Goner

      Это невозможно. Невыносимо и ужасно раздражает. То ли Тэгун, как призрак, был привязан к одному месту (району? городу?), то ли просто не хотел видеть Воншика по каким-то своим причинам, но он не показывался детективу все дни, что он провёл в Кёнгидо. Тэгун там, возможно, не может найти себе места, скитаясь по витринам, зеркальным дверям и стеклянным зданиям, Хан Джону, скорее всего, заметает последние следы, если такие ещё оставались, Джехван, их шеф, плетёт свои интриги, а он… А Воншик, бредёт по лесному массиву у железнодорожных путей в Кёнгидо в поисках свежих (и не очень) трупов, маньяков и ещё каких-нибудь находок. Они выбрали этот лес на мозговом штурме, после того как Чанёль собрал всю информацию о деле. Как профайлер, он был явно лучше местного, уже немолодого мужчины. Бессмысленное шатание среди деревьев напомнило ему, как Тэгун помог тогда, у школы, найти преступника. Возможно, он помог бы и здесь, но почему-то до сих пор не появлялся. Воншику было жалко: и себя, и Тэгуна, и даже своих коллег, так же шатающихся где-то тут неподалёку. Изредка он видел чёрную куртку с белыми полосками по бокам – помощника Джехвана Ча Хакёна. Он, якобы должен был отправлять отчётность по делу и шефу, хотя на деле, Воншик подозревал, Ча был приставлен следить за самим Кимом: чтобы не наделал лишнего и не сказал чего-то необдуманного. Чтобы не настраивал свою команду против начальства. Тут и там мелькали белые пятнышки фонариков: темнело достаточно быстро, а поиски назначили только после обеда. Пока сверяли карты, готовились и проверяли рации, наступил вечер. Искать в такой темени – не слишком умно, но, возможно, преступник будет бродить рядом как раз в это время, думая, что ночью искать никто не захочет. Конечно же, дело Тэгуна Ким оставить просто так не мог, поэтому договорился (еле-еле), чтобы его знакомый и горячо любимый хакер встретился с Хан Санхёком и поговорил с ним об этом. Скорее всего, за такую услугу долг Воншика перед Ёнгуком возрастёт до небывалых высот – расценки у Бана сейчас (как были, впрочем, всегда) слишком высокие. Хотя сам Ёнгук тоже отлично знает, что грань дозволенного Воншику его же совестью парень не переступит. Даже ради информации, добытой Ёнгуком. Хакер пообещал информировать друга о каждом весомом шаге, но пока не звонил. Такое молчание немного пугало: неужели у них ничего не выйдет? Воншик брёл через лесок, мимо высоких сосен и невысоких кустарников, подсвечивая путь фонариком. Кружок света выхватывал из темноты сухие листья, хвою и влажно поблёскивающую землю – утром шёл дождь. Наручные часы показывали всего половину девятого, но Воншику уже не терпелось уехать обратно в гостиницу, в которой их поселили. Вдруг краем света он задел какой-то инородный блеск, не похожий на влажную землю, когда в заднем кармане его джинсов завибрировал телефон, оповещая о звонке. Он быстро оглянулся, проверяя, нет ли кого поблизости, и достал гаджет. «Баг Бан», – гласила надпись на экране. Воншик взял трубку незамедлительно: – Да, ты что-то нашёл? – И тебе здравствуй, дружище, – рассмеялся его собеседник. – Какой ты сегодня приветливый. – Прости. Привет, – Воншик неловко ухмыльнулся, выключая фонарик на всякий случай. – Работа, – он внутренне содрогнулся, и Ёнгук понимающе хмыкнул. – Так что там? – Я договорился с одним из моих парней, ты видел его, это Ким Химчан. Ззавтра он пойдёт на встречу с Хан Санхёком, с парнишкой я уже договорился. – Что, подкараулил его у универа? – хмыкнул Воншик. На другом конце провода коротко посмеялись. – Это, дружище, твои методы. Я в сети его нашёл, он заядлый геймер. Его было просто вычислить. Воншик спорить не стал – он даже не подозревал, насколько вообще реально вычислить человека только по двум именам (его и его друга) и школе среди онлайн-игроков. – Спасибо. – Я ещё позвоню завтра. Где-то в это же время. – Ага, спасибо, до связи. – До связи! – кинул Ёнгук, и, вероятно, за миллисекунду до того, как хакер отрубился, Воншик услышал в трубке тихое «Воншик, где ты?..», а сразу за тем пошли гудки. Ким покрылся мурашками с головы до пят: наверное, даже волосы на ногах встали дыбом, и хорошо, что на нём длинные штаны. Это определённо был голос Тэгуна. Слабый, едва слышный, но Воншик узнал его. Не мог не узнать. От чьего ещё голоса волосы зашевелятся и захочется бежать, сломя голову – туда, где обитает сейчас обладатель этого голоса. Он ждёт его, он ищет Воншика и… скучает? Чёрт! Он должен разобраться с делом Кёнгидо поскорее! Почему всё так обернулось?! Воншик убрал телефон во внутренний карман куртки и щёлкнул кнопкой фонарика. Луч тут же высветил уголок какого-то пластика. Заинтересованный, парень подошёл ближе и опустился на корточки, осторожно трогая торчащий из земли край. То, что целлофан торчит из земли, нехорошо. Кто-то выкинул тут мусор? Как невоспитанно. Воншик поморщился, надел на одну руку перчатку – их выдали им перед поисками – и начал методично раскапывать непонятный пакет. Скоро через мутный пластик видно стало нечто, похожее на человеческую ногу. Это и была человеческая нога. – Эй, это здесь! – закричал Воншик, разрезая громким низким голосом лесную тишину. – Здесь труп! Спустя несколько мгновений со всех сторон послышался шелест множества ног: к нему шли остальные полицейские, среди которых был и Хагён – он смотрел на него хмуро и подозрительно, будто был не рад, что Воншик что-то нашёл. Тело, завёрнутое в плотный целлофан для перевозки вещей, отрыли быстро: убийца не потрудился как следует закопать его. Вызвали рабочий минивен из следственного морга, чтобы забрать тело на вскрытие и экспертизу, а после, вопреки желаниям Воншика, продолжили поиски с новой силой. Хотя парень и сам понимал, что сейчас не время спать и мечтать о доме. Было ли совпадением то, что он нашёл тело сразу после звонка Ёнгуку? И то, что он услышал Тэгуна с телефонной трубке – могло ли это как-то повлиять на следствие? Воншик точно не знал, при мыслях о Тэгуне сжалось сердце: когда ещё он увидит его? Сможет ли он поднять его из комы, когда раскроет дело? Да, именно «когда», а не «если», потому что он зашёл слишком далеко, чтобы отступать. Прошло ещё пять минут, прежде чем Чоноп нашёл ещё один целлофановый мешок с телом. Следствие начало сдвигаться с мёртвой точки.       На следующий день, когда было отрыто три тела, вся команда ждала результатов судмедэкспертизы: кто-то сидел пил кофе, кто-то общался с коллегами из местного подразделения, некоторые спали тут же, на кушетках. Воншик тоже очень сильно хотел спать, но не мог себе позволить отрубиться хоть на минуту, пока не узнает, как прошло дело у Ёнгука. В обед пришёл помощник медэксперта и сказал, что оборудование у них старое, и результатов придётся ждать до вечера, и Ким не выдержал: сам не заметил, как заснул прямо на стуле, сложив руки на груди. Ему снилась больничная палата, такая светлая, что слепило глаза. Он точно знал, что где-то в глубине, там, где противно пищали приборы жизнеобеспечения, лежал Тэгун – бледный, худой, но живой, он должен был вот-вот проснуться, - но дойти до него не мог, будто свет не давал ему прохода, цеплялся за одежду, путал направление и искажал пространство. Когда Воншик, вздрогнув от скрипа двери, проснулся, за окном уже начинало темнеть. Наконец, прибыли результаты. Было решено снова устроить совещание, чтобы найти зацепку. Искали хоть что-нибудь общее у жертв, связующее звено, которое могло указать на убийцу. Подняли показания родственников и знакомых, которые обнаружили пропажу. Пришлось отвлечься от мыслей о Тэгуне, чтобы поскорее убраться отсюда обратно домой, к тому, кто ждёт его так сильно. Да и Лео, наверное, скучает. Собрав все факты в голове, Воншик кинул навскидку несколько теорий, вопросительно глядя на местных следователей: Юквона и Минхёка – те должны были лучше знать, что происходит в их районе. Намджун предложил ещё две теории, и Юквон кинул положительно – было решено проверить камеры наблюдения нескольких круглосуточных магазинов и опросить жителей частных домов из двух кварталов, как раз неподалёку от вчерашнего леска. Все отправились по машинам, и когда Воншик, предусмотрительно севший один, завёл мотор, зазвонил телефон. Он даже не посмотрел на экран – всунул в уши наушники и провёл пальцем вдоль, чтобы ответить. – Алло, – отрывисто бросил Ким в трубку, выкручивая руль, отжимая сцепление и давя на газ. – Здорово, мистер полицейский, – Воншик поморщился, но ничего говорить не стал. – Как дело идёт? – Ты издевашься, Бан? Новости есть? – Ну вот что ты такой нервный, – невесело усмехнулся на том конце провода Ёнгук. – Не буду же я с места в карьер сразу. Воншик, выруливая на основную дорогу, крепче стиснул руль и с силой выдохнул, чтобы успокоиться. – Нормально дело идёт. Сдвинулось с мёртвой точки. Идём искать подозреваемого. Если сильно повезёт, буду дома через дня три-четыре. – Ого, круто. – Круто-круто. Новости-то есть? – Воншик посмотрел в зеркало заднего вида: за ним ехал кто-то из его коллег, и он очень надеялся, что в этой машине не было Ча Хакёна. – Ага, есть. Но танцевать пока рано. – Я всё равно за рулём. – Мальчишка ничего не знает. Обещал поискать в квартире, где живёт сейчас. Там ведь преступление произошло. От напряжения Воншик чуть не пропустил красный свет и проехал стоп-линию, затормозив уже на горящий красный. Сбоку ему погрозил кулаком Хонбин и покачал головой, мол, не отвлекайся. Ким только пожал плечами. – А до этого не искал, что ли? – Говорит, боялся…       Бан дал Химчану чёткие указания, какие вопросы нужно задать, рассказал сведения, которые были ему известны, хотя Ким был уверен, что далеко не все, но Химчан всё равно знал, что будет разговаривать со студентом по-своему: Ёнгук ему потом ещё спасибо скажет. Когда он зашёл в кафе, Хана там явно не было: в углу сидела парочка, и за двумя столиками у окон сидели группки школьников, Ким узнал и по форме. Санхёк подошёл через пять минут после его прихода и сначала боязливо оглядывался, а после, когда Химчан помахал ему, чуть смелее направился к его столу. Он был одет в рваные на коленках джинсы и светлое пальто. Каштановые волосы растрепались на ветру, и весь он выглядел как взъерошенный воробей, маленький и дерзкий, с внутренним боевым настроем. Хотя маленьким на самом деле он не был – скорее всего, выше самого Химчана. – Привет! Я Хан Санхёк, – он протянул руку и улыбнулся. Было в этой улыбке что-то жуткое, такое, что заставило Химчана замереть на секунду перед тем, как протянуть руку в ответ. – Привет! Я Хан Санхёк, – он протянул руку и улыбнулся. Было в этой улыбке что-то жуткое, от чего Химчан даже не сразу протянул руку в ответ. – Привет, я Ким Химчан. Они молча уселись и, пока дожидались официанта и делали заказ, немного поболтали о компьютерных играх, прохождении уровней и полезных лайфхаках. И Химчан уже готовился вклинить в разговор другую тему, но Хан удивил его сразу, как только ушёл официант. – Ты же не о компах хочешь поговорить, да? Надо сказать, на «ты» они друг друга начали звать ещё в игровом чате. – С чего ты так решил? – Не видел раньше тебя в чате. А ещё к дяде кто-то приходил недавно. Из-за Тэгуна. Ты же о нём хочешь поговорить? – Допустим. Ты знал и всё равно пришёл? – Химчан решил взять на «слабо». – Значит, это правда? – И ты сбежишь? – Нет. – Да, это правда. – Химчан кивнул подошедшему официанту и принял из его рук большую чашку американо с сэндвичем. Хан заказал себе колу и какое-то мясное блюдо. – А ты из полиции? – Не совсем, но мой друг из полиции и он сейчас занимается делом Тэгуна. Ты знаешь, зачем твой дядя приходил в квартиру в ту ночь? – Ким решил не тянуть и сразу перешёл к делу. Меньше всего подростки любят, когда им начинают что-то разжёвывать. – Не знаю точно, но я… – парень замялся, потёр шею сзади нервным движением и отпил из стакана газировку. – Я пробовал кое-что сопоставить и анализировать… Скорее всего, он искал там документы. Или что-то вроде улик. Я не знаю точно. – он посмотрел прямо на Химчана: – А почему делом снова решили заняться? Нуны снова подали иск? Значит, он и о деле всё знает, и о том, что его приостановили. – Новому главе отдела просто не нравится, что есть нераскрытые дела, – усмехнулся Химчан как можно непринуждённее. – А ты сам-то не искал? За чем Хан Джону мог прийти тогда. Хан помотал головой, из-за чего его волосы растрепались ещё больше. – Когда только начали следствие, я боялся, что дядя может снова заявиться в квартиру, а потом… дело закрыли, и мои находки всё равно никому не были бы нужны. Отец сказал мне вообще в тряпочку помалкивать. Он и сам не особо содействовал следствию. Химчан вдруг понял, откуда эта затаённая злость в глазах мальчишки: он злился на полицию, на дядю, на отца и на то, что дело так и не завершили, не начав толком раскрывать. – В этот раз раскроем, – Ким потянулся через стол и по-дружески хлопнул парня по плечу. – Если ты конечно мне веришь. – Ты объявился сразу после того, как к дяде кто-то пришёл и начал говорить о Тэгуне. Таких совпадений не бывает. «Какой серьёзный, – усмехнулся про себя Химчан. – Прямо как Ёнгук, когда погружён в работу». – А можно личный вопрос? – Химчан спросил это тихо, как бы невзначай, отпивая из кружки горький кофе. – Насколько личный? – парень сразу насторожился. – Тебе нравился Тэгун, да? – Нравится, – машинально поправил Хан и удивлённо поднял брови: сам не понял, как проговорился. – Ну, он же жив ещё… формально, – он опустил глаза в стол и взял порцию мяса в рот. – Но я ему так и не признался. Не хотел терять нашу дружбу. «Вот оно как. А Воншик говорил, что этот Тэгун, возможно, любил Санхёка. Как зла судьба». – Ясно, – кивнул он, – поэтому так хочешь содействовать следствию? – Дядя очень сильно вредит отцу своим бизнесом. Мать уже извелась из-за этого. И я тоже устал. А Тэгун в больнице. Химчан снова покивал и допил свой напиток. – Тогда я надеюсь, что тебе удастся что-то найти. – Я тоже. Они быстро докончили свои порции, оплатили счёт и вышли из кафе, каждый в свою сторону, будто и не знакомы вовсе. Воншик включил поворотник, когда увидел слева нужное им помещение. – Он сказал, если что-то найдёт, сразу даст знать. Хим будет переписываться с парнем в игровом чате. Там все сленгом пользуются, так что никто и не поймёт, о чём они там болтают. – Это хорошая новость, – он завернул во двор и заглушил мотор. – А мне уже пора. – Я дам знать. Как только, так сразу, – Ёнгук бросил трубку, и Воншик снял наушники, отсоединил ух от телефона и спрятал его в карман куртки, выходя из машины. Из соседних припарковавшихся авто вышли его подчинённые. Хакён, поднимаясь с соседнего с водительским сидения, первым делом нашёл Воншика и окинул его подозрительным взглядом. Ким лишний раз удостоверился, что Ча приставлен именно к нему. Но он всё равно ничего не принесёт шефу – Воншик слишком осторожен.