Слабость - в жажде власти

Рамси. С того самого дня, когда Русе официально признал своего сына лордом, освободив от ношения позорной бастардской фамилии Сноу, сон Рамси стал гораздо спокойнее и даже слаще. Сквозь пелену ночных видений молодой Болтон почувствовал нежные теплые прикосновения женских рук, любовно плывущих по его торсу, но это совсем не прельщало его. Нахмурившись, он с хриплым стоном отстранился от надоедливой Миранды и поспешил отвернуться от дочери псаря. Девушке не стоило брать на себя слишком много. Теперь его фамилия Болтон, и легкодоступная девка в лице Миранды попросту не могла быть ровней настоящему лорду. Правда, самой девушке так не казалось. Не обратив внимания на недобрый настрой своего господина, темноволосая девица вновь сократила расстояние между их телами и прильнула к Рамси со спины. Ненасытные ловкие пальцы поползли по мужской груди, пухлые губы Миранды тронула лукавая улыбка. - Если ты не дашь мне поспать, я более не позволю тебе оставаться здесь на ночь, - строгий голос, неожиданно разорвавший гладь тишины, вынудил девушку застыть. Она была, пожалуй, единственной во всем Дредфорде, кому Рамси позволял гораздо больше, чем другим, но Миранда знала, что означал напряженный, холодный голос, только что прозвучавший в покоях: в ту минуту шутки были неуместны. Сглотнув, девица неохотно вернулась на свою половину кровати, сильнее зарывшись в тяжелую медвежью шкуру, но вскоре вздрогнула, когда услышала громкий нетерпеливый стук в дверь. - Забери Иные стоящего за этой дверью! – клацнув зубами, Рамси скоро поднялся на ноги и быстрыми широкими шагами направился встречать непрошеных гостей. Грубый голос одного из мужей охраны прогремел из-за деревянной преграды: - Мой Лорд, - взволнованно позвал он, - позвольте войти. Случилось.. горе! Исходя злобой, Рамси выпрямил спину и, играя желваками, резким движением распахнул дверь. Готовый было говорить, мужчина, с опущенной неряшливой бородой и маленькими поросячьими глазками, в немом удивлении уставился на своего господина, показавшегося перед ним полностью обнаженным. - Это что же за столь неотложное горе дало тебе право будить меня на рассвете? – спокойный, пропитанный угрозой тон вызвал у мужчины дрожь в пальцах. - Ваш отец… - с трудом выдавливая слова, он запнулся, глазами уловив движение за спиной молодого Болтона. Заметив сей жест, Рамси обернулся. Взгляд его упал на Миранду, сидящую на кровати и натягивающую шкуру медведя на округлую оголенную грудь. - Так что там с моим отцом? – нервно спросил он, раздраженный нерасторопностью человека, потревожившего его покой. Серо-голубые глаза его по-прежнему следили за девушкой. - Он ранен, мой Лорд, - наконец, на выдохе произнес бородатый мужчина, - мейстер говорит, что сегодня ваш отец… умрет. Слова о скорой кончине Русе Болтона еще несколько секунд отзывались в ушах Рамси, пока с его губ не сорвалось: - Пошла отсюда. Трудно сказать, кто тронулся с места быстрее: охранник, замерший в дверях, или же Миранда, к которой и были обращены слова. Соскочив с кровати, девушка наскоро накинула на себя вещи, небрежно валяющиеся на полу, и покинула опочивальню вслед за гонцом, принесшим плохие новости. Отчасти плохие. Рамси удалось найти отца в его спальне. Но первым лицом, встретившим его в дверях, оказался старый сморщенный благодаря тяжелым временам мейстер, вот уже много лет прислуживающий семье Болтонов. - Мой Лорд, - в отчаянии произнес старик, почти вплотную приблизившись к Рамси, чем вызвал его резкое недовольство. - Оставьте нас, мейстер, - сухо бросил он, - мне и моему отцу нужно поговорить. С глазу на глаз. Древние, наполовину ослепшие глаза пораженно уставились на молодого Болтона. Рамси пришлось вопросительно вскинуть одну бровь, дабы старец, наконец, понял, что тот говорит с ним как никогда серьезно. - К-конечно, мой Господин, - откланявшись, мейстер наспех прошаркал к двери и вскоре скрылся за нею, оставив сына наедине с отцом. Русе, которого уложили в постель прямиком в одежде и обуви, тяжело дыша, сквозь полузакрытые глаза рассматривал высокий потолок, покрасневший благодаря яркому утреннему зареву. Он не мог видеть довольной хитрой улыбки, проявившейся на бледном лице сына. - Отец, - почти прошептал Рамси, подойдя ближе и напустив на себя серьезное опечаленное выражение лица. Ношение разномастных масок давалось ему как никому другому. - Сын, - отозвался Лорд Болтон. Кулаки его внезапно сжались. – Ты должен послать за ними! Девчонку нельзя отпускать.. - Что? – не осведомленный о произошедшем, Рамси едва ли понимал, о чем говорит его отец. – Какую девчонку? - Наследницу Таронсов, - пыл мужчины сошел на нет, когда тот осознал неведение мальчишки. Наморщив нос от подступившей боли, он поднялся на локтях и, ухватив Рамси за грудки одной рукой, быстро продолжил. – У меня осталось мало времени, поэтому слушай внимательно, Рамси. Совсем скоро ты станешь главой Дредфорда, единственным лордом Болтоном. Ты помнишь наши планы, касающиеся Ланнистеров? – не произнося ни слова, сын понимающие кивнул, - у нас появился шанс. Семья Таронсов не вымерла. Осталась девчонка, последняя из их рода. И сейчас она в компании своего рыцаря удаляется от стен нашего замка. Ты должен схватить ее, - с каждым словом голос Русе становился все тише, а произносимая речь менее четкой и ясной. Мука, окутавшая слабеющее тело, не позволяла мужчине закончить начатое. – Отдай ее Ланнистерам. Мы должны наладить с ними союз. Любыми способами…. Ты должен, слышишь? - Я сделаю, как ты просишь, отец. Мои собаки быстро отыщут ее, - уверенным тоном успокаивал он Русе. - И моя жена… - будто опомнившись, добавил Лорд Болтон, громко сглотнув и зажмурившись. Хватка его ослабла. Сказав самое важное, он позволил своим пальцам разжаться, дав Рамси свободу, - она должна остаться здесь. Только по своему желанию Уолда отправится домой. Наблюдая за умирающим, в чьих глазах жизнь давно начала меркнуть, превратив и без того бледные радужки в почти прозрачные, Рамси позволил себе оскалиться в ухмылке. - Прости, отец, - сладко произнес он, только теперь по-настоящему почувствовав себя единственным Лордом Дредфорда, - глава теперь здесь я. А эта жирная, поедающая все, что видит, свинина мне здесь не нужна. Зато, думаю, мои псы обрадуются сочному мясу с прослойками. Почти полностью сомкнутые глаза Русе в мгновение распахнулись, когда смысл слов Рамси достиг его сознания, но было уже поздно: густо набитая перьями подушка накрыла его лицо. Тело Болтона слишком ослабло, чтобы сопротивляться, да и зачем? К собственному удовольствию, Рамси заметил, как быстро отец сдался, отдав ему свою жизнь. Казалось бы безобидное орудие убийства вернулось на свое привычное место, Рамси же, подарив мертвому лику отца последнюю улыбку превосходства, отправился за мейстером и столкнулся с ним почти в дверях покоев усопшего. - Теперь у вас новый Лорд, мейстер, - равнодушно сообщил Рамси, огибая старика, - мой отец скончался, не успев и договорить со мной. Сморщенные губы дрогнули, собираясь произнести что-то, но молодой Болтон, обойдя мудрого старца, направился к охране, ничуть не заинтересованный в разговоре. - Кенсел, - позвал Рамси невысокого, но довольно упитанного мужчину средних лет. Завидев господина, тот поспешил выпрямить спину и приподнять обросший крутой подбородок, – возьми с собой 10 людей и моих собак. Прямо сейчас отправляйтесь на поиски девчонки и ее рыцаря. - Слушаюсь, Милорд, - доспехи еще несколько мгновений гремели в коридоре по мере удаления фигуры их обладателя. Рамси не терпелось увидеть девчонку. Ему доводилось слышать россказни о старинном роде Таронс, который около пятнадцати лет назад был подчистую вырезан Золотыми Львами за некое предательство. Конечно, детали той недолгой кровавой расправы были ему неизвестны, ведь те давно затесались среди лживых выдумок и глупых легенд, но одно он знал точно: единственная наследница Таронсов могла оказаться крайне полезной. Охрана вместе с изможденными оголодавшими псами вернулась через три часа. Пыльные, грязные и плохо пахнущие мужчины в нескольких словах рассказали своему лорду о том, что найти им удалось не более чем один труп рыцаря. Девушки нигде не было. - Труп кинуть псам, - распорядился Болтон, заключив подбородок между пальцами. – Как далеко вы зашли? - Достаточно далеко, Милорд, - все еще запыхавшийся, тяжело дыша, отвечал Кенсел, - но… мой Лорд, случилось нечто странное, - мужчина замолчал, осекшись, и это по-своему позабавило Рамси. - У тебя такое лицо, будто в лесу тебе и твоим людям явилось приведение, - усмехнулся он, откинувшись на спинку некогда отцовского, а теперь его личного кресла. - Не совсем. Ваши псы… чем дальше в лес мы забирались, тем неувереннее они себя вели. А в конце собаки точно обезумили: принялись виться вокруг себя, поскуливать и порываться домой. Они были чем-то напуганы. - Или кем-то… - закончил он за мужчину и опустил задумчивый взгляд на сложенные на столе ладони, сомкнутые в замок. – Иди, ты свободен. Только сперва пришли ко мне мейстера и… Вонючку. - Слушаюсь, Мой Господин. Вонючка - некогда гордый и улыбчивый Теон Грейджой - показался на пороге первый, что было Рамси как раз на руку. - Привет, Вонючка, - широко улыбнувшись, Болтон подошел к пленнику почти вплотную и приобнял того за плечи. - Что я могу сделать для моего Господина? – дрожащее поскуливание Теона приводило Рамси в состояние эйфории. Что может быть лучше осознания того, что именно твои руки и острый язык сломили стоящего рядом человека, забрали у него титул Лорда и дали жалкое прозвище. Рядом с ним стояло его личное творение. - Миледи Болтон. Мне нужно встретиться с ней. В псарне. Через час. Ты понял меня? - Так точно, Милорд. Я могу идти? - Беги, - почти шепотом выдал Рамси, с нескрываемым наслаждением смотря вслед излюбленному детищу. Впереди его ожидал разговор с мейстером. Пусть девчонке Таронс и удалось сбежать, он выполнит обещание, данное отцу, только чуть иным способом. В голове Рамси еще несколько дней назад назрел дельный план, способный привести род Болтонов, Баратеонов и Ланнистеров к союзу. - Милорд? – голова старика показалась из-за двери. - Проходите, мейстер. Мне нужно, чтобы сегодня вы отправили письмо в Королевскую Гавань. Прямиком королеве-регентше. И как можно скорее. Джон. Весть о смерти отца превратила и без того ненавистные Джону будни на Стене в невыносимую муку. Эддарда Старка публично объявили предателем и казнили. Сама мысль об этом не укладывалась у Сноу в голове, ведь его отец был самым честным и преданным человеком из всех, что он знал. Но спорить с истиной он не мог: лорд Старк был на самом деле мертв. В ту самую минуту, обуреваемый мыслями о семье, Джон сидел возле чардрева в компании Сэмвела Тарли. Через час он должен был произнести клятву, которая навсегда привязала бы его к Стене, навсегда сроднила бы с черными братьями и лишила возможности любить и иметь собственных детей. Ранее Джону казалось, что, родившись бастардом, он угодил в капкан, и не имеет никакого права выбирать. Леди Кейтилин вот уже двадцать лет воротила глаза – стоило ему лишь показаться рядом, сводные братья и сестры… он мог лишь гадать, какие на самом деле мысли крылись в их юных умах. Но теперь, когда его отец был мертв, а Роб начал созывать знамена севера, дабы выступить против Ланнистеров, Джон осознал, что у него есть выбор, и он был всегда. Теперь он действительно знал, что ему стоит делать. Через час, стоя в шеренге плечом к плечу с будущими членами Дозора, раз за разом проматывая в голове собственные слова, Джон ждал лишь одного вопроса, должного прозвучать из уст Лорда Командующего. - Здесь и сейчас, произнеся клятву, вы отдадите свою жизнь Дозору, - угрюмым, но громким голосом вещал Мормонт, строгим взглядом обводя уже обученных новобранцев. – И сейчас самое время сказать «нет», если вы не готовы к подобной участи. Ночной Дозор это вам не титьку у мамки сосать. Здесь вы превратитесь в мужей, заступников Семи Королевств, чьи враги находятся лишь к Северу от стены. Есть ли среди вас те, кто хочет отступить? - Я, Лорд Командующий, - голос Джона, уверенный и твердый, нарушил нависшую среди присутствующих тишину и привлек к себе всеобщее внимание. - Лорд Сноу? –издевка в голосе Мормонта не могла не задеть Сноу, но, несмотря на это, он сдержал недовольство. Он твердо решил, что должен уйти. – Почему я не удивлен. Парень бастард. Никто из нас и не сомневался в том, что изнеженный милорд истоскуется по теплу и уюту. И мы оказались правы, так, Джон Сноу? Отведя глаза, Джон заметил на себе заинтересованные взгляды рядом стоящих братьев и почувствовал укол совести и вместе с тем злобы. Они считали его слабаком, мальчишкой, привыкшим к удобствам большого замка и роскошным нарядам, но они ошибались. - Вы не правы, - без доли страха выпалил бастард, сделав шаг вперед, выйдя из строя. – Мой отец, лорд Старк, был казнен, и теперь я нужен своему брату. Нужен всей семье, Лорд Командующий. Я сделал свой выбор. - Не думаю, что пара рук и ног вкупе с одной кучерявой черной головой сильно помогут твоему брату Роббу, бастард, - твердо отчеканил Мормонт, - но это, действительно, твой выбор. Пожалуй, ты здесь единственный, имеющий право выбирать. Ты пришел на Стену добровольно. Если хочешь вернуться под материнское крыло, иди. Проваливай прямо сейчас. Но сперва подумай: были бы твой отец, а также пропавший без вести дядя Бенджен горды тобой? - Они были бы горды мною при любом раскладе, - с трудом вымолвил Джон и поспешил покинуть строй. Пересекая двор, он чувствовал спиной удивленные и в то же время завистливые взгляды других ребят. Мормонт был прав: никто, кроме него, не имел возможности выбирать между Дозором и свободной жизнью в стенах дома. Но вины Джона в этом не было. Каждый из них собственноручно сколотил себе такую судьбу. Наспех, дабы не передумать, без конца прокручивая в голове оскорбительные речи Лорда Командующего, Сноу собрал вещи, что могли понадобиться ему в дороге, и отправился в конюшню, где его уже ожидали Сэм, Пип, Гренн и Жаба. - А вы что здесь делаете? – удивился Джон, принимая из рук конюха приготовленного для него скакуна. - Я здесь, чтобы попрощаться, - тоскливо произнес Сэмвел, окидывая Джона недоверчивым жалобным взглядом. - А нас, - начал Жаба, задрав нос, - Мормонт отправил сопровождать тебя до Винтерфелла. Он сказал, один ты едва ли доберешься до дома. Пусть даже в компании Призрака. Сейчас настали мрачные времена, Лорд Сноу. - Прекрати называть меня лордом! – в последнее время Джон уже начал привыкать к своему «высокому» прозвищу, но теперь, когда он возвращался домой, оно вновь казалось ему обидным. – Я еду домой не потому, что хочу сидеть в тепле у камина. - Мы знаем, Джон, - улыбнулся Сэм, поглаживая морду коня. - Да, - подхватил Гренн, - просто нам всем тоже чертовски хочется свалить отсюда. У меня уже все яйца отмерзли на этаком холоде, а ведь зима еще даже не наступила. - Мне жаль... братья, - слово «братья» слетело с губ Джона неуверенно, и он почувствовал привкус сожаления. Все-таки он успел сродниться с этими ребятами и ему будет их не хватать. - Кстати, а где Призрак? – оглядевшись по сторонам, Пип выдохнул клубок пара и сильнее укутался в черные одежды. - Он охотится. Не беспокойтесь, Призрак присоединиться к нам по пути. А теперь нам пора ехать. - Джон, - позвал Сэм, крепко обняв Сноу, не столь давно ставшего ему другом, - спасибо тебе. За то, что не позволил съесть меня с потрохами. - Ты теперь с мейстером? - Да. Благодаря тебе, - освободившись от крепкой теплой хватки Сэмвела Тарли, Джон кивнул, довольный собственным поступком. - Так ты знаешь? - Я сразу догадался. Просто так никто бы меня не принял, - добрая улыбка на лице толстяка отчего-то придала Джону сил и, главное, уверенности в правоте собственного выбора. Ему не хотелось прощаться с Тарли. С самого первого дня Сноу чувствовал некую ответственность за этого парня и теперь с трудом мог оставить его одного. Но он понимал, что из Сэма вышел бы негодный провожатый, поэтому, еще раз обняв друга, Джон в компании теперь уже троих ворон отправился домой. В Винтерфелл.