Месть Арахны I

Доминик и Бьянка стояли посреди многолюдной улицы Лос-Анджелеса, ожидая прихода брата. Новоиспеченный сын Аида чувствовал себя странно: он до сих пор не мог поверить в то, что его отец – бог смерти из греческой мифологии!..Но он был только рад, что у теперь есть сестра и брат, правда, ему только-только предстоит познакомится с Нико. Наверное, если бы ему рассказал о богах кто-то другой, а не Бьянка, он бы заперся на кухне и набрал номер дурдома. Он так и не мог толком объяснить, почему так быстро поверил сестре, но он чувствовал к ней привязанность, тем более охотница Артемиды была на столько убеждена в собственных словах, что даже язык не поворачивался сказать что-то против. -Потерпи еще немного, Доминик, - слегка подрагивающим голосом подбадривала его девушка, но на самом деле она до чертиков боялась вновь встретиться с Нико. Столько времени прошло с тех светлых дней, когда они могли бы сидеть и рассказывать друг дружке о своих страхах и заботах, делиться какими-то радостями…Между ними словно появилась стена, с того самого момента, как она сказала «да» Артемиде, как она умерла в этом проклятом поиске. Но Нико пытался ее воскресить из мертвых, значит, он все-таки ее любил, но вот только один вопрос: любит ли ее он сейчас? Даже страшно знать ответ на этот вопрос, холодок медленно пробегает по спине, в животе словно образовывается кусок льда. В конце улицы, увлекаемые потоками людей, пробираются через толпу смертных две полукровки, и Доминик заинтересованно поднимает на них янтарные глаза. Бьянка проследила за взглядом брата и почувствовала, как в горле образовывается комок. Парней на противоположных концах улицы можно было назвать похожими, но только на первый взгляд: самый первый и отличительный признак – это глаза. У Доминика были неестественно желтые, словно топазы, глаза, а вот у Нико – черные, цвета черного шоколада, как у сестры. Волосы у Доминика хоть и были темно-коричневые, да вот только им не тягаться в цвете с угольно-черным «творческим беспорядком». Девушка рядом с парнем заинтересовала Доминика больше: у нее были иссиня-черные волосы, почти достающие до лопаток, слегка вытянутое лицо и голубые, какие ему приходилось видеть впервые, густо подведенные подводкой глаза. По одежде было легко догадаться, что эта девочка – панк. На дочери Зевса были рванные в нескольких местах черные джинсы, поверх них был одет белый сарафан, сверху – дранный черный свитер, кожаная куртка-косуха; на ногах «леди» красовались высокие армейские ботинки. Девушка держала парня за руки, что-то тихо повторяя, но спутник даже не поднимал на нее взгляд, что очень ее обижало, но она потом собралась и, встав на носочки, что-то тихонько прошептав ему на ухо. Нико немного ожил, усмехнувшись уголком рта, потом подмигнув ей, пошел следом за дочерью бога неба, увлекаемый ею через толпу. Не прошло и двух минут, как Нико и Талия уже стояли перед Бьянкой и Домиником. Одарив холодным взглядом сестру, ди Анжело пожал протянутую руку приобретенного брата. -Меня зовут Доминик Кинсли, - представился безукоризненно вежливо новый сын Аида, немного вздрогнув от рукопожатия: рука у брата была ледяная. -Очень приятно, Доминик, меня зовут Нико ди Анжело, хотя, наверное, тебе уже об этом известно от Бьянки, - он одарил ничего не выражающим взглядом воскресшую сестру и поспешил отвернуться от нее - раны в душе не до конца зажили, а ему не хотелось, чтобы все начиналось по-новому. Тут очень кстати ему под руку подсунулась Талия и оказалась в полуметре от Доминика, приветливо улыбаясь. -Нико, а чего ты меня не представил? – она немного обиженно покосилась на своего парня, но потом снова натянула улыбку, - Что ж, меня зовут Талия, Талия Грейс. Дочь Зевса, которую один идиот забыл познакомить со своим братом – показывать пальцем не буду, но тонко намекаю: он стоит за моей спиной. Доминик усмехнулся: эта Талия нравилась ему с каждой секундой все больше и больше, Нико тем временем сделал в шаг в сторону и закатил картинно глаза. Бьянка же нахмурилась и, скрестив руки на груди, спросила: -Эмм…Нико, разве мы идем в поиск не втроем? – увидев, каким взглядом ее удостоили, девушка пожалела, что вообще рот открыла, но все же попыталась ответить, - Разве я что-то не то сказала? -Она идет с нами, - тихо, сквозь зубы процедил ди Анжело, словно делая небывалую милость для сестры, - хочешь ты того или нет. Я ей пообещал и слово свое, как правило, держу. Бьянка почувствовала, как ее начала бить мелкая дрожь: в словах Нико был подтекст. Перед тем, как отправиться в поиск на спасение Артемиды, она пообещала ему, своему десятилетнему братику, что вернется… Она думала, что со временем стена между ними станет тоньше, прозрачнее, но на самом деле она лишь обманывала себя: стена с каждым месяцем лишь росла и росла, становилась выше и прочнее, скрывая брата от сестры. Они стали друг другу чужими, Нико испытывал даже больше родственных чувств к Доминику, нежели к Бьянке, с которой вырос. -Вообще-то, я пытаюсь сдержать слово – поэтому нахожусь здесь, - попыталась ответить сестра брату, сжав руки в кулаки, - здесь, заметь, а не на Островах Блаженных! Знал бы ты, сколько мне пришлось уговаривать отца, чтобы он позволил присоединиться к поиску!.. Нико услышал, как у него хрустнул палец – так сильно сжал руки. -А не задумывалась ли ты, случаем, сестричка, когда переходила в ряды охотниц, что оставляешь меня одного, буквально без всего? Я жив сейчас благодаря случаю, нет, даже можно сказать, что я по ошибке жив в данный момент: наверное, я лучше б я тогда потерялся в лесу!.. -Не говори так, - попросила Бьянка тихо, но поток Нико уже нельзя было остановить. Каждое слово резало не хуже ножа девушку, но она даже не подозревала, как ее чувства сейчас близки к тому, что испытывает брат, - все же сложилось хорошо: у тебя есть дом, есть друзья…о тебе заботились, Нико, а ты этого просто не видел. Нико почувствовал, как поперхнулся на полуслове, вслушавшись в последние слова воскресшей из мертвых сестры. Он не мог поверить в истину ее слов, но и в то же время не слышал в них и оттенка лжи… -Обо мне никто не заботился, Бьянка. Может, мне и сохраняли жизнь, но не заботились, это уж точно, - и, набрав в легкие воздуха, ди Анжело со свистом выдохнул. Он верил в свои слова, но почему же ему так больно?.. Доминик негромко откашлялся, постаравшись загладить напряженное молчание: лично он до сих пор не понимал, почему его новый брат так ненавидит Бьянку. Сестра ему казалась лучиком солнца, словно никогда не погасающим пламенем, таким теплым и родным, что даже не возникало мысли ее в чем-то упрекнуть…Ему не хотелось верить в то, что говорил Нико – он был уверен, что Бьянка не способна бросить брата…неужели он ошибается? -Все, с меня хватит! – внезапно заголосила Талия, топнув в приливе явно не радужных чувств ногой, злобно прожигая взглядом обоих ди Анжело, - прекратите себя так вести, ясно? Вы не можете бегать друг от друга весь поиск, а я поспособствую тому, чтобы вы, наконец, помирились, так как ваша «тишина» действует мне на нервы! Пошли, Доминик, найдем, где перекусить, - она к полному удивлению парня взяла его за руку и потащила в сторону торговых центров. Обернувшись на словно приросшего к асфальту Нико, немного поостыв, дочь Зевса бросила ему через плечо: -Учти, мы устраиваем вам молчаливую забастовку, пока не начнете снова любить друг друга, - и добавила чуть тише под урчание в желудке, - или пока не поедим. Идем, Доминик, пройдемся по улице – может быть найдем, где перекусить. Бьянка робко подняла взгляд на брата и, встретившись с такими же, как у нее черными глазами, поспешила удостоить повышенным вниманием свои ботинки – в глазах Нико был лед. Иногда дочь Аида просто ненавидела себя за свой мягкий характер – люди легко могли ее смять, как пластилин, а вот в Нико чувствовался твердый «стержень», который вряд ли кому-то удастся сломать. Но у него словно выбили землю из под ног – сам не свой, после откровенного разговора с сестрой…но когда девушка снова рискнула поднять глаза на него, то в глазах парня что-то потеплело и взгляд был уже не таким холодным. Оба ди Анжело уселись на лавочку, оставив между собой почти полметра - может, у них что-то и наладилось, но и у примирения есть границы. Ждать Доминика и Талию пришлось не больше пятнадцати минут – новый сын Аида больше не выдержал бы общества дочери Зевса: она буквально наседала на него со шквалом вопросов, в то время, как он отвечал, постоянно оглядывалась на оставленную парочку, а потом, поворачиваясь обратно и прослушав ответ парня, снова повторяла один и тот же вопрос - так свихнуться недолго. -О господи, спасите меня от этого кровожадного чудовища, - захохотал парень, спрятавшись за Бьянку, вставшую вместе с Нико со скамейки, - давайте отведем ее в «Макдоналдс», пока у меня все пальцы на руках целы!.. Талия невинно улыбнулась, безобидно подойдя к Нико и, взяв его за руку, показала Доминику язык. Честное слово, прозвище «кровожадное чудовище» ей понравилось! -И что теперь? – снова повторил вопрос Доминик, уже без аппетита тыча картошкой фри в соус, чем немного напрягал остальных. Бьнка возвела глаза к потолку, изучая выложенную плитку, медленно посасывая вишневый коктейль, Нико вообще даже не обратил внимания на вопрос брата, теребя на шее цепочку с металлическим кольцом, отливающим зловещим зеленоватым цветом, а вот Талия не выдержала и, смяв упаковочную бумагу от гамбургера, запустила комком в надоедливого собеседника. -Можно его стукнуть? – вопросила она, забрав в наказание у парня булочку, и зловредно откусила большую часть, - Он меня напрягает, а я ненавижу всех и вся, что меня напрягает, - она немного съехала вниз, попытавшись достать ногой Доминика, но тот сидел слишком далеко, поэтому удар ботинка пришелся на Нико. Ди Анжело аж подпрыгнул от неожиданности, толком ничего не поняв: голова шла кругом после того, как он надел это чертов кольцо Аида. Всякие мысли дурные в голову лезли, мешая соображать, но он отвлекался от них, просто смотря на Талию: как она смеется, шутит, переругивается с Домиником, давая ему самые смешные и нелепые прозвища… -Талия, осторожнее махать ногами надо, - проворчал Нико, потирая ушибленную ногу о ножку стула, - Доминик вообще на другом конце сидит, давай, совершенствуйся в меткости и не калечь, пожалуйста, остальных. -Что-то ты больно ворчливый, - заметила как бы между прочим Грейс, помешивая содержимое пластикового стакана трубочкой, - по-моему, кому-то придется купить мне булочку, иначе я с этим «кем-то» не разговариваю! Брови Нико взметнулись вверх, от чего Бьянка едва не расхохоталась: такое лицо у Нико она видела только в детстве. -Позволь-ка уточнить, ты выгоду для себя из всего делаешь? – вежливо поинтересовался ди Анжело, криво усмехнувшись и поддразнивая девушку, - Только не отрицай – врать тебя все равно не получается: все на лбу написано. -Иди уже, герой, - посоветовала дочь громовержца, пнув стул сына Аида, от чего тот едва не упал вместе с седоком, - хочу десерт. -Иди сама выбирай. -Так не честно, вообще-то! – возмутилась девушка, замахав на парня руками, - Играешь не по правилам! -Детский сад, штаны на лямках! – как бы между прочим вставил Доминик, за что получил персонально от Грейс коробочкой от булочки. С недовольным вздохом Нико поднялся из-за стола и пошел к витрине, где уже столпилось несколько человек. Рассматривая всякие кофейные тортики, ди Анжело двигался вдоль кассы, как внезапно его внимания привлекла одна из работниц «Макдоналдса». У женщины на голове был непонятный головной убор: волосы были повязаны множеством пестрых платков и спрятаны под красную кепку с желтой буквой «М»; на глазах женщины были солнцезащитные очки, но, правда, сын Аида не понимал, для чего они нужны работнице в помещении. Но внимание Нико привлекло вовсе не внешность женщины: он чувствовал, как от нее исходит опасность, такая же, как и от монстров. -Вам что-то подсказать? – поинтересовалась она, заметив парня у витрины. В голосе были какие-то восточные нотки, словно она приехала сюда из восточных стран. Нико помотал головой, чувствую нарастающую опасность, но не мог понять, что такого опасного может быть в этой женщине, пока не прочитал на бейджике (с подозрительной легкостью): «Мадам Медуза к вашим услугам, полубог». Немного оторопело Нико почувствовал на себе взгляд работницы и поспешил повернуться спиной, но все же услышал, как та с тихим звуком втягивает воздух. Чувствуя понемногу нарастающую панику, еле сдерживаясь, чтобы не броситься бежать к друзьям, Нико медленно подошел к своему столику. -Эй, где мой тортик? – недовольно отозвалась Талия, когда ди Анжело остановился у их стола, но, переведя взгляд на его лицо, тут же замолчала, беспокойно похлопывая себя по карману, где хранился контейнер для телескопа, трансформирующийся в копье. Бьянка беспокойно посмотрела на брата: -Нико, с тобой все хорошо? Ты побледнел… -У нас проблемы, - сухо ответил брат, медленно покачав головой, - думаю, она еще не знает, кто мы…или не полностью уверена. Нам надо уходить, пока не поздно… Внезапно загудела сигнализация, окна сами собой захлопнулись, двери с грохотом закрылись, посетители в ужасе повскакивали на ноги, хватая и прижимая к себе детей. -…Если уже не поздно, - прошептал Доминик, тем самым закончив за Нико фразу, успев заметить, как женщина, с кучей платков, повязывающих волосы, незаметно для всех убирает палец от кнопки тревоги. -Просим всех сохранять спокойствие, - крикнула на весь зал вторая работница, что-то делая за стойкой, - почему-то сработала сигнализация на случай ограбления. Не волнуйтесь, мы скоро уладим все… Напарница говорившей уставилась на четверых полубогов из-за своих солнцезащитных очков. Может, Бьянке и померещилась, но она видела, как за темными стеклами очков светятся зловещим зеленоватым блеском глаза… -Предлагаю слинять под шумок, - предложила охотница, едва заметно шевеля губами, - можно выбраться через склад, там есть запасной выход. Махнув друзьям рукой, девушка стала незаметно пробираться через толпу недовольных и взволнованных туристов, незаметно проскользнув в помещение, не обращая внимания на табличку на двери «Вход только для персонала». Друзья поспешили последовать ее примеру, один за другим пробираясь на склад. Это оказалось просторное, тускло освещенное помещение с большим нагромождением ящиком и картонных коробок. На складе работали несколько крепкосколоченых работяг, разгружающих небольшой грузовик, а за машиной белой аркой выделялась раскрытая настежь дверь. Не успели ребята обрадоваться близости свободы, как с противоположной стороны двери, через которую они вошли сюда, послышались отчетливые шаги. Талия, схватив с пола швабру, просунула ручку предмета в отверстие в ручке двери, забаракодировав, таким образом, дверь. -Это немного времени выиграет, - заявила девушка, уже вооружившись копьем и держа щит наготове. Доминик поспешил отвести взгляд от Эгиды, - так, Нико, а теперь объясни, что это за монстр… Дверь заходила ходуном, послышалось несколько характерных пинков. -Это Медуза Горгона, - ответил ди Анжело, сжимая и разжимая руки, стараясь успокоиться, но почему-то ему было еще страшнее, чем обычно, - даже не знаю, как мы ее победим. -Может быть и не придется, - попыталась приободрить их Бьянка, достав из-за спины лук и вставив в него стрелу, - можно просто пробраться к выходу вдоль склада, и, если нам повезет, уже будем далеко отсюда… -Тогда разделимся, чтобы сбить ее с толку, - предложил Доминик к всеобщему изумлению – они-то думали, что он мало чего знает о монстрах, - но только, правда, придется идти вслепую, чтобы не превратиться в камень. -На, возьми, - протянул ему Нико рукояткой вперед охотничий нож, подаренный в прошлом поиске Талией, - возьми его себе, мне будет спокойнее, если ты будешь при оружии. -А как же ты? – не понял Доминик, неуверенно взяв оружие, и крепко сжал, подняв глаза на брата. Тот лишь небрежно повел плечом – ничего, мол, не случится. Раздался голос Талии из пустоты: -Не волнуйся за него, я прикрою, - поручилась за сына Аида Грейс, находясь под действием кепки-невидимки «Янкиз», - главное – не открывать глаза. За спинами послышался негромкий щелчок, дверь затряслась, словно кто-то пытался ее выломать, и полубоги бросились врассыпную. Бьянка схватила Доминика за рукав и потащила вправо, стараясь за короткий срок скрыться как можно дальше, Нико же побежал в противоположную от них сторону, стараясь затеряться для глаз Медузы в стеллажах с коробками. Талия тихонько следовала за ним. Горгона зарычала, недовольно сопя носом и срывая с себя красную бейсболку «Макдоналдс», распутывая платки и выпустив на волю своих змей, которые росли у нее вместо волос. Сняв с себя очки, она бросила их на пол, принюхиваясь, и пошла по следу запаха полубогов. Нико осторожно пробирался между коробками, наваленными друг на друга так, что они были выше человеческого роста, что было очень кстати: не приходилось часто нагибаться. Он старался двигаться бесшумно, даже дышал через раз, время от времени прищуриваясь, готовый при малейшем движении зажмуриться. Талия делала то же самое, идя походкой крадущейся кошки, иногда нагибаясь, совсем забыв, что ее не видно. Иногда приходили в голову навязчивые предрассудки: а вдруг эта шапка-невидимка действует только на детей Афины? А вдруг магия в самый неподходящий момент не сработает? Ей даже было страшно поинтересоваться у Нико, невидимка она, или нет – любой звук мог выдать их с головой. Внезапно недалеко от них, на противоположной стороне склада послышался девчачий визг, а затем – тишина. Нико почувствовал, как сердце словно разрывается от страха: должно быть, это была Бьянка, а с ней – Доминик… Неожиданно рядом послышались шаги – они были направлены в сторону крика. Значит, Медуза не напала на Бьянку, с ней все в порядке, наверняка она и ее брат успеют спрятаться…внезапно одна из коробок за спиной Нико с грохотом упала, потом послышались негромкие чертыхания Талии. -Ты что творишь? – поинтересовался вкрадчивым тоном ди Анжело, глядя немного правее головы Грейс, - Ты где вообще? Тебя не придавило?.. -Нет, все в поря…- фразу девушки заглушило громкое шипение сотни змей на голове горгоны. Девушка тут же отбежала в сторону, смотря себе только под ноги и только через минуту поняла, что Нико отстал, налетев на ящики – глаза-то у него были закрыты! Сын Аида, как мог, быстро вскочил на ноги, пытаясь сориентироваться, но тут же почувствовал, как женщина грубо схватила его за плечи, развернув к себе лицом. Нико почувствовал, как змеи бьются ему по лицу, шипят, вынуждая открыть глаза. -Так-так-так, сынок Аида, - немного пафосно провозгласила Медуза, по-прежнему крепко держа полубога, - ведь правду говорят: сын похож на отца. Вижу, он повесил на тебя еще одно задание, как на немногих своих детей, но поверь: тебе лучше окаменеть, чем исполнять свое предназначение…тебе нужно лишь открыть глаза, Нико ди Анжело, и никто никогда тебя не тронет. Нико еще плотнее сжал веки: голос женщины был легкий, красивый, совсем не как у монстров. Она вроде даже желала добра, но вот только ему не хотелось становиться навеки чьим-то украшением в саду. Если он сейчас погибнет, то нести бремя придется Доминику…или Бьянке. Он не может этого допустить – он не оставит Талию одну. Он дал слово, и он его сдержит. Горгона зашипела в негодовании, оттолкнув изо всех сил ди Анжело, отчего он грохнулся на пол, на него посыпались коробки и несколько ящиков придавили ногу. Попытка освободиться не увенчалась успехом. Жаль, обидно, несправедливо, что нельзя пользоваться своими способностями: кольцо словно закупоривает в тебе силу, но если сорвешься – то можешь умереть. -Жаль, жаль, жаль, - прошипела женщина-змея, перевернув его ногой, - у тебя был выбор, герой, но ты выбрал не наилучшую смерть. Как только ты умрешь, я доберусь до твоих друзей, обращу в статуи и сотру порошок…или нет, я отошлю твой труп к твоему папаше, чтобы он увидел, как ты… Послышался громкий стук металла о что-то твердое, потом стук тела о землю, снова грохот, несколько ударов тяжелым предметом, ногой, а потом неприятный хлюпающий звук…тишина.Нико по-прежнему лежал, накрыв голову руками, изо всех сил прислушиваясь. -О боги, ну и гадость же! - Талия, довольная собой, выдернула копье из проткнутой насквозь головы Медузы Горгоны, вытерев слизь и кровь о штанину с таким видом, словно ее вот-вот стошнит, - Нико, можно открывать глаза… Нико, недовольно ворча, открыл глаза и попытался высвободиться, но ящики по прежнему придавливали ему ногу, да и одна из особо тяжелых коробок прижала его к полу, больно задев по лицу. -Талия, - немного надтреснуто позвал он, пытаясь приподняться, но коробка все сильнее вдавливала в пол, - потребуется твоя помощь…сдвинуться не могу, меня завалило. -Сейчас, сейчас, - отозвалась дочь Зевса, отфутболившая оторвавшуюся от тела голову Медузы в раскрытую пустую коробку, затем подбежала к Нико, попытавшись сдвинуть ящик с места но, услышав громкие ругательства ди Анжело, оставила попытки – ничего не получалось, - Вот черт, ничего не выходит!..Хотя, подожди-ка… Девушка неуверенно встала, сняв с себя кепку «Янкиз», спрятав ее в кармане куртки. Вид у дочери верховного бога был задумчивый и в то же время потерянный, но она стряхнула с себя это состояние, выбросив руки вперед и ящик, подхваченный потоками ураганного ветра, взлетел под потолок и ударился о противоположную стенку, разлетевшись на куски. Нико благодарно вздохнул, стряхнув с себя коробки и сел, облокотившись о стенку. Грейс, устало выдохнув, села рядом с ним на корточки, стерев рукавом бисеринки пота со лба и нахмурилась, взглянув на лицо Нико, и тот только тогда почувствовал пульсирующую боль в виске. -Добегался, голубчик, с закрытыми глазами, - усмехнулась Талия, достав из кармана тряпицу и осторожно потянулась к лицу ди Анжело, в то время как тот оторопело пялился на девушку, - что, не доверяешь мне? Когда Грейс говорила с такой интонацией возникало ощущение, что она берет сына Аида на слабо. - Нет, почему же, - сын бога смерти с мученическим видом наклонился к девушке, позволив коснуться разбитого виска, - просто не люблю, когда кто-то меня касается: предпочитаю все делать сам. -Даже мне твое личное пространство нарушать нельзя, так как его занимает твое раздутое самомнение? – поддела его дочь Зевса, отдав тряпицу, потом встала, оглядывая пустынную площадку, ища взглядом Бьянку и Доминика, - Ты слышал крик? Спорю на сто баксов, что вопил Доминик. -Принимаю вызов, - ухмыльнулся ди Анжело, тоже вскочив на ноги и пошел за дочерью громовержца, - только учти, что у меня этих ста баксов нет. -Да у меня вроде как тоже, - хохотнула девушка, подмигнув парню, и вышла со склада на улицу, одарив печальным взглядом парочку окаменевших работяг – жертвы Медузы, - давай найдем ребят, а уж потом будем делать ставки. Эй, ребята! Ребята, вы где? – заорала она во всю глотку, спугнув несколько птиц с деревьев. За «Макдоналдсом» открывался красивый вид: густой лес, небольшая полянка, на которой сидели двое… -О боги, я так испугалась! – завопила Бьянка, бросившись ребятам на шею. Вид у охотницы был плачевный: губа рассечена, на лице несколько длинных царапин, но, в целом, девушка была цела. Доминик усмехнулся и, прихрамывая, подошел к ребятам. -Вы уж извините, что мы вас бросили, честное слово, я бы в жизни бы так не поступил, но Нико уж через чур сильно орал мысленно нам уходить, так что я путал действие с реальностью! – он недовольно посмотрел на парня, - ты издевался надо мной что ли? У меня просто уши закладывало! -Не знал, что получится, - с извиняющимися нотками в голосе признался Нико, - я давно не пробовал себя в телепатии. С Бьянкой у меня возникли небольшие трудности, так как ей, понимаете ли, не захотелось уходить, и она решила перевести наш гимн на арабский! -Не смотри на меня так! – возмутилась Бьянка, замахав на брата руками, - Я что, бросать вас должна была? – и увидев, что Нико собирается спорить, быстро поспешила добавить, - Запомни: убегать не в моем стиле! -Тихо! – прервала их Талия, внезапно вспомнив о ставках и с пугающей улыбкой повернулась к Доминику, - Так кто это орал на весь склад?.. Она с надеждой посмотрела на новоиспеченного сына Аида, но ее надежда умерла быстро после слов Кинсли: -Вы мне не поверите, но это вопил тот крупный мужчина, что разгружал грузовик.