Вдребезги +638

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
James McAvoy, Michael Fassbender (кроссовер)

Основные персонажи:
Джеймс МакЭвой, Майкл Фассбендер
Пэйринг:
Макфасси
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Ангст, Драма, Психология, Повседневность, Hurt/comfort, AU, Первый раз, Дружба
Предупреждения:
OOC, Нецензурная лексика, ОМП, ОЖП, Элементы гета
Размер:
Макси, 281 страница, 38 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«С надеждой на продолжение!» от innalex
«За любовь без границ! )» от innalex
«Прекрасная работа!Продолжение!» от Rotfuchs_13
«Мое сердце умоляет продолжения» от Kinado
«Великолепная работа!» от Elenohcka
«За сердце вдребезги» от m_ercy
«За развороченную душу! » от широсаки хичиго
«Отличная работа!» от Хейли
«Это прекрасно!!! » от Julia128128
«Отличная работа!» от Muse333
... и еще 16 наград
Описание:
Макфасси-АУ.
Майкл - двадцатилетний гопник, у которого есть мечты, но нет денег. Джеймс - сын богатых родителей, у которого есть деньги, но нет друзей. Они настолько разные, что их притяжение друг к другу нельзя объяснить ничем. Если их разделяет пропасть - что будет, когда они встретятся на мосту через нее?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Вдохновлено тумблером:
http://chachasiki.tumblr.com/post/147897130389/campusau-young-motorcycle-player-erik-college
http://maximillianfalk.tumblr.com/post/151874701581/codenamecesare-ninemoons42-mcavoys

Коллаж к фику, автор - Kiron666. Спасибо!
http://static.diary.ru/userdir/4/1/7/6/41767/84660601.jpg

Два коллажа от Motik71. Спасибо!
http://static.diary.ru/userdir/4/1/7/6/41767/84781177.jpg
http://static.diary.ru/userdir/4/1/7/6/41767/84781178.jpg

Коллаж от eisenhardt. Спасибо!
http://static.diary.ru/userdir/4/1/7/6/41767/84868060.jpg

Коллаж от Der_Wahnsinn. Спасибо!
http://static.diary.ru/userdir/4/1/7/6/41767/84907094.jpg

18

26 ноября 2016, 19:29
      — Я не умею всем этим пользоваться, — сказал Майкл, разглядывая разложенные по обеим сторонам тарелки разнокалиберные приборы. Хирург бы вот так разглядывал рентгеновский снимок Чужого: с брезгливостью и любопытством.
      Руки Майкл держал на коленях, чтоб случайно не своротить со стола набор бокалов. Не то чтоб он был неуклюжим — просто стоит вся эта красота наверняка целое состояние, и если что-нибудь разобьётся, он не расплатится. А позволить платить за себя Джеймсу... Стыдобища. Майкл и так не позволял себе думать о том, во сколько обошлась эта поездка. А тут тебе ещё и ресторан: мягкие стулья, гладкая скатерть, салфетки чуть ли не шёлковые. С высоченного потолка текут стеклянные нити, того и гляди, капнут на рукав.
      — Хочешь, я расскажу? — предложил Джеймс.
      Майкл дёрнул плечом.
      — Да нахер? Чем мне это в жизни поможет?
      Блять. Ну, началось. Давай, бери и порть всё. Пацан старался, выбирал, чем тебя удивить — а тебе удобнее бургеры в Макдаке жрать. Давай, обломай себе ещё один шанс потрахаться, раз такой гордый. Молодец.
      Майкл почесал за ухом, посмотрел на Джеймса.
      — Слушай, когда я тебя к Томми в паб привёл, тебе так же стрёмно было?..
      — Ужасно, — признался Джеймс. — Я всё время ждал, что кто-нибудь в кого-нибудь вцепится, и начнётся драка. А ещё боялся, что скажу или сделаю что-нибудь такое, что тебя подставит. И все будут думать, что с тобой что-то не так, раз ты меня привёл. И... — Джеймс поёрзал, посмотрел виновато. — Раз уж об этом зашёл разговор... Майкл, мне нужно тебе кое-что сказать. Прости меня, пожалуйста.
      Столики в зале стояли далеко друг от друга, разговоры гостей превращались в негромкий гул. Огромные люстры под потолком едва тлели, на освещённой сцене сидела девчонка с копной черных волос чуть не до задницы. Короткое платье поверх майки, чулки в сетку. Глазищи с такими стрелками, что их издаля было видно. Покачиваясь на высоком табурете, напевала какой-то джаз. Голос был низким, хрипловатым.
      Молчаливый официант поставил две тарелки на стол и исчез, будто растворился в воздухе.
      — За что прощать? Ты кого-то убил? — хмыкнул Майкл, разглядывая оранжевый кремообразный суп. — Чем это едят — ножом и вилкой?
      — Подожди, — Джеймс протянул к нему руку через стол, взял пальцами рукав пиджака. — Послушай. Мне очень, очень жаль, это получилось случайно.
      Тон у него был такой, что Майкл поднял глаза.
      — Что-то случилось?..
      — Да, - Джеймс кивнул, вдохнул поглубже. — Я сам виноват, но я не хотел...
      — Ты кого-то трахнул, что ли, пока я руки мыл?..
      — Томми про нас знает, — выдохнул Джеймс.
      Майкл выронил ложку на пол. Джеймс закусил губу, часто моргая.
      — Ты сказал ему, что я с тобой сплю?..
      — Нет, — Джеймс помотал головой. — Всё было не так.
      — А как было?..
      Майкл откинулся на спинку стула. Рука у Джеймса осталась лежать на столе, он помедлил, неловко убрал её на колени, сгорбился. Майкл сглотнул — новость застряла в горле. Ну, всё. Можно прямо отсюда мотать в Дублин. Томми, конечно, добрый, но в глаза ему теперь смотреть...
      — И когда?.. — сипло спросил Майкл.
      — Когда я ему книгу принёс.
      Джеймс глотнул вина. Смотреть на него было глазам больно.
      — Мы с ним были вдвоём на кухне, готовили пирог. Я расспрашивал его о тебе, о том, о сём... Речь зашла про Эвана.
      Майкл помрачнел, стиснул зубы.
      — Томми про него упомянул, ещё когда ты не пришел.
      — Зачем он про него упомянул? — процедил Майкл.
      — Бран опять шутил в своём духе, спрашивал, чем я тебя привлек. Томми его осадил. Напомнил, что ты Брана избил, когда он шутил про Эвана.
      Майкл смотрел ему прямо в лицо и молчал, только желваки катались. Джеймс вдохнул ещё глубже.
      — Когда мы с Томми ушли на кухню, я спросил, кто такой Эван. Он рассказал, что вы были друзьями. Но он так рассказывал... Что вы были вместе, что он жил с тобой, что ты переживал, когда он уехал. И я подумал... Я подумал, что вы были парой.
      Майкл шумно выдохнул, двинул челюстью.
      — И я сказал... — Джеймс остановился, глотнул ещё. Вытер глаза. — Я сказал — странно, Майкл мне говорил, что он никогда раньше с парнями...
      — О, господи...
      Майкл поставил локти на стол и закрыл лицо руками. Вот кто тебя за язык тянул, кудряшка. Нахер ты в это полез. Томми, блять, тоже хорош — надо было трепаться?.. Да какая блять разница, с кем дружил, с кем не дружил. Других тем поговорить нет?.. Надо обязательно прям в самое нутро влезть и там покопаться?
      — Майкл, только не уходи, — Джеймс тронул его за локоть. — Я не знал, как сказать тебе раньше.
      Майкл старался глубоко дышать. Только бы не вскочить, не заорать на него и не перевернуть к чертям весь этот столик. Чтоб брызги во все стороны. Не поможет. Томми уже знает. Скоро и все узнают. Давай, пакуй чемоданы. Вот прям щас начал. Встал и пошёл ровно.
      — Томми ещё спросил, сколько мне лет. Есть ли мне восемнадцать, — зачем-то добавил Джеймс.
      — Что? — Майкл убрал руки. — Сколько лет?.. Ох, блять, ну пиздец теперь... — запрокинул голову, уставился в потолок.
      — Мне есть восемнадцать, — удивлённо сказал Джеймс. — Я совершеннолетний, не волнуйся, правда...
      — Я с ним говорил про тебя.
      У Джеймса округлился рот.
      — Без имен, без подробностей, без всего этого, — Майкл взмахнул рукой. — Давно. Очень давно. После премьеры.
      Джеймс крутил в руках бокал с вином, подносил ко рту, но не пил, только облизывался.
      — Я же давно запал на тебя, — сказал Майкл, глядя в сторону. — Помнишь, подкатывал к тебе с этой Лукрецией, как идиот. СМС-ки писал. Мы с Томми всю жизнь друг друга знаем, ну и хотелось с кем-то поговорить. Разобраться, что ли... А он ещё вечно со своим Гордоном Рамзи носится, так я думал, если чё — скажу, мол, шутка такая была. Ну, я его и спросил...
      Майкл прервался, взял со стола салфетку, просто чтоб в пальцах что-то держать.
      — Он меня начал расспрашивать, а чё я ему расскажу? Что на парня запал? А он подумал, что я с малолеткой связался. Начал выпытывать — сколько ей, пятнадцать?.. тринадцать?.. Я и ляпнул — «восемнадцать», чтоб он отстал. А он, дурак, запомнил...
      Майкл кривенько усмехнулся.
      — В общем, мы оба красавцы. А Томми сложил два и два.
      — И что теперь делать?.. — беспомощно спросил Джеймс.
      — Нам лучше...
      «Нам». Нет никаких «нам». Надо закончить всё прямо сейчас, встать, распрощаться и уйти. Переждать ночь на вокзале, первой электричкой вернуться в Лондон, в свою обычную жизнь на Скипворт роуд, забыть про всё, будто ничего не было.
      Не было. Наваждение. Со временем пройдёт.
      Снова трахать девчонок, ни о чём не думать, откладывать на учёбу и никогда, никогда не вспоминать, как Джеймс смотрит, распахнув мокрые ресницы, и губы у него дрожат.
      Хватит. Всё, разбежались.
      Официант положил на стол новую ложку.
      — Вот что ты со мной делаешь? — горько спросил Майкл. — У меня была нормальная жизнь, всё просто, всё распланировано. А ты пришёл и вывернул это наизнанку. Я даже не знаю теперь, кто я вообще.
      — Я пришёл?.. — опешил Джеймс. — Это ты меня лапать начал!.. Я до тебя думал, что я гетеро!..
      — Вот совпадение, блять — я тоже!
      — Это ты ко мне первый полез!..
      — Я полез?.. — задохнулся Майкл. — А кто мне руку подсунул?..
      — И что?.. Мог бы и удержаться!
      — А ты вечно смотрел на меня и облизывался!..
      — У меня губы сохнут!.. Это просто привычка!.. Я вообще про тебя не думал!..
      — Кофе свой мне совал!
      — А ты пялился, будто съесть хочешь!
      — Облизать, блять! — бросил Майкл.
      — Я думал, мы дружить будем!..
      — Какая нахер дружба, у меня на тебя стоял, как заводская труба!..
      Майкл гневно выдохнул, откинулся на спинку стула, скрестил руки. Джеймс блестел глазами, красный от ярости, и кусал губу.
      — Вот ты опять это делаешь, — сказал Майкл.
      — Что я делаю?..
      — Облизываешься.
      — А ты не смотри.
      — А я не могу не смотреть!
      — А ты напрягись.
      — Да я и так напряжён — штаны лопаются!
      Джеймс непроизвольно хихикнул, Майкл помрачнел. Взял ложку, покатал её по столу.
      — Давай есть, — предложил он. — Жалко же, если пропадёт.
      Джеймс вздохнул, разжал кулаки.
      — Херово у меня со свиданиями, говорил же, — буркнул Майкл. — Не зови больше. Давай просто трахаться.
      У девчушки на сцене были огромные пластмассовые серьги и руки в татуировках по запястья. Музыканты сидели прямо за её спиной. Она то пела, то почти бормотала — Майкл не вслушивался, просто смотрел.
      Всё вышло так глупо. И не могло выйти иначе, посмотри на правду-то, бестолочь. Выбирал бы из дружков Сары, если захотелось в зад подолбиться. Нельзя было кудряшку трогать. Сдалось ему такое счастье. Сначала Сара поигралась, а теперь ты добавь. Чтоб полный комплект был.
      — Джаймс, — позвал Майкл. Тот поднял глаза. — Прости. Я мудак. Ты сегодня столько всего сделал, а я даже «спасибо» сказать не могу.
      Джеймс криво улыбнулся.
      — Я знаю, что уже всё испортил, — продолжил Майкл. — Но пока я не испортил, было охуенно. Я даже не знаю, как сказать про это. У меня таких слов нет. Я этот день никогда в жизни не забуду.
      Джеймс улыбнулся смелее.
      — Не думай про Томми. Ты не виноват, — добавил Майкл. — Это мои проблемы, не твои. Я разберусь. Он тебя не обидит.
      — Он меня и не обижал, — сказал Джеймс. — У меня с ним всё в порядке.
      Майкл непонимающе нахмурился.
      — Томми тебя очень любит, — сказал Джеймс. - Он не станет никому рассказывать. До сих пор ведь не рассказал.
      — Думаешь? — неуверенно спросил Майкл.
      — Я уверен. Он очень хороший друг. И если уж кто тебя поймёт, так это он, — Джеймс улыбнулся, — с Гордоном.
      — Да ладно, он же с ним не всерьёз, — слабо улыбнулся Майкл.
      — А ты... всерьёз?..
      Майкл тихо засмеялся, закрыл рот рукой.
      — Will you still love me... tomorrow?.. — задумчиво спросила девушка со сцены. *
      Глубоководная бомба ощерилась, треснула пополам, выпустила клуб чернильного дыма. Всё вокруг расплылось. Из черноты выметнулись кальмарьи щупальца, сдавили Майкла поперек груди, так, что вздохнуть было больно, и потянули вниз, в головокружительную холодную темноту.
      Майкл вскочил на ноги, чуть не опрокинув стол. Кинулся в сторону, натыкаясь на чужие стулья. Вломился в первую попавшуюся дверь. Мимо прошёл официант с подносом, вежливо шепнул:
      — Туалет — следующая дверь направо.
      Майкл привалился к стене. Сердце колотилось, как бешеное, лёгкие жгло. Голова горела. Он сжал трясущиеся пальцы в кулак, засмеялся. Ничего же смешного, а хохотать хочется, будто щекочут. Завтра? Ты будешь любить меня завтра? А сегодня ты меня любишь?.. Умора ведь. Майкл упёрся пятками в пол, чтобы ноги не подогнулись. А то щас рухнет тут прям на кафельный пол, вот ржака-то. Он стукнулся затылком о стену, беззвучно смеясь.
      Официант вернулся с пустым подносом, остановился.
      — Сэр, вы в порядке?..
      Майкл ухмыльнулся, оттолкнул себя от стены. Протёр лицо руками. Вернулся.
      Джеймс сидел за столом, будто его потеряли, как перчатку в магазине.
      — Извини, — сдерживать смех и извиняться было отдельным цирком. — Извини, я... Я не знаю, что...
      Джеймс смотрел настороженно и угрюмо.
      — Я не псих, ладно? - сказал Майкл, не переставая скалиться. — Я просто гарантированно запарываю любое свидание. Я не хочу...
      Он выдохнул, постарался взять себя в руки. В голове постепенно прояснялось. Нервный смех клокотал в горле, страшно мешал говорить.
      — Слушай, давай так, — Майкл кашлянул, глотнул воды. — Ты мне нравишься. Давай даже так...
      Он сцепил под столом дрожащие пальцы.
      — Я в тебя врезался. Я не знаю, серьёзно это или нет. Может, это просто придурь такая. У меня так не было раньше, я не в курсе, что тут и как. Понимаешь?..
      Джеймс серьёзно кивнул. Серьёзный, как телефонный справочник. Майкл сам не понимал, что говорит, но остановиться уже не мог.
      — Я не верю во всю эту романтическую хрень, я не такой. Я этого не умею. Я пришёл — увидел — поебался — пошёл дальше. А на тебе споткнулся. С девчонками всегда было просто. Если у меня что-то горело, то только в штанах. И мне не нужно было никаких разговоров, прогулок, ухаживаний. Согласна — ну и супер, не согласна — бегать не буду.
      Он протянул руку, накрыл ладонь Джеймса.
      — Я ещё когда пацаном был, решил, что никогда ни на ком не женюсь. Семья, дом, дети, собака общая — вот это всё — это не моё. Не для меня. Понимаешь?..
      — Я не знаю, чему верить, — тихо сказал Джеймс, глядя в глаза. — Тому, что ты говоришь или тому, как ты сейчас на меня смотришь.
      — Как я на тебя смотрю?..
      Джеймс рассеянно улыбнулся, отвёл глаза. Майкл сжал пальцы:
      — Не уходи. Ну, скажи мне, что я мудак. Надень мне тарелку на уши, я не знаю...
      — А на моей машине ты бы женился, — тихо сказал Джеймс.
      — Я же шутил...
      — Ты всё время об этом шутишь.
      Майкл держал его за руку, дотянувшись через стол. Цепко держал, не вытащишь.
      — Почему отношения — не для тебя?.. — тихо спросил Джеймс. — Что в них такого?
      — Кончаются, — прикусил язык, да поздно уже. Вырвалось.
      Джеймс посмотрел, будто по лицу погладил. Улыбнулся болезненно:
      — Хочешь, прямо сейчас закончим?..
      Майкл рефлекторно сжал пальцы, тот вздрогнул, шевельнул запястьем:
      — Больно...
      Вытянул руку из разжавшихся пальцев, потёр кисть. Майкл сидел, полумёртвый от холода. Держался за скатерть.
      — Ты не мудак, — тихо сказал Джеймс. — Мне тоже страшно.
      — Мне не страшно, — выговорил Майкл. Губы почему-то не слушались.
      — Да?.. Хорошо тебе, — тот, морщась, растирал запястье. — Значит, ты мне осознанно руку чуть не сломал. Я-то думал, ты в панике. Не соображаешь. А тебе не страшно. Мне от этого, конечно, намного спокойнее.
      Майкл встряхнул головой и собрался.
      — Извини, я... о чём мы говорим?..
      Джеймс глубоко вздохнул и потряс запястьем. Губы у него сложились обиженной скобкой.
      — Очевидно, о том, что отношения — это не для тебя. Для тебя — только секс. Ты это так часто повторяешь, что и захочешь — не забудешь. Мне бы твою... последовательность.
      Это было прямо как фильм «Послезавтра» — стена холода вымораживает пространство, птицы на лету покрываются инеем и камнем падают вниз. Ещё минуту назад всё было поправимо — и вот уже нет.
      — Ты, конечно, честный, — продолжал Джеймс. — Сразу сказал, что тебе только секс нужен. И клеился ты ко мне только ради него, и книжки читал, и с друзьями знакомил, и...
      Чужое и неприятное выражение вдруг застыло у него на лице, задумалось — и растаяло.
      — Извини, — Джеймс опустил глаза. — Я не хотел. Ты меня напугал страшно.
      — А я говорил, — прошептал Майкл, расправляя закостеневшие плечи, — надень мне тарелку на уши. Зря провафлил. Второй раз предлагать не буду.
      Джеймс фыркнул:
      — Я тебе и без предложения её на голову надену. Ты ещё не видел, как я психую.
      Майкл растёр лицо руками, покрутил шеей. Будто и впрямь только что побывал в центре циклона и чудом не помер от переохлаждения.
      — Покажешь?..
      — Если доведёшь, — хмыкнул Джеймс.
      — А с виду такой тихий... Не сказал бы, что ты вообще психовать можешь.
      — О. Как много ты обо мне ещё не знаешь...
      Суп остыл уже давным-давно, но Майкл был настолько голоден, что съел бы и подошву, если бы её полили кетчупом.
      — Не эта, - Джеймс вытащил ложку у него из пальцев, вложил правильную. — Ты взял десертную.
      — Понавыдумывали херни, — недовольно отозвался Майкл. — Так, ну а чё мы едим?
      — Тыквенный суп, — сказал Джеймс и улыбнулся ему в ответ. — Для мудаков.

* Amy Winehouse — "Will you still love me tomorrow?"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.