Прядь за прядью

      Недоумение вскоре сменилось негодованием. Но все же, в комнате продолжала царить тишина. В воздухе можно было почувствовать гнетущую атмосферу, смешанную с легкой жаждой убийства.       Парень на кровати отложил книгу на тумбочку, после чего сладко зевнул и потянулся.  — И где тебя только носило? Я чуть со скуки не умер, пока ждал, — он недовольно цокнул языком. — Нет, ну серьёзно, ты на часы смотрел? На улице темнотища! Знаешь, очень небезопасно в такое время шататься по городу…  — Да что ты себе позволяешь?! — вскричал Чуя, со звоном ставя бутылку на прикроватную тумбу. Раздался звук разбивающегося стекла, и содержимое бутылки залило деревянную поверхность. Бокал так же был окончательно испорчен, буквально раздавлен. Кажется, несколько небольших осколков вонзились в ладонь. Но в данный момент Накахара был настолько вне себя, что данное происшествие не смогло отвлечь его от раздражителя. — Ты второй раз неожиданно и незаконно вламываешься на МОЮ территорию, а теперь еще и несешь какую-то чушь!  — А вот и нет, — парень усмехнулся, — не неожиданно. Я тебе записку оставил на двери, — в ореховых глазах посетителя плясали озорные искорки. Он даже не удосуживался скрывать факт своего веселья. — И да, я бы на твоем месте был более сдержан, посмотри, какую шикарную тумбу испортил. Ты вообще умеешь контролировать свою силу?  — Так это ты испортил мою дверь, ублюдок? — Чуя сделал резкий шаг в сторону шатена и схватил его за воротник.       Пуля со свистом пролетела в паре миллиметров от лица Накахары и врезалась в спинку кровати, от чего полетели мелкие щепки. Чуя впал в некий ступор. Кто стрелял? Зачем? Его хотят убить?..  — Опаньки! Что я говорил по поводу аккуратного использования силы? Нас нашли, пора идти! — подмигнул шатен и, ловко соскочив с кровати, дернул парикмахера за руку. Оба оказались на полу, и, как только это произошло, над макушкой пронеслась еще парочка пуль.       Чуя следовал за парнем просто потому, что он сам не мог здраво мыслить. Потому, что в голове плотно засело непонимание и отказ верить в происходящее. Тем временем, его вытащили на улицу через запасной выход.       В проходе Накахара резко замер, вырвав свою ладонь из чужой руки.  — Я не сдвинусь с этого места, пока ты, черт возьми, не объяснишь, какого хрена тут творится, — заявил рыжеволосый. Дабы придать себе более грозный вид, Чуя взял в руки кусок арматуры, так удачно валявшийся прямо у него под ногами. Он понимал, что сейчас, пожалуй, один из самых неподходящих моментов для споров и упрямства, но не собирался пускать всё на самотек. Потому что надоело, что этот парень, которого Чуя видел-то всего два раза, переворачивает его жизнь с ног на голову и строит из себя главного.       Шатен скептически окинул взглядом Накахару и прислонился спиной к шершавой стене. Он не переставал улыбаться. И вообще, по этому наглому лицу можно было прочесть, как по книге: «Ты так жалок сейчас. Меня это забавляет».  — Если ты хочешь жить — пойдешь со мной. Если нет, тогда оставайся. Только вот я думаю, что эта игрушка, — темноволосый прищурился, указав глазами на кусок железа, — не спасет тебя от тех парней, что пришли по твою душу, Чуя.       На втором этаже раздался звук выбитой двери, которую Накахара успел захлопнуть за собой в спешке. Времени на раздумья не оставалось. Нужно было делать выбор. Правда, не известно, какое из двух зол меньшее. Чуя очень не хотел доверяться кому-то наподобие этого человека перед ним. Но встречаться с вооруженными преступниками без возможности защититься было как-то менее обнадеживающе.  — Как тебя зовут?       Шаги все приближались. Преследователи уже спускались по лестнице.  — Дазай.  — Знаешь, Дазай, — Чуя сделал особый акцент на имени парня, — если сегодня со мной что-нибудь случится, Хигучи тебя из-под земли достанет. Ведь я так и не разобрался с документами, — Накахара усмехнулся и выбросил арматуру.  — Да-а, я уже трепещу, — фыркнул Осаму и рванул вперед.  — Эй, меня подожди, урод! ***       Чуя вернулся в парикмахерскую уже утром. На самом деле, парикмахер не очень-то хотел снова приходить в свою обитель, ибо вчера она чуть не стала его могилой. Но Дазай убедил его, что все под контролем, и те парни больше сюда не сунутся. Хоть это и звучало весьма сомнительно, выбора у Накахары не было: вариант побега из города, предложенный все тем же Дазаем, рыжеволосый отмел сразу же.       Осмотревшись на первом этаже, Чуя отправился вверх, уже представляя масштабы бедствия и предстоящей уборки. На втором этаже парня ждала несчастная дверь, еле висящая на одной петле. Сквозь открытое пространство пробивались искрящиеся из-за мелких пылинок бело-желтые лучи. Накахара аккуратно подошел к двери, но стоило ему задеть деревянную поверхность кончиками пальцев, как она с грохотом рухнула на пол, поднимая вверх еще больше пыли.  — Ох че-ерт, — протянул парикмахер, окидывая взглядом свою квартиру. И если в коридоре и гостиной все было относительно в порядке, спальная комната же являла собой хаос и безумие. Всюду по полу валялись щепки и битое стекло, на стенах были четко видны следы от пуль, где-то даже краска облупилась, а на тумбе так и засохло багровое пятно от разлитого вина. «Да уж, поспать сегодня точно не получится», — с легким разочарованием подумал парень, открывая окно, чтобы проветрить помещение. Благо, хоть стекло менять не придется — во время покушения окно было уже открыто.       Заметая осколки в небольшую горку, Чуя вспоминал события минувшей ночи. После того, как они с Дазаем пробежали парочку километров и оказались в «безопасном» месте, которое, между прочим, было каким-то заброшенным складом, и выглядело весьма ненадежно, между парнями завязалась очень странная беседа. Накахаре нужны были ответы. И Дазай дал их ему. Рассказал, что он секретный агент, и что бабушка Чуи работала на тайную организацию, и когда та умерла, Дазай пообещал ей позаботиться о любимом внуке. Чуя, в свою очередь, поведал, что его бабушка умерла до его рождения, и не могла знать о нем. В ответ на это, шатен заявил, что у Накахары была еще одна бабушка по линии двоюродного брата сестры кузины его матери. Парикмахер хотел было возразить и сказать, что и кузины у его матери не было, но вместо этого рассказал душещипательную историю о его четвероюродном брате, который, как он сейчас вспомнил, знал эту его бабушку и тоже был тайным агентом, но умер в десять лет. В общем, оба несли отменную неправдоподобную чушь, едва сдерживая смех, но до конца стараясь держать серьёзный вид. Закончилась эта несуразица тем, что Дазай пообещал прислать к Чуе еще одного «секретного агента», который проследит за его безопасностью. Накахара в ответ на это состроил невероятно благодарную мину, так как это, очевидно, было очередной шуткой.       В общем-то, промотавшись всю ночь по складам, да по набережной, они разошлись в разные стороны. Как бы странно это ни звучало, у парикмахера даже остался небольшой «сувенир» в виде плаща Дазая, который тот отдал Накахаре, с умилением заметив, что на свиданиях порядочным джентльменам положено делиться верхней одеждой с дамой. За что, к слову, получил неслабый удар под ребра.       Чуя был рад, что весь этот невероятный бред закончился. Тем более, вряд ли на него нападут посреди дня в людном месте, не так ли? Поэтому, парень и вернулся в «Химавари». К тому же, покушение — это вовсе не повод прекращать работу.       На часах было ровно полседьмого, когда в дверном проеме показалась Хигучи, видимо собирающаяся вновь начать тираду на тему неразобранной документации. Чуя к этому моменту уже начал мыть тумбочку.  — Накахара-сан! Сначала, я хотела спросить вас, почему вы так и не закончили разбор отчетов, но… — слегка озадаченно проговорила девушка.  — Отчеты сегодня закончу. У меня к тебе несколько поручений. Отнеси ковер в химчистку и закажи мне новую дверь. Ах да, и свяжись еще с этими детективами. Это всё, пока что свободна.  — Накахара-сан, что случилось? — серьёзным голосом спросила Ичие.  — Ничего особенного, просто небольшое недоразумение. Я уже все уладил, — парикмахер выдал одну из своих самых правдоподобных и неотразимых улыбок, а Хигучи, поняв, что таким образом ничего не добьется от босса, ушла выполнять поручения, напоследок окинув взглядом комнату начальника. Девушка подозрительно прищурилась, заметив на стене несколько неестественных выемок, но ничего не сказала по этому поводу.       Чуя не хотел втягивать в свои проблемы посторонних. Он понимал, что девушка будет еще какое-то время приставать к нему, но знал, что вскоре она отступит. В особенности, этот способ сработает, если Накахара таки закончит с работой.       Вздохнув, парикмахер спустился вниз. Сегодня его ожидает тяжелый день, если учесть тот факт, что не спал он более двадцати четырех часов. ***       У входа в парикмахерскую стояла слегка странная леди в длинной, до пят, темной шелковой юбке, белой блузе с длинными рукавами и широкополой шляпе, из-под которой она бросала на «Химавари» неуверенные взгляды с нотками отвращения. На самом деле, ей стоило прийти сюда часа на три раньше, но эту загадочного вида особу задержали некоторые обстоятельства, и вот сейчас она была на перепутье: бросить все и уйти, либо же выполнить задуманное.       Вздохнув, леди слегка закашлялась, после чего все-таки вошла в помещение. Звонко зазвенел колокольчик, оповещая работников о прибытии нового посетителя. Оказавшись внутри, она направилась точно к кабинету хозяина парикмахерской, шагая при этом настолько уверенно, будто знала, куда идти. На самом деле, так и было, ибо план парикмахерской был вызубрен заранее.       Девушка трижды ударила костяшками в двери и, не колеблясь ни секунды, вошла внутрь. Накахара Чуя, видимо, был чем-то очень занят, ибо даже не удосужился взглянуть на посетителя.  — Здравствуйте, Накахара-сан. Моё имя Сакура Хикару, и я буду вашим ассистентом, — заявила леди тоном, не предусматривающим отказа. Тут же она положила на стол своё резюме и рекомендации.       Чуя отвлекся от рассматривания счетов и уставился на девушку.  — Простите, но место уже занято, — все еще пребывая в некоторой прострации из-за полуторачасового разбора бумаг, произнес Накахара.  — Тогда вы возьмете меня вторым ассистентом, — так же уверенно сказала девушка.  — И почему же вы так в этом уверены, уважаемая Сакура Хикару? — Чуя позволил себе едва улыбнуться. Настойчивость этой неожиданной посетительницы выглядела какой-то уж слишком забавно-наивной.  — Потому что меня прислал Дазай-сан. Вы должны были быть осведомлены, Накахара-сан. «Дазай? В смысле?»       Чуя был, мягко говоря, шокирован сим известием. Ведь он был до последнего уверен, что весь вчерашний разговор — только фарс, ничего более. Накахара снова окинул леди взглядом, после чего взял в руки документы девушки и, быстро просмотрев их, произнес:  — Я могу взять вас на испытательный срок. Только хочу сказать, что…       Парикмахер не договорил, так как дверь в кабинет распахнулась, и в кабинет влетела Ичие.  — Накахара-сан, клиент, записанный на 15:20 уже пришел. Я, так и быть, закончу с бумагами сама…  — О, отлично. Ты как раз вовремя. Хигучи, это, — Накахара указал рукой на леди, — Сакура Хикару, наш второй ассистент. Покажи ей всё и расскажи что к чему, — Чуя, едва сдерживая улыбку, покинул кабинет, оставив своих ассистентов наедине. Дело том, что в принесенных девушкой документах было кое-что… забавное. Очень забавное.  — Эм… значит ты Хикару, да? — Ичие была удивлена неожиданным появлением нового человека в коллективе. Тем более, второго ассистента. Это настораживало. Она критично изучила новенькую, отмечая, что шляпа с полями выглядела слегка нелепо и явно загораживала девушке обзор. — Моё имя Хигучи Ичие. Наверное, ты…  — ХИГУЧИ?! — голос леди резко изменился на более грубый. Шляпа была тут же сорвана с головы, обнажив короткие темные волосы, ибо на самом деле мешала видеть окружающие объекты. Девушка хрипло раскашлялась, быстро прикрыв рот рукой. — Что ты здесь делаешь?! — прохрипела сквозь кашель Сакура. — Почему ты работаешь на этого урода? Ты же сейчас должна быть в Токио. «Этот голос… такой знакомый, — подумала Ичие. — Да и о Токио знало лишь несколько человек. Только не говорите мне что это…»  — Акутагава-сэмпай? Н-но что вы… почему… зачем вы здесь? И почему на вас эта одежда?!