Tutto e lecito.

- Все это иллюзии... Твои иллюзии... Не верь им... Они делают тебя уязвимым... Они делают тебя отчаянным... Они ловко окутывают твой разум, лишая возможности смотреть правде глаза... Правда... Ты ее не видишь... Будь осторожен,.. - голос, доносившийся из ниоткуда. Такой мягкий, тихий... но беспокойный. С нотками опасливости и предупреждения. - Где? Что? Что это?! Кто ты?! - Эцио зажмурился, тихо простонав, и неосознанно обхватил руками голову. Но ответа не последовало. Перед глазами, как и была пустота, так и осталась - тьма, заполняющая собой все пространство. Шепот прекратился, умолк. Лишь тихие его отголоски еще мягко отбивались от призрачных стен. Внезапный свет. Вверху. Над головой. Поток света... и уступ. На уступе кто-то стоит - лица не видно - его обволакивает тень; лишь тяжело различимый силуэт, сливающийся с этим мраком... И глаза, которые смотрят сверху вниз на Эцио. - Ты сорвешься вниз... Услышь меня... Помни мои слова,.. - голос страшно искажался. Но оставался таким же тихим и, на удивление, мягким. Но потом... Твердая поверхность под ногами растворилась и Эцио полетел в пропасть, тщетно пытаясь за что-то ухватиться в попытках спасти себе жизнь. А с уступа на него безразлично смотрела чья-то фигура, спокойно и безучастно наблюдая за его падением... Рот раскрылся в беззвучном крике. Яркая вспышка - и вновь пустота. Лишь эхом все еще доносились слова: "Помни мои слова". Далее тембр эха резко изменился, и теперь голос что-то тараторил, чуть ли не срываясь на крик: - Атака.. Атака!.. Мастер... - голос становился все отчетливее; из темноты потянулись чьи-то руки. Сердце бешено колотилось о грудную клетку, то и дело норовя пробить ее к чертовой матери. А эхо все не исчезало, наоборот - становилось толко сильнее: - Мастер... беда!.. Проснитесь, Мастер... Чьи-то пальцы практически впивались в кожу, еще яростнее чего-то желая... И внезапно вернулась реальность. Эцио резко распахнул глаза, тут же встретившись взглядом с ассасином, который еще пару секунд назад уже чуть ли не начинал истерить в попытке его разбудить. Не теряя времени на ожидание окончательного пробуждения Аудиторе , ассасин затараторил: - Атака! Мастер, на гильдию наемников напали! - Что?! - Эцио живо вскочил с кровати, начиная собираться и попутно бросая взгляд в окно - еще часа два до рассвета. - Как так вышло? Хотя стой... сейчас не время. Как долго уже атака? Когда ты узнал? - Как только узнал, прибежал к Вам. Джулиано дежурил неподалеку, вот и передал. Они откуда-то пронюхали, что Бартоломео иногда поставляет нам оружие. - Да башня Борджиа рядом с ним, как же им не пронюхать?! - огрызнулся Аудиторе, быстро закрепляя наруч. - Но раньше они с ним более-менее договориться могли, а сейчас, видите ли, им не в терпеж! - да Фиренце пулей выбежал из комнаты, чуть ли не со скоростью света проносясь по корридору. Следом за ним мчался ассасин. Эцио с радостью заметил, что уже все Убежище стояло на ногах. - Марко! Сколько у нас? - крикнул Аудиторе и махнул рукой, заприметив вдалеке невысокого, но крепкого парня. - Девять, Мастер! Остальные двенадцать на заданиях! - Выбрали-то момент, - прошипел флорентиец себе под нос. - Собирай всех и немедленно к гильдии д'Альвиано! - Слушаюсь! - Марко живо ретировался, подзывая к себе ассасинов. Впереди Эцио заметил, как Кьяра, попутно собрав рыжие волосы в пышный хвост и наспех перевязав их лентой, накинула капюшон и выбежала следом за ассасинами... Стук копыт был оглушающим и в такой ночной тишине даже бил по ушам. Пусть это и была относительно безлюдная равнина - кое-где только лаяли собаки да спали бродяги, но шуму, казалось, было с головой. Далеко впереди из темноты постепенно выплывали очертания гильдии, ярко светились окна домов - люди, пожалуй, были не меньше напуганы. Слышались крики, голоса, возня, звуки битвы, лязг оружия... Ассасины на взмыленных конях, сбивая и атакуя пытавшихся помешать им стражникам, ворвались во двор гильдии. Эцио быстро огляделся и от изумления резко натянул поводья. Лошадь от неожиданности встала на дыбы и издала пронзительное ржание. Двор был устелен телами. И в основном телами наемников. Сюда вошла смерть. Да еще и так неожиданно. Барто!.. Количество врагов явно превышало. Откуда?! Как они смогли выбрать такой момент?!.. А ведь буквально еще пару часов назад все было хорошо, и Эцио после прекрасной посиделки и общения с другом преспокойно возвращался в Убежище... От шокирующих мыслей Аудиторе прервал крик. Ну и ругательства, естесвенно. Еще один зазнавшийся солдатишка. Ассасин развернул коня, поудобнее вложив рукоять меча в ладонь, и погнал лошадь на противника, полоснув его по груди. Солдат упал на колени, а вскоре и поприветствовал землю. - Барто! - Аудиторе огляделся в надежде увидеть д'Альвиано в этом вавилонском столпотворении. - Барто!!! - Мастер, Бернардо мертв! И еще двое! - отбив новую атаку, Эцио молниеносно повернул голову на крик - недалеко от него пробегал по крыше здания гильдии ассасин. - Д'Альвиано! Ты его видел?! - Нет, Мастер, я... сказать, что..., - до слуха уже долетали обрывки фраз - голос тонул в шуме. - Хорошо, докладывай мне все! - Эцио надеялся, что был услышен и убедился в этом по кивку головы ассасина. Дернув поводья, Аудиторе развернул коня, направив его на новых врагов, которые в полной уверенности уже подбегали к нему. Однако они были явно ошарашены, когда лошадь перескочила их головы. И воспользовавшись моментом, флорентиец метнул оставшиеся последние ножи - все трое вяло подкосились, словно хрупкий карточный домик, и упали замертво. Оказавшись в относительной безопасности, Эцио достал арбалет и вновь осмотрелся. На его глазх поле боя все больше и больше усеивали тела. Однако к его радости, количество солдат Борджиа уменьшалось, и теперь чаша весов постепенно склонялась к победе Ордена. Белые одежды ассасинов то и дело мелькали в толпе. Неразбериха. Арбалетные болты поражали верных Борджиа людей одного за другим. Они тихо падали, не успев издать даже крика. Лишь тихий слабый стон и то, который не был слышен в этом хаосе. Однако, понимая, что все может быть бесполено, Эцио вновь решил попытать удачу: - Барто! Барто, черт тебя дери! Барто!!! Тщетно. От хаоса и шума, царившего вокруг, закладывало уши. Разве что очередной арбалетный болт "впился" в шлем нападающего, полностью его пробив. - Барто! Барто, ты..., - вдруг резко перехватило дыхание, и лошадь с диким болезненным ржанием рухнула наземь, придавливая собой Аудиторе. Потом жгучая, пронзающая боль в области плеча и бока. Рот инстинктивно раскрылся и отчаянный крик вырвался наружу. В ушах стоял приглушенный гул. Тяжесть тела мертвой лошади лишала сил и не давала даже шевельнуться. Перед глазами все поплыло, появилась какая-то эфемерная дымка, которая окутывала все пространство и жутко раздражала, мешая видеть. Однако Эцио сумел разглядеть очертания заносящегося над ним лезвия секиры. И в последний момент, когда оружие уже готово было отделить голову Аудиторе от тела, оно остановилось, будто повиснув в воздухе, и куда-то исчезло. Буквально в нескольких сантиметрах послышался чей-то предсмертный стон, звук падающего тела и лязг тяжелых доспехов, спорикоснувшихся с землей. А дальше тьма вновь расстелила свое черное полотно и весь мир канул в небытие.