Другая история: В новом свете

Стив зажался сам, сжимая в руке переданную одежду и посмотрел на Тони так, словно стал мышью, загнанной в угол. — Да давай уже смелее, — подобрался к нему Старк, нахально и резко пропустивший пальцы под полотенце, отчего то мгновенно оказалось на полу. — Только не говори, что теперь стесняешься, Капитан Америка. Стив закатил глаза и издал полузадушенный нервный смешок, чувствуя, как Тони притирается к нему бёдрами и неотрывно смотрит в глаза. — Там, под этим великолепием, как раз твоя супергеройская форма болтается, я сначала было потянулся к ней, но ты, понимаешь… Стив, это точно твоё? — Старк показно нахмурился. — Если да — надевай, я серьёзно, если нет — расскажи мне, где в твоей жизни затесалась куколка столь пышных форм. Но я не уверен, что, даже узнав, так легко уступлю ей свой кусок счастья. Так ей и скажи. Я, конечно, филантроп, но жадный, — он чуть отступил от всё ещё напряженного, но уже не могущего сдерживать дальнейший смех Стива, и прижал лёгкую ткань своей ладонью к лобку любовника, обхватив через неё пока не возбуждённый член. — Можешь не надевать, мы справимся, ведь так? — Тони подтолкнул кивнувшего Роджерса к постели и опустился за ним следом, целуя, не прекращая движений рукой. Стив откликался. Уже буквально через полминуты, откинувшись на подушки и повернув голову вбок, словно пытаясь спрятаться от прожигавших страстью глаз партнёра, он попробовал думать, что вполне мог уже обойтись и без подобных вещей, но гладкая ткань, стискивающая благодаря умелым рукам его плоть, гнала из головы сожаления и лишние предположения быстрее штормового ветра. Тони шептал ему на ухо, прихватывая мочку, что всё в порядке, что если нравится обоим, ничего постыдного в этом нет, чуть ли не слово в слово повторяя слова одного из психологов, занимавшегося прежде проблемами Стива, сминая ткань, местами ставшую влажной от естественной смазки. Когда Стив, процедив сквозь зубы просьбу приостановиться, повернулся лицом к Тони, тот, хищно осклабившись, провел пальцами свободной руки по припухшим губам… Стив приоткрыл рот, пропуская их, начав посасывать, отчего, будто загипнотизированный действом, Тони остановил ласкающие движения, тяжело задышав, но нашел в себе силы прерваться, откладывая прежде всего свой собственный оргазм, слишком уж пубертатно рвавшийся на свет из-за трения о боксеры. — Всё-таки надень, — чуть ли не силой Тони натянул на несопротивлявшегося Стива смятый, чуть влажный шёлк, несмотря на внешнюю нежность из-за небрежности и проступивших следов страсти смотревшийся теперь как порочное безумие. Поэтому он не мог не коснуться просвечивающихся сквозь кружево розовых сосков, жаждавших ласки всем своим видом, не мог не гладить тело любовника прямо сквозь ткань, не мог не забираться под неё. Несмотря на то, что Стив был большим, он не смотрелся нелепо или комично, его ещё сильнее хотелось тискать до розовых пятен на теле, до стеснения и румянца, сначала заливавшего его лицо, а потом прорывающегося в бесстыдство и жаркие стоны поощрения. Тони, задрав часть подола на живот, взял в рот уже сочившуюся головку, поджимая её снизу языком, поскольку об успехах в более глубоком минете без подробной программы тренировок предпочитал и не думать. Он дотронулся и до поджимающегося кольца мышц пальцем, чуть отвлекшись, чтобы по своей же слюне проложить путь глубже, и не мог не почувствовать гордость и самодовольство, отмечая, как его любовник вцепился в несчастную ткань, находившуюся уже на грани разрыва со стороны кружевной вставки. — Я сам, — под досадный стон Стива, лишившегося тепла чужого рта из-за того, что Тони так не вовремя решил поболтать и проявить себя. Тот, обхватив его пальцы своими, приложил достаточно усилий, чтобы ткань всё-таки треснула, и тут же прошёлся языком по натёртым соскам, выбивая из выгибающегося навстречу любовника новую череду стонов. Нечто подобное часто и хотелось провернуть, но не каждая дамочка воспринимала это как элемент эротической игры, а не намек на порочность и собственные садомазохистские наклонности. Однажды даже вышло так, что Старку пришлось включать обаяние на максимум и возмещать расходы, господи-боже, одноразовой партнёрше за новое коктейльное платье из-за оборванной в порыве страсти лямки. Это совсем не стоило того. Со Стивом о подобном и не думалось даже, хотелось тереться об него лицом, оставляя розовые следы, вызванные раздражением, смешивать сперму, дышать нормальным запахом возбужденного тела, оставаясь рядом до самого утра, и не искать предлога, как бы свалить или побыстрей распрощаться. Тони снова опустился губами ниже, не в силах сопротивляться желанию быть щедрым на ласки насколько это возможно, задерживаясь на грани собственного оргазма, в который он готов был сорваться только от того, как на них реагировал Стив. Тот приподнялся, перехватывая воздух и сжав руку Старка в районе предплечья каменной хваткой, зашептал что-то быстро и скомкано так, что он сначала и не воспринял толком, вытянулся на боку вдоль самого Тони вниз и не остановился, медленно насаживаясь ртом на горящий от возбуждения член любовника, пока не уткнулся подбородком в его лобок. За счёт разницы в росте Тони как и в начале мог обхватить губами лишь головку члена Стива, не решаясь пока на большее, но сжал руки на ягодицах своего партнёра, наверное, до синяков, потому что от одновременных ощущений хотелось орать и даже кусаться, чего ни с одной дамочкой ни при каких вариациях «69» ранее не бывало. Впечатление только усилилось, когда Стив проник пальцем в задницу Тони, ненадолго замер, кончая и вздрагивая, но не останавливая при этом медленные движения, растягивая Старка. Тони расслабился, отстраняясь, скорее больше ради безопасности Стивова члена от собственных зубов, нежели чтобы просто сглотнуть. Пока его любовник, неожиданно быстро отошедший, снова сменил позу и, не дав Старку опомниться, развернул того на живот, разводя ягодицы, отчего ствол болезненно чиркнул по простыням, и тут же юркнул языком туда, где только что был палец. Тони не сдержал стона, прогнулся в пояснице, раскрываясь от удовольствия сильнее, и уже просунул ниже руку, чтобы додрочить себе, пока Стив трахал его задницу своим языком, но тот опередил его, помогая ладонью, пока не почувствовал ни с чем не сравнимую дрожь экстаза и тёплые капли семенной жидкости, размазываемые по пальцам с каждым новым движением. — Хорошо? — спросил Роджерс, опускаясь на лежащего под ним практически обессиленного любовника. Тот медленно кивнул, не приподнимая с подушки головы. Стив потерся о его поясницу членом, готовым к продолжению. — Да, но мне не двадцать четыре и для второго захода мне сейчас надо немного… — Тони чувствовал, как он растекается вслед за собственной спермой, будто подтаявшее желе. — Погоди, я сейчас отдышусь и теперь уже нормально трахну тебя… — Мы могли бы и поменяться, — обведя ушную раковину партнёра, предложил на ухо Стив, будучи объективно готовым в душе к очередному отказу, но Тони, замерев, чуть выгнул ягодицы и пробормотал в изгиб своего плеча, что раз уж он здесь и сейчас готов подарить Стиву своё целомудрие, пусть уж тот будет любезен и поведет себя после как джентльмен. Стив прыснул, упершись головкой в разнеженное языком и расслабленное силой мысли гениального хозяина кольцо мышц и медленно качнулся вперед, предпочитая не спрашивать, не о свадьбе ли шла речь.