Этюд дождя и снега

Месяц Осенних Скал 396 года Круга Волн * * * Дождь начался ближе к концу уроков. Валентин поднял голову от учебника и взглянул в окно — асфальт мгновенно потемнел, с начинающих желтеть листьев закапала вода. Интересно, какая сейчас погода в Доннервальде, и брать ли с собой зонт. Пожалуй, стоило — как-никак, начало осени. Ветровка тоже не помешает. — А я зонт забыл, — Арно, словно прочитав мысли, перехватил его взгляд и тоже засмотрелся в окно. Капли шелестели по стеклу, хотелось открыть окно и вдохнуть влажный уличный воздух. Они сидели за одной партой — предпоследняя в ряду у окна. Раньше Валентин сидел впереди, а Арно в ряду у двери, но после зимы они стали садиться вместе. Постепенно все к этому привыкли, в конце концов, оба учились в музыкальной школе, и их дружба никого не удивила. — Тебя проводить? — шепнул Валентин, косясь на учителя. Вроде пока они к себе внимание не привлекли. — Да нет, добегу, если дождь не закончится, — улыбнулся Арно. — Или маме позвоню, встретит с автобуса. Все равно будет волноваться, что я забыл, что не забыл, будто на месяц куда-то собираюсь, а не на выходные, — он тоже опасливо взглянул на учителя и, понизив тон, продолжил. — Когда встречаемся на вокзале? — В два тридцать общий сбор, — ответил Валентин, делая вид, что изучает нужную страницу в учебнике. — Поезд без пяти три. Билеты нам отдаст учитель на месте. — Ага, — Арно рассеяно пробежал глазами начальный параграф и отодвинул учебник. — Давай тогда в два двадцать у старого дуба при входе? Где обычно? — Давай. — Еду не бери, — спохватился Арно. — Мама собиралась сделать сэндвичи нам обоим. — Поблагодари ее за меня. — Обязательно. Скорее бы уже уроки закончились. — И так день сокращенный из-за экскурсии. — Вот и хорошо. Сил моих больше нет тут сидеть. — Савиньяк! Придд! Вас рассадить? — Прошу прощения, профессор, — Валентин выждал положенную паузу и ткнул Арно локтем. — Зонт не забудь. — Ага, — Арно что-то черкал на полях учебника, явно погруженный в собственные мысли. Дождь продолжал идти, и слушать стук капель по оконному стеклу почему-то было приятно. * * * Раньше Валентин не любил школьные экскурсии. В первый учебный год в Торке он пропустил их, и был этому только рад. Но после сближения с Арно экскурсии стали для него чем-то совершенно особенным, чем-то, что Валентин ждал с нетерпением и, пожалуй, некоторым волнением. Среди прочего, экскурсии стали для них возможностью побыть наедине друг с другом, в одном гостиничном номере — всех всегда селили по двое, и можно было воспользоваться шансом и хотя бы несколько дней побыть вместе без родителей и родственников. Только вдвоем. Можно было целую ночь валяться на кровати и разговаривать о чем угодно. Или не только разговаривать. Прошлой весной, когда после окончания учебного года их класс на неделю ездил в Хексберг, они впервые попробовали то, что не делали раньше. Помимо этого события, та неделя запомнилась Валентину солнечными бликами на воде, соленым, слегка рыбным запахом Устричного моря и окутанной туманом вершиной Энтенизель. Жалко, что Хексберг был портовым городом — море явно не подходило для купания, но все равно было здорово. Арно, забравшись на какой-то валун у самой кромки воды, рассказывал ему тогда о Нуху и Холтийском море, а Валентин улавливал скорее просто звук его голоса вместе с шумом волн, нежели смысл, и в тот момент был совершенно счастлив. Вот и нынешнюю экскурсию в Доннервальд Валентин предвкушал с нетерпением. Им предстояла пятичасовая поездка на скоростном поезде, гостиница и ужин перед тем, как все разойдутся спать. На следующий день — экскурсия в развалины старой доннервальдской крепости и местный Исторический музей. Впрочем, свободное время тоже полагалось, и Валентин заранее скачал путеводитель, собираясь посетить наиболее интересные места — вместе с Арно, если тот захочет. Август, пожертвовав обедом на работе, подбросил Валентина на вокзал, посигналив на прощание фарами. Валентин помахал ему рукой, поправил рюкзак и отыскал взглядом Арно — тот, как и договаривались, устроился на скамейке у подножия высокого дуба при входе на вокзал. Дождь прекратился, в просветах между облаками виднелось пронзительно ясное, словно нарисованное акварелью небо, а в воздухе застыло то самое чувство — словно вот-вот должно начаться какое-то удивительное приключение. Валентин любил это ощущение предвкушения дальней дороги, он писал о нем много раз в набросках песен и мелодий. Интересно, ощущал ли Арно нечто похожее? Спросить он почему-то постеснялся. — А зонт я все же забыл, — сообщил Арно вместо приветствия. Помимо рюкзака рядом с ним стоял объемный пакет, похоже, с фирменными сэндвичами госпожи Савиньяк. — Интересно, что еще я забыл. — На месте выяснишь, — усмехнулся Валентин, уже привыкший к некоторой рассеянности Арно в бытовом плане. — Это точно. Держи, — тот пододвинул пакет. — Мама сделала столько еды, словно нам дня три ехать, а не несколько часов. — Ну, учитывая, что обед мы сегодня вынужденно пропустили… — Вот-вот, и она так же сказала, — Арно закатил глаза. — Еле уговорил не провожать меня на вокзал. Вообще к нам Ли должен скоро приехать в отпуск, — поделился он. — Наверно, привезет вина от Эмиля — у него своя винодельня, я не рассказывал? И отец тоже с базы приедет ненадолго. Валентин невольно вспомнил о Джастине — лекции еще не начались, поэтому он со спокойной душой бездельничал дома под неодобрительным взглядом отца. Может, позвать его в Торку хотя бы на несколько дней? Ирэна не будет против. Хоть пообщаются подольше. Наверно, стоит познакомить его с Арно? Конечно, Валентин и так много рассказывал о нем, но просто как о друге. А если… — Идем, — Арно дернул его за рукав, возвращая к реальности. — Наши уже начали собираться. Надо найти учителя и взять билеты, а то лучшие места расхватают. * * * В поезде Валентин задремал, откинувшись на спинку мягкого сидения. Арно подавил мимолетное желание накрыть его своей джинсовкой и осторожно укрыл курткой самого Валентина. Кажется, этого жеста никто не заметил, и хорошо. Учителя что-то обсуждали, сидя в начале вагона, а остальные — кто ел, кто играл в карты. Арно тоже предложили, но он отказался, и теперь сидел и смотрел в окно на пролетающие мимо поля и горы, реки и леса — кое-где шел дождь, кое-где было солнечно. Он вытащил сэндвич из пакета и зашуршал фольгой, распаковывая. — Савиньяк, поделишься? — послышался голос Карла — одноклассника — из-за спинки кресла. — Держи, — Арно протянул три оставшихся сэндвича. — Эдварду и Дженнифер тоже кинь, — это была своеобразная традиция, а то Арлетта Савиньяк всегда готовила сыну в дорогу больше, чем нужно. — Ага, — Карл тоже зашуршал фольгой. — Спасибо. — Да не за что. — Придд спит, что ли? — Да. Погода располагает, я и сам мечтаю о шадди. — Может, сходим и купим? — Да как-то лень, — Арно бросил взгляд в сторону Валентина. Почему-то не хотелось уходить от него. Глупо, наверно. Но присутствие Валентина рядом стало чем-то очень важным. И так все лето не виделись, тот снова уезжал к своим в Олларию. Валентин говорил, что хотел бы остаться в Торке, но вряд ли семья поймет причину отказа приехать. Арно сам тогда сказал, чтобы тот, конечно, ехал, но, как оказалось, успел по нему соскучиться, и даже очень, несмотря на то, что они переписывались в чате почти каждый день. Арно не думал, что когда-нибудь вот так «попадет», но… но. Валентин оказался особенным — с его музыкой, с его словами и признанием, которое было настолько умело скрыто в мелодиях, что поди разбери. Однако разобрал же. И не ошибся. И это оказалось здорово. Родители, конечно, в жизни такое не примут, да и Ли, пожалуй, тоже, но менять свой выбор Арно не собирался. Но, если он так и продолжит сидеть и пялиться на спящего Валентина, их не так поймут. — Хотя, знаешь, идем. А то хочется не только шадди, но и шоколада. — Давай у Дженнифер попросим, у нее всегда есть шоколадки. — Думаешь, даст? — Тебе? Да хоть мешок. — Обойдусь одной. И шадди с молоком. — Идем. А то нам еще ехать и ехать. Эд, ты с нами? * * * Когда Валентин вышел из душа, на ходу вытирая волосы, Арно как раз запирал дверь их гостиничного номера. Из коридора доносились веселые возгласы и смех. — Только что отвязался от Карла с компанией, — сообщил он с улыбкой. — Приглашали к себе. Вроде протащили с собой в рюкзаках торкского светлого и предлагали использовать по назначению. — А у тебя другие планы на вечер? — усмехнулся Валентин уголком рта, отбрасывая полотенце на спинку стула. — Абсолютно другие, — подтвердил Арно, подойдя к Валентину и положив руки ему на плечи. — К тому же я не люблю пиво, лучше уж вино. Наверно, из-за Эмиля, — рассмеялся он. * * * За окном луна то и дело скрывалась за облаками, а ветер шелестел листвой. По дороге внизу проезжали редкие машины, свет фар скользил по потолку комнаты. — Здорово здесь, правда? — судя по тону, Арно улыбался. — Мы еще город толком не видели. — Завтра увидим. Ты, вроде, говорил, у тебя есть планы на свободное время после экскурсий и обеда? — Да, я отметил несколько интересных мест. — Магазин музыкальных инструментов на пересечении Феррской и Хербстландской улиц в эти места входит? — Когда ты успел изучить карту города? — Валентин удивленно приподнялся на локте. — Пока ты бессовестно дрых в поезде, — хмыкнул Арно. — Так сходишь со мной в магазин? — С удовольствием. — А еще я заметил, что… Они продолжили болтать еще некоторое время — обо всем подряд, как обычно делали, когда были вдвоем. Вскоре Арно уснул, Валентин ощущал его легкое размеренное дыхание на коже. На экскурсиях они всегда спали в одной кровати. Он подтянул одеяло повыше, чтобы накрыть обоих, и повернулся на бок, приобняв Арно одной рукой. Тот пошевелился и снова затих. Почему-то захотелось сказать это именно сейчас — вряд ли Валентин набрался бы храбрости признаться Арно просто так, но пока тот спит… — Я люблю тебя, — произнес он шепотом, словно пробуя эти слова на вкус, и одновременно все больше убеждаясь в их правдивости. * * * С утра шел дождь, но когда Валентин после завтрака разбудил Арно, из-за облаков выглянуло солнце. — Ну вот, обнаружил, что еще забыл, — Арно вышел из ванной уже полностью одетый. Валентин вопросительно взглянул на него и продолжил собирать свой рюкзак для прогулки. — Сменные линзы, — Арно выразительно поморщился и нехотя достал футляр с очками из бокового кармана рюкзака. — Придется так, а то не разгляжу толком, чего там учитель будет показывать. Не то что бы хотелось, но… — Есть хочешь? — Нет, какое там есть в такую рань, — Арно зевнул. — Вот от шадди я бы не отказался. — Рядом с крепостью наверняка есть кафе, можно будет взять что-нибудь с собой. Правда, цена будет соответствующая. — Это точно, — хмыкнул Арно, накинул джинсовку и подхватил рюкзак. — Готов? — Да. Идем. Арно историю не любил, предпочитал творческие предметы — рисование, музыку, иностранные языки. Он писал довольно неплохие сочинения и эссе на талиге и дриксен. А вот Валентину нравилось слушать про давние сражения и про то, как все было раньше, нравилось представлять далекие земли и прошлое. Поэтому на экскурсии Арно ожидаемо, скучал, перешептываясь о чем-то с Карлом и Эдвардом, а Валентин слушал учителя, конспектируя уже по привычке для обоих — Арно потом все равно попросит переписать. Как и половина класса. После экскурсии все вместе пообедали в небольшом кафе, а потом разошлись кто куда — до ужина можно было прогуляться по Доннервальду самим, хотя учителя рассказали, куда стоит заглянуть, и какие будут вопросы в домашнем задании. В Доннервальдский военный музей они поедут завтра, как и в городскую библиотеку. А сегодня им разрешили заняться своими делами и просто погулять. Валентин и Арно незаметно отделились ото всех, свернув на узкую, тихую улицу. Снова пошел дождь, и они неторопливо шли под зонтом Валентина, глядя по сторонам и негромко переговариваясь. Улица поднималась ввысь и, хотя это не совсем совпадало с намеченным маршрутом, Арно предложил подняться по каменным ступенькам и посмотреть на город с холма. Там находились частные дома, но, похоже, было какое-то место — то ли чей-то открытый дворик, то ли вообще просто терраса — откуда должен был открываться вид на город и реку. — Давай наперегонки, — предложил Арно у подножия лестницы. Валентин стряхнул капли воды с зонта и сложил его — в облаках снова намечался просвет. — Что получает победивший? — А вот не скажу, — Арно первым сорвался с места. Когда Валентин добрался до него, Арно уже успел устроиться прямо на каменном ограждении, с восхищением разглядывая открывающийся вид. — Смотри, — он указал рукой вдаль, на запад. — Кажется, где-то там Печальный язык. Только сейчас не очень видно из-за погоды. Валентин кивнул. Отсюда было видно, как облака с дождем постепенно уходят, а на востоке поле уже залито солнцем. — Ты же тоже оттуда? — Арно неопределенно махнул рукой в сторону запада. — Мы сейчас на полпути, если считать от Торки или от Олларии, — сказал Валентин. — Васспард дальше, примерно столько же на поезде, за Мариенбургом и Миттером. — А как вы вообще оказались в Олларии? — Отец по работе перебрался еще давно, мне было года три, не помню толком. Джастин говорит, в Васспарде много зелени и парков. — Можно будет как-нибудь съездить, что скажешь? — На каникулы? — Ну или на выходные. Как сейчас. — А можно, — оживился Валентин. — У отца там осталась квартира, можно в ней остановиться. Он не будет возражать. А тебя твои отпустят? — Да куда они денутся. Хотя маму придется поуговаривать. А тебя? — Ирэна знает, что я самостоятельный, — усмехнулся Валентин. — Так что без проблем. Арно встал на ограду, опасно балансируя на мокрых камнях, Валентин подался было вперед, но тот уже спрыгнул на асфальт и поправил рюкзак. — Я сейчас скажу кое-что, а ты притворись, что не услышал или не понял, ладно? — внезапно произнес Арно. — А то я — можешь не верить, но это так — стесняюсь. — Ладно, — согласился Валентин, совершенно сбитый с толку. Арно подошел ближе, легкий ветер трепал его волосы. Он помолчал немного, а потом глубоко вдохнул и тихо сказал: — Я тебя тоже. Сначала Валентин и правда ничего не понял, а когда дошло, резко выдохнул, потрясенно глядя на Арно. — Так ты не спал! Тот улыбнулся. — Ну вот, как-то так, — просто сказал он. В этот миг площадка, на которой они стояли, озарилась солнечным светом — тучи унесло дальше на северо-запад, а на востоке простиралось вдаль ясное синее небо.