Tutto e lecito.

На широкой Пьяцца делла Нерца было как всегда много людей. Даже более того - пьяцца была переполнена. Люди сновали туда-сюда: знатные дамы и кавалеры, одетые попроще девушки и юноши, девицы легкого поведения - все они шли своей дорогой, и путь их, несомненно, пролегал через фундаментальную площадь делла Нерца. В окружении прекрасных куртизанок Эцио уверенно и спокойно направлялся к мастерской Леонардо. Как вдруг: - О-ла-ла, Мастер в обществе..."знатных" девиц, - послышался совсем рядом до боли знакомый язвительный и насмешливый голос, - Уже прикрываетесь куртизанками... А что, воры, сама толпа вышли из моды, мессер? - И тебя рад видеть, Кьяра. Давай сюда, второй будешь, - сухо бросил Эцио, не отрывая взгляда от дороги. - Фи, Мастер, как грубо, - итальянка наигранно поморщила свой милый носик, искоса продолжая наблюдать за куртизанками. Вот одна, не забывая играть на публику, сладостно покусывала губы и порой бросала явные взгляды на Аудиторе. Нет, что эта девка себе позволяет?! А вон другая и вовсе не убирала руки с плеча флорентийца, то и дело, мягко перебирая ткань плаща. Да что она....?! - Мне кажется, или твоя задача отвлекать других, а? - прошипела Кьяра, мигом оказавшись около той куртизанки. - Вам не кажется, синьора, - девушка лукаво усмехнулась, - однако в моих действиях нет ничего... незаконного, - откровенный взгляд на ассасина - и рука с плеча плавно спустилась к защитному наручу итальянца. - Может, ничего и нет, но все же постарайся выполнять свою задачу на данный момент, - у Кьяры было ну просто жгучее желание ударить по рукам эту нахалку. И она бы это сделала, если бы не... - Ревнуешь, Кьяра? - от Эцио ясное дело не скрылась "милая" беседа девушек и он, как истинный джентльмен, решил вмешаться в их ссору, пока не началась драка с визгом и вырыванием прекрасных шевелюр. Хотя вряд ли до этого дошло бы, но чем черт не шутит? - Я?! Аудиторе, да ты вконец псих! А мне тебя еще Мастером величать, - фыркнула рыжеволосая, гордо поднимая подбородок и впиваясь взглядом в лицо ассасина. - С каких это пор мы перешли на "ты"? Ахах, ну правильно, Кьяра, прочь фамильярность! - усмехнулся Аудиторе, сворачивая попутно с девушками в переулок. Эта ситуация его откровенно позабавила. Хоть и было странно - Кьяра, поднимающая настроение. Ну, может, Эцио уже довольно-таки долго общается с сероглазой, поэтому и научился не обращать внимания на ее выходки. - Как чувствует себя Алессандро? - ледяным голосом Кьяра сменила тему, и Аудиторе решил поддержать ее в сем решении. Дальше продолжать издевки друг над другом было бессмысленно. Да и не тактично. Хоть иногда забавно, признался себе Эцио. - Уже идет на поправку, врач прекрасно о нем позаботился, да и сам Алессандро крепкий. - Это хорошо. Повисло молчание, хотя в переулке было довольно людно. И все же, как заметила с негодованием Кьяра, куртизанки то и дело не упускали возможности построить глазки не только прохожим мужчинам, но и мужчине, который шел в их окружении. - Задание выполнила? Все прошло гладко? - о, неужели, благородный ассасин соизволил посмотреть на собеседницу! - Все прошло чисто и безукоризненно. Не волнуйтесь, одним словом. - Молодец, тогда возвращайся в Убежище, отчитайся перед Макиавелли. Он еще должен быть там. - А вы? - Кьяра надвинула капюшон на глаза. - У меня пока есть дела в городе. - Вот такой вот, как всегда, короткий и лаконичный ответ, в котором ясно выражено "Не суйся!". Ох, как же чешутся руки треснуть этого чертового Мастера! - Хорошо...Мастер, - выдохнула девушка и остановилась. Подождав, пока Эцио со своим сопровождением скрылся в очередном переулке, рыжеволосая раздраженно фыркнула и спокойным шагом пошла обратно к Убежищу. Что ж, действительно, надо отчитаться о проделанной работе. Наверное, Макиавелли, как всегда будет сидеть за своим столом, бросив лишь быстрый взгляд на вошедшего в кабинет ученика или полноценного ассасина; после кивнет головой - и через пару минут услышит полный отчет о завершенной миссии. Затем похвалит или резко, не стыдясь, скажет все, что думает, а потом уже отпустит. И вот оно - прекрасное свободное время... пока не призовут на новое задание. Но чего Кьяре волноваться? Все свои задания она выполняла безупречно и Макиавелли всегда был очень ею доволен. Да и этот горделивый ассасин-Мастер, ее наставник, признает, что сероглазая делает успехи. Ха! И прекрасно! На губах Кьяры заиграла самодовольная улыбка. Вскоре показался и широкий мост, вальяжно раскинувшийся через Тибр. До острова Тиберина было рукой подать... Эцио тем временем уже подходил к дому, в котором "спряталась" от любопытных глаз мастерская Леонардо. - Что, Эцио, мы тебя покидаем? - хитро усмехнулась куртизанка, когда пришла пора "расставания". - Мир тесен... тем более город Рим, поэтому еще пересечемся, - с легкой улыбкой ассасин "вынырнул" из своего приятного окружения. - Мы уверены, Эцио. А та рыжая итальянка, однако, такая вспыльчивая, - хихикнула шатенка. - Правда, синьоры, ее еще нужно учить манерам, - флорентиец обворожительно улыбнулся и, покинув заметно расстроившихся девушек, поднялся по каменным ступеням. - Леонардо! - пару несильных ударов в деревянную дверь. Тяжелая дверь вскоре отворилась, представив взгляду Аудиторе художника, держащего в руке перо. - Эцио! Рад видеть, проходи! - да Винчи улыбался своей привычной доброй улыбкой, пропуская внутрь друга. В мастерской Леонардо как всегда было много вещей и часто для Эцио непонятных. Но, что поделать, если его друг художник, философ, изобретатель, писатель в одном флаконе? Да флорентиец его особо и не критиковал. Огромная мастерская напоминала ассасину склад артефактов, удивительных вещей, оружия, достояний искусства, чертежей... И,как всегда, на огромном столе во всей красе притягивал внимание очередной сложный чертеж мастера да Винчи. - Это..., - только было заикнулся Эцио, как Леонардо уже оказался рядом со стаканами вина, и, поспешно поставив чаши на более-менее свободную полку, принялся сворачивать чертеж. - Просто очередная идея, мой друг. Я все тебе рассказал бы, ты же знаешь, однако эта задумка еще не закончена - что на бумаге, что в голове. - Поставив чаши на освобожденный стол, Леонардо придвинул стулья. - Итак, Эцио, Никколо, наверное, тебе поведал, что ко мне в мастерскую заходил Доминико Росси? - Да, вроде заказывать портрет. - Не "вроде", а заказывать. Ну так вот, он случайно обмолвился о той неприятной ситуации с Пальчетти. Сказал, что "этот сукин сын" - прости, Эцио, он так выразился, - заметив, как брови Аудиторе от удивления поползли вверх (не каждый же день маэстро да Винчи позволяет себе выражаться подобным образом), Леонардо поспешил извиниться, - взял и испортил всю поставку ткани, кстати, довольно недешевой ткани! - И ты ему поверил? - Эцио, мне трудно что-либо сказать, поскольку я слышал всего одну сторону, - Леонардо отпил из чаши. - Ладно, прости, продолжай, Лео. Будто опасаясь, что их услышат сквозь плотно закрытую дверь и толстые каменные стены, да Винчи помедлил с ответом, после оглядел помещение и продолжил, уже более тихим голосом. - Он обмолвился также и о Его Святейшестве, Эцио. Делавший в это время глоток вина, флорентиец замер. Взгляд сфокусировался на глазах Леонардо. - Сказал, что Его Святейшество покажет Пальчетти, "как сильно тот не прав и наставит его на путь истинный" - это опять-таки его слова, друг мой, - и если Пальчетти и дальше не будут признавать свою вину, то не видать им спокойной жизни в Риме - Папа, Милан и... - Боже, кого он еще называл? Ах да! - и Неаполь помогут им в этом. Это все, Эцио, о чем поведал мне мессер Доминико. - Где я могу его найти? - спросил, немного подумав, итальянец. - На виа Ученте. Там он живет. - Откуда знаешь? - Эцио, - Леонардо, смерил Аудиторе странным и немного удивленным взглядом, - я все-таки рисую с него портрет. - Точно, - взор флорентийца долго изучал какой-то очередной замысловатый чертеж изобретателя. А потом да Фиренце весело заговорил: - Хах, Лео, как ты сумел разговорить Пальчетти на такую... деликатную тему? - Никак, Эцио. Видимо, он был слишком разозлен всеми этими событиями, что и я стал нежелательным свидетелем такого вот его раздражения, - Леонардо пожал плечами, переводя взгляд на свою чашу с вином. Помешав его слегка, да Винчи снова поднял глаза на флорентийца. - И, надеюсь, что мэтр Пальчетти уже забыл, что все это рассказал мне... Вот это все, что касается новостей. - Спасибо, Лео, за информацию... Прости, что так долго не навещал тебя... - Я все понимаю и не корю тебя за это, мой друг, - Леонардо мягко улыбнулся. - Как у тебя обстоят дела? - Вполне сносно, Лео, - ассасин усмехнулся и сделал глоток вина, - Орден постепенно обретает силу. Дела идут успешно, несмотря на Чезаре или Папу. В общем, жаловаться пока особо не приходится. - Ну, тогда я рад за тебя, Эцио, - Леонардо улыбнулся, однако уже следующий вопрос да Фиренце заставил улыбку изобретателя невольно сойти с лица. - А ты-то как сам? - Пожаловаться тоже ни на что не могу, Эцио. Вот только заказов поубавилось... Зато у меня появилось больше времени заниматься своими увлечениями, - после недолгой паузы лицо маэстро вновь весело озарилось. Вот нравилось ассасину это качество в его друге - никогда не унывать. - И да, хорошо, что Чезаре пока меня не замечает, выразимся так. - Было бы весьма нежелательно, - согласился Эцио и они оба осушили стаканы... - Ну что ж, мой друг, был рад тебя увидеть. Будут какие-то новости - сообщу, - Леонардо последовал за Эцио, который уже открыл тяжелую дубовую дверь. - Хорошо, Лео, спасибо. - Если надо будет помощь - помогу, чем смогу, ты меня знаешь, Эцио. - Знаю, Лео, знаю, - усмехнулся Аудиторе, - И, надеюсь, скоро твои дела опять пойдут вверх. - Я тоже на это надеюсь, - ответная улыбка Леонардо, и друзья на прощанье обнялись... Ассасин вновь проходил мимо давно знакомых улиц, лавок, кузниц. Вот он свернул на Пьяцца делла Нерца, на ту самую площадь, по которой буквально полтора часа назад шел к Леонардо. Теперь надлежало снова поговорить с Макиавелли, у него наверняка должна была уже появиться общая картина сложившейся ситуации. Кстати, Барто говорил когда-то на счет Макиавелли, что... Хм, интересно, а что скажет Барто? Старый добрый вояка Бартоломео! Наверное, он уже в курсе всей ситуации.Тогда, нужно к нему заскочить. Слишком уж хитрую игру ведут Борджиа, поэтому все мосты надо сжечь заранее. Эцио развернулся и свернул в переулок, благодаря которому можно было быстрее добраться до конюшен.