесет страх. В отличие от прошлого раза, он заговорил. — Ты сказала, что ты моя навсегда… я буду держать тебя в курсе. Как он мог знать, что я сказала, что… если он не притворялся Драко. С этими словами он исчез в дыме. — Гермиона, ты где? Женщина застыла, до сих пор не осознавая, что только что видела перед собой. — Гермиона, ты совсем замёрзла, иди сюда. Она почувствовала сильные надёжные руки, которыми Драко хотел ее обнять, но женщина вздрогнула и оттолкнула его. Повернувшись к нему лицом, она спросила, чувствуя, как на глазах появляются злые слёзы: — Почему ты исчез?! Драко стоял в замешательстве, его беспокойный взгляд метался по ее лицу. — О чём ты? Женщина ткнула его в грудь, понимая, что слезы уже свободно текут по щекам, ей было больно, ей было страшно. — Мы танцевали, а потом ты ушёл, заставил следовать за тобой, и исчез! Зачем ты привёл меня сюда! Он вернулся! Драко с тревогой смотрел на женщину, не зная, как успокоить ее. — Гермиона, я не танцевал с тобой. После того, как к тебе подошла Молли, я спустился в подвал, чтобы помочь там с вином. Я был там чуть больше пятнадцати минут. Все видели, как ты ушла после окончания песни и начали волноваться, когда ты не вернулась. Все ищут тебя. Гермиона не могла поверить в сказанное. Он не танцевал со мной? Это невозможно! Он был там, держал меня! Женщина задрожала, и Драко, наконец, затащил ее внутрь, закрывая за собой дверь. Он пытался заглянуть ей в глаза, но все, что он смог увидеть, так это путаницу. — Ты танцевал со мной… в центре, и все танцевали вокруг нас, это должен был быть ты! — Нет, это не так, — Драко покачал головой. — Все говорили, что ты одна танцевала в центре, крутясь с широченной улыбкой на лице. Но ты была одна. Гарри сказал, что видел, что ты что-то бормотала, но из-за громкой музыки ничего не расслышал… Гермиона, что происходит? Она не ответила и просто уставилась на мужчину, не зная, что ответить. Все, что она могла чувствовать, так это жуткий страх. — Темная… фигура вернулась. Он был со мной в патио. Глаза Драко расширились, он достал палочку из заднего кармана. — Где? — Не имеет смысла, он ушёл, — Гермиона только покачала головой. — Он просто сказал… По какой-то причине она не могла рассказать Драко, что сказал он. Это казалось неправильным. — Сказал, что мне надо остерегаться. Драко не казался убежденным, но Гермиона крепко обняла его. — Я никогда не позволю тебе волноваться. Мы разберёмся с этим вместе. Гермиона кивнула, все ещё не понимая, что чувствует. Хорошее настроение окончательно покинуло её. Драко взял ее за руку и потянул обратно в гостиную, где их ждали. Казалось, они вздохнули с облегчением, когда увидели ее, и даже спросили, куда она пропала, но женщина ответила, что ей просто нужен был свежий воздух. Вечеринка тем временем продолжалась, будто бы ничего не случилось, но Гермионе уже было все равно. Кто-то подходил к ней, но на все вопросы, которые ей задавали, она то ахала, то мычала, то пожимала плечами. Но на вопросы, как они планируют провести свадьбу, что насчёт фамилии Миа, изменят ли они ее или девочка останется Грейнджер, отвечал Драко. Как мог. Но что бы не происходило, он не сводил глаз с невесты. Он отвечал, что надеется на свадьбу в начале января, чтобы у них было время на подготовку. Нарцисса вклинилась в разговор, убедив, что на ней будут все расходы, связанные со свадьбой, и что она не может дождаться того момента, когда Гермиона станет новой миссис Малфой. Грейнджеры подошли к Гермионе и нежно обняли. — Надеюсь, мы увидимся на Рождество. Поздравляю, дочка. Женщина кивнула на слова мамы и попрощалась с ними. Вскоре вечеринка подошла к своему концу, и Миа со своими родителями аппарировала обратно в коттедж, где с радостным лаем их встретил Эйс. Драко быстро перенёс Миа в спальню, а за ним по пятам прыгал Эйс. Он уже знал, что должен делать. Гермиона, как только они скрылись из виду, ушла из гостиной, которая раньше заставляла ее улыбаться, на задний двор, который начинался в лесу. Серебряный лунный свет мягко освещал деревья волшебным светом, но Гермиона все ещё настороженно вглядывалась в тёмные уголки, не зная, чего в следующий момент ожидать. Она тогда не чувствовала тот дикий ужас, который был в первый раз их встречи, вместо него она поняла, что все это выглядело очень знакомо. В основном, она была огорчена тем фактом, что их с Драко идеальный вечер был безнадежно испорчен. Вздохнув, Гермиона взмахнула палочкой, создавая в воздухе маленькие огни. Они давали достаточно света для того, чтобы Гермиона чувствовала себя в безопасности, но все же она накинула щит на свой дом. Сделав все это, она вошла обратно, крепко закрыв за собой дверь. Женщина проверила, все ли окна закрыты, никого ли кроме них нет в доме. Зайдя на кухню, она погладила Тень по голове, отчего та легонько клюнула ее в пальцы. — Сегодня ты побудешь дома, хорошо? Дальше Гермиона поднялась в спальню, где Драко уже раздевался. Его кожа светилась в свете огней, посылая приятную дрожь по её телу, но она все ещё была обеспокоена тем, что сегодня произошло. Что если это не он? Что если это тень?.. Как в этом убедиться? Драко поднял голову и взглянул на неё. — Это я, Миона, клянусь тебе. Но это не особо ее убедило. Вздохнув, Драко подошёл к ней и крепко прижал к своей груди. Его руки блуждали по её телу, касались волос, пытаясь не дрожать от удовольствия. Драко приподнял её голову за подбородок и взглянул в глаза, будто бы умоляя поверить ему. — Это я. Настоящий, осязаемый. Я люблю тебя, и что бы ни случилось, я защищу тебя. С этим телом ты спишь каждую ночь, эти руки обнимают тебя и нашу дочь. Это я. Наконец он поцеловал ее, пытаясь сделать все, чтобы она поверила, чтобы она вспомнила о том, что только он доводит её тело до дрожи. Поцелуй все равно выдался напряжённым, но, несмотря на это, Гермиона поверила и вспомнила. Это был Драко, тот поцелуй, которым он одарил её днём на кухне, он целовал её, а Гермиона таяла. Это он. Разорвав поцелуй, Драко что-то пробормотал ей на ухо, но Гермиона уже не слышала, умоляя забрать ее в небытие. Взяв ее на руки, он понес её на кровать. Там они разделили свою любовь. Он целовал её повсюду, заставляя стонать от новых ощущений, но не желая, чтобы он остановился. Только ближе к утру они, наконец, уснули в объятиях другу друга, измученные сумасшедшим днём.
