Пока ты дедуцировал

***

Джон проснулся из-за лучика света, пробравшегося в комнату сквозь потрёпанные шторы. Проведя руками по лицу, он нахмурился. Два дня назад он был одинок. Сегодня, 26-го декабря, в День подарков*, у него были жених, новая семья и сумасшедшее влечение к брату жениха. Джон распахнул шторы. Беды обрушиваются не дождём, а ливнем.** Или, по крайней мере, снегом. Снег крупными хлопьями падал с серого неба и укрывал белым покрывалом улицу внизу. Потянувшись до треска в позвоночнике, Джон повращал плечом. Поход в ванную включил в себя быстрый и холодный душ, которого будет достаточно на весь день. Одеваясь, он мысленно повторил тот путь, который преодолел вчера вечером, в буквальном и переносном смысле. Шерлок остался в центре внимания его мыслей. Потребность поделиться с кем-то хотя бы одной из тайн становилась просто невыносимой. Рассказав Холмсам правду, уродливую и беспощадную, он облегчил бы свою совесть и, возможно, только возможно, вернулся бы на правильный путь. Размышляя над этим, он готовил себе завтрак из яблока и чая, когда кто-то постучал в его дверь. Бросившись её открывать, он увидел за ней Шерлока, спрятавшего руки за спину. Когда он вспомнил, о чём думал и что делал прошлой ночью в постели, внезапный прилив крови не мог решить, броситься ли ему на север, чтобы окрасить лицо румянцем, или на юг, чтобы придать члену твёрдость. − О, это ты? Привет. Хочешь войти? Шерлок вошёл в комнату, и от его присутствия грудь Джона согрело теплом. Тот пробежался по комнате взглядом, приняв во внимание и унылую атмосферу, и изношенную обстановку. Повернувшись к Джону, Шерлок наклонил голову в сторону, как будто озадаченный тем, что стоял перед ним. − Проблема? − Нет. − Хорошо. − Да, это так. − Я тебе могу помочь? − Да, можешь. − Правда? − Эмм? − Ты скажешь, чем я могу тебе помочь? − О. Да. Мои родители хотят, чтобы ты пришёл к нам на ужин сегодня вечером. Если удобно. Даже если это не так, всё равно приходи. Разочарование обосновалось в желудке Джона. Это − единственная причина, по которой Шерлок приехал? По поручению его родителей? − Нет. Я имею в виду, да. Я приду. У меня нет планов. − Хорошо. Теперь, когда я это сказал, ты хотел бы увидеть хорошее убийство? − С радостью! − День внезапно показался более ярким. Схватив куртку, Джон последовал за Шерлоком. Яблоко и чай остались забытыми на маленьком столике, брошенные там вместе с намерением чистосердечно признаться. Поймав такси и проехав довольно приличное расстояние, они прибыли на место преступления − там расследованием занимался Лестрейд. − Грег! Рад тебя видеть. − Привет, Джон. Шерлок, тело находится вон там. Мы сейчас тоже подойдём. Мне нужен Джон, на пару минут − поговорить с ним. О, и вы оба должны будете зайти в полицейский участок. Нужно поговорить о таксисте. − Нет необходимости, люди Майкрофта со всем разобрались. − Майкрофта сейчас здесь нет, и у меня есть несколько вопросов. Это − мой отдел! Шерлок, глядя на них, недовольно изогнул бровь и медленно повернулся, чтобы войти в картинную галерею, где, очевидно, было совершено преступление, и стены внутри украшал не только постмодернистский экзистенциальний хлам. Он поглядывал через плечо на Джона и Лестрейда, но загадка в виде расчленённого трупа была слишком соблазнительной и тянула к себе. Лейстрейд оглянулся вокруг, чтобы проверить, есть ли кто-то рядом в пределах слышимости, и, поманив Джона поближе, наклонился к нему. − Как дела? С Шерлоком, я имею в виду? Он выяснил, что ты не помолвлен с Майкрофтом? − Тебя не волнует, что произошло вчера вечером, не так ли? − Нет, я просто сердился. Нет, серьёзно, он понял это? − Нет... хмм... я не думаю, что это так. − Хорошо, хорошо, у меня есть кое-что, чем я хотел бы поделиться, пока здесь нет любопытных. − И Лестрейд, в течении нескольких минут, что-то нашёптывал Джону в ухо. − О, Боже! Нет! Откуда, чёрт возьми, ты это знаешь? − Пришедшая на ум догадка кольнула Джона. Грег, покраснев, признался Джону: − Я видел его голым. − Грег, вы были... эээ... вместе? − Это казалось странным, говорить об этом вслух. Странным казалось не то, что Грег и Майкрофт были вместе, а то, что уже не были, но с инспектором всё в порядке после всего этого. У Джона заныли виски. − Да, но это было давным-давно. Его семья меня любит, и они относятся ко мне буквально как к приёмному сыну. Но до настоящего времени я не был достаточно хорош для их сына. − Я и не догадывался об этом! Они так добры. − Ну, как я уже сказал, что это было давно, и всё с тех пор изменилось. Антея, как предполагалось, должна была рассказать тебе некоторую информацию более личного характера на случай, если Шерлок будет задавать вопросы, чтобы у тебя были необходимые доказательства. Но она была занята, управляя Великобританией за Майкрофта и улаживая проблему с Хоупом. − Мне так жаль. Вас двоих, не Великобританию. Пожатие плеч подсказало, что Грег предпочёл бы больше не говорить об этом. − Это могло бы тебе пригодиться. Испытывая тошноту, он кивнул и позволил себе чуть отстраниться. Во-первых, он был уверен, что Лестрейд догадывается, что творится между ним и Шерлоком. Потребность в этом признаться распирала его, лишая покоя и сна. Во-вторых, он должен был избавиться от одной из тайн, которые его мучили, или сойдёт с ума. − Послушай, есть ещё кое-что, что я должен рассказать тебе, только вот не знаю, как начать. Лестрейд выглядел заинтересованным. − Если это о том, чтобы рассказать семье о тебе и Майкрофте, я подумал, что мы... − Нет, нет, не это. Хотя, да, я очень хотел бы это сделать. Я провёл вчера много времени с Шерлоком, бегая и прыгая вместе с ним по зданиям. Дело в том... дело в том, что я думаю, я... − Он рассердился, смущение сбивало его с толку. − Ну, смелей, приятель. − О, чёрт, я не хотел этого... − и он махнул рукой назад и вперёд между ними. − Чего? − Влечения к нему! Понимание, смешанное с удивлением, ужас и абсолютное потрясение − всё это одновременно отразилось по лице Лестрейда, будто бы он увидел собственными глазами автокатастрофу. Интересно наблюдать за шоком на лицах людей, когда собираешься причинить им боль и нет никакой возможности этого избежать. − Ты что-то испытываешь к Шерлоку, не так ли? − Да... ну... в общем... возможно. − Шерлок говорит, что он − социопат. − Что? Нет! − Если ты спросишь об этом меня − чушь собачья. Я видел этого человека в деле, и − да, он − настоящий ужас для дураков, которые пытаются поставить его на место, он резкий и кажется холодным − но, это не так... если он − социопат, я съем свой галстук. Я видел, как он общается с бездомными детьми. Обращается с ними по-королевски, заботится о них, удостоверяется, чтобы они хорошо питались и мылись, чтобы у них было где спрятаться во время плохой погоды. Но он − придурок. − Он поднял на Джона сочувствующий взгляд. − Слушай, я понимаю тебя − он и его роскошное пальто, и тёмные байроновские волосы, все эти вспышки и взрывы − но ты должен пережить всё это вместе с семьёй Холмса, по крайней мере, пока Майкрофт не будет вне опасности. − Да, я знаю. Просто все эти ложь и обман; я так не могу. − Ты − хороший человек, Джон. − Не чувствую себя таким. − Лестрейд! − И его Высочество здесь. Сохраняй спокойствие, − бросил он через плечо. Они вошли в картинную галерею, чтобы увидеть, что Шерлок осматривает тело, искусно подвешенное сразу к 3 стенам, а внизу, под ним − небольшая изящная мемориальная доска. − Зачем вы позвали меня ради этого? Дело − самое большее на четвёрку, пять за креативность. Партнёр мужчины убил его, ревнуя к большому таланту и повесил в назидание. Элементарно. Проверьте партнёра на краску под ногтями. Хорошего дня! Пойдём, Джон! С восхитительно сердитым взглядом, украшающим его лицо, он умчался вдаль, оставляя Джона следовать за своим роскошным пальто. Приблизительно на половине дороги Джон понял, что они − на пути к больнице. В это время его осенило, что за раздражением Шерлока есть что-то большее, только Джон не знал почему. Такси остановилось, Шерлок вышел, заплатил таксисту и на всех парах рванул от него. Джон шёл за ним так быстро, как мог, и догнал Шерлока только тогда, когда двери лифта начали закрываться. Шерлок стоял в кабинке, глядя исподлобья. − Что это было? − Отказываясь смотреть Джону в глаза, он вместо этого уставился на кнопки, как будто мог нажать их силой мысли. − Ты о чём? − В галерее. Ты и Лестрейд. − Я не вполне тебя понимаю. − Ну, давай, Джон. Он... и ты... − Что? − Он к тебя прижимался... − Прижимался? Лестрейд? О чём, чёрт возьми, ты говоришь? − Лестрейд положил руку на твоё плечо, вот так. И прижался. − Шерлок опёрся свободной рукой на стену лифта, и, вторгаясь в личное пространство Джона, навис над ним, укрыв полами пальто. Он почувствовал себя в безопасности, всё происходящее казалось таким правильным и невероятно интимным. Джон оказался окружён ароматами лосьона после бритья и терпких сигарет, и очень, очень приятным естественным запахом его тела. В пальцах закололо, он покраснел и положил руку на грудь Шерлока, как будто собираясь оттолкнуть его. Но этого не произошло. Его рука опёрлась на грудь Шерлока − связь и преграда. − Ну и что такого, даже если он прижался? Он хотел узнать, как я держусь. − Ложь была ему самому не по нутру, но не мог же он сказать, что это было связано ещё и с Шерлоком. − Прижиматься... − промурлыкал Шерлок, когда склонился ниже, выдохнув в ухо Джона тёмным, дымным, шоколадным и кремовым ароматом. − Когда обнимаешь − нужны только руки и ладони. А прижиматься нужно всем телом, вот так, наклоняясь и чуть касаясь, как будто обещая. Прижиматься − подразумевает желание, взаимность, притяжение. Прижимание посылает смешанные сигналы тем, кто за этим наблюдает. Кто-то наблюдающий за вами двумя мог прийти к выводу, что, возможно, между вами что-то большее, чем кажется на поверхности. Вы прижимались друг к другу. Выдумки Лестрейда? На лбу Джона выступил пот. Дрожь пробежалась по лопаткам, спустилась вниз по позвоночнику и двинулась дальше. Он сглотнул. Шерлок наклонился ещё ниже, и всё, что Джон видел перед собой в этот момент − большие зелёно-голубые глаза, в упор смотрящие на него. Запах этого мужчины на таком расстоянии смущал и страшно путал мысли, требовалось срочно отстраниться. Раздался звонок, поскольку лифт достиг места назначения, и двери открылись. Джон глупо улыбнулся Шерлоку. − Спасительный звонок. − Возможно. − Развернувшись, он умчался, оставив Джона одного. Он вытер лоб. Это убьёт его раньше, чем всё закончится. Войдя в палату Майкрофта сразу после Шерлока − опять полную до краёв семьёй в полном составе − Джон вовремя увидел, как тот развернулся и показал на него пальцем. − Этот человек − мошенник! Душа Джона буквально ушла в пятки, коллективный вздох вырвался из открытых ртов ошеломлённых членов семьи. − Как ты можешь говорить такое? − Что ты имеешь в виду? − Просто спросите у его друга. − Шерлок, это не смешно! Уильям Холмс встал со стула. Он был таким же высоким, как Шерлок, но был немного сгорблен страхом и горем из-за старшего сына, который находился в коме. − Шерлок, пожалуйста, скажи нам, что ты имеешь в виду. Как мы можем спросить что-то у Майкрофта? − Нет. Не его! У другого друга. У детективного инспектора Грегори Лестрейда. Я видел их вместе, и Лестрейд к нему прижимался! Все посмотрели на Джона. Он мог услышать, что их глазные яблоки заскрипели. − Нет, ничего такого не было. − Я это видел! − Да, ну, ты был достаточно далеко. Я просто болтал с Лестрейдом, и он видел, как я держусь... я почувствовал небольшое головокружение, потому что не завтракал. Он схватил мою руку и... это всё, что между нами было. Лазерный прицел глаз Шерлока прожигал в Джоне дыру. − Хмм. − Он всё ещё не был убеждён. Джон почувствовал, что, так или иначе, очень его разочаровал, заставив подумать, что у него есть ещё кто-то, кроме Майкрофта. − Если Джон любит Майкрофта, он докажет это. − Миссис Хадсон, заварив большую чашку чая на своей вездесущей тележке, вручила её Джону. Джон не мог поверить, что должен будет поделиться тем, что ему сообщил Лестрейд, но, тем не менее, радовался, что у него в рукаве было припрятано то, что можно им сказать. − Эмм... у Майкрофта только одно яйцо! − Что?! − Это невозможно. − Я уверяю вас как доктор, это вполне возможно. − Нет! Джон повысил голос, чтобы его услышали: − Приблизительно четыре года назад он играл в теннис с Гр... с кем-то, и у того в кармане был карандаш и Майкрофт... − Оу! Не может быть! − О, Боже. − Есть только один способ узнать! − Я − его мать. Я проверю. Наступила благословенная тишина, пока Вероника шла к кровати Майкрофта и осторожно приподнимала простыню. Она побледнела и быстро уронила её обратно. − Всё верно. Все остальные заохали и запричитали, а около Джона материализовался стул. Рядом с чаем появились булочки, и он немного перекусил, хотя хорошая еда на вкус была как опилки. Он действительно должен был сказать им. Это не могло больше продолжаться. Откашлявшись, он начал говорить: − У меня есть кое-что, что я хотел бы сказать. Глаза всех членов семьи Холмс обратились к нему. Глаза, различной степени теплоты и доброты, глаза, которые рассматривали его как того, кто дышит за человека, который не мог быть с ними в тот момент, за исключением спящего тела. И он не смог; слова умерли, так и оставшись невысказанными. Он не мог сказать подобное этим людям. Они были слишком добры. Он не представлял, что сможет вынести, если они охладеют к нему и осудят. − Я просто хотел бы сказать... я хочу прийти к вам на ужин. Странный взгляд появился на лице Шерлока. Джон сказал бы, что тот разочарован, если бы не знал, что это не так. − Шерлок, ты должен прекратить пытаться доказать, что Джон не жених Майкрофта. Я уверена, что Джона это обижает. − Вероника повернулась к Джону и сказала: − Мы к шести часам будем ждать тебя к ужину. − Она подарила ему одно из своих удивительных объятий и вышла из комнаты, сопровождаемая остальной частью семьи, за исключением Шерлока. Шерлок посмотрел на Джона, и Джон вернул ему взгляд. Шерлок открыл рот, чтобы заговорить, но Джон не мог позволить ему принести извинения за то, что думал про него плохо. − Всё хорошо. Ты просто пытаешься защитить своего брата. − Нет, дело в том, что я не могу видеть вас двоих вместе. − Что? − Просто, это не очевидно... ты и Майкрофт. Я подумал... − Не очевидно! − Джон почувствовал, как кровь бросилась к лицу. − Потому что я − какой-то бедный, никому не нужный солдат, которого собрали по кусочкам и отправили домой? Потому что у меня проблемы с получением постоянной работы из-за моего ПТРС?! Это то, что ты имеешь в виду? Спасибо за это, Шерлок. − Нет, ты − не для него! − Похоже, что я − ни для кого. − И, не сказав больше ни слова, Джон покинул палату.