Багровый Туман

      Дэрил добрался до Александрии на рассвете. Небо едва начало светлеть, окрашивая крыши домов в бледно‑розовый. Шум байка разорвал утреннюю тишину — резкий, знакомый звук, который Кэрол узнала бы из тысячи.       Она стояла на вышке, всматриваясь вдаль. Сначала подумала: «Показалось». Но силуэт приближался — и вот уже нельзя было ошибиться.       — Боже мой… — прошептала она, не веря своим глазам.       Спустилась вниз, дрожащими руками открыла ворота. Дэрил подъехал, заглушил мотор, бросил байк прямо у въезда.       Кэрол бросилась к нему.       — Дэрил, это и правда ты! — она обняла его, крепко, отчаянно. Он на мгновение замер, потом прижал её к себе, сжимая так, что у неё перехватило дыхание.       — Ты цел? Как ты вообще выбрался? Ниган отпустил тебя или… — она отстранилась, всматриваясь в его лицо, ища следы ран, синяки, признаки пыток.       Он усмехнулся — сухо, без радости.       — Давай все вопросы потом. Я ужасно устал и умираю от голода. Всё бы отдал, чтобы нормально отоспаться, — прошептал он, едва улыбаясь. Шагнул вперёд, слегка пошатнулся.       Кэрол тут же подхватила его под руку.       — Ранен? — её голос дрогнул. Она снова оглядела его — с головы до ног, пытаясь заметить кровь, повязки, что‑то, что он мог скрыть.       — Ничего серьёзного. Просто вымотан… — коротко бросил он, не глядя ей в глаза.       Они медленно направились к дому. Кэрол не отпускала его руку, будто боялась, что он исчезнет, растворится в утреннем тумане.       Внутри было тихо. Она сразу засуетилась — поставила на огонь воду, достала консервы, нарезала хлеб. Через несколько минут перед Дэрилом стояла тарелка дымящихся спагетти.       Он ел медленно, почти механически. Взгляд блуждал по комнате, останавливался на мелочах: на потёртом стуле, на фотографии Джудит на стене, на старой скатерти, которую Кэрол сама вышивала когда‑то.       — Я так рада, что ты жив. Это самое главное, — сказала она, наблюдая за ним. Улыбка не сходила с её лица — искренняя, светлая, но в глазах читалась тревога.       Она встала, взяла его тарелку, добавила ещё порцию.       — Ты божественно готовишь. Сейчас я это лучше понимаю, чем раньше… — он улыбнулся — впервые за долгое время. Поднял глаза на неё. В этом взгляде было что‑то новое: не просто благодарность, а осознание.       — Сейчас практически все на вылазках, поэтому никого нет. Возможно, ближе к вечеру, когда ты отдохнёшь, все соберутся, чтобы встретить тебя. Я приготовлю пирог или что‑нибудь ещё. И тогда мы всё поговорим. А сейчас — прими душ и ложись спать наверху. Я постелю тебе и найду какую‑нибудь одежду, — она тепло улыбнулась, наклонилась и поцеловала его в щеку.       Дэрил не ответил. Не обнял её, не сказал «спасибо» с теплотой. Он просто замер — на мгновение. Потому что в этот момент перед глазами вспыхнуло другое прикосновение: пальцы Джули на его коже, её взгляд, её голос:

«Езжай домой».

      Спагетти встали в горле. Он отодвинул тарелку.       — Спасибо, — коротко бросил он и поднялся наверх.       В комнате было тихо. Он закрыл дверь, прижался к ней спиной. В голове — хаос. Образы сменялись быстрее, чем он успевал их осознать.

Джули.

Её рука в его ладони, когда он садился на байк.

Её глаза — последние слова, которые он не расслышал из‑за шума мотора.

      Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как усталость давит на плечи. Но это была не только физическая усталость. Это было что‑то глубже — боль, вина, страх.

И ревность.

      Не та, что раньше — лёгкая, почти игривая. Сейчас это было острое, колющее чувство, которое сжимало горло, заставляло кулаки сжиматься до хруста.

«Она осталась там. Одна. С ним».

      Он опустился на кровать, закрыл глаза. Перед ним снова возникло её лицо — бледное, но решительное.       — Чёрт… — прошептал он.       Свобода, которую он так долго ждал, теперь казалась неполной. Пустой. Потому что без неё — без Джули — это была не свобода. Это было просто выживание.       А он хотел большего.

***

      Ниган проснулся от мягкого утреннего света, пробивавшегося сквозь плотные шторы. Сначала он не сразу осознал, где находится — привычная реальность смешалась с послевкусием ночи. Но едва повернув голову, он увидел её: Джули лежала рядом, свернувшись калачиком, её дыхание было ровным, почти беззвучным.       Он замер, разглядывая её. Тонкие пряди волос разметались по подушке, лицо — расслабленное, без привычной маски настороженности. В этот момент она выглядела… настоящей. Не той Джули, что бросала ему дерзкие фразы, не той, что пыталась вырваться, а той — юной, доверчивой, какой она была когда‑то.       В памяти вспыхнули картины прошлой ночи.       Сначала — её сопротивление. Лёгкие, почти символические толчки ладонями в его грудь, будто она сама не верила в их силу. Он помнил, как она слегка отталкивала его, но уже через мгновение пальцы сами цеплялись за его плечи. Как её тело сначала напрягалось, а потом — медленно, неохотно — поддавалось, расслаблялось под его руками.       Потом — её глаза. То, как они закатывались, когда он наконец доводил её до края. Как она пыталась сдержать стон, но он вырывался сам — хриплый, прерывистый, полный того самого удовольствия, которое он так любил дарить.       Он вспомнил, как пододвинул её ближе, как наклонился к её ногам. Как начал целовать их — сначала нежно, почти ласково, потом всё выше, пока губы не коснулись самой чувствительной точки. Как его язык ласкал её, а пальцы добавляли ритм, доводя до нового, ещё более острого пика. Как она кричала — не от боли, а от того, что больше не могла сдерживаться. Как боролась — но сдавалась, тая в его руках.       А потом — тишина. Она уснула у него на плече. Не на другом краю кровати, не отвернувшись, а так, как раньше. До всего этого дерьма. До Дэрила. До предательств. До того, как мир превратился в хаос, а их отношения — в игру на выживание.       Он поцеловал её в лоб. Лёгкий, почти невинный жест — не как хозяин, а как человек, который всё ещё помнил, что такое нежность. Она даже не проснулась — просто вздохнула глубже и прижалась ближе.       Сейчас, утром, он снова разглядывал её. Протянул руку, осторожно убрал прядь волос с её лица.       «Слишком красивая для этого мира», — подумал он.       И тут же — вспышка раздражения.

Дэрил.

      Мысли о нём ворвались, как ледяной душ. Что, если она была с ним такой же? Если она кричала его имя? Если её тело отзывалось на его прикосновения так же, как на его?       Ревность обожгла изнутри. Но он тут же одёрнул себя.

«Нет. Я знаю её лучше. Я знаю, что ей нужно. Я могу дать ей больше, чем он — бродяга, который даже не способен защитить её».

      Он осторожно поднялся, стараясь не разбудить её. Оделся, бросил последний взгляд на спящую Джули. Её губы чуть приоткрылись, она что‑то пробормотала — неразборчиво, сонно.       Ниган вышел из комнаты, плотно закрыв дверь.       Уже в коридоре его ждал один из охранников.       — Ниган, у нас проблема, — начал тот, но Ниган сразу понял по его тону: что‑то пошло не так.       — Что?       — Дэрил Диксон пропал. Его байка тоже нет. Наши люди проверили блок 3 — там пусто.       Внутри всё сжалось. Он знал. Знал, что это её рук дело.       Лицо осталось спокойным, но в глазах вспыхнул холодный огонь.       — Перепроверь все, — коротко приказал он.       Охранник кивнул и исчез.       Ниган остался один. В голове — вихрь противоречий. Ночь, проведённая с Джули, её тепло, её сдавшееся тело — всё это вдруг стало не важнее, чем необходимость показать ей, кто здесь главный.       Да, он хотел её. Да, он помнил, как она стонала под ним. Но если она осмелилась предать его — даже после всего, что было между ними, — она должна быть наказана.       И он накажет. Потому что иначе она забудет, кому принадлежит.       Джулия проснулась уже ближе к обеду. Голова раскалывалась на части — видимо, бренди прошлой ночью был лишним. Губы болели от непривычки долгих поцелуев, так же как и всё тело.       — Джефф? — тихо произнесла она, оглядывая комнату.       Ответа не последовало. Она начала искать свои вещи — некоторые оказались деформированы. Хорошо хоть жёлтое платье, в котором она была вчера, уцелело. Приведя себя в порядок, Джули подошла к двери, попыталась открыть — безуспешно.       — Чёрт возьми! — ударив кулаком по двери, она опустилась на кровать.       На столике стояло блюдо с фруктовой нарезкой: ананас, манго, персики. Всё консервированное, но выложенное с явным старанием — красочно, аккуратно.       В этот момент раздался поворот ключа. В дверях появился Ниган. Джули внутренне сжалась, ожидая вспышки гнева — она не сомневалась, что он уже знает о побеге Дэрила. Но его лицо было спокойным, почти расслабленным.       — Думал, что ты проспишь до вечера после вчерашней ночи, — произнёс он, входя в комнату и усаживаясь в дорогое кресло.       Джули решила сыграть на опережение:       — Ты порвал мне нижнее бельё… — заявила она, не скрывая упрёка, но сохраняя лёгкий тон.       Ниган усмехнулся:       — Когда это было проблемой? Стоит только щёлкнуть — и ты получишь всё, что захочешь. Даже не знаю, чего тебе не хватало. Почему ты ушла?       Его взгляд был пристальным, изучающим. Джули опустила глаза на поднос с фруктами, подбирая слова.       — Твои «жёны»… — наконец произнесла она.       Лицо Нигана мгновенно напряглось.       — Разве? Их раньше не было… Ты сама вынудила меня обзавестись ими, так что не смей меня упрекать! — его голос поднялся, но тут же смягчился, сменившись холодной улыбкой. — Знаешь, а Дэрила нет в блоке. И я, кажется, знаю, кто помог ему… Только вот в чём дело: охранники говорят, что проверяли его в третью смену — и он был на месте. Это было как раз тогда, когда ты пришла. Но малыш Дуайт и ещё пара десятков человек уверяют меня, что ты была всегда на виду. Так как так вышло, твою мать, что он свалил на своём байке? Загадка, правда?       Он смотрел ей в глаза, словно пытаясь прочесть каждую мысль. Джули заставила себя изобразить удивление, слегка приподняв брови:       — Джефф, я правда ни при чём. Я вернулась к тебе, потому что хочу быть рядом…       Она встала с кровати, опустилась на колени перед Ниганом, провела пальцами по его щетине, стараясь вложить в прикосновение всю доступную ей нежность.       — Я не буду напоминать тебе правила, — его голос стал жёстче, пальцы резко сжали её скулы, притягивая ближе. — Но если нарушишь хотя бы один пункт, повторишь судьбу своей псины… Поняла?       — Да, — выдохнула Джули, чувствуя, как ослабевает хватка, а в следующее мгновение его губы впиваются в её рот.       Поцелуй был коротким, но властным — напоминанием о том, кто здесь хозяин.       — Иди к девочкам, приведи себя в порядок, — приказал Ниган, отстраняясь.       Джули послушно кивнула, стараясь сохранить на лице безмятежную улыбку. Она вышла из комнаты; сердце колотилось так, что, казалось, готово было вырваться из груди. Каждый шаг давался с трудом — внутри всё кричало:

«Он знает. Он всё знает!»

      Она направилась к пожарному выходу и на лестнице наткнулась на Шерри.       — Всё в порядке? — шатенка бросила на неё взволнованный взгляд и протянула пачку сигарет.       — Могло быть и хуже… — безнадёжно ответила Джули, затягиваясь едким дымом.       — Прости… Прости, что я и Ниган… — начала Шерри, но Джули перебила её:       — Тебе не за что извиняться. Ты была вынуждена. Я знаю… Жаль Дуайта…       — Так же, как и тебе сейчас… — Шерри обняла подругу, понимая, что слова здесь излишни.       Джули держалась из последних сил, чтобы не разрыдаться. Шерри не держала обиды за то, что Ким оставила её одну, скрываясь в лесу. Более того, Шерри помогла ей — ценой собственной безопасности.       Джули вытерла слёзы. Она должна была забыть про Дэрила. Должна была снова смотреть на Нигана так, будто он — единственный мужчина на земле. Будто всё, что было между ней и арбалетчиком, оказалось лишь сном.       Но каждый раз, закрывая глаза, она видела его: его грубые руки, его взгляд, полный благодарности, его силуэт, исчезающий на горизонте.

***

      Дэрил так и не смог нормально поспать. Каждый раз, стоило ему закрыть глаза, подсознание тут же рисовало одно и то же: тесные стены коморки, запах сырости и тяжёлый взгляд Нигана. Он ворочался, то натягивал одеяло до подбородка, то сбрасывал его в сторону. В конце концов просто уставился в потолок, считая трещинки на штукатурке.       Где‑то внизу, на первом этаже, доносился аппетитный запах — жареного лука, приправ и чего‑то сладкого. Наверняка Кэрол снова крутится у плиты. Это было её неизменное пристрастие: накормить всех, убедиться, что каждый получил порцию, и только потом сесть самой.       — Дэрил, ты проснулся? — в дверном проёме появилась Кэрол. На её лице играла загадочная улыбка. — Тебя все ждут. Я ещё не говорила, что ты вернулся.       Он не заставил никого ждать. Быстро поднялся, натянул ботинки и спустился вниз — в гостиную, где уже собрались Рик, Мишон, Карл, Джудит, Розита и Юджин.       Как только он переступил порог, в комнате повисла пауза. Потом — взрыв эмоций.       — Дэрил! — Карл первым бросился к нему, обхватив за талию.       — Ты цел?! — Розита шагнула вперёд, всматриваясь в его лицо, будто проверяя, не иллюзия ли это.       — Мы уж думали… — Юджин запнулся, не решаясь произнести вслух.       А потом — объятия. Одно за другим. Рик сжал его так крепко, что на секунду перехватило дыхание. Мишон — обычно сдержанная — прижалась к его плечу, и он почувствовал, как её плечи дрожат. Даже Джудит потянула ручонки, требуя, чтобы её взяли на руки.       Кэрол стояла в стороне, наблюдая. Когда Дэрил случайно взглянул на неё, она не выдержала — слёзы покатились по щекам.       — Ну вот, теперь и я расплачусь, — пробормотал Дэрил, пытаясь сохранить серьёзное выражение лица. Но внутри что‑то дрогнуло. Впервые за долгое время он почувствовал: он дома.       — Неужели Ниган отпустил? — Мишон вскинула бровь, скрестив руки на груди.       Рик молча посмотрел на Дэрила. Их взгляды встретились — и без слов всё стало ясно.       — Джулия, — уверенно произнёс Рик.       Дэрил кивнул.       — Джули? — Кэрол нахмурилась. — Я думала, она ушла охотиться с новым луком.       — Она помогла мне вернуться домой, — тихо ответил Дэрил, опустив глаза.       В комнате повисла тишина.       — Джули мертва? — Рик шагнул вперёд, голос дрогнул. Он взял Джудит у Карла и протянул её Дэрилу. — Держи.       Дэрил машинально взял малышку. Она тут же ухватила его за палец, улыбнулась.       — Не уверен, что Ниган убьёт её, — медленно проговорил он. — Скорее заставит страдать…       — Поганка, я скучал по тебе, — прошептал он, обращаясь к Джудит. Та засмеялась, дёрнув его за волосы.       — Ниган может приехать в любую минуту, — вмешалась Кэрол. — Может, тебе лучше пока пожить в Хиллтопе?       — Ну уж нет, — Дэрил резко выпрямился. — Я не буду прятаться, как щенок. Его проблемы, что он не смог поймать меня.       После ужина все разошлись. Рик предложил Дэрилу поговорить наедине — в его доме. Карл уже спал, Мишон укладывала Джудит, так что никто не мог помешать.       Они поднялись на второй этаж. Рик открыл дверь в комнату, где ещё недавно ночевала Джули. Воздух всё ещё хранил лёгкий аромат лаванды — её запах. Дэрил невольно напрягся, втянул носом воздух.       — Это её комната, — пояснил Рик, заметив его реакцию. — Она оставила кое‑что.       Он протянул листок бумаги. Дэрил взял его, пробежал глазами по строчкам.       — Спенсер? — озадаченно поднял взгляд на Рика.       — Да. Она напоила его, вырубила и украла блочный лук, который он где‑то откопал на вылазке, — Рик усмехнулся. — Вот уж не думал, что она на такое способна.       Дэрил молчал, перечитывая письмо.       — Я должен был сказать тебе о ней, — наконец произнёс он. — Просто не думал, что это будет важно…       — Джули рассказала мне свою историю, — Рик положил руку на плечо Дэрила. — Уверен, она вернулась туда не из‑за Нигана… Из‑за тебя, Дэрил.       Арбалетчик усмехнулся, но в глазах не было веселья.       — Это всё не для меня, понимаешь? — он отвёл взгляд. — У меня никогда не было постоянной женщины. Обычно мы с Мерлом по пьяни кого‑то снимали на пару суток — и всё. Отношения, любовь с первого взгляда — это всё дерьмо, Рик. Я не такой, как ты.       — А кто ты? — спокойно спросил Рик.       — Я… — Дэрил запнулся. — Я охотник. Выживальщик. Я не умею быть кем‑то ещё. Джули — обычная девчонка, такая же, как все. И я не хочу о ней говорить.       Он резко протянул листок Рику, развернулся и направился к двери.       — Дэрил, — окликнул его Граймс. — Ты можешь врать всем. Но не обманывай себя.       Но Дэрил уже вышел. Он спустился по лестнице, вышел на улицу, вдохнул прохладный ночной воздух. Где‑то вдали слышался стрекот сверчков.       Он достал сигарету, закурил. Дым медленно поднимался в небо, растворяясь в темноте.

      Она спасла меня. А я даже не знаю, жива ли она.

      Мысль обожгла изнутри. Он сжал кулаки, пытаясь отогнать её. Но она возвращалась снова и снова.

Джули…

***

      Ким уже несколько часов сидела в женском блоке, томясь от безнадёжной скуки. В руке — бокал красного вина; она медленно, почти механически, подносила его к губам, делала глоток, ставила обратно. Взгляд скользил по комнате, но ни на чём не задерживался: всё здесь было чужим, нарочито роскошным и оттого ещё более пустым.       Шерри возилась у неё за спиной, осторожно перебирая пряди волос, пытаясь соорудить какую‑то замысловатую причёску. Движения её были бережными, почти ласковыми — будто она старалась не просто уложить волосы, а передать через прикосновение хоть каплю тепла.       — Ты всегда умела делать это… красиво, — тихо произнесла Джули, не оборачиваясь.       — Привычка, — коротко ответила Шерри. — Когда‑то я думала, что это поможет мне… понравиться ему.       В её голосе не было горечи — только усталая констатация факта о Дуайте, ее бывшем муже.       Большинство жён Нигана относились к Джули с холодным презрением. Они знали: она была с ним с самого начала. Значили её привилегии — отдельный дом, наряды, право говорить громче, чем остальные. Для них она оставалась загадкой: то ли фавориткой, то ли пленницей, то ли призраком прошлого, который никак не исчезнет.       Дверь распахнулась. В комнату вошёл Ниган — уверенно, с той особой небрежной грацией, которая всегда заставляла всех замирать. Разговоры стихли. Женщины переглянулись, опустив глаза. Только Джули поднялась с места.       — Ниган, можно с тобой поговорить, наедине? — её голос звучал ровно, но внутри всё сжалось.       Он медленно обернулся, скользнул по ней взглядом — оценивающе, почти насмешливо.       — Я скажу тебе больше: тут каждая хочет поговорить со мной наедине, — он подошёл вплотную, наклонил голову, будто изучая её лицо. Потом кивнул в сторону дивана в углу. — Пойдём.       Они сели. Джули постаралась держать спину прямо, взгляд — спокойным.       — Я устала сидеть без дела. Могу я сходить на охоту? Или хотя бы просто в лес? Могу работать на кухне… — она замолчала, подбирая слова. — Что угодно, лишь бы не чувствовать себя птицей в клетке.       Ниган рассмеялся — громко, искренне.       — Узнаю малышку Джули. Непоседу.       Он потянулся к ней, провёл пальцем по ключице. Джули невольно вздрогнула, но не отстранилась.       — Завтра утром поедешь со мной в Хиллтоп. Только не надевай своё барахло, в котором ты ходила до этого. И да, сегодня тебе снова придётся меня развлечь. В твоё отсутствие, честно говоря, эти дамочки приелись. Зато кто знает — может, скоро придётся пополнить ряды.       Его рука скользнула ниже, но Джули мягко отстранилась.       — Могу я вернуться в свою старую комнату? Если она не занята… — она встала, направилась к бару, налила виски в хрустальный стакан и протянула ему.       Ниган принял напиток, пристально глядя ей в глаза.       — Хорошо.       — Спасибо. Тогда я устрою для тебя сюрприз, — Джули выдавила улыбку, надеясь, что комната не превратилась в склад ненужных вещей.       — Без сюрпризов, — резко оборвал он. — Сегодня я сплю с Шерри.       Он выпил залпом, вытер губы рукой. И, не дожидаясь ответа, вышел.       Джули стояла, словно оглушённая. Внутри — ледяной ком обиды, ярости, бессилия. Она сжала кулаки, потом медленно разжала. Это всего лишь игра. Он знает, как ударить больнее.       Она направилась в свою прежнюю комнату. Дверь поддалась с тихим скрипом. Внутри — тишина. Воздух будто застыл, пропитанный воспоминаниями.       Комната почти не изменилась. Та же мебель, те же занавески, тот же запах — старой древесины и чего‑то неуловимо знакомого, из прошлого.       На столе стояла фотография. Они вдвоём: Джули и Джеффри. Молодые, смеющиеся, с глазами, полными надежд. Тогда он ещё не знал, что станет тем, кем стал. Тогда она ещё верила, что может его изменить.       Джули взяла снимок в руки. Пальцы дрожали.       — Ты обещал, — прошептала она. — Ты клялся, что никогда не предашь меня.       Фото упало на пол. Стекло треснуло, осколки разлетелись по ковру.       Она закрыла лицо руками и заплакала — тихо, без всхлипов, будто боясь, что звук её слёз может кого‑то разбудить.       Позже, когда она уже лежала в постели, в дверь тихонько постучали.       — Можно? — это была Шерри.       Джули не ответила. Шерри вошла, села рядом на край кровати.       — Он всегда так, — тихо сказала она. — Играет. Проверяет. Пытается доказать, что никто не важнее его.       — А ты? — Джули подняла глаза. — Почему ты терпишь?       — Потому что у меня нет выбора. Потому что если я не буду с ним, он найдёт кого‑то другого. А я… я хотя бы могу защитить тебя и Дуайта.       — Защитить? — Джули горько усмехнулась. — От кого? От него?       Шерри не ответила. Вместо этого она взяла её руку, сжала.       — Мы обе знаем: он никогда не полюбит так, как любил Люсиль. Для него ты — напоминание. Но и ты не можешь быть ею. Ты — другая. И это его бесит.       Джули закрыла глаза. В голове крутились слова Нигана:

«Сегодня я сплю с Шерри».

      Она знала: это не просто месть. Это урок. Вот что бывает, когда пытаешься уйти. Вот что бывает, когда думаешь, что можешь быть кому‑то важнее.       Но в глубине души она понимала: он не сможет её сломать. Потому что даже в этой игре она оставалась единственной, кто знал его настоящего.

***

      Утром Ким направилась в женский блок — нужно было собраться перед поездкой. В коридоре она столкнулась с Шерри. Та избегала взгляда, теребила край рукава, явно чувствуя неловкость после ночи с Ниганом.       — Покурим? — предложила Шерри, доставая пачку.       — Не сейчас, — Джули покачала головой. — Мы с Ниганом едем в Хиллтоп.       Шерри кивнула, но в глазах читалось: «Ты знаешь, что это не Хиллтоп».       Джули выбрала высокий хвост, чёрное лёгкое платье с тонкими бретельками и красные туфли на каблуке. Непрактично, неудобно, но это был единственный способ хоть как‑то сохранить лицо — не выглядеть жертвой.       Она села в машину рядом с Ниганом. Двигатель зарычал, колёса взрыхлили гравий.       — Мы ведь проехали поворот в Хиллтоп? — Джули наконец нарушила молчание, переводя взгляд с дороги на его профиль.       Ниган ухмыльнулся, не отрывая рук от руля.       — Я разве сказал, что мы едем в Хиллтоп? Вот чёрт, я перепутал. Мы едем к Рику.       Её пальцы сжались на колене. Он знает. Он всё знает.       Через несколько часов Ниган уже стучал «Люсиль» по двери Рика. Открыла Оливия. Её лицо посерело от страха. Она замерла в проёме, пока он не оттолкнул её плечом.       — Где Рик? — Ниган насвистывал какую‑то мелодию, оглядывая гостиную.       — Он… уехал искать вещи для тебя, — голос Оливии дрожал.       — Хорошо, мы подождём. Будь зайкой, приготовь мне что‑нибудь пожрать. Не спеши, сделай вкусно. Джули, а ты поищи выпивку. Уверен, ты знаешь, где Рик её заныкал.       Он развалился на диване, закинув ботинки на стол.       Джули направилась в кладовую. И тут же вздрогнула: перед ней возник Карл, сжимая нож.       — Тихо, — она прижала палец к губам, завела его за угол. — Через пару минут придут люди Нигана и обыщут дом. Возьми Джудит и спрячьтесь в потайном отсеке шкафа. Не выходи, пока Рик не позовёт или не услышишь, что машины уехали.       Карл кивнул. Джули выдохнула и направилась на кухню.       Там — картина, от которой кровь отхлынула от лица.       Оливия лежала на полу. Нож торчал из её горла. Ниган сидел на стуле, наблюдая, как она пытается что‑то сказать.       — Оливия! — Джули бросилась к ней, прижимая кухонное полотенце к ране. Кровь хлестала между пальцев.       — Сволочь, сделай что‑нибудь! — она подняла глаза на Нигана.       В этот момент в дверь вошёл Рик. Он рванулся вперёд, но Ниган отрицательно качнул головой. Граймс замер.       — Не смотрите на меня так. Она такая толстая, что сама наткнулась на нож… Я просто сижу и жду свой омлет. Рик, придётся тебе заняться готовкой, пока Джулия будет смывать с себя эту липкую красную жижу.       Ниган усмехнулся, поднося биту к её лицу. Джули встала, глядя на свои окровавленные руки и платье.       Ким медленно поднималась по лестнице. Она двигалась как автомат, пока чья‑то рука резко не закрыла ей рот и не втянула в ванную.       Она едва не закричала, но обернулась — и увидела Дэрила.       — Как ты… — начала она, но замолчала, увидев своё отражение в зеркале: платье в крови, волосы спутаны, глаза — пустые.       — Окно, — коротко ответил он, наблюдая, как она смывает кровь с рук и лица.       Он протянул полотенце.       — Ты изменилась. Выглядишь как одна из его женщин.       — Зато ты вернулся домой, — тихо сказала она, глядя в его глаза, скрытые за прядями волос.       — Если это из‑за меня, то оно того не стоило. Ты дура, — усмехнулся он.       — У нас разное мнение по поводу этого, — она отвела взгляд и шагнула к двери.       — Зачем ты оставила в рюкзаке на байке ствол? Хочешь, чтобы я убил Нигана? — его голос остановил её.       — Не промахнись… — не оборачиваясь, ответила она.       За дверью послышались шаги.       — Ты ведь не обижаешься на меня? — голос Нигана. Он открыл дверь.       Джули стояла у раковины, делая вид, что отстирывает платье. Она чувствовала, как за шторкой ванной замер Дэрил.       Она выключила воду, шагнула к выходу, но Ниган перехватил её, прижав к раковине.       — Да брось… Я знаю, ты не обижена… Хочешь, я выгоню всех к чёрту и как следует трахну тебя прямо тут? Тебе же понравилось в прошлый раз, — он провёл пальцами по плечу, сдёргивая бретельку.       Громкая пощёчина. Он рассмеялся.       — Ты свинья! — выпалила она и выбежала из ванной.       — Теперь я захотел ещё больше, — крикнул он ей вслед, выходя.       Дэрил стоял за шторкой, сжимая кулаки. Каждое слово Нигана, каждое прикосновение — как удар по нервам.

Он знает, что я здесь. Он делает это специально.

Он слышал, как Джули вышла. Как Ниган ушёл. Тишина.

      Дэрил медленно приоткрыл дверь, вышел. Направляясь в комнату Рика, он выглянул в окно.       Джули шла рядом с Ниганом к воротам. Она обернулась. Их взгляды встретились.       «Я хочу тебя», — пронеслось у него в голове. Воспоминание с старого склада вспыхнуло так ярко, что он на мгновение потерял равновесие.       Он сжал подоконник, заставляя себя отвернуться. Это не время. Не место.       Спустившись вниз, он услышал голос Спенсера.       Спенсер стоял перед Риком, размахивая руками.       — Мы ведь в шоколаде, Рик! Если бы ты сразу согласился на условия, Ниган был бы куда более снисходителен. Да и Абрахам, Гленн и Оливия были бы живы!       — Заткнись, Спенс, — рявкнула Кэрол, подходя к Рику.       — А я устал молчать! Если бы мы сразу убили эту сучку Нигана, возможно, Оливия была бы жива. Может, эта Джулия убила её?! Никто не видел?! — Спенсер обвёл взглядом всех присутствующих.       — Джули бы никогда не сделала этого! — Рик сжал губы, собираясь уйти.       — Она шлюха Нигана, а вы готовы из‑за неё… — Спенсер не успел договорить.       Дэрил ударил его в челюсть. Спенсер рухнул. Диксон вскочил на него, начал бить кулаком, прижимая руку к груди.       — Ты ничего не знаешь! — хрипел он, нанося удары. — Ты не видел, что она сделала! Ты не знаешь, через что она прошла!       Рик и Кэрол еле оттащили его. Спенсер лежал без движения.       Дэрил тяжело дышал, глядя на окровавленные кулаки.       — Она не шлюха, — прошептал он. — Она — та, кто спасла меня.       Тишина. Только ветер за окном.

***

      Джули шла за Ниганом, невольно оборачиваясь на дом Рика. В окне мелькнул силуэт — Дэрил. Их взгляды встретились на долю секунды, но этого хватило, чтобы внутри всё перевернулось. Она прочла в его глазах то, что боялась признать сама: боль, гнев, разочарование.       Ниган не оборачивался, но будто чувствовал её смятение. Внезапно он резко притянул её к себе, обняв за талию, а ладонь нагло скользнула ниже, сжимая ягодицу. Джули вздрогнула, но не отстранилась — знала: любое сопротивление только раззадорит его.       Они сели в машину. На заднем сиденье — она и Ниган. Впереди — Саймон и ещё один из Спасителей. Двигатель зарычал, колёса заскрипели по гравию.       — Ты всё ещё думаешь о нём, да? — Ниган наклонился к её уху, голос звучал лениво, но в нём таилась угроза. — О твоём арбалетчике.       Джули промолчала, уставившись в окно. Деревья мелькали за стеклом, сливаясь в размытую зелёную ленту.       — Платье твоё… испачкалось, — продолжил он, проводя пальцем по кровавому пятну на её бедре. — Надо бы снять.       Она сжала кулаки, но не ответила.       Ниган усмехнулся. Его рука медленно поползла вверх по её ноге, под подол платья.       — Что, не хочешь разговаривать? — он наклонился ближе, вдыхая запах её волос. — А ведь Дэрил сейчас где‑то там… Может, слушает. Может, представляет, как я тебя трогаю.       Джули закрыла глаза. Он знает. Он всё знает.       Его пальцы уже скользили по внутренней стороне бедра, подбираясь к краю трусиков.       — Остановись, — прошептала она.       — Что? — он притворился, что не расслышал. — Говори громче.       — Пожалуйста… — её голос дрогнул. — Не надо.       Это лишь раззадорило его. Он засмеялся, наклоняясь ещё ближе.       — А мне нравится, когда ты просишь. Так мило.       Его ладонь накрыла её грудь, сжала. Джули сжала зубы, стараясь не выдать эмоций.       Внезапно Ниган резко рявкнул:       — Останови машину! Всех — наружу! И не дай бог кто‑то будет подглядывать!       Водитель послушно затормозил. Саймон и второй боец вышли, отходя на безопасное расстояние. Остальные Спасители тоже разошлись, перешёптываясь.       Ниган резко потянул Джули на себя, усадив на колени. Его руки задрали её платье до талии.       — Ну же, малышка, улыбнись, — его голос вдруг стал мягче, почти ласковым. — Помнишь, как раньше? Когда ты хотела меня… по‑настоящему.       Он провёл ладонью по её щеке, затем опустил руку, отодвигая край трусиков.       — Расстегни мои брюки. Достань его. Сама.       Джули медлила.       — Давай, — он сжал её запястье, направляя руку. — Ты же знаешь, как это делать.       Её пальцы дрожали, но она подчинилась.       — Теперь опустись на него. Сама. Я не буду помогать. Хочу видеть, как ты этого хочешь.       Он откинулся на спинку сиденья, наблюдая за ней. Его глаза горели — не похотью, а чем‑то более тёмным, почти одержимым.       — Опускайся до конца, малышка. Хорошая девочка.       Джули медленно опустилась, чувствуя, как он заполняет её. Ниган запрокинул голову, сжимая её ягодицы обеими руками.       — Давай, попрыгай на папочке. Тебе же это всегда нравилось…       Сначала её движения были осторожными, почти механическими. Но он требовал больше — ускорял ритм, направлял её бёдра.       — Быстрее. Ещё.       Плавные толчки превратились в резкие, почти отчаянные. Джули пыталась сдержать звуки, но они вырывались сами — тихие всхлипы, затем стоны.       — Я сейчас… — она запнулась, но не смогла остановиться. — Я сейчас кончу!       — Громче, — приказал он.       — Сейчас кончу! — выкрикнула она, уже не контролируя себя.       Её стоны эхом разнеслись по лесу. Спасители переглянулись. Один из них, не сдержавшись, поправил возбуждённый член в штанах.       — Чёрт, я бы и сам её трахнул сейчас. И не раз, — пробормотал он.       Второй боец усмехнулся:       — Да уж, Ниган знает, как выбрать себе игрушку.       Саймон резко обернулся, бросив на них ледяной взгляд.       — Закройте рты. И даже не смотрите в её сторону. Это равносильно смерти.       Бойцы мгновенно замолчали, опустив глаза.       Внутри машины Джули содрогнулась в последнем спазме. Ниган отпустил её, отстраняясь.       — Вот так, — он провёл пальцем по её влажным губам. — Теперь ты снова моя.       Она не ответила. Её взгляд был пустым, а тело — чужим.       — Поехали, — крикнул Ниган водителю. — У нас ещё много дел.