Колдунья в Алагейзии

— Мой господин, — негромкий хриплый голос шейда отдавался эхом в тёмном огромном зале, — у меня есть новости. Как Вы и предполагали, то яйцо таки проклюнулось — у мальчишки-крестьянина из Карвахолла.   — Карвахолл? Где это? — спросил король.   — На самом севере ваших владений, государь. Деревня возле хребта Спайн.   — И ты, конечно же, не сумел поймать ни Всадника, ни дракона? Так?   Голос Гальбаторикса звучал обманчиво ровно — шейд уловил гнев, что был направлен на него, и торопливо продолжил:   — Я старался сделать все возможное, чтобы доставить их сюда, когда раззаки не справились с вашим приказом, но у мальца оказались трое сообщников — они помогли ему бежать из тюрьмы. Среди них был тот самый Бром...   Окончание фразы оборвал негромкий смех. Король смеялся, скаля зубы, и его смех зловеще разливался под каменными сводами:   — Надо же, не ожидал. Думал, он уже давно как червей кормит... Живучий, гад.   — Помимо него была колдунья, которая колдует по-иному, не пользуясь древним языком, — продолжил Дурза, — Не знаю кто она и откуда, но её сила поражает. Даже меня. Колдует она некой палочкой и пользуется неизвестными нам заклинаниями.   — Это интересно. Так почему же ты не смог доставить сюда никого из них?   — Ошибаетесь, милорд — третьего из них мы взяли и вы не поверите — это сын Морзана!    — Муртаг? — король оживился, — А я уж думал, ты опять принёс лишь дурные вести. Где он? Я хочу его видеть.   — Я доставил его в Урубаен. Сейчас он в темнице.   Король поморщился:   — Не хочу опять идти в это царство крыс и гнили, лучше уж он придёт ко мне. Распорядись, чтобы его сейчас же привели сюда.   — Боюсь, он сейчас не может предстать перед Вами, повелитель.   — Почему это?   — Видите ли, государь, сперва он оказал сопротивление при поимке. Его удалось скрутить лишь когда он был ранен. Затем я несколько раз допросил его. Без магии, но с калёным железом и дыбой...   — Идиот! — рыкнул Гальбаторикс, вскочив со стула, — Ты оставишь меня без Всадника! Немедленно прекратить пытки и выслать к нему лекарей! Как он оправится — доложишь мне. Лекарям передай: за его жизнь они отвечают своими головами. Ты тоже. Ступай!  

***

  Путь до Пылающих Равнин занял несколько дней. Несмотря на недовольство эльфов, ворчавших вполголоса, что без людей они бы уже к вечеру были на месте, отряд продвигался довольно быстро. Периодически они встречались с вооружёнными отрядами и обозами, спешившими к лагерю королевских войск, которые приходилось обгонять.   На пятый день пути вдали показался лагерь. Гермиона увидела его издалека — огромный город шатров и палаток, окружённый частоколом. Даже на расстоянии она могла расслышать цокот копыт и ржание лошадей, топот солдат, крики команд и звон железа.   Когда они подъехали, Гермиона увидела над воротами три знамени. На двух из них были изображены роза, дракон и меч — на одном фигуры располагались на фиолетовом поле, на другом поле было рассечено на голубое и сиреневое. На третьем знамени были изображены звезды и молот.   — Вардены, Сурда, гномы, — перечислила Йяела, ехавшая рядом с Гермионой, — Не знала, что Хротгар уже привёл свои войска.   — Хротгар — это король гномов?   — Он самый.   Внутри лагеря царили суета и хаос, хотя при внимательном взгляде становилось понятно, что этот хаос во многих местах подчиняется определённому порядку. Стучали молотками кузнецы, подковывавшие лошадей. Неподалёку тренировались в стрельбе лучники. Какой-то офицер учил на плацу новобранцев держать строй, вплетая в команды выражения, заставившие покраснеть даже Йяелу. Из палатки маркитанта доносились смех, музыка и залихватская песня, каждый куплет которой оканчивался строчкой «Гальбе-вору — в брюхо меч». Пока ехали по лагерю, Гермиона заметила, что масса солдат была довольно разнородна — тут и там среди людей виднелись кряжистые бородачи-гномы, а сами люди отличались цветом кожи и одеждами — среди смуглых и кудрявых сурдян выделялись негры, одеждой напоминавшие работорговцев, виденных Гермионой в пустыне.   На полпути к центру лагеря их встретил небольшой отряд всадников. Его возглавлял могучий воин в сияющих доспехах и вышитом плаще. На груди его виднелся медальон в виде дракона в короне, висящий на золотой цепи.   — Моё имя — Джормундур. Я подчиняюсь Аджихаду, главе варденов. Вы должны следовать за мной.   Эльфы и британцы проехали за ним к обширному шатру, где для них уже был накрыт стол.   — Располагайтесь и отдыхайте. Их величества Оррин и Хротгар готовы принять вас через три часа, — сказал Джормундур.   Шатёр был разделен перегородкой на два отдела, в одном отделе разместилась мужская часть отряда, в другом — женская. Небольшой неожиданностью для Гермионы оказались слуги и служанки, которых к ним приставили по приказу короля Оррина, как сказали сами слуги. Эльфийки тут же взяли служанок в оборот, услав куда подальше с заданиями, а вот у Гермионы с этим возникли трудности. Она пыталась втолковать своей служанке, которая была не сильно старше её самой, что ей не нужна ничья помощь, но в ответ на это девушка делала испуганные глаза и спрашивала: «Госпожа чем-то не довольна?» Наконец, Гермиона догадалась отправить её искать лекарственные травы и утомлённо присела на кушетку.   — Надеюсь, ты просмотрела её память? — спросила Инвидиа, сидевшая напротив и расчёсывавшая волосы.   — Нет. А надо было?   — Разумеется! Мало ли с чем к тебе подсылают чужих слуг.   — Но мы же не в стане врага. Чего нам опасаться?   — У врага везде глаза и уши. А порой некоторые друзья не лучше врагов.   Гермиона ничего не ответила на это и занялась приготовлениями себя к приёму у королей.   К указанному времени к ним пришли двое придворных — человек и гном — в сопровождении отряда воинов и сообщили, что «государи и предводители готовы принять чародеев». Заклинатели и британцы прошли в огромный шатёр, размерами не уступавший иному дворцу, вокруг которого стояла стража с гербами троих армий на щитах. Внутри тоже оказалось немало стражи, а также людей и гномов в ярких одеждах и украшенных доспехах. Это были военачальники и придворные королей — одни расположились на скамьях вдоль стен, другие стояли за спинами сидящих.   В глубине шатра стояло два трона. На одном из них восседал молодой, но уже не юный человек с длинными волосами, ниспадавшими из-под золотой короны на плечи, на другом расположился седобородый гном с глубоко посаженными глазами. Он также носил корону.   «Это Оррин и Хротгар», — догадалась Гермиона, — «А где же глава варденов?»   Тут она заметила рослого негра в доспехах, сидевшего по правую руку от короля. Он сидел выше, нежели иные придворные, но при этом его место было ниже тронов королей. Несомненно это был Аджихад. На груди он носил золотой медальон подобный тому, который Гермиона видела у Джормундура. За его спиной Гермиона заметила молодую негритянку, Брома и ещё одну девушку, которая показалась ей смутно знакомой. Присмотревшись, Гермиона заметила, что она очень сильно напоминала Арью, но эльфийские черты принцессы были у неё сильно сглажены и не выходили за пределы внешности человека.   Вперёд вышли трое герольдов с трубами: два человека и гном. Каждый из них был одет в цвета одной из армий — Сурды, гномов и варденов. Они протрубили.   — Его величество Оррин, король Сурды, рад приветствовать друзей из Дю Вельденвардена, — провозгласил герольд-человек в цветах Сурды.   — Его величество Хротгар, король гномов Тронжхайма, рад приветствовать союзников из Дю Вельденвардена, — прогудел гном.   — Вардены рады приветствовать друзей и союзников из королевства Дю Вельденварден, — сказал герольд в цветах варденов.   Эльфы приветствовали предводителей по своему обычаю, а затем Блёдхгарм обратился к ним:   — Государи и предводители союзного войска! Нас послала наша королева Имиладрис вам в помощь. Она передаёт вам радостную весть: несколько месяцев назад судьба послала нам оружие против нашего общего неприятеля — новых Всадника и дракона.   Едва он произнёс эти слова, как по рядам военачальников и придворных пролетела череда удивлённых восклицаний, вздохов и перешёптываний. Эльф меж тем продолжал:   — Имя Всадника — Эрагон. Имя дракона — Сапфира. Сейчас они постигают воинские искусства в Дю Вельденвардене, но через неделю прибудут в расположение ваших войск.   Её величество так же передаёт, что эльфы готовы поддержать своих друзей и союзников в текущей войне. Сейчас, когда я говорю эти слова, наши войска уже выступили в поход на Гальбаторикса.   Тут речь Блёдхгарма была прервана возгласом одного из сурдян:   — Да здравствует королева Имиладрис!   — Слава Имиладрис! Да здравствуют эльфы! — раздались крики вокруг. Гермионе показалось, что за секунду до этого славословия король Оррин как будто немного повёл рукой.   — Кроме того, — продолжил Блёдхгарм, когда крики прекратились, — Некоторое время назад в наших владениях оказались маги из дальней страны Британии — Северус Снейп и Гермиона Грейнджер. Они готовы помочь нам в нашей борьбе с Гальбаториксом.   Блёдхгарм отошёл в сторону, пропустив вперёд Северуса и Гермиону. Те вышли вперёд и поклонились предводителям.   — Стало быть, вы и есть чужеземные маги? — спросил Оррин.   — Да, ваше величество, — ответил Снейп.   — По какой причине вы прибыли в Алагейзию?   — На то ответить трудно, ваше величество, ибо мы сами не знаем. Сказать лишь можем, что некая неизвестная нам магия перенесла нас в ваши края в момент смертельной опасности.   Король Хротгар что-то сказал на гномьем языке, Оррин обменялся с ним взглядом и сказал Снейпу:   — Наш венценосный брат немного сомневается в вашем магическом искусстве, ибо что вы за маги, если не можете понять, какими чарами перенесены к нам? Мы не столь поспешны в выводах, однако хотели бы узнать, что вы знаете и умеете, а ещё лучше — увидеть это своими глазами.   — И вы увидите, ваше величество, — ответил Снейп, — Я изготовил оружие, действие которого готов показать вам в любое время, когда вы пожелаете. Если вам угодного, — Северус достал письмо Имиладрис и протянул его королю, — Её величество Имиладрис написала вам рекомендательное письмо.   По знаку короля слуги взяли письмо у Северуса и поднесли к Оррину. Один человек из королевской свиты — видимо, маг — осмотрел его и вручил королю. Оррин вскрыл письмо, быстро проглядел его и что-то сказал королю Хротгару по-гномьи. Хротгар также ответил ему на гномьем. В их речи Гермиона различила только слово «порох».   — Мы согласны посмотреть действие вашего пороха завтра, за час до полудня. Что вам потребуется для демонстрации?   — Лишь открытый плац и несколько учебных чучел, наряженных в латы и подлатники.   Король кивнул:   — Всё изготовят к сроку, — он перевёл взгляд на Гермиону, — А что может поведать о себе ваша спутница?   Гермиона уже знала, что ответит:   — Я ученица проф... господина Снейпа, всегда подле него и помогаю ему в его делах, ваше величество.   Снейп бросил на неё быстрый взгляд: в его глазах, как показалось Гермионе, промелькнуло удивление, сменившееся смешком и, хотя она не была до конца уверена, восхищением.   — Вот как? — задумчиво усмехнулся король, — Ну да не станем лишать вашего учителя такой ученицы. Приём окончен. Мы благодарим посланцев её величества Имиладрис за визит и приглашаем всех на пир, который состоится вечером в честь наших друзей из Дю Вельденвардена.   На обратном пути Снейп негромко сказал Гермионе:   — Хвалю за расторопность и хороший выбор, мисс Грейнджер, но прошу в следующий раз заранее посвящать меня в свои планы.  

***

  После приёма все эльфы разошлись по каким-то своим делам. Снейп тоже куда-то пропал и Гермиона думала прилечь отдохнуть, но внезапно случилось событие, заставившее её забыть об отдыхе — с визитом нагрянул Бром.   Бром, всегда одевавшийся хорошо, но просто и неярко, изменился: теперь он носил сюрко цветов варденов и золотую цепь с драконом в короне, подобную медальонам Джормундура и Аджихада.   — Новые порядки короля Оррина, — объяснил он, — Он даровал варденам звание ордена и в качестве символов принадлежности велел изготовить эти медальоны. Глава и Старейшины носят золотых драконов, военачальникам ниже рангом положены серебряные.   — То есть, ты теперь Старейшина? — спросила Гермиона.   — Да. Хотя не все Старейшины этому рады.   — Почему? Ты же основатель варденов и их первый предводитель.   Бром хитро улыбнулся и глянул на Гермиону:   — Ты только что дала ответ на свой вопрос.   Гермиона нахмурилась:   — То есть, они боятся, что ты снова займёшь власть?   — Именно. Видишь ли, много кто из Старейшин метит на место Аджихада, а ещё большее число военачальников варденов мечтает попасть в Старейшины. Поэтому, когда король приказал дать мне место в Совете, многие озлобились на меня.   — Ты сказал «король приказал»? Который из двух?   — Оррин, разумеется. Наш повелитель и господин.   — Господин? Разве вардены не свободный народ?   — Мы не народ, мы войско. А войску нужны деньги и еда, а ещё кров. Всё это может дать земля. Своей земли у варденов нет, так что когда мы не воюем...   — Вам приходится жить на чужие подачки, — закончила мысль Гермиона, — Значит, Оррин платит вам?   — Да, и не только. Поначалу мы жили у гномов, но недавно Хротгару стало затруднительно содержать нас и он «передал» нас Оррину. А Оррин поступил мудро: привёл варденов к присяге в помощи ему «в деле освобождения Алагейзии от тирании Гальбаторикса», роздал Старейшинам земли и титулы в Сурде, а остальным пообещал наделы в Империи. А после начал поход.   — Говоришь, вардены присягнули помогать Оррину? Не просто освобождать Алагейзию, а именно помогать Оррину делать это?   — Всё так. Знаешь, как теперь нас зовут в народе? «Цепные драконы».   — Мда, — Гермиона помрачнела, — То есть, ваш этот Аджихад теперь ничем не заправляет?   — Напротив. Он глава ордена и правая рука короля. Король посвящает его во многие дела и часто спрашивает его совета. Правда, каждый его шаг также контролируется и разрешается лично королём.   Гермиона заметила, что про Оррина Бром говорил с нескрываемым восхищением и не преминула спросить:   — Чему ты радуешься? Разве это хорошо, что отныне вардены — «цепные драконы» короля Сурды?   — Не вижу причин для печали. У нас наконец-то есть лидер, Гермиона, понимаешь? Настоящий вождь. Это то, чего нам не хватало тогда, когда Гальбаторикс захватил власть. Тогда мы были разобщены, и Гальбаторикс разбил нас по отдельности. Ныне не так — Оррин умело использует сложившиеся обстоятельства. Он сумел договориться с прочими свободными народами и теперь они готовы идти за ним. С таким королём мы если не сокрушим Империю, то сумеем немало её поколебать. Кроме этого, если бы не он, вардены бы, скорее всего, исчезли как войско, а я не стал их Старейшиной. Как видишь, наш король хотя и молод, но, как говорят жители Хадарака, «этот сокол не мух ловит».   Но я всё о короле да о короле — теперь твой черёд. Ну-ка поведай мне, чароискусная Гермиона из прославленного дома Грейнджеров, что было с вами в моё отсутствие? Как там Эрагон... и Сапфира?   Гермиона рассказала Брому всё, что происходило вокруг неё с момента отлучки Брома. Бром внимательно слушал её, особенно живо интересуясь всем, что было связано с Эрагоном. На рассказ о создании Северусом пороха и ружей он хмыкнул и сказал:   — Ну, посмотрим. Любопытно, как оценят это короли.   Так они болтали и не заметили как в шатёр вошла запыхавшаяся служанка Гермионы:   — Госпожа, не гневайтесь! — она повалилась в ноги гриффиндорке, — Не смогла я выполнить вашу волю.   — Какую волю? — оторопевшая от такого обращения Гермиона уже напрочь забыла, что велела девушке.   — Вы просили меня лекарственных трав достать. Обежала я пол-лагеря, дошла до лекарей, а главный их, Виниций, не дал мне их. Говорит, указ короля — кому надо, пусть сами идут к врачам за настоями.   — Ну и... и ладно, — кивнула Гермиона, — Ты прекрати уже в ногах валяться, я ведь не дворянка какая.   Гермиона принялась поднимать служанку. Та покорно встала, но, увидев Брома, опять кинулась на колени:   — Ваше сиятельство! Простите, я не увидела, что вы тут.   — Да что ты опять на пол бухаешься! — Гермиона снова поставила девушку на ноги, — Нет тут никаких сиятельств, это Бром, мой друг.   Девушка удивлённо вытаращила глаза:   — Как нет? У них же цепь на шее. Разве вы не граф, господин?   Тут Бром громко рассмеялся и не мог прекратить смеяться несколько минут.   — Граф я, граф, Гермиона, — сказал он наконец просмеявшись, — Бром, граф Ферроме. Я ведь Старейшина теперь — меня король как всех землёй и титулом пожаловал.   Гермиона немного ошарашенно смотрела на Брома. Подумать только, сказитель из деревни, сам возделывавший свой огород — теперь целый граф. Интересно, каких высот достигнет она тут?   — И как теперь теб... вас называть? — спросила она.   — Вообще по этикету я теперь сиятельство, но да ну его к чёрту, этот этикет — зови меня Бромом. Тебе персонально — разрешаю. Кстати, а зачем тебе потребовалась лекарственная трава?   — Да так..., — Гермиона повернулась к служанке, — Тебя как зовут?   — Линда, госпожа.   — Линда, пожалуйста, завари нам чаю с Бромом. Чай знаешь что такое? Вот и отлично. Ну, ступай.   Покуда Линда возилась с чаем, Гермиона подсела к Брому и тихо сказала:   — Не знаю я, что с ней делать. Отказаться от её услуг неудобно, она сразу пугается, вот и послала её за первым, что в голову пришло.   Бром хихикнул:   — Ты осторожней с приказами в следующий раз.   — Это я уже поняла. Инвидиа мне ещё велела память ей просмотреть.   — Хороший совет. Хотя здесь тебе нечего бояться — всех слуг короля отслеживают его чародеи. Кстати, ты же придёшь на пир вечером?   — Конечно. А как иначе-то?   — Вот и славно. Ой, забыл, совсем забыл! — Бром поднялся на ноги, — Заболтался с тобой, а ведь у меня ещё пара дел имелась. Рад был с тобой повидаться, Гермиона, до вечера.   — Погоди — а чай разве не будешь?   Бром посмотрел на Гермиону, потом на служанку с подносом:   — Ну-у-у... Давай, только быстро.