Christmas miracle

Нынешняя зима в Детройте выдалась достаточно снежной и холодной. Декабрьский мороз не щадил никого, поэтому выбраться на обыкновенную прогулку осмеливались либо самые стойкие, либо обреченные собачники, лишенные возможности в плохую погоду посидеть дома. Том не считал себя собачником. Да и собака у него появилась только благодаря чистой случайности. Но Том никогда не был против домашних животных. К тому же, он прекрасно переносил холод в отличие от Ребекки: той никогда не нравилась зима. Это отвратительное, по ее мнению, время года заставляло прятать волосы под шапкой, из-за чего невозможно было сделать нормальную прическу; кроме того, скользкие дороги повышают вероятность как следует навернуться на льду. Тома состояние дорог не смущало. Он решил вывести Каспера на первую прогулку по городскому лесопарку и специально выбрал путь дворами: здесь почти не ездили машины и редко ходили пешеходы. Каспер побежал впереди хозяина, чтобы обнюхать все новые неизведанные территории. Том натянул на руки кожаные перчатки с толстым слоем искусственного меха внутри и подумал о том, что слишком хорошо выспался за эту ночь, чем мог похвастаться не каждый день. Прошлым вечером приехала тетя Рейч, чтобы увезти Ребекку к себе домой на несколько дней. Она ворвалась в дом как всегда без стука, бесцеремонно распахнула дверь и принесла с улицы холодный зимний ветер. Стоя на пороге, она исподлобья оглядела прихожую на предмет отсутствия пыли и грязи, мимолетно взглянула на Тома и Ребекку и только после этого сняла с рук перчатки. Вообще-то она безумно любила своих племянников, но из-за аварии они все больше замыкались в себе, и Рейчел решила вести себя несколько строже с ними, отчасти потому что боялась впасть в такую же депрессию. Она была сильная женщина и не могла себе позволить дать слабину. Когда Ребекка попала в аварию, тетя Рейчел проводила с ней много времени, но ни разу брат и сестра не видели ее в плохом настроении: Рейчел никогда не давала волю чувствам, по крайней мере при них. Тетя Рейч ни разу не оставалась ночевать в доме племянников. Возможно, потому что не хотела становиться свидетельницей и невольной участницей их ссор. Ей проще было общаться с Ребеккой наедине, поскольку рядом не было старшего брата, который мог ее спровоцировать. Когда Рейчел уехала вместе с Ребеккой, Том закрыл за ними дверь и внезапно почувствовал приятное умиротворение в душе, которое он испытывал и сейчас, гуляя по улочкам Детройта. И Том никак не мог понять причину своего странного состояния. Он не был слепым оптимистом и не считал, что жизнь налаживается, но что-то происходило, этого отрицать нельзя. Том был уверен в одном: с появлением в жизни Билла он стал больше улыбаться. Том неоднократно уже пытался разобраться в себе и снова пустился в раздумья. Это затишье перед бурей или что-то большее? Конечно же, в глубине души он все еще испытывал ненависть к человеку, покалечившему его сестру, но теперь не думал о нем целыми сутками. Даже мысль о мщении казалась абсурдной. Но от оружия не так просто избавиться, а пистолет будет мозолить глаза. Поэтому Том боялся, что его разум сыграет с ним злую шутку: в любой момент он может сорваться. Том много раз слышал, что люди, совершившие один раз убийство, с легким сердцем могут сделать это еще раз. Том еще никого не убил, но уже ощущал кровь на своих руках, мерзкую грязь, которую никогда не отмоет. За такие мысли ему становилось стыдно не столько перед собой, сколько перед Биллом и Ребеккой. Он считал себя до неприличия черным сгустком неприятностей по сравнению с ними. Том не хотел себе портить настроение столь мрачными суждениями, а потому его мысли достаточно быстро переключились на Билла. Том улыбнулся, вспоминая его особую детскую непосредственность, смешанную с милой доверчивостью ко всем людям. Не сказать, что Том любил наивных и слишком простодушных людей, намеренно показывающих напускную глупость. Но Билл это делал не специально. Он выглядел скорее неискушенным человеком, не падким на многие людские потребности. Когда Том объяснял ему про происхождение клички Каспера, он заметил обескураженное лицо Билла и уже тогда понял, что Билл совершенно не понимает, о чем идет речь. Что-то странное было в этом миниатюрном парнишке, что-то особенное в этом взгляде черных глаз. Он как будто свалился с Луны, но усиленно пытался это скрыть. Том давно заметил, что слишком часто стал вспоминать о Билле, его образ просто не желал выходить из головы. И самое удивительное, пожалуй, заключалось в том, что Том совершенно не собирался этому сопротивляться и в глубине души очень хотел видеть Билла чаще. Том отвлекся от своих мыслей, когда заметил, что Каспер с каким-то подозрительным усердием стал обнюхивать асфальт, кое-как очищенный от снега. Он позвал щенка, но тот никак не отреагировал на хозяина, даже не обернулся. - Каспер, ко мне! – снова окликнул Том, но и в этот раз никакой реакции не последовало. – Невоспитанная собака! Том нахмурился и прибавил шаг, постепенно сокращая расстояние между ним и щенком, но в какой-то момент Каспер, явно чем-то обеспокоенный, с диким лаем кинулся наперерез Тому сквозь редкие деревья незнакомых дворов и выскочил на проезжую часть. - Стой! – закричал Том, в ужасе наблюдая за дикими перемещениями обеспокоенного Каспера, а потом бросился за ним. Тем временем Каспер ловко перебежал через дорогу, оказавшуюся на счастье Тома абсолютно пустой, пробежал еще некоторое расстояние вдоль нее по тротуару, пока не остановился напротив небольшого белого домика, расположенного немного обособленно от остальной вереницы жилых строений. Когда Том, наконец, добежал до щенка, тот уже успел бесцеремонно забраться на ступеньки чужого крыльца. - У меня чуть сердце в пятки не ушло! – гаркнул запыхавшийся Том, угрожающе тряся перед носом Каспера черным поводком. – Быстро пойдем отсюда! – возмущался он, но запнулся и оглядел такую знакомую улицу. Каспер, верный пес и настоящий друг, привел Тома к человеку, о котором он думал тайком до неприличия много. Том глубоко вздохнул, губы сами растянулись в улыбке уже не первый раз за сегодняшний день. Он прошелся по аккуратно убранной от снега дорожке, взобрался на крыльцо, должно быть, единственное неукрашенное во всем городе рождественскими гирляндами, и коротко нажал на дверной звонок. «Его нет дома», - с сожалением подумал Том и, ни на что не надеясь, позвонил еще раз, просто так, вдруг Билл случайно заснул. Каково же было его удивление, когда через мгновение дверь открылась, и в проеме показалась взъерошенная макушка Билла. Билл так искренне и широко улыбнулся, будто действительно ожидал гостя, что у Тома защемило сердце. Он стянул с лица теплый шарф и потер замерзший на холоде нос. Тем временем Билл прижался плечом к дверному косяку, пытаясь пригладить растрепанные волосы. Его грудь тяжело и быстро вздымалась, словно он только что пробежал двадцатикилометровый марафон. - Клянусь, он сам привел меня сюда, - выпалил Том, забыв от радости поздороваться и указав пальцем на Каспера. Потом он внимательно осмотрел Билла, который показался ему не выспавшимся котенком. – Выглядишь так, словно дремал вот в этой одежде… - Я не спал сегодня вообще. Так вышло, - Билл виновато развел руками, особо стараясь не врать лишний раз: ему ни к чему были черные перья в крыльях, пускай даже в единичном экземпляре. Билл наклонился к Касперу, который оперся передними лапами о его ноги и всячески пытался привлечь внимание. - Умная собака, - очень тихо произнес Билл, поглаживая щенка за ухом. - У тебя в волосах пух, - озадаченно произнес Том и протянул руку. Билл почувствовал мягкие и в то же время холодные от мороза пальцы на коже головы, и по телу пробежали мурашки. – Ой, нет, это перышко. Ты что, устраивал бой подушкой? В следующий раз приглашай меня. Том рассмеялся, но Билл в ответ смутился и покраснел. Он очень не хотел встречаться с Томом взглядом не только потому что придется многое объяснять, но и в силу того, что потом не сможет оторваться от проницательных глаз. - Понятия не имею, как оно там оказалось, - все же пробубнил Билл, потом собрался с силами и выпрямился. Он взглянул на Тома и был поражен, насколько ярко светится его душа. У Билла даже перехватило дыхание: она была настолько светлой, что виднелись только небольшие темные сгустки, которые уже казались большой угрозой. Значит, у него получилось. Но неужели Том взял и так внезапно принял необратимое физическое состояние Ребекки и простил горе-водителя? Или за этим кроется что-то еще, нечто такое, что неимоверно мотивирует Тома к хорошим поступкам? - Вы двое, наверное, домой спешите, - проговорил Билл, снова отводя взгляд. - Нет, мы только вышли. В какой-то момент Каспер уверенно побежал к твоему дому. Он как будто напал на твой след, а потом его уже было не остановить. И я был бы не против узнать, как ты это объяснишь. Это какая-то магия? Том напустил на себя серьезный вид и посмотрел на Билла, словно тот был виновником этого события. Глаза Билла расширились от ужаса, но он поспешил скрыть излишние эмоции за широкой улыбкой: - Не представляю, как такое произошло, - проговорил он, мысленно умоляя себя успокоиться. Билл заметил, как Том нетерпеливо переминался с ноги на ногу, что было не удивительно: стоять без движения и выдерживать мороз в такую погоду было невыполнимой задачей. Билл тоже поежился от легкого, внезапно подувшего ветерка. Поддавшись внутреннему импульсу и своим тайным желаниям, он схватил Тома за запястье и потянул в дом. - Там холодно, замерзнешь, - сказал он как можно спокойнее в большей степени для того, чтобы оправдать себя в сложившейся ситуации. - Спасибо, конечно, но я не в гости пришел, - ответил Том. Ему показалось, что Билл на мгновение сник, поэтому поспешил продолжить: – Я хотел предложить тебе прогуляться вместе с нами. И если ты не против, то иди девайся.

***

Билл лучился от счастья и с трудом сдерживал эмоции. Он разве что не прыгал от счастья в прямом смысле слова. Билл внушил себе, что всего лишь радуется за своего подопечного, иначе быть никак не может, а совместная прогулка является своего рода дополнительной терапией. Когда они вдвоем вышли на улицу, он изнывал от желания крепко обнять Тома и пообещать, что все непременно будет хорошо. И чтобы не выглядеть совсем безумным, он переключил свое внимание на Каспера и направил на него всю энергию. Как только они зашли на территорию парка, Каспер нашел в кустах какую-то заледеневшую палку, и Билл с энтузиазмом зашвыривал ее как можно дальше. Но через какое-то время они оба выдохлись: Каспер потерял к Биллу интерес и стал играть со своим хвостом, а Билл в конечном итоге сумел успокоиться. Чем больше Билл и Том углублялись в парк и чем дальше уходили от городского шума, тем быстрее растворялась эйфория, завладевшая Биллом. Он взял себя в руки, и поскольку Том оказался достаточно молчаливым собеседником, решил сам начать разговор. Он в подробностях рассказал Тому, как потратил все выходные на исследование всех ближайших магазинов и кафе в поисках самой вкусной выпечки, а потом с нескрываемым удовольствием заявил, что ничего вкуснее кондитерских изделий Тома он еще не пробовал. Правда Билл не уточнил, что на подсознательном уровне стал отвергать любые блюда, приготовленные кем угодно, только не Томом. Том не успевал вставить и слова, потому как Билл перескакивал с одной темы на другую и вместо вкусных кексов перешел к обсуждению животных в зоопарке, куда ему довелось сходить еще летом. Билл говорил взахлеб и всякий раз поглядывал на Тома, которому оставалось только молча кивать и улыбаться в ответ. Том с сожалением подумал, что вечера Билла скорее всего проходят достаточно одиноко, и ему просто жизненно необходимо с кем-то общаться. Но Том, в отличие от Билла, не привык и не мог столько разговаривать, он больше предпочитал тишину и поэтому он немного подустал от голоса Билла. Впрочем, Билл через некоторое время сам утомился от долгих разговоров и замолчал. Он выпустил облачко пара изо рта, наблюдая за тем, как оно растворяется в воздухе. Кожу на лице защипало от подувшего морозного ветра, и он поспешно накрыл нос и губы ладонями, облаченными в теплые варежки. Том проследил за аккуратными движениями рук своего спутника. У Билла трепетали ресницы всякий раз, когда снежинки падали на них. Том готов был смотреть на это бесконечно. - Могу поделиться с тобой теплым шарфом, - улыбнулся он. - Не стоит, я в порядке. Мне не так уж и холодно. А ты без шарфа точно можешь заболеть. Биллу стало приятно от проявленной заботы Том, пускай даже просто из вежливости. Билл подумал о том, что скоро больше никогда не увидит его. - О чем-то думаешь? – спросил Том, выводя Билла из раздумий. Билл не успел ответить, ибо Том сделал то, на что его тело и сердце решились быстрее мозга. Он подошел к Биллу, вместе с этим стягивая перчатку с левой руки, и кончиками пальцев аккуратно смахнул снежинки с щеки Билла. - Они прилипли и никак не хотели таять, - тихо произнес Том, отстраняясь. На Билла мягкое и горячее прикосновение уже второй раз за сегодняшний день подействовало как удар тока, ему даже показалось, будто сердце стало колотиться в груди сильнее. Он украдкой приложил ладонь к тому месту, до которого дотронулся Том. «Спасибо, Том, ты подарил мне еще одну бессонную ночь», - подумал Билл, втихаря наслаждаясь каждой секундой этой прогулки. Но вслух он ничего не сказал, только засунул руки в карманы и медленно побрел по широкой дорожке, огороженной от города многочисленными деревьями. Билл хотел заполнить возникшую паузу каким-нибудь разговором, но никак не могу придумать тему. Неловкую ситуацию в очередной раз спас Каспер, который нашел весьма интересное занятие. Непоседливый щенок бешено вертелся волчком вокруг ног хозяина, а потом с разбегу прыгал во все большие сугробы, попадавшиеся ему на пути. - Он не ведет себя так активно, когда тебя нет рядом, - заметил Том, нарушая затянувшееся молчание. - Наверное, просто обрадовался компании, - сказал Билл, коротко улыбнувшись. Он на всякий случай на полшага отодвинулся от Тома. – Или же помнит, кто снял его с дерева. - Но это же я его там обнаружил! – запротестовал Том. Билл рассмеялся, а перед глазами против воли вспыхнули яркие картинки прошлых дней. Ему вдруг захотелось, чтобы Том снова поднял его на руки, как в тот вечер. - Думаю, он просто любвеобильный, - пробормотал Билл. Он старался не смотреть лишний раз на Тома, но ощущал на себе его внимательный изучающий взгляд. Билл боролся с искушением взглянуть на него в ответ, но запрещал себе это делать, из-за чего стал дерганым. Билл еще немного отдалился от Тома, словно это могло обезопасить его от безумных поступков, и пошел по самому краю дорожки вдоль непротоптанного снега, лишь бы случайно не коснуться его руки. Билл переживал, что выдал себя с потрохами, и прибавил шаг, едва не споткнувшись на заледеневшем участке. Он уже приготовился смачно упасть лицом в снег, но Том вовремя подхватил его под локоть и машинально прижал к себе. - Смотреть надо, куда идешь, - сказал он. Билл почувствовал на лице дыхание Тома и вмиг понял, что попался в сети собственных чувств, как бабочка в паутину. Но Том словно ничего не замечал. Он как ни в чем не бывало пошел вперед, поддерживая Билла под локоть. Ангел сдался и перестал сопротивляться самому себе: Том всего лишь пришел на помощь, и это совершенно нормально. Центральная дорога, по которой они все это время прогуливались, заканчивалась развилкой: тропинка слева была достаточно утоптана и выходила прямиком на улицы Детройта, а тропинка справа явно не пользовалась популярностью. Она была весьма узкая, причудливо изгибалась и вела куда-то в чащу, теряясь между деревьев и кустов. Том свободной рукой поднял порядком вымотавшегося Каспера и потянул Билла направо. - Я не совсем уверен, что нам стоит туда идти, - растерянно произнес Билл, оглядываясь назад. - Мы правильно идем, - Том перехватил руку Билла и крепко сжал ладонь. - Я и сам справлюсь, - пробормотал в ответ ангел, вяло пытаясь отстраниться. - Дороги здесь узкие, - продолжил Том, не обращая никакого внимания на лепет Билла. – И скользкие. Я смогу тебя поймать, если буду держать за руку. «Мерзкий лгун! Тебе просто хочется, чтобы он был рядом» - подумал он, но поспешил заткнуть голос разума. Через некоторое время тропинка стала заметно сужаться и сильно извиваться подобно морскому угрю. Идти рядом стало затруднительно, поэтому Том пропустил Билла вперед, нехотя разжав его ладонь. На мгновение ему захотелось подставить Биллу подножку. Но не для того, чтобы поиздеваться, а чтобы заботливо подхватить в момент падения, с упреком напомнить про скользкие дорожки и снова держать за руку. - Через пару минут ты будешь созерцать самое красивое место в этом дурацком городе, - объявил Том у Билла за спиной. И он не соврал. Вскоре деревья расступились, и перед взором Билла открылось небольшое озеро, подернутое коркой белого льда. Оно было окружено немногочисленными елями с огромными зелеными ветвями, покрытыми толстым слоем нетронутого снега. В центре озера на небольшом островке земли, тоже занесенным снегом, стоял старый деревянный утиный домик, выкрашенный в зеленый цвет. Билл сделал глубокий вдох и мог поклясться, что тут даже воздух был другой: более холодный и свежий. У него кружилась голова из-за большого количества кислорода, выделяемого растениями. Билл подошел немного поближе и заметил одинокую плакучую иву по ту сторону озера, склонившую свои заледеневшие ветви над его замерзшей поверхностью. Здесь так тихо, что можно было услышать стук собственного сердца. Он подумал, что летом, наверное, под такой ивой можно спрятаться от яркого солнца и просто наслаждаться одиночеством. - Так спокойно… Кто бы мог подумать, что мы все еще находимся в пределах города, - прошептал Билл. - Да, - согласился Том. – Сюда почти никто не приходит. А еще здесь хорошо летом. Когда я был подростком, часто прятался от всех вот под той ивой. - Наверное, тебя потом все искали и переживали, - предположил Билл. - Было такое, - усмехнулся Том. – Считай это моим тайным логовом. И я привел тебя сюда, так что теперь ты обязан хранить этот секрет до конца своих дней. Том посмеялся и несильно толкнул Билла в плечо. Билл прислонился спиной к стволу высокой ели и с упоением разглядывал уютный уголок, созданный природой. Том не просто пришел показать ему красивое место, а доверил что-то сокровенное, раскрыл перед ним душу. Это маленькое озеро навсегда останется в сердце Билла, и он на полном серьезе не собирался никому про него рассказывать. Пускай Том пошутил, но для Билла это было куда больше, чем просто развлечение. Вдруг Билл почувствовал, как что-то мягкое врезалось ему в спину и сразу отскочило. Он недоуменно обернулся. За его спиной стоял Том и сосредоточенно лепил довольно большой снежок, не спуская с Билла глаз. - Ах вот ты как! – воскликнул Билл и спрятался за ближайшим широким деревом. Его звонкий голос, словно серебряный колокольчик, прорезал тишину укромного места, отскочил от кромки льда и заиндевевших хвойных ветвей и донесся до Тома. Билл принял правила игры и уже приготовил пару снарядов для своего «обидчика». Но Том оказался проворнее: он ловко перекатывался по снегу, как маленький ребенок, совершенно не думая о том, что он может попасть за шиворот, и успевал подкрадываться к Биллу в самый неожиданный момент. Билл проигрывал в неравной битве по большей части из-за отсутствия какого-либо опыта в обыкновенной детской игре. Но он очень старался хотя бы один раз все же попасть в Тома. Билл решил поменять свое укрытие и побежал вдоль края замерзшего озера к иве, которая в детстве пользовалась у Тома популярностью. Он слышал, как приятно хрустит снег под ногами, как гулко потрескивает кромка льда под тяжестью веса. Он немного ускорился, чтобы побыстрее добраться до спасительной ивы и спрятаться под ее ветвями. Том окликнул Билла. Ангел перешел на шаг, но принципиально не хотел оборачиваться. - Я знаю, ты ждешь, когда я посмотрю на тебя, чтобы запустить в меня снежок! Не пройдет твой номер! – Билл рассмеялся и пошел дальше. Но Том продолжал настойчиво звать и что-то говорить про лед. В его голосе звучали странные нотки беспокойства, что Биллу совсем не понравилось. Тогда он решил остановиться и обернуться. Билл слышал, как Том продолжал что-то говорить ему, но не мог разобрать ни одного слова, потому что взгляд его был прикован к паутине трещин, образовавшихся на льду аккурат в тех местах, где он только что пробежал. Билл тревожно посмотрел на Тома, размахивавшего руками на другом конце берега. Том что-то пытался объяснить, но Билл не мог сконцентрироваться на словах: он впадал в панику от осознания собственной беспомощности и неумения плавать. Один неверный шаг мог стоить ему жизни. Краем глаза Билл заметил, как Том торопливо обходил берег с другой стороны, чтобы подобраться ближе, его голос с каждой секундой становился все громче. - Слушай меня и не смотри на лед, - четко выговаривал Том каждое слово, когда в конечном итоге подобрался к Биллу. – Дай мне руку. Билл сделал небольшой шажок назад, где еще не было трещин и уже собрался протянуть Тому руку, но под ногами раздался громкий треск: лед окончательно треснул под тяжестью тела, и левая нога Билла провалилась в воду. Он стиснул зубы, когда почувствовал жуткий холод, сковавший не только пострадавшую конечность, но и все тело. Билл машинально упал на колено правой ноги и оперся ладонями о кромку льда, с бешено стучавшим сердцем наблюдая, как под ним появляются все новые и новые расколы. Паника охватила его сознание в полной мере, он хаотично двигался по льду и пытался отползти. Билл не замечал ничего вокруг, но, когда перед его глазами появился Том, он показался единственным лучиком света в непроглядной тьме, спасательным кругом в огромном океане страха. Том крепко схватил Билла за руки и потащил на берег. Билл забился в его руках, когда и без того мокрая и окоченевшая нога оказалась в холодном снегу, поэтому Тому пришлось крепко сжать его ладони в своих. - Билл, все закончилось, слышишь? Всего лишь намочил ногу. Сейчас я вызову такси, и мы поедем домой. Билл сидел на берегу и старался сосредоточить внимание на Томе, но в голове навязчиво крутилась только одна мысль: только что Том спас ангела.

***

Билл все время дрожал. Пока они добрались до машины, паника отпустила его, но постоянно донимавший озноб не давал сидеть спокойно. Билл смутно помнил, как они выбирались из леса в уже сгущавшихся сумерках. Поначалу он попытался самостоятельно подняться и сделать несколько шагов, но был не в состоянии даже шелохнуться: все тело содрогалось от холода. Практически весь оставшийся путь Том, отказавшись слушать всяческие отговорки, нес Билла на руках. Билл немного отогрелся в теплом салоне такси, но его пальцы все равно оставались холодными и порой подрагивали. Том начал опасаться, что ситуация намного серьезнее, чем предполагалось изначально. Он дал таксисту только свой адрес проживания, на что Билл принялся слабо возражать. Том нетерпеливым движением руки пресек все споры на корню, поэтому Билл прекратил сопротивляться. Когда они приехали домой, Том вручил Биллу чистое полотенце и теплые домашние вещи и отправил его в душ. Пока Билл млел и отогревался под горячими струями воды, Том отправился на кухню заваривать чай. Он все еще находился под влиянием адреналина и в любую минуту готов был одеться и отправиться вместе с Биллом к врачу. У Тома так дрожали руки, что он едва не обжегся, разливая кипяток по чашкам. Он пытался выглядеть сильным в глазах Билла, но теперь, когда опасность миновала, пытался сам не сорваться. Он достал сигарету из пачки, лежавшей на подоконнике, и так глубоко и нервно затянулся, что закашлял. Он только что спас человека, но ирония заключалась в том, что еще несколько дней назад он на полном серьезе размышлял об убийстве. Том буквально за минуту выкурил сигарету, выбросил тлеющий окурок за окно и понес две чашки в гостиную. Сейчас намного важнее состояние Билла, он должен быть сильным ради него. Когда Билл вышел из душа и появился на пороге гостиной, застенчиво переминаясь с ноги на ногу, Том уже расставлял чашки на небольшом стеклянном столике. Он поднял глаза и подавил в себе смешок при виде Билла в его домашних штанах и футболке, на пару размеров больше, чем нужно. И если штаны сидели на нем более или менее, то в футболке он просто утопал. Но не смотря на несуразность его внешнего вида, Билл не переставал выглядеть менее привлекательно. Том присел на мягкий диван синего цвета с кучей декоративных подушек, разбросанных по нему, и жестом пригласил Билла присоединиться. Билл смущенно потер шею и откинул назад распущенные волосы, присаживаясь на самый краешек дивана. - Том, я не должен злоупотреблять твоим гостеприимством. Возможно, своим присутствием я буду смущать Ребекку и… Билл осекся на полуслове и недоуменно уставился на рассмеявшегося Тома. - Ты до сих пор не заметил, что ее нет в доме? – улыбнулся он. – Тетя забрала ее сегодня на несколько дней, так что никого ты здесь смущать не будешь. Он подвинул к Биллу небольшую керамическую чашку с разрисованными на ней цветочками. - Я заварил тебе горячий чай. Надеюсь, ты не простудишься, потому что в таком случае я себя буду всю жизнь винить в случившемся. Билл поблагодарил Тома. Он так устал за сегодняшний день, так хотел хоть немного расслабиться, что не выдержал и забрался на диван с ногами. В этот момент Билл показался Тому самым хрупким созданием на планете, и ему очень хотелось сказать что-то ободряющее. - Слушай, мне очень жаль, что так вышло. Я не думал, что ты побежишь по льду и не стал предупреждать тебя, что он на самом деле тонкий… Я боялся, что ты полностью провалишься, что я не успею вовремя подойти к тебе. Том помолчал, уставившись на большую наряженную елку в центре комнаты, а потом продолжил: - Что я могу сделать для тебя еще? Мы можем поехать к врачу, если ты себя плохо чувствуешь. - Нет-нет, ничего не надо, - поспешил остановить его Билл. – Я себя намного лучше чувствую. Спасибо тебе, я бы не выбрался сам. - Пустяки, - пробубнил Том. Так они сидели рядом друг с другом, сохраняя небольшое расстояние между собой. У Билла не было сил поддерживать разговор. В его голове никак не укладывалось, что впервые за все время не он помог Тому, а наоборот. Билл точно знал, что в человеческом теле ему не выжить в ледяной воде. Билл также прекрасно понимал, что, если бы у Тома не ничего не вышло, его и без того нелегкая судьба приняла на себя смерть чужого человека. А потом запустился бы процесс, который Билл постоянно старался остановить: он бы без конца корил себя, еще больше замкнулся, а потом просто совершил бы самый страшный грех в своей жизни. Билл наблюдал за Каспером, который выглядел не менее измотанным, чем он сам. Каспер потоптался на своей лежанке, потом улегся на нее и мгновенно задремал. Билла тоже клонило в сон, но он не желал злоупотреблять гостеприимством Тома. Хотел он этого или нет, но ему надо вернуться домой. Однако спустя какое-то время Билл все-таки разомлел в тепле и уюте. Его веки тяжелили с каждой секундой и глаза сами стали закрываться. В какой-то момент он сам не заметил, как заснул с пустой чашкой в руках. Когда Том обратил на него внимание, Билл уже крепко спал, прижав колени к груди. Он выглядел таким беспомощным, что Том не удержался и нежно улыбнулся. Он наконец-то позволил себе без утайки рассмотреть Билла. Его лицо в мягком свете комнатных лампочек выглядело нежным и по-детски безмятежным. Том подсел поближе и ласково погладил тыльной стороной ладони его щеку. Том понимал, что сегодня в их отношениях что-то поменялось, он это чувствовал. Он перестал воспринимать Билла как обычного друга и принял это как должное. Весь мир потихоньку сужался для него и концентрировался только на одном человеке во всей вселенной. Том наклонился и нежно поцеловал Билла в лоб, вдыхая приятный аромат ирисов, исходивший от чистой кожи. Том вспомнил, как несколько часов назад нес Билла на руках через парк и не чувствовал его веса, как Билл машинально прижимался к нему и никак не мог совладать с дрожащим телом. Тому очень хотелось прошептать ему на ухо, что такое больше никогда не повторится, потому что Том всегда будет рядом. Но Билл слишком крепко спал и будить его совсем не хотелось. Том поднялся с кровати и достал теплый плед, которым заботливо укутал Билла. Он напоследок ласково чмокнул Билла в висок, приглушил в гостиной свет и бесшумно поднялся к себе в комнату. Наконец-то в его доме наступил долгожданный покой.