Наруто

У Сакуры волосы нежно-розового оттенка, глаза отливают изумрудом, а в душе поселилось множество неисполненных, совсем детских желаний. Ей хочется, наконец, покинуть этот небольшой городок, где каждый знает друг друга, где нет секретов, как и личного пространства. Она мечтает о яркой жизни, которая заставит забыть шестнадцать лет серых, проведённых в ненавистных стенах казалось бы родного дома днях. Ей не терпится стать кем-то другим, другой Сакурой, что не боится меняться и менять. Она жаждет иной жизни. Её не устраивает то, что окружает. И это постепенно убивает изнутри. Сакура по-детски наивно хочет быть любимой. Чтобы кто-то целовал в щёку вместо приветствия; чтобы обнимал вместо тысячи слов. Она хочет иметь человека, который бы доверял ей; который бы звонил в любое время суток, когда требуется помощь. Но, кажется, рано, а может и невозможно вовсе. Сакура вроде и не просит многого, только понимает: раскатала губу, словно маленькая девчонка. Однако нет, уже немаленькая... Даже не так. Не такая маленькая, чтобы не понимать. О, Харуно всё прекрасно понимает. Осознаёт, что вряд ли найдёт своего прекрасного принца на белом коне, что у них будет большая любовь до гроба. Ведь это не даётся просто так. А что Сакура сделала, чтобы заслужить это? Чем пожертвовала ради будущего? Ничем. Да и нечем. У Сакуры нет ничего ценного, кроме чёртовой пустой жизни, пресной, серой, безликой. Ноль без палочки, даже без дыры посередине, без наполненности. Ни действительно реализуемых желаний, ни верных друзей, ни доверия родителей. Просто пустота. Просто Сакура. И когда же всё так поменялось? Когда упустила момент? Когда стала такой, какая есть? А может всегда была, всегда так страдала, только не замечала. Ведь очень легко закрыть глаза и не видеть то, что абсолютно не хочется осознавать. Сакура намеренно загнала себя в эти рамки, рамки собственного никчёмного сознания, который диктует глупые правила, который живёт детскими обидами и подростковым максимализмом. Психологи говорят, что это нормально, но Харуно так не считает, устало глядя в белый потолок, абсолютно чистый и такой же пустой. Эта пустота... Она буквально везде. Хватает за руки и за ноги, уносит вниз, где не слышно даже собственного дыхания. Там царит смерть. Смерть души и разума. Смерть всего человечного, что в человеке есть. И Сакура, кажется, давно прописала себе туда путёвку. Навсегда.