Плёнка Полароида

      Очень синие сумерки. Мягкий мох, огни, запах прелых яблок, папоротниковые руки свиваются в косы.       Куда ты ведёшь его?       У неё облако волос, ткань юбки кленового цвета скользит по коже, взметается, слегка прикрывает колени, бушующее шёлковое море.       Изумрудная тень. На ней, за ней. Она — и есть тень.       Всё это — лишь ступень. Там, высоко, что-то иное, там не нужны ваши проклятые богатства, не нужны деньги. Там океан света, звука, тепла.       Не пей. Не пей! Нельзя пьянеть в этом месте. Нельзя есть то, чем кормят в царстве мёртвых. Нельзя тут быть, дышать. Стань пылью, которую унесёт восточный ветер.       И ты свободен. Впредь веди себя осмотрительней. Не выходи из леса — не совершай ошибку.       Он идёт за ней, она сумрачной влажной тенью мелькает среди зарослей ежевики. Ай-ай, как больно царапает лоза. Этому лесу нужна твоя кровь, горячая, очень вкусная. Лес очень часто голоден.       Не всегда же умирать той, что родила эту землю. Она своим телом кормит ненасытную твердь земную. Она — мать и жертва.       Та, что ведёт тебя по тропинке в тёплую Троллью Нору — одна из её детей. Совсем косвенно, так мало похожая на мать, с каплей крови родительницы в жилах, она была так умна, так сильна, что прозрела.       Кошка Шрёдингера. Нашла выход. Деньги портят другого, а она вырвалась из летаргического сна, пробила крышку гроба головой, потому что и на нём сэкономили.       Она распахнула свои глаза. Прозреть, очнуться, хлынуть в мир, задышать полной грудью.       Она курила у подъезда, работала в баре по вечерам, умирала, приходя с пар. Жила, как все живут, потому что так надо, так правильно.       Идите к чёртовой бабушке. Прошу вас вон отсюда. Не вам решать, как жить нам. Подавитесь вашими деньгами. Мы — не вы. Прочь. Вон, мерзкие псы! Вам нет тут места.       Этот лес сожрёт вас. Вы как слепые котята. Маленькие, беззащитные, оторванные от тёплой материнской груди. Ходите, но оглядывайтесь.       Мы следим за вами.       Она стала тем, что жило в её голове. Она обращается в сову, она любит сырое мышиное мясо, она поджидает в подворотне, она петляет, уводит вглубь и запутывает.       Птица, женщина, тень, кровь на твоих губах.       Моя маленькая девочка. Фиолетовая Мурена с покрасневшими от яркого света неоновых вывесок глазами, Элли в малиновом сарафанчике, блуждающая по серым и стылым улицам города, Джульетта, которая выжила.       Фата Моргана.       И великий король Артур плакал у её ног, пряча лицо в подоле её платья.       Теперь ты идёшь за ней. Мальчишка, юнец, поэт. Беги, не теряй её из виду, не упускай шанса начать жить. Лови удачу за хвост.       Ты прожил двадцать, тридцать лет. Ты пропустил их, как скучную рекламу. Ты упустил столько времени. Так нагони его. Скорей, сейчас же.       Открой свои глаза.       Зима не приходит просто так. Смерть не приходит просто так. Всё связано. Везде — связь. Осень курит трубку, чадит, как старая печь, табачным дымом. Печальный скальд пьёт вечно горячее кофе, он вечно простужен и вечно пишет. Седовласый старьёвщик распахивает двери в свою волшебную лавку, он не требует денег, он любит кровь. Ведьма Ива плачет, много пьёт и творит фиолетовую пену облаков. Гелла разливает вина по бокалам, в её улыбке — вся лукавость хитреца Лодура. У Розовой Дамы волосы цвета заката, она пьяна. Химера ловит ветры, пьёт родники и рождает руды. Луна хохочет, она любит странные шутки. И Безумный Макс умирает бессчетное количество раз.       Я выдыхаю речной туман.       Я — равенство.       И нас не счесть. Мы — везде. В твоей тени, в крике перепуганных птиц, под каштановым листом в запущенном парке, мы отражаемся в слезах плачущего ребёнка, вырастаем из луж. Нас не надо искать. Надо увидеть.       И она, моя дорогая Мурена, как перекати-поле, как волшебный клубочек, как путеводная нить, ведёт в даль, в нить кружевного горизонта, туда, где Антверпен, мой старый дружище, поднимает на сосновом шесте окровавленное солнце. И Несмеяна подставляет под горячие, дымящиеся капли свои белые нежные руки.       Ветер взрывает облака. Я так давно жду дождя.       Давай, Моргана, сотвори мне небесное млеко.       Она ведёт мальчишку в Мир, она покажет ему горизонт. И тогда он прозреет.       А ты?