Другая история: В новом свете

Лора предложила накинуть ветровки и посидеть на открытой веранде, поскольку устала от безвылазного нахождения в четырех стенах. День с самого утра был прохладным. Заехавшая к приболевшей и заскучавшей в отсутствии детей, гостивших у родителей, подруге Наташа искренне удивилась новостям о том, что соседская парочка, похоже, не на шутку разругалась и разошлась. Романова думала, что давний ученик, оставаясь человеком творческим, просто вспылил, и его пропажа и последующее сообщение, что в Нью-Йорк он возвращаться пока не намерен, являлись скорее попыткой привлечь к себе внимание. Именно поэтому она и пустила ту их переписку на самотёк, отложив телефон поздним утром, спокойно досыпая, удостоверившаяся, что Джеймс жив-здоров. Почему-то подспудно замешанным в конфликте она видела присутствовавшего в их доме Старка, учитывая, что и наслышана о нём была и знакома лично, пусть и весьма поверхностно. И выводы делать умела. Но презумпцию невиновности никто не отменял, ввиду чего Наталья не уверена была даже в том, что ей вообще стоит вмешиваться в чужую личную жизнь даже мысленно. Баки явно тогда дал понять, что произошедшее касается только их со Стивом, а не уважать чужое мнение в данном случае казалось ей недопустимым. Хотя не присмотреться повнимательнее к Роджерсу она теперь не могла. Тот как раз возвращался с пробежки. Чуть ли не качаясь из стороны в сторону. Наташа даже подумала про себя, что парень, возможно, специально себя выматывает физически, чтобы заглушить душевную боль и невольно прониклась сочувствием. — Не объявился? — сочувственно спросила Лора у проходящего мимо Стива. Тот отрицательно мотнул головой, перешагнул через живую изгородь и подошёл ближе, глухо ответив, что телефон Баки был недоступен с того самого момента, как он уехал отсюда. — Подожди, — перебила его Наталья. — Он мне тогда ещё утром ответил на сообщение, что не собирается пока возвращаться в Нью-Йорк, и он вполне себе был доступен после перерыва в несколько часов. Может, на ночь просто выключал. — Можно… — в голову Стива закралась мысль, — я сделаю звонок с вашего номера? Романова, пожав плечами, протянула ему телефон. Потом дернулась, чтобы снять блок, и, найдя в контактах Барнса, совершила набор, протянув трубку Стиву. Услышав гудки и почувствовав себя идиотом, потому что и не подумал о добавлении своего номера в черный список прямо на месте, он отошёл как можно дальше и зажмурился, ощущая, как сердце снова будто сбивается с ритма. — Он всё это время пил? — уточнила у Лоры Наталья, от которой не укрылось состояние Стива, несмотря на якобы бодрый спортивный стиль. Та поджала губы и коротко покачала головой. Сегодня Стив впервые вышел на пробежку после случившегося, не позволив себе ни капли алкоголя, хотя и хотелось, причём едва он открыл глаза. Достаточно поздно. Волевым усилием он собрался, не сдаваясь даже под натиском внутреннего голоса, убеждавшего, что пятница — его выходной и можно было бы и вовсе из дома не выходить. Он через силу взял себя в руки, выбрав минимальный темп после длительного перерыва, планировал остановиться на стадионе при школе и там же провести свою стандартную утреннюю зарядку, но, не пробежав и половины пути, почувствовал, что перед глазами темнеет, а сердце так заполошно бьётся, что пришлось глотать воздух ртом, как воду. Он упал на ближайшую скамью и с ужасом осознал, что вокруг него нет ни души и некого даже просить о помощи. «Да и стоит ли?» — почему-то пронеслось в его помутневшем рассудке. Страх отошёл в сторону, уступив пустоте и жажде, сердце медленно возвращалось к нормальному ритму. И теперь снова это ощущение от долгих, сводящих с ума гудков. Сердце забилось быстро. Не дожидаясь темноты перед глазами, Стив закрыл их и услышал долгожданное: — Да?

***

Плюс шесть в конце сентября… Стоило купить пару перчаток, а уж тонкий пуховик из дьюти-фри точно оказался не лишним. Баки думал, что не зря он утрамбовал свои пожитки в рюкзак, бросив чемодан дома. Рука бы отвалилась таскать его за собой по такой погоде. Тем не менее, ни в одно из тёплых уютных кафешек соваться не хотелось, даже когда начало моросить. Он искал глазами хостелы, не желая уезжать за слишком бюджетными вариантами на окраину, но при этом не стремясь зря тратить деньги в пафосных отелях с видами на близлежащую Красную площадь. Здесь, совсем недалеко, всего в паре километров, рядом с отреставрированным Дворцом спорта, вела когда-то свои занятия Романова. Питерская школа в Москве. Система Вагановой. Баки был в восторге тогда. Выкладывался на все сто. Столько воды утекло… Дождь усиливался. Словно в оправдание предчувствию на дисплее завибрировавшего телефона высветился номер Натальи Альяновны. Рука, согревшаяся в кармане, мгновенно замёрзла на ветру. Он как раз хотел остыть, всё случилось так вовремя, наслаивалось одно на другое. Баки после сегодняшней сцены на дне рождения отца, не мог заставить себя улыбнуться, поэтому почти процедил сквозь зубы: — Да? — Это Стив. Баки замолчал, до треска сжав в руке трубку.