Другая история: В новом свете

— Эй, — Бак почувствовал, что его плеча коснулись рукой, он дёрнулся, сонно разлепив глаза, и увидел Брока. Причём, даже и не узнал того сразу. Гладковыбритый, в стильных очках, тяжёлом тёмно-синем свитере крупной вязки Рамлоу улыбался так беспечно и светло, что Джеймс невольно подумал, а не сон ли это. — Я бы и дольше мог любоваться, но как насчёт кофе? Брок распрямился и, бросив взгляд на шкаф, сказал: — Не хотел будить тебя, просто телефон не отвечал, а уже половина третьего. Я решил проверить, как ты. — Сколько? — приподнимаясь на постели, удивлённо спросил Баки. Он чувствовал себя отдохнувшим, спокойным и, прислушавшись к себе, понял, что уже и немного голодным. Вспомнив, что вчера оставил свою одежду в ванной, еле дойдя от усталости до постели обнажённым, он опустил на пол ноги, откинув покрывало в сторону, и попробовал замотаться в простыню, которая, разумеется, оказалась дико огромной. — Половина третьего, — Рамлоу коротко усмехнулся и, бросив, что в шкафу достаточно одежды, но он и рюкзак может сюда занести, вышел из спальни. Смущаться в их случае, конечно, было глупо, поэтому Джеймс успел встать и открыть створки, чтобы вытянуть один из халатов, когда вернувшийся Брок оказался за его спиной. Он протянул пресловутый рюкзак, едва Баки обернулся через плечо. Почему-то захотелось рассмеяться от исказившегося взгляда, и, пряча своё тело за халатом, Баки именно что мягко отшутился: — Глаза не сломаешь? Брок, приподняв очки, потер левый глаз и, опустив на пол рюкзак, вышел в гостиную, отвлеченно сказав, что из-за новых линз они у него и так болят до сих пор. Раз уж необходимость в халате отпала, Бак полностью оделся в свои вещи и расправил кровать. Когда он вышел из спальни, Брок уже сидел на одном из высоких стульев у укороченной барной стойки с кружкой кофе и вертел в руке пульт от телевизора. Аромат свежесваренного напитка успел расползтись по помещению, и Джеймс заметил, что его тоже ждала отдельная порция на столе. — Я тебя таким не видел никогда, — сказал он прежде, чем сделать глоток. — Ботаником в очках? — переспросил Рамлоу, с хищной грацией откинувшийся на короткую спинку стула. Он подогнул ногу в колене и старался не смотреть на Баки сейчас, чтобы тот не оценил вид его совсем уже не утреннего стояка, потому что в голове, кроме мыслей о том, что кого-то прямо здесь и сейчас надо «валить и трахать», бледной пульсирующей тенью билась одна-единственная спасительная — ребенка с занятий скоро надо будет забрать. — Домашним, — улыбнулся поверх чашки Баки, продолжив задумчиво: — Спокойным. Отцом. — Ну, так время не остановить. Как ты смотришь на то, чтобы слопать по стейку? По такой погоде — самое то. Мне через полчаса сына с тренировки встречать, и можем присесть вместе где-нибудь, м? — Рамлоу, справившись с собой наконец, встал и сделал несколько шагов в сторону Баки. Подошёл гораздо ближе, чем стоило, отчего Джеймс сразу закинул ногу на ногу, выставил локти, фактически забаррикадировавшись от всех и вся. Какую-то минуту назад он думал на тему того, как гармонично чувствует себя и смотрится в этом интерьере Брок, не переживающий ни за лишнюю каплю или крошку. Как он хозяйски сгружает чашку в раковину вместе с бренчащей по блюдцу ложкой. И ведь не задумывается над тем, чтобы отправить их в посудомойку или сразу сполоснуть. Баки знал, что он умеет, просто декорации были не те. Он ощутимо напрягся от близости Рамлоу, хоть тот, казалось бы, и не делал лишнего движения. — Отлично смотрю, — кивнул Джеймс. — Я только заскочу умоюсь всё-таки. Дай мне пару минут. Без дистанционного запуска двигателя было бы прохладно. Баки всерьёз задумался о походе по магазинам в ближайшее время. В той же паре тёплых плотных джинсов и шапке точно себе отказывать не стоило. — Так что там у вас случилось? — буднично спросил Брок, скользя взглядом по зеркалам. — Ничего. Просто я лишний раз и зазря убедился в том, что семья не примет меня таким, какой я есть. — Кто бы сомневался, — пробормотал Рамлоу, и Баки отчётливо услышал в этом нотки сочувствия и понимания. Он не следил за дорогой, будучи поглощенным своими мыслями, но как только обратил внимание на происходящее вокруг, оказалось, что Рамлоу поворачивает как раз в тот самый двор, где располагалась прежде студия Натальи Романовой. Туда, куда Баки вчера так и не дошёл. — Он занимается здесь? — удивился Джеймс. — Не танцами, — оборвал его предположения Брок. — Здесь достойная секция единоборств, место выбирала жена. Я потом просто встречался дополнительно с тренером и, знаешь… Не настолько я — любитель поностальгировать, — заглушив мотор, он задумался, но тут же завёл его снова. — Посидишь? Мы скоро. — Конечно, — кивнул Джеймс, глядя, как Брок натягивает на голову тёмную тонкую трикотажную шапку, оставляя в салоне ключи. Сегодня дождя уже не было, но ветер казался весьма и весьма мерзким. Баки снова задумался, что неплохо бы было сейчас поплыть немного по течению, но меру в этом точно стоило бы определить заранее. Он сунулся в карман за телефоном, потом вспомнил, что тот так и остался сиротливо валяться на кровати, полностью разряженным. Он включил радио, выбрав волну с медленными инструментальными композициями, и перенёсся мыслями ко времени своего сегодняшнего пробуждения. Стоило отдать Броку должное, он не высказывал своих собственных умозаключений об обстоятельствах их последней встречи, о работе и, в частности, о Стиве. Но и то, что он пришёл за ним, разбудил, взял с собою — немного покоробило. Разумеется, он пришел как к себе домой. Он там и был хозяином по сути, но всё складывалось в сознании Баки так, что жильё и хотя бы подработку стоило подыскать, не злоупотребляя чужими жестами доброй воли.