Дети Любви

Женя удивился, когда Максим с утра отпустил его на работу. Поведение Айвазовского было до чертиков странным. Еще и эта убийственная ошибка Димы. Женя до сих пор был в бешенстве – как можно было отдать документы просто так, незнакомому человеку, не проверив его личность?! Схемы должен был забрать другой человек, и когда раздался звонок Паши «я на месте, но никого нет», Женя готов был пустить пулю в лоб Диме. Бесконечный час он гадал, к кому могли уйти документы, но никак не ожидал, что этим человеком станет Максим. Увидеть в его руках схемы было настоящим шоком. Но Максим с присущей ему легкомысленностью решил, что это просто документы с работы. Женя почти ему поверил, только с утра «случайно» забрал его телефон, прислал техника, который бы незаметно поставил в номер жучок, и приставил к отелю человека, чтобы следить за передвижениями Максима. - В аэропорте «Домодедово» сегодня была объявлена забастовка. Все рейсы отменены, - объявили по радио. - Черти что творится сегодня, - мрачно буркнул себе под нос водитель такси. - Дурдом какой-то, все как с цепи сорвались. Столько лет молчали, а тут бросились за права Детей Любви бороться. Женя внутри себя удовлетворенно улыбался. Все шло по плану. Он еще вчера дал команду «Старт», и лавина съехала с горы, накрывая сегодня город. Такси въехало в центральные районы Москвы. Женя взглянул в окно, за которым на площади виднелась толпа людей с лозунгами «Свобода Детям Любви!». Рядом стояли полицейские машины, машины Службы Безопасности, но никто не посмел разогнать разъяренную толпу, скандирующую по поставленному сценарию, боясь попасть в прицелы камер репортеров независимых телевизионных каналов. - Совсем с ума посходили, - снова покачал головой водитель, смотря на толпу за окном. Раздался звонок телефона. - Собрание акционеров только что завершилось, - отчитался Марк. - Надеюсь, Егор там присутствовал? – уверенный в положительном ответе, все равно спросил Женя. - Да, - в голосе Марка послышались усталые нотки. - Не вовремя активизировались их конкуренты, но ты, молодец, справился, - похвалил его Женя. - Егор не хочет со мной разговаривать, - произнес Марк. Женя не видел в этом трагедии, но язвить не стал. Сегодня все должно завершиться, отчего настроение на подъеме. Легкое нетерпение бурлило в крови с самого утра, подстегивая быстрее приступить к основной части плана. - Я думаю, ты с этим сможешь справиться, - произнес Женя. – Нужно перевести деньги, чем быстрее, тем лучше. - Ты меня не слышал? Егор сейчас не в том состоянии, чтобы я мог ему что-то навязать, - произнес Марк. - Слушай меня внимательно, - резко начал Женя. Он не потерпит очередные проблемы перед самым решающим моментом в жизни. – Оба Ненахова мне нужны, Марк. Ты понимаешь, о чем я говорю? Добейся того, чтобы Егор подписал нужные документы, и не вынуждай меня идти на крайние меры. Заминка на том конце. Женя был уверен, Марк все понимает и осознает важность каждой минуты. Никакого промедления быть не должно, пора уже выступать активно и во всех направлениях. - Я все понял, - в тон ответил Марк и отключился. Женя и не сомневался в способностях этого парня быстро соображать. - Сверните здесь налево, - попросил Женя водителя. Такси плавно объехало толпу митингующих и выехало на проспект, к тайному месту встречи с лидером группы для второго этапа. Человек Воронова был беспринципным воякой, который готов был и Родину продать за деньги. Женя уже перечислил ему на счет достаточную сумму денег, чтобы блудливый пес выполнял приказы без вопросов. Наемник, если и удивился схемам домов самых известных людей в городе, то виду не подал. - Убираем всех? – уточнил мужчина. - Да. - Как мы узнаем, что все дома? - Каждому будет выслано сообщение-ловушка. Мы заманим всех в свои норки. Я дам сигнал вам, около полуночи, и вы должны будете начать операцию. Главное все сделать тихо и быстро, чтобы никто не успел сбежать. - За это не волнуйся. Вопрос личный можно? - Задавай. Жене импонировал этот серьезный, сдержанный мужчина. - Все Дети Любви такие бездушные? Жене вопрос не понравился, хотя в нем не было ничего странного. - Зачем спрашиваешь? - Хотел Ребенка Любви себе купить. - Шлюху себе купи, - отрезал Женя. Мужчина издал короткий смешок, словно соглашаясь со словами чалова. – В этой стране больше не будет Детей Любви. - Так и меня больше не будет в этой стране, - сообщил мужчина. – После сегодняшнего дня придется уйти на дно. - Я дал достаточно денег, чтоб это «дно» напоминало рай. - Верно. Задача ясна, проблем возникнуть не должно, - переходя на деловой тон, произнес мужчина. – Удачи тебе. И надеюсь, больше не встретимся. - Взаимно, - Женя ответил на крепкое рукопожатие. Наемник ушел первым, сел в подъехавшую машину и уехал. Женя решил прогуляться немного. Волнение перед началом операции поднималось с каждым часом, но это было приятное чувство. Словно в душной, темной комнате приоткрыли дверь, впуская свежий воздух. И Женя впервые вдыхал этот воздух полной грудью. Он шел по улицам, входя в украшенную новогодними огоньками аллею, где гуляли молодые семьи. Женя остановился в стороне, присев на холодную скамейку, и посмотрел на площадку впереди. Дети, смеясь и крича, съезжали с ледяной горки, а довольные родители ловили своих чад. Маленький карапуз дергал мать за рукав куртки и просился на горку к остальным, но он был слишком мал для такого развлечения. Мальчик расстроенно смотрел на горку, где веселятся другие детишки, вызывая желания подойти к нему и потрепать по голове. Через мгновение к матери с ребенком подошел мужчина. Он по-доброму улыбался, склонился к сыну, что-то сказав ему. Ребенок радостно засиял, смотря на отца, как на Бога. Мужчина взял сына на руки и повел его к горке, мать улыбалась и махала родным. Они вдвоем катались с горки, наслаждаясь выходным днем, счастливые. Вечный вопрос – почему у одних есть все с рождения, а другие вынуждены проходить жизненный путь в одиночестве? Почему этот малыш на детской площадке окружен любовью и заботой, а другие вынуждены ходить с татуировкой красной розы на руке? К чаловам никогда в обществе не относились хорошо. Для всех они как прокаженные люди, отбросы, на которых все смотрели свысока без видимых на то причин, заранее считая их недостойными, глупыми и пустыми куклами, которые годны только обхаживать своих хозяев. Женя грустно улыбался, смотря на семейные пары. Совсем скоро и он увидит своих родных. Он так соскучился по матери и сестре, что сердце сжималось от одной мысли о них. Осталось подождать чуть-чуть, пережить один день и он сможет найти родных, обнять их, снова быть рядом. Чем ближе был конец, тем чаще Женя начинал думать о своей семье. В такой момент он позволял себе немного помечтать о том, как купит им дом, как они вместе сядут за стол, как мать будет суетиться, и готовить к его возвращению свой фирменный пирог. Женя до сих пор помнил вкус яблочного пирога, который по праздникам пекла мать. Очередной телефонный звонок разрушил теплую фантазию. Коля. - Привет, - голос бывшего одногруппника впервые звучал без веселых насмешливых ноток. – Как продвигаются дела? В новостях показывают, что у вас там настоящий бум. - Так и есть, - согласился Женя. - Скоро все закончится, да? - Боишься? - Будто ты нет, - хохотнул Коля. – Мы столько лет к этому шли, что даже не верится. - Главное, все сделать без ошибок. В полночь начинаем, - повторил Женя. План уже был разработан в мельчайших деталях и мысленно пройден сотни раз. - Жень, мы не можем только уничтожить Службу Безопасности, это ведь ничего не даст. - Это развяжет нам руки. В остальном доверься мне. - Блять, да я и так доверяю тебе, как Христу, - снова нервно засмеялся Коля. – Мы все сделали ставку на тебя, Волков. Не подведи нас. Дума должна принять новый закон. - Она его примет. - Чиновники ведь не проблема, да? Те, кто за ними стоят – сильнее. Это гребанная элита ваша. Женя не стал говорить о том, что сегодня ночью элиты не будет. Без поддержки «финансового мешка» чиновники и не подумают возражать. Стоит немного надавить, и они примут новый закон, даря всем чаловам свободу. - Максимум неделя – и мы получим то, к чему все это время шли, - уверенно заявил Женя. - Я хочу потом переехать к морю, - внезапно поделился планами Коля. – Куплю себе там домик и буду веселиться с девочками. - Отличный план, - поддержал его Женя, чувствуя, что сейчас Коля просто ищет слова одобрения. А Женя мог расточать комплименты, если это было необходимо. Он был уверен, что после того, как все закончится, он никогда больше не увидится с Колей. Каждый из них пойдет своей дорогой. - Знаешь, как ты меня бесил в Академии? – возвращая прежние веселые нотки, Коля предался воспоминаниям. – Ты был таким волком-одиночкой, таким сильным, что это злило меня. - Знаю, - Женя не понимал, почему он вообще сейчас разговаривает с Колей. В своей голове он никогда не возвращался в прошлое, никогда не считал Колю другом. Они просто делали одно дело вместе. Но сейчас разговаривали, словно друзья детства. - Ты тоже бесил меня, - сообщил Женя и улыбнулся. Коля рассмеялся. И они оба замолчали, чувствуя кожей, что грядут перемены. Невозможно не волноваться, невозможно остаться хладнокровным, когда жизнь разворачивается в другую сторону. Как заключенные ждут своего освобождения, они ждали сегодняшнего вечера, когда на главном сервере Службы Безопасности будут стерты их имена, когда они смогут избавиться от оков. Можно было на этом и остановиться, сбежать, но Женя хотел полностью сломать систему. - Подари нам свободу, Жень, - неловко произнес Коля. - Я сделаю все, что в моих силах, - серьезно ответил Женя. – Мы справимся. И ты поедешь на море к своим девочкам. - Да. Что бы сегодня не случилось, Волков, ты знай. Я рад, что познакомился с тобой, - Коля нервно издал смешок. – Черт, как в сопливой мелодраме, что смотрит моя хозяйка. - Я все понял, - Женя сглотнул вставший комок в горле, понимая, что так они пытались неуклюже попрощаться. – И тебе спасибо. - Ладно, хватит уже слез. В полночь выступаем, - кашлянув, попытался Коля вернуться в деловое русло. – Мы освободим Академии в ключевых городах, и дальше заляжем на дно. Будем ждать твоего решающего удара по этим тварям. Что ж. Прощай, Волков. Может, когда-нибудь мы встретимся свободными. - Возможно. - Удачи нам обоим. Они быстро и сдержанно попрощались, чтобы не показать, как это прощание режет нервы. Все-таки четырнадцать лет вместе – немалый срок для того, чтобы привязаться, не как к другу, а как к товарищу на войне. И что-то Жене подсказывало, что сегодня он разговаривал с бывшим одногруппником в последний раз. Убрав телефон в карман, Женя поднялся и направился в свой последний невольный день. До самого вечера он вел себя самым обычным образом, хотя душа застывала в волнительном предвкушении будущей свободы. Он съездил в институт и написал заявление на перевод на заочное отделение, потом отправился в компанию Айвазовских. Будто ничего и не должно произойти, он подготовил все необходимые документы, связался с теми, кого «прикармливал» на протяжении стольких лет, подготавливая необходимую «подушку безопасности». Женя не собирался развивать дело Айвазовских, он собирался захватить власть и уничтожить ее собственными руками, разрушить до основания, но оставляя себе средства для безбедного существования на много-много лет. Все было просчитано уже сотни раз, поэтому Женя улыбался. Секретарша подозрительно на него поглядывала. - Вы сегодня в хорошем настроении, - заметила помощница. – Вам дали разрешение с кем-то встречаться? Женя посмотрел на миловидную девушку, внутри насмехаясь над ней. Скоро ей придется искать новую работу. - День хороший, - пояснил Женя, покрутившись на своем стуле. – Где сейчас Михаил Алексеевич? - В главном офисе. Женя кивнул сам себе. Этого мужчину он решил оставить напоследок. Он специально не дал адрес Айвазовских, не включив их фамилию в список ликвидации. Женя собирался разобраться с этой семьей сам. Если эти люди и погибнут, то от его руки. Просидев в офисе до самого вечера, Женя принимал звонки со всей страны. Звонки от своих людей, которые докладывали обстановку в различных регионах. Там было тихо, как затишье перед бурей, слишком явное, чтобы его не заметить. Но никто не замечал, считая, что это только в столице люди словно сошли с ума. В городе творился настоящий хаос, искусственно созданный, продуманный до мелочей. Ближе к вечеру начались беспорядки, которые с особым возбуждением передавали по новостям. Стоило только дать народу повод, как они стали выплескивать ярость самостоятельно. Объявлялись пострадавшие чаловы, которые согласны были давать интервью. Ненастоящие. Подставные, с фальшивой татуировкой на руке, но рассказывающие настоящие истории. Волна негодования поднималась все выше и выше, грозя накрыть город полностью и безвозвратно. Ближе к вечеру позвонили люди, что следили за Максимом, сообщив, что Айза вышел из отеля и встретился с Никитиным. Женя лишь усмехнулся. Он был уверен в том, что Никитин не пойдет против него, а Максим слишком жалок и беспомощен без своего папочки, чтобы сделать что-то в одиночку, даже если о чем-то догадается. А он не догадается, как всегда игнорируя то, что творится прямо под носом. Женя еще не решил, что делать с Максимом, но пока не хотел думать об этом. Женя отработал свой рабочий день, будто ничего не происходит, но многие переговоры с зарубежными партнерами были отменены. В каждом отделе, в коридоре, в лифте - везде говорили только о том, что происходит снаружи стеклянной коробки, именуемой компанией «GM». Тревожное ощущение витало в воздухе даже здесь, оно разливалось эфемерным предчувствием грядущих перемен. Женя чаще обычного ловил на себе взгляды простых сотрудников, но в кабинете не запирался. Ему нравилось это внимание, это опасение в глазах людей. Никто не знал, кто первый начал беспорядки в городе, но все знали достоверно точно – этот человек был чаловом. Поэтому и опасались всех чаловов. Женя даже слышал, как в коридоре шепотом предлагали обратиться в полицию с просьбой арестовать всех чаловов. Вполне логичный ход развития событий, и вполне предсказуемо ближе к вечеру раздался звонок от старшего Айвазовского с приказом немедленно приехать к нему. Женя, сдерживая радостную улыбку, попрощался с коллегами по работе, позволив себе немного насмешливого пренебрежения. На него смотрели, как на монстра, от которого не знали, чего ожидать, интуитивно чувствуя исходившую опасность. - Сколько тебя можно ждать?! – требовательный голос Михаила Алексеевича в трубке. – Живо ко мне! - Простите, на дороге пробки, - вежливо произнес Женя, смотря в окно машины, за которым виднелась бесконечная вереница машин, остановленных очередным митингом. То и дело мимо проносились машины скорой помощи и полиции. - Если ты присоединишься к этим ненормальным, я убью тебя, ты понял? – раздраженно произнес Айвазовский. Испугался за свою репутацию? - Я понял, Михаил Алексеевич. Скоро буду у вас. Айвазовский первым сбросил, а Женя лишний раз поразился предсказуемости людей. - Мы здесь не проедем, остановите у обочины. Я быстрей пешком доберусь, - попросил он водителя, которого за ним прислал Айвазовский. - Михаил Алексеевич приказал сопровождать вас до дома, - отказался водитель. Новенький. - Посмотри сам в окно, мы тут до утра простоим. Если не хочешь меня одного отпускать, пошли со мной, - предложил Женя. Водитель здраво оценил ситуацию и вышел следом за ним из машины. Снова раздался звонок. Привычная, стандартная мелодия и знакомый голос. Марк сообщил, что он уже ждет его возле оговоренного магазина. Водитель подозрительно поглядывал на него, осматриваясь в темноте улицы, по которой шаталась пьяная молодежь, охваченная безумием города. - Вы же не думаете, что это пройдет бесследно? – заговорил водитель. Мужчине было лет тридцать пять, но выглядел он слишком пугливо для своего возраста. – Все эти беспорядки… ты хотел бы присоединиться? - Нет, - уверенно ответил Женя. – Это глупости, которые ничего не изменят. Лишь шумиху создадут. А сегодня вечером всех чаловов нашей столицы заберет Служба Безопасности для допросов. - Почему тогда ты такой спокойный? – спросил водитель. - Потому что я не переживаю, - улыбнулся Женя. Они вдвоем перешли улицу, огибая стоящие в пробке машины. - Нам надо завернуть здесь, - произнес мужчина. - Мне надо в магазин заскочить. Выпить для храбрости, - Женя шагнул к нужному магазину. – Ты ведь не откажешь мне в такой малости? Айвазовский меня теперь нескоро из дома выпустит из-за этих беспорядков. Мужчина кивнул, понимая последствия беспорядков, проявил сострадание, смягчился. И вошел с ним в помещение неприметного магазинчика с вывеской «закрыто», на которую не обратил внимания. - Ты… У водителя пропал дар речи, когда он увидел десяток вооруженных мужчин в черных масках позади Марка. - Кто это? – почти равнодушно спросил Марк. - Никто, - хмыкнул Женя, одним отточенным движением вырубая своего водителя. – Закройте его в подсобке, - приказал он своей команде. Пока тело водителя оттаскивали в сторону, Марк подошел ближе. - Все готово, - отчитался он. - Тогда можем выходить, - улыбаясь, произнес Женя. – Выдвигаемся, парни! – крикнул он команде, махнув рукой в воздухе, как предводитель полка. К магазину подъехало несколько бронированных джипов, сверкая фарами в темноте улицы. - Что такой мрачный? – спросил Женя, направляясь к одной из машин. – Не помирился со своим Ёриком? - Нет, - отрезал Марк. – Он считает меня предателем. - Сейчас самое время воспользоваться ситуацией, и прибрать их дело в свои руки, - подсказал Женя. – Или ты настолько размяк, что перестал мыслить здраво? - Прекрати. Мне просто не по себе от этой ситуации. - Брось, Марк. Твой Ёрик забудет обо всем через два дня. Ты для него ничего не значишь, поплачется немного, и успокоится, - открывал Женя глаза своему деловому партнеру. – Найдет себе новую игрушку, не переживай. А нас с тобой впереди ждет свобода! - Женя положил руку на плечо парня. – Избавимся от гнили этого мира! - Ты словно пьяный, - улыбнулся Марк, посмотрев на него. – Никогда тебя таким не видел. - Я пьян от счастья, - улыбнулся ему Женя. – По машинам, мои ополченцы! Все расселись по джипам. Женя подумал о том, что после сегодняшней ночи он потеряет Марка навсегда, потому что парень разозлится на него за запланированную «чистку элиты» и уничтожение семьи Ненаховых. Но Жене было плевать, он не испытывал к Марку родственных чувств, поэтому без всяких сомнений отдавал схему дома Ненаховых наемнику второй группы. Единственное – пожалел Егора, приказал не трогать этого наивного лося, оставляя его в живых. Надо же как-то наградить Марка за его верную службу. Женя считал это отличным ходом – подарить Егора Марку, как чалова, как игрушку, повязанную праздничным бантиком. Марк об этой части плана не догадывался, оставался собранным и сосредоточенным. Красивый, притягательный в черных джинсах и кожаной куртке, с холодом в глазах и уверенностью в себе. - Что ты на меня так смотришь? – когда они отъехали от магазина, спросил Марк. - Любуюсь, - честно ответил Женя, придвинувшись ближе. Они вдвоем сидели на заднем сиденье, что давало преимущество. Не обращая внимания на тех, кто сидел впереди, Женя погладил парня по щеке, представляя, как могла бы измениться их жизнь, если бы они не стали чаловами, как бы могла измениться жизнь красивого малыша, если бы его не отдали в рабство. - Ты мог бы стать моделью или актером, - произнес Женя вслух. Марк не отстранялся, смотря почти так же прямо, пристально. Между ними повисла тишина, намного более значимая, чем все слова. Атмосфера предстоящего опьяняющего триумфа над жизнью, перед которым обнажались все спрятанные глубоко в сердце чувства. - Почему ты всегда отталкивал меня? – спросил Марк почти шепотом, не разрывая странного зрительного контакта. В памяти пронеслись все те моменты, когда он умышленно избегал Марка, жестко и холодно отталкивал его, увеличивая между ними дистанцию, запрещая приближаться к себе, к своей душе, не подпуская на пушечный выстрел. В то, первое время, когда они только попали к своим семьям, Женя, несмотря на свой страх перед новой жизнью, находил способ подбадривать Марка, ведь их новые семьи частенько виделись. И в такие моменты Женя замечал, с каким облегчением Марк смотрит на него, словно видит единственное родное лицо в водовороте новой жизни. Женя до сих пор помнил те большие, красивые глаза, которые смотрели на него почти с восхищением. Помнит, как ловил на себе взгляды Марка в школе, уже более смелые, решительные. Женя видел Марка насквозь, видел этот стержень внутри парня, его силу воли и желание уничтожить все вокруг, видел эту привязанность. Именно привязанность, а не что-то иное. Связь, пронесенная через года, только крепла, и искушение пойти навстречу Марку, завязать совсем другие отношения было иногда пугающим. - Ты всегда меня отталкивал, - тихо произнес Марк, словно у них был последний момент, чтобы задать волнующие вопросы и получить предельно честные ответы. – Почему? - Потому что ты бы перестал меня хотеть, - улыбнулся Женя. - И перестал бы меня воспринимать, как лидера. Марк засмеялся. Немного грустно, но искренне. - Ты даже это просчитал. Но, знаешь, я тебе благодарен за то, что ты не подпустил меня к себе, - отсмеявшись, Марк снова повернулся к нему. – У нас бы все равно ничего не получилось. - Да, - согласился Женя. – Я прекрасен в своей недоступности, но в постели становлюсь посредственностью. - Не думаю, что ты так уж плох, - шутливо бросил Марк. Женя был рад, что его настроение вновь поднялось. - Хочешь проверить? – Женя поддержал игривый настрой. - Нет. Не хочу спать со шлюхой, - кольнул Марк в больное. Сука. - Для девственника это самое подходящее, - не остался Женя в долгу. Они оба рассмеялись, скрывая то, что резкие слова задевают за живое. Легкая боль бодрила, заставляла встряхнуться и дать достойный ответ всем проблемам. - Мы уничтожим все, Марик, - произнес Женя. – Вместе. - Вместе, - повторил Марк. Теперь в его глазах загорелась решимость, а Женя лишь похвалил себя за продуманную стратегию. С Марком надо умело балансировать на грани мягкости и жесткости, не поддаваться, но и не доминировать, оставаясь на равных, давать ему это ощущение командной работы, правильности пути. Они добрались до здания Службы Безопасности, надвигаясь необратимо, как всадники смерти. Отобранная и проверенная группа захвата знала свое дело. Несколько человек в быстром темпе вытащили из багажников с виду обычные блоки. Женя выбрался из машины, следя за тем, как отточено и быстро работают его парни. Охранники Службы Безопасности забили тревогу, включилась красная сирена, заблокировались железные двери. Женя облокотился на капот машины, наблюдая за происходящим, словно зритель в кинотеатре. Вышел вперед Марк со своим эксклюзивным планшетом, с внесенными в него схемами Службы Безопасности. Включились рубильники, блокируя все сигналы из здания, не давая им вызвать подкрепление. Шесть машин. Двенадцать профессиональных бойцов с современным оборудованием. Ворота стали не щитом организации, а щитом от них. Охранники не могли даже открыть огонь из-за этих ворот. - Сигнализация снята, двери разблокированы, - сообщил Марк, отходя в сторону. Женя подал знак к наступлению. Группа захвата в бронежилетах ворвалась на территорию Службы Безопасности, сразу ликвидируя несколько охранников на подходе. Женя с Марком шагнули следом, идя за щитом своих телохранителей. Они продвигались быстро, слаженно, почти бесшумно и целенаправленно. Оставшиеся на ночь охранники и дежурные не могли ничего сделать и никак противостоять внезапной атаке. Марк играючи снимал блокировки на дверях. Впереди шли четверо ребят с автоматами, расчищая дорогу. - Теперь на этаж ниже, - сверяясь с полученной от Жени схемой, сообщил Марк. Они всей группой перешли на лестницу. - Все чисто. Можем идти. - Второй этаж взят, - раздалось по рации. - Левое крыло под контролем. - Третий этаж свободен. - Быстро работают, - заметил Марк. – Странно, что людей так мало в здании. - Они все сейчас на вызове, - напомнил Женя. – Именно поэтому нам нужен был шум снаружи. - Ты его отлично организовал, - хмыкнул Марк. – Осталось два уровня, - сообщил он, вскрывая очередную дверь. От нетерпения начинало покалывать кончики пальцев. Их отделяло от цели каких-то две двери, два шага до того, как имена будут стерты из всех баз. Останется стереть татуировку и вперед, на свободу. Женя держал в одной руке оружие, готовый выстрелить в любую минуту, в любого, кто встанет на его пути. От этой одержимости сердце заходилось в бешеном, сумасшедшем темпе. Они спустились еще на один уровень ниже. Марк был собран и вел себя спокойно, хотя Женя ловил его возбуждение в глазах, это желание добраться до цели любой ценой. Еще один блок открыт. Несколько выстрелов и охранники на этаже падают на пол без единого шанса на выживание. - Чисто, - отчитался командир группы, подав знак выдвигаться вперед. Женя с Марком шагнули дальше, входя в чистый, пустой коридор, освещенный светом люминесцентных ламп. Пара шагов и свет гаснет. - Они добрались до генератора, - предположил Марк. Все остановились, вслушиваясь в тишину. Легкое волнение пробегает по венам, но Женя быстро от него отделывается, включая наушник. - Рысь, что у вас? – запросил он ответа. - Один проныра добрался до генератора света. Тут темень полная, и система такая, что не разберусь, - после одного выстрела, отчитался мужчина. - Там должна быть кнопка удаленного доступа, - вступил в разговор Марк. – На верхней панели. Нашел? - Блять, да тут до хрена этих кнопок! - Она синего цвета, - подсказал Марк. - Нашел. Нажимать? - Да. Я сейчас подсоединюсь, подожди. Минуты две все стояли в полной тишине и темноте, разгоняемой только подсветкой планшета Марка и его сосредоточенным лицом. - Я в их системе и снял все пароли. Включай запасной генератор. Где-то там должен быть рубильник. - Нашел. Секунда и свет снова загорелся. Женя выдохнул. - Двигаемся дальше, - бросил он остальным и шагнул вперед. Еще один уровень ниже, и они почти у цели. Температура помещений стала значительно ниже, что говорило о том, что они на правильном пути. Система охлаждения работала на высшем уровне – по всему периметру коридора датчики, которые сходили с ума от несанкционированного проникновения, мигали красные лампы, оповещая о вторжении. Но Марк на ходу отключал все защитные механизмы, разоружая эту крепость до основания. Они прошли небольшой пролет лестницы, оказываясь в новом секторе. Белые стены из специальных охладительных ячеек, новые защитные системы, а впереди за толстым стеклом в конце коридора, наконец, замаячила комната главного сервера. - Останетесь снаружи, - приказал он своей группе, когда те проверили безопасность коридора. Им нужно было не только войти, но и выйти отсюда. Марк разрушил последние преграды, и стеклянные автоматические двери разъехались в стороны. Несколько железных агрегатов со множеством мигающих лампочек смотрелись красиво. Женя подошел ближе. - Ты займись сервером, а я очищу камеры наблюдения, - Женя подошел к простым компьютерным системам в углу помещения. - Не думал, что когда-нибудь мне придется взламывать защиту такого уровня, - хмыкнул Марк, откладывая планшет и начиная переключать красные датчики. - Ты всегда отличался высоким интеллектом, - выводя на экраны камеры, Женя приготовился удалять записи, но внезапно его взгляд зацепился за фигуру на входе в здание. – У нас гости. - Тут парень, говорит, что с нами, - раздалось в наушнике. - Впустите, - хмыкнул Женя. - Кто там? – не оборачиваясь, Марк колдовал над железным монстром. - Ванька. Ты ему, что ли, сказал об операции? – Женя не расстроился приходу старого друга. Это вообще казалось ему символичным – встретить начало падения Империи втроем. - Он имел право знать, - пожал плечами Марк. - Проводите его вниз, - приказал Женя по рации и вернулся к удалению записей. Через минуту раздался громкий писк и щелчок. - Что за… Женя обернулся и встал. - Что такое? – смотря, как на дисплее сервера начинает крутиться полоска цифр, Женя почувствовал легкую тревогу. - Понятия не имею, - Марк напряженно пытался остановить безумство устройства, но на его действия машина не реагировала. – Я же снял защиту! - Успокойся, - резко произнес Женя, видя, как нервно дрогнули пальцы Марка над клавиатурой. – Попробуй еще раз. - Я не … не могу. Черт, Жень, я не управляю ей! - выдохнул Марк потеряно. – Словно, что-то блокирует. - Твою мать, что тут может блокировать?! Мы внутри сервера! – раздраженно бросил Женя, злясь на себя за то, что не понимает ни черта в этой системе. – Разберись с этим, Марк, - угрожающе прошипел он. Марк снова пробежался пальцами по клавиатуре, дернул за несколько датчиков, но изменений никаких не произошло. Наоборот, один за другим загорались защитные красные лампы, которые гореть не должны! Тихий шепот распахнувшейся двери вывел их обоих из оцепенения. На пороге стоял Ваня. Только увидев его, Женя уже понял - что-то не так. Посеревшее лицо друга было измученным и усталым, а его вечная жизнерадостная улыбка сегодня пряталась за упрямо сжатыми губами. Ваня держал что-то в кармане, сжимая руку в кулак. Гулкие шаги в коридоре и участившееся сердцебиение, от которого начинало шуметь в ушах. Пара секунд и в зал один за другим вошли Сергей и Максим. Жене казалось, что он проваливается в какую-то бездонную пропасть, полную пугающей темноты. Головой Женя уже все понял, но сердце отказывалось признавать. Лицо Максима было бесстрастным, совершенно отрешенным, как у робота. Но Жене было на это плевать, он перевел взгляд на Ваню, на парня, с которым провел столько лет бок о бок, которого почти считал своим другом. Этот улыбчивый, добродушный паренек, который мог поддержать парой ласковых слов, вселить надежду на то, что когда-то будет хорошо. Этот мальчишка, который в Академии прибегал к нему за помощью и ластился, как котенок. - Ты сдал нас, - прикусив губу, хмыкнул Женя. - Что? Ваня, ты… Марк переводил взгляды с одного на другого, скользнул взглядом к двери, в которой появились два работника в форме Службы Безопасности, и все понял. Женя не мог сдержать боли. Он ожидал предательства от кого угодно, но не от Вани. Только не тогда, когда он был почти у цели, когда был в шаге от свободы. Удар в спину был настолько болезненным, что перехватывало дыхание. - Ну ты и сволочь, - выдохнул Марк потрясенно. - Почему? – сглотнув комок в горле, Женя не сводил глаз с Вани. - Это все для тебя, - в больших глазах читалась вина и решимость. – Дайте нам две минуты, - повернулся он в сторону представителей Службы Безопасности. Те согласно кивнули. Жене хотелось кричать, рвать и метать. Схватить оружие и перестрелять всех. Сердце истекало кровью от самого болезненного предательства в его жизни. - Ты зашел слишком далеко, Жень, - произнес Ваня. – Ты перестал различать добро и зло, совсем обезумел! Ты собирался убить наши семьи… Женя перевел дыхание, чтобы собрать себя из разлетевшихся частей. Он смотрел только на друга, сдерживая бурлящий вулкан эмоций внутри, ярость, которая расползалась по венам. - Ты забыл, благодаря кому ты попал в свою обожаемую семью? – выдавил Женя из себя, пылая злобой. – Забыл, благодаря кому ты жил припеваючи десять лет?! Благодаря мне, черт тебя дери, ты еще жив! - Я… тебя нужно было остановить … Ваня смотрел на него, как беспомощный щенок. Но Женя сейчас ненавидел эти большие, невинные глаза. Он сжимал кулаки и сходил с ума, растворяясь в своей ярости, распадался на молекулы, без возможности восстановления. - Ради меня? – истерично рассмеялся Женя. – Ты хоть знаешь, через что я прошел, Ванюша? – медленно надвигаясь на него, процедил он. – Благодаря МНЕ ты сидел в своем красивом замке и не сталкивался с настоящим миром! А я пошел в самый ад, Вань. Чтобы выжить, мне пришлось идти по горло в грязи. - Ты мог все изменить! Не отвечать жестокостью, дарить любовь… - Любовь, говоришь? – жестко усмехнулся Женя. – А ты попробуй что-нибудь изменить, когда тебя ебет в шестнадцать лет взрослый мужик? – хлестко, словно пощечина, бросил он. - Пережить можно, собрать сопли в кулак и жить дальше. А как тебе – теснота собачей конуры, когда чувствуешь, как что-то ломается внутри тебя, когда не выдерживают нервы, и ты ревешь от страха? Об этой любви ты говоришь? Женя видел, как слезы бегут по щекам друга, и сам почувствовал горькую горячую дорожку на своем лице. - Отойди от него, - вышел вперед Сергей. Женя чувствовал, что рассыпается. Злость была безграничной, яркой, безумной. От предательства Вани хотелось выть диким зверем. Женя оскалился в ответ. Он в одно резкое движение вытащил припрятанный в рукаве нож, оттолкнул Сергея и бросился вперед, вонзая острие ножа в грудь бывшего друга. Целясь прямиком в сердце, желая вспороть этого человека, вырезать ему все внутренности и распотрошить по всему миру. - Женя, нет!!! - Начну я, пожалуй, убивать с тебя, - зло прошипел Женя на ухо задыхающегося парня перед тем, как его оттащили. В помещение ворвались люди. Никитин что-то кричал, держа окровавленное тело своего чалова. Вырывающегося и сопротивляющегося Марка выводили из помещения. Его крики разносились на весь коридор, но снотворное в шею убавило громкость. Женя мог бы справиться с несколькими охранниками, мог попытаться выбраться отсюда, но он только смотрел, как кровь расползается по полу, как Ваня по-прежнему виновато и сочувственно смотрит на него, находясь на грани жизни и смерти. Суета вокруг уже ничего не значила. Кто-то выбил из его рук нож, надели наручники, оттаскивая к выходу. Женя бросил взгляд на Максима, что молчаливой статуей стоял в стороне. - Следующим будет твой отец, - произнес Женя с улыбкой безумного маньяка. Женя хотел отделаться от рук, что держали его, но укол в шею спутал его планы.