Калейдоскоп.

Быть космическим рейнджером — значит, быть героем. Так, по крайней мере, утверждали все листовки и твердили почти все звезды по всем каналам голографического визера, когда Сайтама был еще совсем мелким. Рейнджеров показывали — в их хромированных блестящих комбинезонах, больше похожих на какие-то модернизированные доспехи, с внушительными пушками и бластерами. Вечно улыбающиеся, при этом умудряющиеся не терять присущую только истинным воинам суровость, мужчины и женщины в крайне спортивной форме призывали менее атлетичных, проживающих свои жизни за визерами обывателей кардинально изменить себя и записаться в космические войска Корпорации A-Z. Уже тогда, в далекие десять Сайтамовы лет, Корпорацию прозывали за глаза «Ассоциацией Героев», утверждая, что именно в четырех стенах этой организации пестуют самых сильных и умелых воителей, призванных защищать человечество от всех невзгод. В то время Сайтама, десятилетний малёк, искренне верил в героизм этих людей и гордо заявлял родителям, что станет героем. Сейчас Сайтаме было двадцать пять. И он действительно стал. «Героем», м-мать вашу... Быть космическим рейнджером — значит, подчиняться большим шишкам, которые заседают далеко-далеко на планете Земля, в своих удобных автоматизированных креслах, в главном штабе Корпорации А-Z. Пропагандистская реклама Корпорации утверждает: чтобы стать космическим рейджером, нужно всего лишь прийти в отделение «Ассоциации Героев» вашего города или колонии и подать специальное заявление, в народе именуемое кратко и лаконично «прошением». На самом деле все куда сложнее. Когда ты подаешь заявку на место одного из рейнджеров в эту самую «Ассоциацию», сиречь рассадник «Героев», тебя вовсе не отсылают в открытый космос с первым же челноком во всем обмундировании. Нет, вовсе нет. Начинаются проверки. Проверки всего — физических данных, психологических и ментальных. Физические данные — это показатели тела. Сколько ты можешь пробежать, не запыхавшись, сколько отжаться, какую тяжесть способен поднять. Разумеется, потом тебя будут гонять по всем тренажерным отсекам того крейсера, на который тебе «повезет» попасть. И твое нежелание ничего не значит абсолютнейше — в конце концов, ты сам решил стать рейнджером, а статус рейнджера лишает возможности сохранить, так сказать, на память любимое пивное брюшко. Психологические — это многочисленные проверки на психическую стабильность. Космос, он ведь место непредсказуемое: много кто там терял рассудок, и бывали случаи, когда один сбрендивший рейнджер, вооруженный всего лишь чертовым бластером, устраивал такую резню, какая и космическим пиратам не снилась. Так что очень важно быть уравновешенным и спокойным, если собираешься спасать Землю, так сказать, на расстоянии. О, и употреблять стабилизирующие психику вещества, естественно. Это всенепременно. Ментальные проверки — самая мутная часть из всех. Быть пригодным ментально значит быть не подверженным психологическому и гипнотическому воздействую со стороны. Иметь «иммунитет» против заговаривания зубов и попыток вербовки твоей персоны кем-то другим. Поговаривают, бывало и такое. Когда главарь пиратов умудрялся с помощью пресловутой риторики, сиречь искусства дурить головы, переманивать к себе целые отряды. Что с ними происходило дальше, история умалчивает, однако факт остается фактом. Если хочешь быть рейнджером — ты должен быть толстокожим и непробиваемым для всяких фокусов с сознанием. Но самое паршивое — это письменный тест. Сайтама до сих пор гадал, зачем он вообще нужен. Он не вспомнил бы ни одного вопроса даже за несколько тысяч кредитов! Совершеннейше бесполезная трата времени, которая, тем не менее, играет весьма важную роль при рассмотрении заявки кандидата на пост рейнджера. Сайтама прошел только благодаря тому, что по всем трем проверкам он побил все мыслимые рекорды, оказавшись наиболее сильным, психически уравновешенным и ментально непробиваемым из всего своего потока новичков. Даже низкий балл прохождения по тестам не смог переубедить Биг Боссов из верхушки Корпорации оставить его на Земле. Впрочем, это совсем не значит, что ему не напоминали (почти ежечасно) о практически чудесном попадании в число рейнджеров. В частности, грешили подобным преподаватели, которые были ой как не в восторге от пофигистичного и кладущего на всё и вся кадета. Оказавшись на челноке, в обмундировании Младшего Звена корпуса, Сайтама переживал самые красочные и, как он думал, счастливые минуты в своей жизни — пристегнутый ремнями безопасности к ложу крио-капсулы, готовый вот-вот погрузиться в сорокачасовой анабиотический сон на время перелета, транспортируемый хрен знает куда и с хрен знает кем для хрен знает чего. Кажется, он и вырубился-то с дебильной улыбкой на лице. Что ж, оправдывает его лишь то, что это была последняя улыбка Сайтамы на последующие пять лет. Потому, что по прибытию на базу он понял, кто такие космические рейнджеры на самом деле... Быть космическим рейнджером — значит, быть пушечным мясом, готовым прожариться под вражеским огнем из бластеров в каждую минуту. Как оказалось, космос не просто опасное и непредсказуемое место, способное свести тебя с ума. Космос — это своего рода темная подворотня, кишмя кишащая тварями, которые не отказались бы свернуть тебе шею и полакомиться еще теплым мяском. И это в лучшем случае. Колония, в которую поначалу определили Сайтаму, находилась на границе с «поселением» (или же стойбищем) каких-то непонятных тварей. Те вылезали каждую ночь, стоило парным солнцам уйти за горизонт, погружая планету в блаженную прохладу. И вот тогда-то начиналась потеха: ночь наполнялась таким многообразием звуков, что спецэффекты во всех фильмах ужасов, когда-либо виденных Сайтамой, просто-напросто стыдливо меркли! И неважно, сколько усилий прикладывали рейнджеры для защиты колонии, с рассветом число гражданских редело человек на десять. Когда их бросили на амбразуру, в самое сердце «поселения» чужеродных тварей, Сайтама осознал, насколько радужными были его представления о службе рейнджеров... Из тридцати бойцов на базу вернулось всего пять... точнее, пять с половиной: Сайтама тащил на себе то, что осталось от командира - кровоточащее, скулящее, бредящее, все еще живое лишь благодаря максимальной выработке в органические ткани обезболивающего. Командир скончался спустя пару часов после их возвращения. Еще двое из выживших после набега на гнездовье непонятных мразей покончили с собой, не выдержав того безумия, участниками которого они стали. Корпорацией было принято решение закрыть колонию. Эвакуация началась сразу же и, чего греха таить, заняла не так уж много времени — жителей все равно оставалось мало. Лишь потом Сайтама узнал, что ту территорию, на которой находилось гнездовье плотоядных «чужих», обильно «полили» напалмом, на долгие столетия сделав почву того места мертвой. Корпорация A-Z не любила, когда находились кто-то или что-то, кидающее тень сомнения на их безупречную репутацию... Быть космическим рейнджером — значит, уметь отключать эмоции. Иногда — уметь отключать их насовсем. В этом Сайтаме повезло. Его «эмоциональные глухота и немота» вошли в корпусе в легенды. Только Сайтама мог без единого изменения выражения лица выдержать тренировку в био-симуляторе — многие другие орали от страха и порою даже обделывались, когда из ниоткуда на них выскакивало страхолюдное нечто, созданное био-матрицей. Абсолютный пофигизм — уже не кадета, а прошедшего через адские тренировки и получившего свое «боевое крещение» рейнджера — выделяли его из общей массы, вновь и вновь привлекая к Сайтаме внимание высших чинов. То, что его посылали впоследствии в самые горячие точки, Сайтаму отнюдь не удивляло. Где-то разгулялись пираты или активничали враждебные иные формы жизни — Сайтаму высылали вместе с отрядом для ликвидации «шалунов». Где-то произошла катастрофа — Сайтама вылетал с товарищами на челноке для спасательной миссии. Где-то намечается переворот — и туда немедленно направлялся малоэмоциональный рейнджер в сопровождении «группы поддержки». Сайтама был так называемой «затычкой для всех типов бочек». По крайней мере, так заявлял Зомбимен, его товарищ, которому тоже повезло выжить в той, самой первой заварушке. - Тебя уже узнают, чтоб ты знал. За версту, так сказать, - каждый раз приговаривал он, стряхивая пепел с сигареты. - Ты стал настоящим героем, Сайтама. Вот только эти два слова - «настоящий герой» - произносились с кривой усмешкой, значение которой понимали только они двое. И только Зомбимен знал, по какой причине преуспевающий в военной карьере Сайтама Ванпанч [1] внезапно подал прошение об отставке в самом зените своих успехов. Быть космическим рейнджером — значит, понимать, что в тебе всегда нуждаются. Даже, если ты попросил отставку. Даже, если чистосердечно признался в заявлении, что устал участвовать во всех кровавых миссиях и просто хочешь устроиться охранником в какую-нибудь фирму, пусть даже и на полставки — лишь бы подальше от чертовых тайн непознаваемого космоса, который уже в печенках сидит. Что ж, надо признать, «Ассоциация Героев» умела идти на встречу таким вот желающим мирной и спокойной жизни. Пусть даже и весьма своеобразно идти. Сайтаму отстранили от боевых операций. Без шуток — отстранили. Он больше не участвовал в заварушках. Не летал по системам в компаниях мало знакомых рейнджеров, недоверчиво косящихся на его скромную персону. Не щеголял в хромированном комбинезоне-доспехе, заставляя детишек застывать, раскрывая рты. Он действительно стал охранником. Вот только не на Земле. Чертов космос, эта дыра, полная тайн и секретов, он по-прежнему был вокруг него, и многочисленные звезды мерцали, словно насмехаясь над наивностью рейджера, в кои-то веки мечтавшего о спокойной жизни. Впрочем, на межгалактическом крейсере, куда Сайтаму определили одним из охранников, и впрямь было спокойно. Хотя, разве может быть иначе, если этот самый крейсер постепенно разбирался на запчасти, превращаясь в гигантский остов какого-то фантастического космического существа, в постепенно теряющий свою металлическую плоть скелет?.. Быть космическим рейнджером — значит, быть в курсе всего, что творится у тебя под носом. Ну, или почти всего. Когда-то полеты в космос были недосягаемой мечтой человечества. Люди не могли и помыслить о строении массивных кораблей, способных бороздить просторы Вселенной, и тому было несколько причин. Во-первых, металл. Где, спрашивается, найти столько металлолома, чтобы построить хотя бы один крейсер? Нет, можно было бы переплавить большую часть старья, это да, использовать какие-то сплавы, но космос непредсказуем. В холодных пустотах не объемлемого пространства не всякий металл выдержит нагрузку — и тут вопрос вставал, как говорится, ребром. Во-вторых, сама сборка. Одно дело, если собирать крейсер на поверхности Земли — но как потом поднять его ввысь? Эта махина, она ж выжжет при запуске турбин всю почву, сделает её бесплодной! А если крейсер размером с город? Сейчас космос бороздят и такие... Вот и выходило, что собирать громадные махины предстояло сразу же на орбите, и тут снова возникала масса трудностей, многие из которых вылетали решением в копеечку. А в-третьих, топливо. Или энергия, без разницы. Трудно найти такой источник в мире, который сам едва «дышит на ладан» — и это без прикрас сказано. К тому моменту, когда появились разработки первых крейсеров, леса охранялись как зеница ока, с нефтью и драгоценными металлами была та же хрень, а массивных реакторов, которые могли бы концентрировать солнечную энергию для громадных махин, еще никто даже в мыслях не придумал. Чтобы поднять в воздух (или хотя бы сдвинуть с мертвой точки) крейсер, размерами достигающий маленького городка, требовались те же расходы энергии, какие уходили на целый мегаполис. Естественно, что у разработчиков межгалактических судов последний пункт вызывал куда больше рассуждений, чем первые два. Но в какой-то момент все изменилось. Что именно произошло — никто так и не знает по сей день. Просто в какой-то момент по всем каналам визеров показали выступление глав Корпорации A-Z, которые торжественно объявили, что первые крейсера отправятся на околоземную орбиту уже в ближайшее время. А спустя три дня все с замиранием сердец наблюдали, как из пустыни Сахара ввысь, поднимая тучи песка, плавно и царственно взмывают блестящие в солнечном свете черные махины размером с тихоокеанские лайнеры. Это были самые маленькие из тех крейсеров, которые были созданы Корпорацией — но все остальные собирались уже на орбите Земли и ближайших планет (Марса, Венеры) с использованием металлов, добытых на астероидах. Звучит фантастически, но так оно все и было. Основная головоломка для жителей планеты заключалась в том, что неизвестно, с помощью какого же такого таинственного источника энергии Корпорация смогла добиться столь внушительных успехов? В «Ассоциации Героев» загадочно делали вид, что ничего не знают, а любые попытки выкрасть ценную информацию или же провести расследование жестко (и порою кроваво) пресекались. Корпорация A-Z сразу же дала понять, что не позволит никому совать нос не в свое дело, и хотя желание урвать хоть крупицу драгоценных знаний было велико, инстинкт самосохранения у их конкурентов оказался сильнее. Спустя пару весьма мрачных и запутанных случаев никто больше не делал попыток ничего выяснить. Корпорация A-Z вновь показала, «кто в доме хозяин». Секрет крейсеров и их таинственного топлива так и остался тайной за семью печатями. И даже капитаны громоздких махин не допускались к этим знаниям. Что уж говорить о простых рейнджерах, присланных для обхода пустынных коридоров во избежание утечек радиации или же мародерства приблудных пиратов? Не то, что бы Сайтаме не давала покоя эта треклятая тайна источника энергии того крейсера, по паутине коридоров которого он ходил вот уже вторую неделю. Быть космическим рейнджером — значит, ничему не удивляться. Вот с этим высказыванием Сайтама бы поспорил, и еще как. Сколько он себя помнил, космос всегда удивлял его. Порядочно так удивлял. Еще в первый раз, когда они приземлились на той малоизученной планетке, на которой располагалась треклятая колония, Сайтаму поразил до глубины души невероятный пейзаж и краски нового, прежде им никогда не виденного мира. Это было волшебство чистой воды, и Сайтаму до сих пор интересовало, испытывал ли кто-то из его товарищей (сейчас почти всех давным-давно мертвых) то же самое? Или же, как Зомбимен, стоял и курил, глядя на укрепления колонии? Космос не может не удивлять. А человек не может ему не дивиться. И плевать, если человек этот — один из пресловутых космических рейнджеров. Но одно дело, если удивляет космос. И совсем другое — если удивляет решетка пола под ногами. Неприятно так удивляет. Сайтаму в шутку называли еще в бытность кадетом так - «Крепким Орешком». В честь одного из актеров далекого XX века, Брюса Уиллеса. Кто-то именовал его так в силу характера и неубиваемости персонажа того фильма. Кто-то же — из-за блестящей лысины. Сайтама не заморачивался. Но сейчас он понимал — и правда, «Крепкий Орешек». Не раскололся от падения на хрен знает какой по глубине ярус. То, что крейсер разламывался по кусочкам и растаскивался в разные части системы, Ванпанч знал. Но вот то, что и сам крейсер немного разламывается — это для него было откровением. Хотя где-то в его лысой голове настырно толкалась мысль, что что-то такое он об этой махине уже слышал... Отряхиваясь от пыли и грязи и проверяя костюм (в конце концов, вещь казенная, по головке за порчу не погладят), Сайтама поднялся на ноги. Судя по всему, упал он ярусов на шесть вниз — и то, последние три пролетел без препятствий, решетчатые полы разобрали. Комбинезон показывал, что функционирует нормально, а те немногие вмятины наниты заделают в миг. Уже хорошо, выдохнул Сайтама, за целостность зарплаты можно не волноваться... И именно в этот момент позади него кто-то тяжело вздохнул. - Какого?.. Хорошо все-таки, что нервы у Сайтамы железные и чутка туповатые, что не позволило рейнджеру разрядить весь заряд бластера. Вряд ли это привело бы к чему-то хорошему. Поэтому Сайтама молча рассматривал открывшееся его глазам зрелище. Представьте себе громадный клубок... не ниток, нет — клубок мигающих разноцветными, словно новогодняя гирлянда, огоньками проводов различной толщины. Какие-то прозрачные, какие-то чисто металлические, внутри некоторых течет нечто вязкое и темное... Вся эта странная, жутковатая конструкция, образующее что-то вроде кокона в паутине, подвешено над... не решеткой-полом, но над прозрачным и явно непробиваемым стеклоподобным покрытием. Провода тянулись вверх и стороны, и в самом деле напоминая паутину, некоторые из них были оборваны и безжизненно свисали до самого прозрачного пола. Возможно, мелькнула у Сайтамы отстраненная мысль, именно в этом и таилась причина, по которой крейсер пришлось разбирать прямо в космосе, без стыковки с какой-либо станцией? Но что это за провода? Оптоволокно? Нейронная сеть?.. Сайтама думал об этом несколько секунд, пока его взгляд не зацепился за нечто, в первые секунды почти незаметное. А потом все мысли разом выбило из его головы, оставив там потрясающую пустоту. В самом центре этого жуткого клубка находился человек. Нет, спустя пару минут сосредоточенного созерцания бедолаги, поправил самого себя Сайтама. Не человек. Ну.... почти не человек. И, словно в насмешку, именно в тот момент, когда Сайтама это подумал, киборг открыл глаза и уставился на него мерцающими золотым глазами. Быть космическим рейнджером — значит, защищать людей. Всегда. В любой ситуации. Заметьте, про киборгов тут ни слова. Парня зовут Генос. У него светлые золотистые волосы и бледная кожа. По крайней мере, если судить по лицу. Он стал киборгом в пятнадцать лет. Сейчас ему девятнадцать. И практически всё его тело было заменено металлическими частями. Всё тело — кроме мозга. - Мозг — это самое главное. Генос говорил тяжело и медленно, словно с трудом вспоминая, каково это — говорить. От немигающего взгляда его черно-желтых глаз Сайтаме становилось не по себе. Задолго до запуска крейсеров в массовое производство Корпорация использовала грузовые челноки. На тот же Марс было отправлено примерно до трехсот челноков с периодичностью десять в месяц. За пять лет Корпорации удалось выстроить на поверхности Марса пятнадцать разрозненных поселений, куда заселили колонистов с конкретно взятыми задачами. Семья Геноса была среди эти самых колонистов. Геносу тогда было десять. - Все началось спустя пять лет после начала работ... Когда в колониях родились первые дети... Тогда... - Генос запнулся, его неоновые зрачки расширились. - Тогда Корпорация решила, что пора. Что именно «пора» Сайтама узнал через пару минут. И ему это не ахти как понравилось. «Ассоциация Героев» не просто так столь усердно таила свои секреты от прочих. Верхушка Корпорации прекрасно понимала — узнай кто об истинном положении вещей, и начнется Ад. Для них. Персонально. Неважно, насколько могущественны первопроходцы в освоении космоса и спонсоры многочисленных полетов на близлежащие планеты Солнечной Системы и за её пределы — в случае утечки информации головы полетят только так. Потому, что такое не прощают. И поговорка «цена оправдывает средства» в данном случае не проканает. - Мозг вырабатывает массу веществ для полноценного функционирования всего организма. Опиоиды, опиаты... Многочисленные гормоны... И нервные импульсы... Сигналы, которые мозг посылает по нервам, как по волокнам... - Генос запнулся, увидев откровенное недогоняние на лице оппонента. - Если коротко, то Корпорация нашла способ, как использовать выделяемые мозгом гормоны и нервные импульсы для преобразования в энергию. Но для этого им нужно было ограничить поток тока по телу... «Ограничить поток тока по телу» - значит, избавиться от тела, как такового. Заменить его чем-то другим. К примеру... Механическими частями, которые можно отключить, направив весь ток по специальным проводам. - Мозг, как генератор неисчерпаемого потока энергии. Подстрекаемый наркотиками и химическими веществами для более продуктивной работы... Жизнь несчастных в вечном тумане морфия, который бы не давал им понять, что происходит. Сайтама молча смотрел на бедолагу, подвешенного над то ли стеклянным, то ли не стеклянным полом на многочисленных проводах. Пустота в его голове плавно оживала, начинала роиться десятками мыслей. Например... «Какого черта?!» Да, это одна из наиболее часто мелькающих мыслей. Сайтама никогда не был особенно проницательным. Что-то он схватывал на лету, это да, но над преимущественной частью вещей мужчина думал очень долго. И то, как резво сейчас работал его мозг, анализируя полученную информацию, самого Сайтаму несколько смущало. Нет, серьезно — какого черта?!.. Из яростных размышлений его вывел смешок Геноса. - Мне еще повезло... - скрипуче протянул киборг (совсем еще мальчишка, Господи!..). - Мой крейсер, - эти слова он словно выплюнул, - столкнулся с астероидом. Большая часть систем вышла из строя... Включая ту хрень, которая подавала в мой мозг наркотик... Я очнулся... - И начал разрушать корабль уже осознанно? Парень медленно поднял опустившуюся было голову. Кое-как сфокусировал взгляд на рейнджере. И медленно кивнул. - Я не буду... Служить тем, кто... Убил всю мою семью... - хрипяще-скрипуче протянул он. - Я лучше.. Уничтожу себя... Сайтама молча смотрел на киборга. Так же немигающе, как тот сам — на него. Нет, рейнджер понимал, что большие шишки из Корпорации — те еще гады. Ни одна большая компания не обходится без чего-то подобного. Это своего рода вирус, чума, которая затрагивает любое крупное предпринимательство. Самый паршивый, но вместе с тем же и самый действенный закон успеха: хочешь чего-то достичь — ступай по головам. Но даже нечто подобное... Сайтама, не говоря ни слова, развернулся и направился прочь от «кокона», в сторону лестницы. Он буквально чувствовал, как его затылок буравит немигающий взгляд этого парнишки, Геноса. Крейсер едва заметно подрагивал. Быть космическим рейнджером — значит... Да ничего это не значит. Абсолютно. Гигантский корабль размерами с город Z, родину Сайтамы, разваливался на куски. Медленно, словно в замедленной съемке. Словно струпья, отделялись листы обшивки крейсера и плыли в пустоте космоса. Мертвая туша механического чудовища стремительно разлагалась. Сайтама ввел координаты в бортовой компьютер своего челнока. Он уже отдал приказ искусственному интеллекту «Бродяги» игнорировать входящие сообщения и звонки — неважно, от кого, неважно, срочные или нет. Просто игнорировать. Сайтама уже смирился с тем, что гипер-прыжок ему придется прочувствовать во всех спектрах «восхитительных» ощущений, а не проспать, как обычно. В конце концов... В его крио-капсуле для сна лежал аккуратно запеленутый в термоткань киборг. Распад начался сразу же, стоило Сайтаме выпутать Геноса из клубка проводов. Рейнджер порадовался, что ему хватило ума не вытаскивать парнишу сразу же, а вначале подготовиться — разбудить «Бродягу» и дать ему указания по прогреву двигателей и подготовке систем к гипер-прыжку, расчистить себе путь до ангара и убедиться, что их нежданному (для самого Сайтамы в первую очередь) побегу никто не помешает. То, что почти сразу же крейсер затрещал по швам, стоило удивленному киборгу оказаться у него на руках, Сайтаму даже обрадовало: наконец-то эта махина подает какие-то признаки жизнедеятельности! Пусть даже это и была агония окончательно умирающего монстра... Наблюдая за распадом крейсера, Сайтама лениво подумал, что, возможно, его даже не будут искать. Может быть, решат, что он погиб во время самоуничтожения корабля. Или же его челнок зацепило осколками, когда он пытался спастись. В чем рейнджер не сомневался, так это в том, что уже скоро сюда прибудут исследовательские челноки Корпорации с целью найти останки Геноса. А значит, следовало поторопиться. «Бродяга», такой же ленивый, как и его хозяин, размеренно сообщил, что спустя три минуты включит гипер-прыжок. Помедлив, порекомендовал пристегнуться, а также предупредил, что закроет перед прыжком крио-капсулу. Сайтаме всегда нравилась эта показушная лень, которая сквозила в электронном голосе искусственного интеллекта его бортового компьютера. - Есть у меня один знакомый... - пожевав губами, начал рейджер. - Специалист по кибернетике и робототехнике. Стенчем зовут. Хороший мужик. Думаю, он сможет тебе помочь. Ну, там... - мужчина кинул взгляд на неотрывно наблюдающего за ним Геноса. - Конечности приделать... Системы настроить, не знаю даже. Я в этом не спец. - Почему... Вы это делаете?.. Голос Геноса был удивленным. И каким-то по-детски взволнованным. Сайтама ощущал его пристальный, какой-то ненормально жадный взгляд на себе. «Почему», да? - Ну так... Глаза киборга распахнулись, когда Сайтама повернулся к нему и добродушно усмехнулся. - Я ж космический рейнджер! - голливудской улыбку Сайтамы назвать сложно, но сам мужчина надеялся, что вышла она у него более-менее приятной. - А быть космическим рейнджером — значит, быть героем. И для этого совершенно не обязательно соблюдать нелепые правила и подчиняться лицемерной «Ассоциации». «Бродяга» лениво сообщил, что закрывает крио-капсулу и начинает отсчет до гипер-прыжка. Сайтама кивнул прозвучавшим в тишине словам и развернулся лицом к бортовой панели. Но, тем не менее, увидеть благодарную улыбку на измученном лице Геноса он успел.