***
Разумеется, Стиву не надо было по третьему разу объяснять, что всё кончено. Прошлого не вернуть, как бы он не умолял, тем более, это ещё при последней их встрече казалось лишенным смысла. Когда Баки бросил трубку, Роджерс сначала тупо уставился на телефон, потом догадался-таки подойти и вернуть его хозяйке, окончательно понимая, что ничего никогда не будет по-прежнему, что невозможно после произошедшего просто сделать вид, что этого не было и начать с ноля, даже добившись прощения. Он сослался на самочувствие и под понимающими взглядами Наташи и Лоры ушёл домой. — Как бы не упился он там теперь до смерти, — пробормотала Наташа ему вслед, но, поняв, что и без того трепетная беременная подруга может разволноваться и её внимание точно стоит отвлечь на что-нибудь более приятное, предложила: — Я, пожалуй, отъеду за пончиками в супермаркет или чего бы тебе ещё хотелось, м? Завидев припаркованную у ворот белую «Ауди» Старка, Наташа поморщилась и не расслышала толком просьбу Лоры. Что удивительно — Тони приехал именно к ней, чтобы забрать забытый Клинтом внешний жёсткий диск, поскольку был в это время гораздо ближе к Хотторну, чем сам Бартон. Наташа кивнула ему и гордо удалилась, а Лора, открыв Старку дверь в дом, успела попросить его заглянуть позже к Стиву, потому что у того, похоже, появились серьёзные проблемы с алкоголем. А кто, как не Старк, знал о подобном более, чем достаточно. Тони не хотел идти, но волнение в глазах жены Клинта было настолько ощутимым, что отказать ей он не смог. Да и вообще, последние пару дней у Старка всё валилось из рук. Он забывал важные идеи, если не успевал их вовремя записать, отвлекался и чувствовал, что почти потерял вдохновение, хотя по его же собственным предположениям до окончательной доработки экзоскелета для Роуди оставалась сущая ерунда. Бартон, не переставая, под разными соусами пытал его вопросами и намёками на участие в конфликте полюбившихся Лоре соседей. Бесконечное упоминание в его речи Стива бесило, или Тони уже просто начало казаться, что тот именно что бесконечно его упоминает. Старк храбрился. Пусть и признав, что с его стороны определённо существует проблема, он искренне хотел ограничить свои контакты со шлюшкой-Стивом до минимума, чтобы не вестись, как мальчишка, на его сладкие губы, невинную мордашку и горячую, как чёртов Ад, задницу. Тем более после спровоцированной им близости, когда Стив сначала выгибался под ним, ловя каждое движение, раскрываясь, чуть ли не всхлипывая, цеплялся за его плечи, а потом оттолкнул так, будто не его сейчас хорошенько оттрахали, а он. Вот уж чего-чего, а фаллоимитатор Тони заменять собою никогда не планировал. А ещё этот Баки-Баки-Баки… Если судить по словам Клинта — гордо ушедший в закат. Что у них там за херня творилась, Старк даже предполагать не желал. А когда всё-таки пробовал, искренне не понимал прежние границы сексуальных свобод специфической больше-не-парочки. Даже, казалось бы, свободный теперь уже Стив, без прицепа в виде своего дружка, как совсем недавно мечталось Тони, больше пугал сейчас, чем возбуждал и притягивал. — Ладно, — утешающе пробормотал Старк, приобнимая тревожную Лору за плечи. — Если я вдруг не вернусь — передавай, что всё своё состояние я завещаю Пеппер. — Эй, — оттолкнула его уже со смешком Лора. — А как же мы? Но, если честно, спасибо тебе, Тони. Он — такой хороший парень, мне его, правда, жаль. — Хороший… Ну-ну, — пробормотал Тони, протянув руку к звонку, но заметив при этом, что входная дверь приоткрыта. Толкнув её без лишнего шума, он морально готовился увидеть батарею бутылок и, уже подбирая про себя подходящую для вынужденного застольного разговора шутку, замер, практически онемев, когда на его глазах стоящий к нему спиной Стив с петлёй на шее плавно шагнул с табуретки-стремянки вниз.Глава 18. Бабочки
12 декабря 2016 г., 08:24
— Чего ты хочешь? — обессиленно спросил Барнс, чувствуя, как внутри него поднимается неконтролируемая волна ярости, разрастающаяся как цунами, подкрадывающаяся всё ближе к берегу, потому что Стив покаянно молчал и сопел, подбирая слова.
Баки даже представлять не надо было, как это выглядело со стороны.
— Мне жаль, что так случилось. Прости меня, — всё-таки выдавил из себя Стив.
— Конечно, — бросил в ответ Джеймс, заметив, что его затрясло. Причём явно не от холода.
— Скажи мне что-нибудь, — попросил Стив, силясь усмирить стук сердца, казалось бы, застрявшего в горле.
— Я желаю тебе счастья, знаешь… Просто где-нибудь подальше от меня, — добавил Баки скоро, чтобы дрожь не успела прокрасться в голос.
— Бак… — Стив сказал это со смирением, но бабочки в животе Джеймса на тот момент не просто сдохли, а успели ещё и сгнить.
— Нам по-прежнему не о чем говорить, Стив, — после затянувшегося молчания ответил Баки, нажимая отбой, убирая в карман трубку.
Он уже стоял на пешеходной зоне одного из автомобильных мостов через Москву-реку, не заметив даже, по какому сигналу светофора он зашёл на него. Холодные капли падали на лицо. Перед ним, как на ладони, лежал исторический центр. Ноги сами вели к месту, которому он был бы предан до самого конца.
Телефон снова завибрировал, на дисплее теперь уже высветился незнакомый номер.
И Баки, заведённый и злой от бессилия, не сомневавшийся ни на секунду, что это снова Стив, выпалил, срываясь на крик:
— Что? Что тебе ещё от меня нужно? И сколько? Что мне сделать, чтобы тебе уже хватило? Чтобы ты понял, что во мне не осталось больше ничего!
— Баки, это правда ты сейчас стоишь на Большом Москворецком? — выдержав паузу, ровным хриплым голосом уточнил Брок.