Возлюбленный смерти

POV Ниллай (Никита). Время бежало вперёд, словно стрелку часов преследовал уличный маньяк. Не успел я придумать, зачем теоретическому маньяку потребовалась теоретическая стрелка, как пролетела целая неделя. Утром я подскакивал ни свет ни заря и с помощью порядком измученных мастеров порталов путешествовал по всему континенту, помогая в восстановлении земель. А в это время казна стремительно пустела, покрывая расходы «на то», «на сё» и на моральный ущерб особо впечатлительным, но тут выход предложил Аламир. Всё-таки нравится он мне: такой же отчаянный парень, как и я. Дракон принимал свою истинную форму и позволял отломить парочку чешуек от своей брони, чтобы после благополучно продать их на чёрном рынке. Ну а ночью я оказывался в объятиях Мириана, оставаясь в них до самого рассвета. На рассвете я буквально валялся пластом и в прямом смысле слова метал молнии в любого, кто решится меня разбудить. Для слуг стало своеобразной традицией в качестве обряда посвящения подсылать ко мне с утра какого-нибудь новичка. Предприимчивые заразы. И у кого они такого понабрались? В итоге, всё это время я ходил слегка помятый, сонный и глупо хихикающий, но до невозможности довольный жизнью. Одним словом, счастливый. Ну, а каким я ещё должен быть, если при виде меня поданные начинали плодотворней работать, благополучно завершая даже пробные заклинания, торговцы больше не пытались сбить цену, беспрекословно уплачивая заданную мной сумму, а на губах Мириана появлялась хитрая улыбка, от которой я на миг забывал, как дышать, краснея от воспоминаний о наших ночах. В выдавшуюся свободную минутку я решил вздремнуть в саду, ибо там меня вряд ли кто-то будет искать. Почему меня продолжают дёргать по всяким пустякам, хоть я и старался отбить у подданных всё желание задавать мне глупые вопросы? Ответ один: Ра-фа-эль. Он как-то догадался, что я не такой злой, каким хочу казаться, и теперь пользовался этим знанием и своим положением, чтоб перенаправлять своих подчинённых к первоисточнику, то бишь ко мне. Сволочь светловолосая! В то время, когда я выслушивал их невнятное блеяние, он вовсю наслаждался всеми тяготами предсвадебной суеты. Я ему это как-нибудь припомню, но не сейчас. Хотя, стоп. Он и так наказал сам себя, решив взять в жёны Тавиру… И как некоторые люди добровольно подписываются на подобное безумие? Надёжно уместившись на удобной скамеечке, укрывшейся в тернистых зарослях, я уже видел сон о продолжении прошлой ночи. Мириан снова и снова терзает мою шею, на которой почти не сталось живого места (просто вампир, а не дракон!), сжимает мои ладони, заглядывает в глаза своими золотящимися хищными омутами, жадно облизывается и вновь притягивает к себе. «Я больше не могу», - хрипло шепчу я, с жалобным вздохом устремляя свой взор на окно, за которым первые лучи стыдливо серебрят капли росы, словно случайно подглядели за нами и решили тактично подождать, прозрачно намекая, что мы слегка обнаглели. Но он лишь затыкает мой рот новым поцелуем и задвигает занавеску, погружая комнату в обманчивый полумрак, и продолжает любить меня, пока я не теряю сознание. - Аламир! Ты и сам всё прекрасно понимаешь! – звонкий возглас Тавиры заставил очнуться от приятного сна. – Теперь у тебя нет выхода! Ты должен… - Что должен?! – так же звучно отозвался он. Я очень удивился его тону, ведь довести моего дракона достаточно сложно. - Леосадар остался без стража! Без защиты! И в твоих интересах вернуться в Гнездо, чтобы стать… - Стражем? – ехидно усмехнувшись, перебил её брат. – Ты, будучи протектором, допустила ТАКОЕ. Поэтому будет лучше, если я буду охранять этот мир здесь, а не наблюдать за ним издалека, лишь изредка вмешиваясь в соответствии с Кодексом. - Ты же знаешь, как опасно оставаться драконам среди смертных? – голос Тавиры неожиданно дрогнул, пропитанный презрением и болью. – А ты, словно в насмешку над нашими замученными до смерти собратьями, позволяешь Ниллаю торговать твоей чешуёй… - Не гунди, сестрица, - неловко отмахнулся Мириан. – Этот мир и так уже знает, что где-то в нём завёлся дракон. - Будь осторожен, - тяжело вздохнула девушка и, судя по характерному цоканью каблуков, ушла, оставив Аламира наедине со своими мыслями. Я не хотел, чтобы дракон решил, что я подслушивал и поэтому закрыл глаза, притворяясь спящим и молясь всем богам, чтобы он меня не заметил. Но листва зашуршала, извещая о провале маскировки. Аламир присел рядом, укладывая мою голову себе на колени, и начал осторожно перебирать пряди волос. - Спишь? – прошептал он, хотя явно хотел спросить совершенно о другом. - Уже нет, - дал правдивый ответ я и заворочался, устраиваясь поудобней. Его рука, что гладила по голове, медленно поползла к затылку, зачёсывая волосы назад, чтобы иметь возможность прикоснуться к шее, щедро усыпанной укусами и засосами. - Ай! – тут же подскочил я, держась за пульсирующую кожу. – Господи, и что тебе от моей шеи надо? - Того, что ты никогда не разрешишь сделать, - как-то грустно изрёк он и обнял за плечи, не давая уйти. – Если не нравится, я могу прекратить. - Кто сказал, что не нравится? – незамедлительно возмутился я, немного смутившись. – Ещё как нравится, просто… Иногда этого слишком много. Его ладонь медленно провела по моей руке и, огладив живот, легла на бедро. - Я перебарщиваю? – лукаво поинтересовался тот и невесомо чмокнул в щёку. - Пока нет, - мурлыкнул я, понимая, что даже днём мне не дадут поспать. Пальцы его заскользили по бедру, сминая ткань, расстегивая пуговицы, бессовестно забрались под одежду, добираясь до оголённой кожи. - А сейчас? – прошептал на ухо он. По спине пробежался табун мурашек, словно следуя за его бархатистым, ставшим сейчас на полтона ниже, голосом. Чтобы поскорей получить от меня ответ, Мириан начал поглаживать горошину соска, зная, что я просто терпеть не могу этой ласки. - Нгх… Ах… ай! Может быть… ннн… - с трудом контролируя себя, выговорил я, не желая проигрывать в этой «игре». Он понимающе хмыкнул и коснулся горячим языком моей истерзанной шеи, предварительно стянув платок, которым я прикрывал говорящие о многом, ярко контрастирующие с бледной кожей следы. - А так? – выдохнул он, другой рукой приспуская на мне штаны, чтобы начать невыносимо медленно водить по возбуждённой плоти. - Ааа… ах, - вырвалось из моего горла вместо слов. - И даже теперь? - еле слышно произнёс Мириан, постепенно наращивая темп. Заброшенный уголок сада заполняют постыдные хлюпания и мои судорожные вздохи. Я лишь могу вздрагивать и тянуться к его губам, умоляя о поцелуях, которые он незамедлительно дарит мне. Он продолжает целовать и чувственно ласкать моё тело, будто в мире не существует никого кроме нас. Я бессильно мычу, ощущая, что уже на пределе. Внезапно на меня обрушивается обжигающая волна жара, свет вокруг становится ярче, внезапно исчезая, погружая всё во тьму и позволяя, наконец, отправиться в такое долгожданное и необходимое организму Царство Сновидений. Просыпаюсь только от внезапного осознания того, что обещал одному людскому князьку подправить сегодня морды обнаглевшим вконец разбойникам. Естественно за определённую, пусть и символическую плату, но с намёком на торговое сотрудничество. Подскочив на кровати и интуитивно оценив мягкий свет, раскрашенный в красный стеклом витража, понимаю, что уже вечер. Перевожу взгляд в угол покоев, заметив краем глаза слабое движение. - Уже проснулся? – интересуется Мириан, расстегивая последнюю застёжку на своём сюртуке и небрежно бросая его на стул. Не успеваю начать психовать по поводу не выполненного обещания, как дракон, мимолётно улыбнувшись, спешит успокоить. – Я уже разобрался с проблемой в Юилдасе от твоего имени. И вот... На этих словах мужчина протянул мне какое-то письмо. - Благодарность от князя Жоана. Там есть так же парочка осторожных намёков на дальнейшее сотрудничество. - Чудесно, - чуть ли не простонал я, радуясь, что начинаю налаживать отношения хоть с одним людским княжеством. Плюс у Юилдаса есть связи с изолированными племенами оборотней, которых хотелось бы тоже приплести к своей стремительно разрастающейся системе. - Собрание Высших магов завтра? – задаёт вопрос Аламир, следом озвучивая другой. – Ты готов? - Полностью, - усмехаюсь я и уже тяну к нему ручки, когда в дверь деликатно стучат. - Да-а-а, - без особого энтузиазма разрешаю войти. В дверях стоит Эрнард, держа в руках поднос с какими-то склянками. - Сегодня днём вы потеряли сознание и проспали весь день, лорд Ниллай. Я решил обеспокоиться о вашем здоровье, - сообщает он. Судя по решительному взгляду и тому обилию лекарств, что маг притащил с собой, спор обещает быть долгим, нудным и решится отнюдь не в мою пользу. - Можешь идти, Аламир. Это надолго, - страдальчески вздыхаю я, а дракон понимающе улыбается и удаляется, напоследок чмокнув меня в лоб. Решаю попытаться отстоять свою точку зрения. - Со мной всё в порядке, Эрнард. - В порядке? Вы видели себя в зеркале? - справедливо упрекает он, смешивая какие-то порошочки в кубке. – Что если вы доведёте себя, провоцируя возвращение давно позабытых магических приступов? Последнего мне не хотелось, поэтому я молча протягиваю руку, ожидая, когда же придворный маг доделает лекарство. На лице Эрнарда мелькает странная гримаса, когда я в силу привычки принюхиваюсь к содержимому. Это странно, но мужчина тут же уточняет: - Трав слишком много, поэтому запах может быть слегка специфичным. Я измученно вздыхаю и осушаю кубок за один глоток. При таком необычном аромате лекарство не имело абсолютно никакого вкуса. Такое чувство будто я сейчас губку сжевал.. И тут я понимаю, что что-то не так. Неприятные покалывания расползаются от живота, проникая в каждую клеточку, доходя до кончиков пальцев и даже волос. Тело ощущается онемевшим и совершенно чужим. Хочу задать магу вопрос, что за хрень происходит, как понимаю, что даже не могу шевельнуть головой. - Ваше Светлейшество, - обращается ко мне Эрнард. – Посмотрите на меня. К своему ужасу понимаю, что тело послушно исполняет его приказ. - Завтра вы ответите согласием на брачное предложение Его Темнейшества. Ведь так? «Что происходит? Что за чушь? Эрнард? Зачем ты это делаешь? Почему ты…» - череда вопросов крутится в голове, превращая все мысли в нечленораздельную кашу. Сейчас я настолько разозлён его выходкой, что готов разжаловать прямо сейчас. Мои губы сами расплываются в мечтательной улыбке. Голова отвешивает лёгкий кивок. Рот открывается, и я слышу свой голос: - Да, я приму предложение Дитриха. Что? Что я сказал? О, боги! Нет-нет-нет. Руки, двигайтесь! Ну же! Разум метался раненой птицей, испытывая ни с чем не сравнимый первобытный страх. Сердце размеренно билось, заставляя даже меня поверить в искренность своих слов. - Простите меня, Ниллай. То, что заклятие сработало, означает, что вы всё же доверяете мне... доверяли до сих пор, полагаю... - проговорил придворный маг, склонив голову. – Зелье действует недолго – всего три дня - но этого должно хватить. Надеюсь, когда-нибудь вы поймёте, зачем я так поступил. Не беспокойтесь, я не причиню вреда вашему любовнику - ведь Вы отошлете его сами . «Убьююююю!» - отчаянно взвыла гордость, а тело вновь подчинилось: - Да. Так и будет. По щеке скатилась последняя слеза, которую не смогло сдержать заклятие, и упала, впитываясь в простыню и иссыхая с первым же дуновением ветра.