The other side

Ты запомнишь меня на века

      Ни утром, ни вечером Гермиона не видела Драко. Он словно испарился из Хогвартса, как любил делать это в последнее время. Гриффиндорка могла несколько дней не встречать его и когда уже не ждала, его светлая шевелюра появлялась из-за поворота. Гермиона с трудом могла осознать, что мысли о Драко, так не вовремя появляющиеся в ее голове, каждый день плодились с невероятной скоростью. Буквально на следующий день после их разговора в гостиной старост, она и думать забыла о Роне и Гарри, от которых она все еще ждала вестей. Единственное, что крутилось у нее на уме и больно отдавало в висках — это найти способ помочь маме.       Холодный ветер забирался под мантию, громко хлопающую вместе с каждым сделанным шагом. Укутываясь в шарф, Гермиона Грейнджер поспешно шла по коридорам Хогвартса, на автомате сворачивая в нужный проход. В ее руках светилась палочка, слегка дребезжащая от ходьбы. Гермиона сосредоточенно уткнулась в свиток, нахмурив брови. Несколько минут назад Минерва Макгонагалл поймала ее и заставила обойти все классы, чтобы проверить наличие учеников на уроке. С некоторым раздражением, что было не характерно для Гермионы, она выполнила задание профессора. На уроках отсутствовали лишь парочку гриффиндорцев и когтевранцев, не решившихся выйти из комнат после стычек со слизерином, а также Драко Малфоя и Пенси Паркинсон. Что-то в груди Гермионы невольно кольнуло сердце в самое больное место, но девушка лишь недовольно отмахнулась от этого, всматриваясь в имена отсутствующих. Среди них она видела парочку тех, чьи родители совсем недавно погибли. Глубоко вздохнув, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердцебиение, Гермиона остановилась напротив двери профессора Макгонагалл.       Из-за тяжелых дверей слышались приглушенные голоса профессора. Гермиона, нахмурившись, приложила ухо к створке, стараясь напрячь все свои слуховые способности — Но, профессор…- Начал возмущенный голос Минервы — Я не желаю ничего слышать — Воскликнул знакомый голос. Гермиона приоткрыла рот от изумления. За дверью она отчетливо слышала мягкий тембр Римуса Люпина. — Минерва, дети в опасности. Им незачем знать эти подробности — Римус, ты ошибаешься — Попыталась возразить профессор Макгонагалл. Гермиона могла поклясться, что, закрыв глаза, перед ней окажется образ любимой учительницы, с нахмуренными бровями, спрятанными за круглыми очками — Эти дети уже выросли, они намного сильнее, чем ты думаешь. — Гарри не нужна помощь — Люпин звучал более спокойно, чем до этого — Но мы даже не знаем где он. Мы при всем желании не можем ему помочь. — Он высылал хотя бы какие-нибудь письма?..       Неожиданно дверь противно заскрипела и Гермиона стыдливо ввалилась в комнату, тут же прячась за свитком в руках. Повисло молчание, и прежде чем Гермиона успела опомниться, комнату заполнил негромкий хлопок. Опустив пергамент, девушка встретилась с серьезными глазами Минервы, немного с сожалением окинувших ее взглядом. — Мисс Грейнджер — профессор Макгонагалл не выглядела удивленной, скорее отчаянно уставшей. — Профессор Макгонагалл, я принесла списки отсутствующих — Гермиона опустила глаза и протянула женщине свитки, стараясь различить пятна на старинном полу -Спасибо, Гермиона — Профессор устало вздохнула и практически упала в учительское кресло — Как много вы слышали? — О, профессор, уверяю, практически…- Начала Гермиона, покрываясь легким румянцем стыда, но Минерва остановила ее взмахом руки — Мисс Грейнджер, отчасти, я даже рада, что вы немного подслушали разговор -Простите? -Гермиона удивленно посмотрела на учительницу, лениво покачивающую ногой — Я хочу, чтобы вы в ближайшее время присоединились к мистеру Поттеру и мистеру Уизли — Минерва внимательно посмотрела на ученицу. — Но, профессор, а как же мои обязанности? Как же остальные ученики школы? — Гермиона невольно начала теребить кончики волос — Разве я больше не нужна здесь? — Я считаю, что вы принесете большую пользу, если поможете своим друзьям — Профессор Макгонагалл расписалась на табеле, передавая его Гермионе — Уверена, школа без вас не развалится — И когда я должна отправиться? -Спросила Гермиона, неуверенно забирая сверток — И как я вообще должна их найти? А выбраться из школы?..       Профессор Макгонагалл прервала ее, встав с кресла и подойдя к гриффиндорке. Она сейчас напомнила Гермионе профессора Дамблдора. Он любил вот так подходить к людям, нагло нарушая их личное пространство. Но он никогда не казался лишним, он заполнял собой все место, даря тепло и уют и такую глубокую, весомую мудрость. От воспоминаний о директоре Гермионе стало грустно, потупив взгляд, она ждала слов профессора Макгонагалл. — Гермиона, ты задаешь много вопросов, — начала профессор, мягко положив ладонь на осунувшиеся плечи Гермионы — зная, что вот-вот узнаешь ответ. Не спеши, если знаешь, что все скрытое скоро станет тебе известным — Минерва тепло ей улыбнулась — Я помогу тебе выбраться из замка. Чтобы собрать все необходимое, у тебя есть несколько дней. Я дам тебе знать совой. После полученного послания ты спустишься сюда ко мне, и я направлю тебя к мальчикам.       Девушка кивнула. Неужели ей придется покинуть Хогвартс? Возможно, уже навсегда. Ей придется оставить всю работу, которую она здесь провела, оставить ребят на произвол судьбы. А если судьба зависела от Слизерина, ничего хорошего из этого никогда не выйдет. Глубоко вздохнув, Гермиона попрощалась с профессором и вышла в коридор.       Ноги сами повели ее в сторону Выручай комнаты. Нахмурившись, Грейнджер открыла дверь и оказалась в просторной комнате. По белым кирпичным стенам свисали длинные, зеленые гобелены, перемешенные с красивыми чёрно-белыми фотографиями. В комнату проникал тусклый свет солнца, запутывающийся в тяжелых серых шторах. Сделав пару шагов за угол, взгляд Гермионы наткнулся на широкую кровать с покрывалом с изображением змеи. Осознание, чья это была комната, стремительно вдолбилось в уставший мозг. Невольно ахнув и зажав рот рукой, Гермиона резко развернулась и уткнулась носом в грудь Драко Малфоя. Подняв взгляд на ехидно улыбающееся лицо, девушка едва смогла сдержать желание хорошенько вмазать ему, прямо как на третьем курсе. — Значит ты нашла мое скромное убежище — широко улыбнулся ей Драко, обходя Грейнджер и садясь на кровать. Он откинулся на согнутые локти, внимательно изучая застывшую Гермиону — Ну как?       Девушка невольно опешила от ситуации. Она застыла изваянием перед слизеринцем, едва успев понять, что все еще стоит с раскрытым ртом. Драко был одет в обычную черную майку и черные джинсы, его светлые волосы были аккуратно уложены, а глаза ехидно всматривались в ее лицо. Даже если бы Гермиона продала душу Дьяволу, поклялась бы всем известным богам, она не смогла бы заставить себя сказать, что этот подонок красив как Бог. Она невольно залюбовалась его четкой линией губ и острым подбородком, аристократическим профилем, но тут же вернулась в свою колею, как только ее взгляд встретился с холодным взглядом голубых глаз. Он смеялся над ней, ее замешательством, упивался ее беспомощностью перед его красотой. Но что-то в его глазах выдавало беспокойство и настороженность, которую он не успел спрятать за надменной веселостью. — Грейнджер — вяло позвал Малфой, отчего девушка вздрогнула — Ну и чего ты зависла? Ты хоть вопрос мой слышала? — Нет — удивленно моргнула Гермиона, приходя в себя — Что ты здесь делаешь? — Нет, это я должен тебя спрашивать, что ты здесь делаешь — Усмехнулся Драко, обводя взглядом помещение — Это моя комната — В смысле твоя комната? — переспросила Гермиона, хмуря брови — Грейнджер — Драко устало вздохнул и оперся локтями о колени, кладя голову на ладони и насмешливо щурясь на девушку — По-моему, твоя репутация самой умной ученицы Хогвартса слишком преувеличена. Это моя комната в Малфой- мэноре. — Что? -Гермиона даже невольно сделала пару шагов в сторону от парня — Но это же невозможно — Вот я тоже так подумал, когда застал тебя посреди своих хором — Сказал Драко, поднимаясь с кровати и подходя к комоду — Ну, раз уж ты здесь…       Малфой с грацией кошки выдвинул ящик и запустил свои длинные, аристократические пальцы внутрь. Гермиона наблюдала, как мышцы на его спине четко повторяют заданные движения. Слишком четко, словно отрепетировано. Драко повернулся к ней, неся в руках маленькую коробочку. Гриффиндорка недоверчиво посмотрела сначала на нее, потом на легко ухмыляющегося Драко — И что это такое? — серьезно спросила она — Твой подарок на день рождение — Просто ответил Драко, всовывая коробочку в руки Гермионе — Малфой, ты серьезно? — Воскликнула Грейнджер, проворачивая коробочку в ладонях- Во-первых, мой день рождение был еще в сентябре, а во-вторых, с чего бы такая щедрость? На нем проклятье? Или ты добавил отравляющие чары? — Грейнджер — Отмахнулся Драко, подходя к окну — Ничего из этого я не делал. А даже, если бы и сделал, то придумал бы более изощрённый способ, чтобы избавиться от тебя — Ой ли — скорчила гримасу гриффиндорка, распаковывая подарок — В любом случае, я не понимаю, чем грязнокровка заслужила подарки от самого Драко Малфоя.       Слизеринец улыбнулся, не отводя взгляда от окна, но ничего ей не ответил. Гермиона, справившись с голубой ленточкой, раскрыла коробку и снова невольно ахнула. На бирюзовой подушечке лежал браслет в виде маленькой змейки. Он был сделан из серебра, имел изогнутые формы, повторяющие вид ползущей змеи, а на голове, где она практически соприкасалась с хвостом, блестели два изумруда. Гермиона провела пальцами по металлу и змейка весело ей подмигнула, слегка вильнув телом.       Пока девушка любовалась подарком, Драко отвлекся от рассматривания пейзажа. Сейчас его внимание было приковано к врагу, который держал его подарок. Ее лицо выражало удивление, восхищение и благодарность. Она неуверенно посмотрела на Малфоя, встретившись с ним взглядом. В груди снова начало что-то плавиться, поэтому парень быстро отвел взгляд. Гриффиндорка, взяв в руки змейку, медленными шагами подходила к Драко. Они словно два настороженных зверя смотрели друг на друга, делая осторожные шаги навстречу. Когда Гермиона подошла к Малфою, его обдало запахом корицы и яблок. Он едва сдержал порыв зарыться в ее непослушных волосах, но вместо этого он выпрямил спину и свысока кинул взгляд на опущенные ресницы девушки. Она протянула вперед левую руку, нежно держа в другой браслет. — Поможешь? — в голосе Гермионы больше не слышались нотки раздражительности, только необыкновенное спокойствие.       Когда холодные пальцы коснулись ее кожи, она вздрогнула. Металл браслета приятно жег ее руку. Гермиона провожала взглядом каждое движение Драко, пока он шептал заклинание, благодаря которому змейка на ее кисти засверкала и закрепилась. Девушка еще некоторое время смотрела на браслет, прежде чем смогла взглянуть на его лицо. — Спасибо — едва ли не прошептала Гермиона, ласково ему улыбаясь. Внутри Драко творился полный кавардак. Если прислушаться, можно было услышать, как в его груди гулял смерч. — Глупости — Сглотнув, выдавил Малфой — Таких безделушек в Малфой- мэноре тысячи — Она прекрасна — перебила его Грейнджер, подняв руку на уровень глаз. Но в какой-то миг ее взгляд потускнел, а былое настроение испарилось — Мне нужно тебе кое-что сказать. — Слушаю — Драко, словно очнувшись от гипноза внимательно вгляделся в шоколадные глаза, которые, казалось, больше ничего не говорили. Былая нежность исчезла, затемняя добрые искорки в карих радужках — Я думаю, у нас не получится помочь моей семье — тихо просипела она, разглядывая ткань его футболки. На минуту она замолчала, грустно покачивая головой, но вдруг в ней что-то словно переключили — Меня задолбало что все мной пользуются. Абсолютно все. Даже Макгонагалл, даже она просто использует меня как способ передачи информации. Я так больше не хочу, я хочу выйти из игры.       Малфой стоял словно каменное изваяние перед разгоряченной Гермионой, отчаянно пытаясь придумать хоть что-то. Все это было безумно не правильно. Она в его комнате, она с его браслетом, она в его легких, она с этой болью. Где они допустили ошибку, подпустив друг друга настолько близко? Нужно любой ценой вернуть все в свое русло, необходимо, однако… Задание Малфоя, как и запуганные глаза матери, четко отражались на закрытых веках. Снова нет выбора, Драко, у тебя его нет.       Гермиона устало выдохнула, явно все еще злясь на собственные мысли. Она понимала, что не должна говорить ему про то, что ее отсылают, но сердце больно било в ребра, настойчиво требуя слов, действий. Она не знала каких, не хотела думать о том, что так горячо разливалось в груди при виде высокого блондина, что так больно жгло от мысли, что это их последняя встреча. Она последний раз могла взглянуть в серые глаза. И больше всего на свете она хотела увидеть в них, как не странно, презрение и ненависть. Пусть лучше она будет вспоминать его с ненавистью, чем с поедающей внутренности тоской. Но его глаза, казалось, были пусты. В комнате, в которой слились воедино запахи яблок, корицы и мяты, теперь стояли два сломленных человека, медленно падующих в пропасть. — И что это должно значить? — его голос тихий, приземленный, с силой волны, бьющейся о скалы, вырвал ее из размышлений. Он отказывался смотреть ей в глаза, замерев и разглядывая окно за ее спиной. — Я должна вернуться к ним       Слова сорвались с ее губ быстрее, чем она осознала, что сказала. В голове роились сотни мыслей, о чем соврать, чем отвлечь его от этого. Однако мозги напрочь выключались, стоит ему оказаться ближе метра к ней. Просто напрочь отключалась Гермиона. Она бы не удивилась, если бы он подошел ближе, а на ее месте оказалась лужица. — К ним? — взгляд серых глаз лениво проскользнул по ее бледному, запуганному лицу. Объяснись, Грейнджер, объяснись немедленно, или я разорву свое спокойствие как чертов Британский флаг. — Макгонагал… — она не успела закончить, резко прерванная его тяжелым выдохом, наблюдая, как он закатывает глаза. Ей показалось, или напряжение, сковывающее его еще секунду назад, исчезло, заполняясь только злостью и раздражением. Словно он был рад? — Она сказала, что я должна вернуться к мальчикам. — К этим придуркам? — зло рассмеялся Малфой, проводя пятерней по белоснежным волосам — Она решила облегчить участь твоему хозяину или самой себе? Потому что я бы засомневался в ее вменяемости.       Гермиона замерла, не зная что ответить. Она секунду стояла с раскрытым ртом, пытаясь заглотнуть чистый воздух, в котором не было Малфоя. Но он был везде, грузно туманил ее разум. Что он сказал? — Я не предам их — ее глаза сощурились, внутри груди вскипала густая злоба — Они самое дорогое, что у меня есть. — Даже дороже матери? — копируя ее движения, заключил Малфой, скрещивая руки на груди и опираясь о подоконник — Дороже погибшего отца? Дороже всех тех, кого ты так яро пыталась защищать здесь?       Остановись кричал разум. Почему ты злишься на нее? Разве это не твое задание? Разве ты не должен был сейчас прогнать ее на все четыре стороны? Что с тобой, блять, происходит, Малфой? Он крепко стиснул зубы, вглядываясь в шоколадные глаза — Ты не понимаешь! — закричала девушка, всплескивая руками — Я не могу выбирать между ними, я не могу разорваться и угодить всем. Я должна помочь маме, но вдруг они смогут помочь мне?       В ее глазах светилась надежда. Чертова вера в то, что они помогут ей больше, лучше чем он. Крепись. Естественно, между ними и тобой, она выбрала бы их. С чего ей доверять слизренцу, Малфою? Она достаточно настрадалась от твоей семьи, достаточно натерпелась от своих «новых друзей», с которыми так часто теперь проводила ночи. Ты ей не нужен, Малфой. Она всегда будет выбирать их. — Гермиона Джин Грейнджер. — сладко протянул Малфой, проводя взглядом по тонкому носу и пухлым губам, возвращаясь к широко распахнутым глазам — Золотая девочка, на которую попала копоть. Долго еще собираешься скрывать, что под тобой пол горит? Всегда было любопытно, что скажут твои горячо любимые дружки, когда узнают, что ты больше не безобидная девчушка, что ты грязнее грязного, вымазана в крови людей, в своих пороках? — Он медленно сделал шаг к ней, обдаваемый запахом, игнорируя красную лампочку в мозгу, кричащую стоп — Что они скажут, когда узнают, что ты убийца, ты предатель? Что они скажут, когда поймут, что ты лживая, лицемерная тварь, заигравшаяся в спасительницу? — - Он был слишком близко к ней, чувствовал, как она не дышала, смотря на него как кролик на удава. Драко нагнулся к ее уху, шумно выдыхая ей слова, после которых, он знал, она взорвется как вулкан — Что они скажут, когда узнают, что их послушная, чистенькая подружка запятнана слизеренцем, их врагом?       Драко гордился собой. Он ввел ее в оцепенение, заставил потерять контроль над ситуацией, откровенно поджег пол под ее ногами. Грейнджер молча хлопала глазами, пытаясь отфильтровать все им сказанное. Она понимала, что он ее выводит, понимала и признавала, что все сказанное им было правдой. От той гриффиндорки, с хваленой храбростью и чистосердечием ни осталось ничего, кроме купленной за последние гроши гордостью, которую она тащила на себе, давясь оставшимся воздухом. — У меня нет выбора, Малфой — сколько опустошенных ноток пронеслись в ее голосе, сколько боли. Она не заорала на него, не стала выяснять отношения. Она признавала все, что он сказал, засовывая гордость куда подальше. Малфой сжал челюсти, до хруста, слушая громкие удары сердца в груди — У меня просто больше нет выбора. — Выбор должен быть всегда — Это его голос? Еще тише чем Гермиона, губы Драко произнесли то, во что он сам не верил — Ты просто находишь отговорки. — Отговорки, говоришь? — устало усмехнулась Гриффиндорка. И она взорвалась — Одни приняли меня в ряды ради знаний, ради того, что я подруга Гарри, ради того, чтобы он не сломался по дороге в этой войне. Они заставляли меня искать, вынюхивать, словно я их поисковая собака, а не подруга. Они злились, если я ничего не находила. — Она вплотную подошла к Драко, заглядывая в глаза и тыкая ему в грудь свой аккуратный, тонкий пальчик. На руке слабо блеснул браслет — А другие под империусом заставили меня дать непреложный обет. Похитили моих родителей, угрожали моим друзьям, на глазах убивали невинных людей. Давали такие задания, от которых кровь стынет в жилах — На ее глазах навернулись слезы, закрывая от него магнетически темные зрачки — Они приказали убить тебя, Драко Малфой. Тебя. Убить.       Они сами не заметили, как ее палец, утыкающийся в его грудь, превратился в ладонь, которая схватила его майку и сжала в кулак. Гермиона невольно перевела взгляд на руку, тяжело дыша и облизывая высохшие губы, пряча от него катившиеся по щекам слезы. Она сказала ему то, что должна была сделать. Она пересилила обет, но какой ценой? Из продолговатого шрама сочилась густая кровь, она практически не чувствовала руку. Магия ядом жгла предательницу. Предательницу каждого в этом мире.       Драко молча смотрел на ее макушку. Убить. Его. Что ж, весьма разумно. Просто изумительно, их столкнули лбами враждующие стороны, просто припечатали друг к другу и теперь что? Что остается им?       Малфой обошел девушку, направляясь к комоду с залежами огневиски. В напряженном молчании, под непонимающим, затуманенным слезами взглядом Гермионы, он налил себе полный стакан напитка и с грацией кошки повернулся к ней, опираясь спиной на камод. Грейнджер все еще буравила его взглядом. Драко скорчил гримасу, изображающую что-то между «Ну и что дальше» и «Ты все еще здесь». — - Ну что, грязнокровка — слова ножом разрезали комнату и Гермиона невольно захлопала глазами — забыла где палочка или тебе заклинание подсказать? — Я не собираюсь тебя… убивать — шрам все еще жгло и она поморщилась. Интересно, как быстро Гэйтс узнает об этом? У него так же кровоточит шрам или на этой собаке все заживает в считанные секунды? — Что так? — словно забавляясь, Драко приподнял брови, пряча их под белоснежной челкой, с негромким хлюпаньем отпивая из бокала — Ты мне еще нужен — Гермиона сказала себе это под нос, но слизеренец не смог скрыть от нее легкий шоковый разряд от ее слов — Тебе же наверняка так же дали задание, верно, Малфой? — Вероятно — протянул блондин, разглядывая болтающийся на дне виски — но я не собираюсь разбалтывать его первому встречному — Отлично — Гермиона уже вполне собрала себя в руки, чтобы уйти с гордо поднятой головой, хотя на сердце скребли кошки. Она даже сделала первые шаги и дошла до комода, у которого все еще сидел Малфой, но остановилась напротив него — Что ж, тогда держись от меня подальше. — - Подальше? — ухмыльнулся слизеренец, отставляя стакан и отталкиваясь от своего места. Он медленно, словно на охоте приблизился к ней, касаясь холодными пальцами ее разгоряченной кожи — А то что, Грейнджер, пульнешь в меня Авадой? Ты не сможешь, никогда не сможешь этого сделать.       Они замерли друг напротив друга, заглядывая в глаза и пытаясь запомнить каждую частичку лица, навсегда оставляя образы в памяти. Он был уверен, что больше ее не увидит, практически поклялся, что всеми способами будет избегать встреч и как-нибудь отсрочит задание, данное Лордом. В ее же голове мысли носились как загнанный в угол зверек. Они путались на сплетении красоты его глаз и слов Гэйтса о том, чтобы она привела его живым или мертвым. — Мне нужно тебе кое-что сказать… — снова прошептала Гермиона. Малфой вопросительно вскинул брови, обводя большим пальцем ее нижнюю губу. — Я… это не все мое задание. Слизеринец поднял взгляд и встретился с ее обеспокоенными глазами, цвета топленого шоколада. Соберись, черт возьми. — - Моего убийства им мало что ли? — насмешливо посмеялся Драко — Нет, не достаточно — Гермиона устало опустила голову, вырываясь от его руки. — У меня вроде как появилась идея, но я расскажу ее тебе только после того, как ты скажешь что они приказали тебе сделать против меня и Гарри. — Грейнджер, мы вроде как не о погоде разговариваем — Малфой скрестил руки на груди, сурово смотря на поникшее лицо Гермионы — Какой мне смысл выдавать тебе тайны моего… кхем, Лорда.       От гриффиндорке не ускользнули металлические нотки в его голосе, когда он запнулся в конце предложения. Если еще чуть чуть поднажать, то можно его убедить. Давай, Гермиона, где твоя смекалка когда она так нужна? — - Если бы мы говорили о погоде, все было бы немного более радужно — натянуто пошутила она, невольно аплодируя себе в голове. Неплохой каламбур, однако — Я серьезно, Малфой, мы можем попытаться хотя бы помочь друг другу — Чтобы нас все равно убили? — Он нервно провел руками по волосам, но в его глазах читался интерес — Грейнджер, если я не умру от твоей руки, то я хотел бы еще чуть чуть пожить. Вдруг до чего хорошего доживу. — Не говори глупости — перебила его Гермиона, пропуская улыбку, появившуюся на его губах. — - Если все продумать и заключить, так сказать, негласный договор, то можно попытаться все решить. И спасти мою маму. И… тебя       Драко впился в нее ледяным взглядом, под которым девушка поежилась. — От чего ты собралась меня спасать? — Голос Малфоя глухо отдавался от каменных стен — Хватит страдать херней, Грейнджер, вали к своим дружкам и решай свои проблемы. Надеюсь мы больше не увидимся.       Он демонстративно повернулся к ней спиной и занялся книгой, которая валялась на кровати. Гермиона еще постояла пару секунд, молча прощаясь с ним, после чего ушла, негромко захлопнув за собой дверь. Малфой тут же откинул книгу, запустив руки в волосы и устало повесив голову над коленями. — Во что мы все вляпались, твою же мать… * * *       Дождь заливал холодную воду за шиворот, даже натянутый до носа капюшон не помогал. Она, продрогшая до костей, спешила к невысокой башне совятни, сжимая в околевших руках маленький сверток бумаги. Ноги утопали в размокшей земле, то и дело норовя утянуть и так нетвердо стоящую ступню за собой в лужи грязи, подол мантии тяжело хлюпал по грязным ботинкам. Девушка спешила, периодически спотыкаясь и практически не смотря себе под ноги. Ее словно что-то несло в совятню, подгоняя в спину. Вот она уже поднимается по ступенькам, одновременно доставая из кармана мантии палочку, бормоча заклинание и жмурясь от яркого света. Забежав под спасительный козырек, она глубоко вздохнула, переводя дух и провожая взглядом легкие клубы пара изо рта. Но у нее не было времени на осеннюю романтику, она торопилась.       Девушка аккуратно зашла в совятню, стараясь не пугать и без того недовольных сов. Уже которую ночь лили проливные осенние дожди и бедные совы либо не вылетали совсем, либо насквозь мокрыми летали по делам. И теперь они встретили посетительницу недовольными взглядами янтарных глаз, хлопая крыльями и переступая с лапки на лапку. Скинув тяжелый капюшон на спину, девушка негромким свистом подозвала сову, которая лениво спикировала на протянутую руку. Ухнув, птица протянула лапку, на которую гостья аккуратно водрузила сверток. Снова ухнув, сова выслушала адрес и легко оттолкнулась от руки, взлетая в воздух и покидая теплую, сухую совятню.       Бедная птица, сделав круг над башней и провожая взглядом выплывшую в дождливый туман фигуру девушку, с трудом отправилась в путь, противясь сильным струям воды. Долетев до нужного окна, сова с нетерпением постучала по стеклу, держась на лету. Окно открыл молодой человек, впуская недовольную птицу в комнату. Приземлившись на подоконник, она протянула ему лапку, позволяя снять свиток и перевернула ее, прося угощение. Отдав сове ее вознаграждение, юноша закрыл за ней заливающее все вокруг окно, не сводя со свертка удивленного взгляда. Письма, да и в такой час. » Драко Малфой. Надеюсь, ты все же поймешь, что моя идея была не самой плохой и попытаешься со мной связаться. Дай знать как надумаешь что-нибудь. Я сделала дубликат браслета в виде кольца Это портал, он приведет ко мне. Также надеюсь, что ты запомнишь меня. Но все же лучше не попадайся мне на глаза, иначе мне придется исполнить обет. Прощай Г.Г»       Драко невольно провел пальцами по корявому почерку. Взглянув на проливной дождь, сквозь свое отражение, он тяжело вздохнул. — Запомню тебя на века.