Стать бы ветром на мгновение

***

      Что нужно для того, чтобы быть счастливым? Семья или любимый человек? Вот Рери не знает. Ей нужно и то и другое. Но никто не говорил, что будет легко, а значит нужно делать выбор. Сидя на кровати в больничной палате, Ре уже сбилась, сколько раз за день думала о Чоне и о родителях. Уже октябрь, в помещениях холодно, ведь стены давно остыли от солнечного света. Остыли, как и настроении Рери. Приняв нужные таблетки и умывшись, девушка просто прожигала дыру взглядом в стене напротив. А что еще делать, если здесь нет абсолютно никого, с кем можно было бы поговорить и кто бы мог выслушать. Так же, здесь нет зарядки для телефона, поэтому занять себя категорически нечем. А мысли так и лезут в голову, создавая бесконечный поток. Стоит ли ждать сегодня Чонгука? Когда выпишут из больницы? Когда смогу вернутся домой? Ноги и руки давно замерзли, деревянные окна совсем не защищают от ветра, поэтому по телу проходят тысячи мурашек. Ходить ей вряд ли можно по больнице, да и особого желания нет.       Спустя часа четыре бездельничества приезжает Чонгук. Он молча раскладывает вещи в тумбочку и приносит поесть. «Это так мило.»       Но позже вспомнив, чем занимается и что сделал на ее глазах этот человек, все хорошие мысли испарились. Но и плохие не приходили. Чон смотрел хмуро и явно недоволен был. Но вот чем? Рери не спешила спрашивать, так же, как и вообще начинать разговор. Но его сам же и начал Чонгук.       — Точно не хочешь в Сеул? — облокотившись на спинку стула сказал он, — тут не очень тепло, — оглянув все, поморщив нос.       — Нет, все хорошо, — попивая ромашковый чай, тихо сказала Рери.       Чон поправил на паковских плечах плед, при этом, был непозволительно близко, из-за чего их щеки пару раз соприкоснулись. В знак благодарности Рери кивнула.       — Ты решила, что между нами? — посмотрев в глаза, словно космос Чонгук.       — Мне сложно, — честно призналась Рери и опустила голову, слыша, как Чонгук нервно берет воздух в легкие.       — Сложно или просто ты боишься?       — Сложно сказать, что я не боюсь, Чонгук. Ты привык к подобному образу жизни, но для меня это было впервые, — строго проговорила Рери, будто отчитывая Чонгука, — и нет, мне не настолько страшно, чтоб уходить от тебя.       — Тогда в чем…       — Мои родители, — с уверенностью сообщила Пак.       — Что с ними? — не понял Гук.       — Они самая простая семья, и… Как они, думаешь, отреагируют узнав, что у их единственной дочки парень глава мафии? Повисла тишина, Чон думал, что сказать, а Ре ждала.       — Ужасно, Чонгук. Хочешь предложить не рассказывать им? Тогда я буду их обманывать. Долго обманывать придется, и вскоре правда всплывет.А если сказать сразу, то они немедленно вернут меня. Мне сложно выбирать между вами, — заломала брови к верху Ре.       Чон молча слушал, ведь у него нет родителей. И он бы хотел, наверное, как любой парень без родителей, чтоб родственники его девушки, заменили своих и приняли, как родного. Но видимо, все будет, не так, как хочется.       — Я взвешивала все за и против жизни с тобой и с ними. Как бы это глупо не звучало. Но… Что важнее семья, которая тебя растила, которая посвятила тебе большую часть своей жизни или…       — Или? — поднял взгляд с пола Чон, — или создание собственной семьи?       Ре сглотнула, потому что вот опять, опять он ставит в неловкое положение и тупик.       — Ты привыкла быть любимой дорогими людьми, и ты не привыкла терять кого-то из них. Но, чтобы быть счастливой, нужно отдать то, что ты считаешь самым дорогим, и тебе преподнесут еще большее счастье.       — Ты прав, — опустила взгляд Рери, — заберешь меня? Здесь и вправду холодно… — и виновато улыбнулась.       — Я же говорил, — нежно улыбнулся Гук.       Что это? Счастье переполняет его? Время тянулось бесконечно медленно и, наконец-то, Чон добился. И ведь правда говорят: люди умеющие ждать и терпеть добиваются многого. Стоило всего лишь подождать и потерпеть.       Договорившись с врачем, Чон собрал вещи и перенес Рери в машину. Именно перенес. Flashback       — Собирайся, — заходит Чон в палату.       — Отнеси меня на ручках, — выпячивает одну губу Ре, как ребенок.       — Чего? — не понимает Чон, согнувшись, поднимая пакет.       — Ну отнеси, — заламывает бровки, — что, слабак? — провоцирует Чона.       — Не веришь в мою мощь? — не поддается Чонгук.       — Неа, — и довольно улыбается, видя, как у Чонгука брови поползли вверх.       Чонгук относит пакеты с вещами Рери, а после берет на руки сорокакилограммовую тушку, укутанную в плед и держащую в руках кружку с ромашковым чаем.       Рери внимательно смотрит за выражением лица Чонгука, пытаясь запомнить все черты, будто в последний раз. Врачи и больные странно на них смотрят, но ни Рери, смотрящая только на профиль Гука, ни сам Гук, не замечают посторонних взглядов. Спокойно доносит до машины, и сажает на переднее сиденье.       — Фух, вот это ты жирная, — конечно он так не думал, но поддеть же надо.       — Что? Чонгук! — кричит Рери, а Чон закрывает дверцу машины, широко улыбаясь.       Садится за водительское сиденье и получает удар ладошкой по ляжке. Шипит и смотрит на Рери, а та специально не замечает его взгляд и включает музыку. Рери пляшет в салоне. Чонгук уже успел отвыкнуть от этих танцев в его машине. Но так же, научился уже не замечать поползновения Рери, когда в песне начинаются какие-то строчки.       Чон облокачивается на спинку и ведет одной рукой машину.       Доезжают они спустя еще пару песен, и Ре снова напрашивается на ручки. Сказать, что Чону невмоготу нельзя. Ему только счастье носить на руках Пак.       Все работники дома Чона, встречали Рери уже как родную, поэтому Пак уже смело им всем махала рукой, что заметно радовало Чонгука. Донеся до своей комнаты Рери, Чон опустил ее на большую белую кровать.       — Разве я не буду спать в той комнате, которой спала раньше? — удивляется Ре.       Чон улыбается довольно, словно кот Чеширский.       — Нет. Теперь со мной, — продолжает улыбаться Чон, — я схожу в душ, — и довольной походкой уходит в ванную.       Ре разваливается на кровати звездой и выдыхает, успокаивающе прикрывает глаза.       «Ты так делаешь только себе хуже, Чонгук»       Спустя минут десять вернулся Гук, с немного мокрыми волосами, и кажется его гелем для душа разило за километр.       Парень ложится рядом с Рери и смотрит счастливыми глазами, в не менее счастливые. Ре медленно закрывает веки, потому что устала, пока ехала в машине, да и время позднее. Чон не выдерживает и притягивает девушку к себе, сжимая в своих крепких объятиях. Счастье разливается в груди чем-то теплым и Чон наконец-то не чувствует себя пустым. Чувствует уют, а не холод исходящий от кровати. Зарывается носом в русые волосы и еще долго не может уснуть, пытаясь насладится моментом подольше. Он счастлив, что это наяву, а не сон. Счастлив, что будет засыпать и просыпаться с действительно нужным человеком. Счастлив, что обнимая, чувствует, как тело тоже льнет к нему. Счастлив, что все не напрасно, что он все же чего-то добился и сейчас, наблюдать за сопевшей Рери, было верхом счастья, это было что-то больше, чем счастье. Чон чмокнул Ре в лоб, потому что это единственное было так близко к его губам, губы Рери были где-то в районе его груди.       Заснуть счастливым и таким же проснутся — Чону не верится, что наконец-то именно так и будет. Теперь не будет серых дней, теперь их всех украсит Пак Рери. Еще немного подумав о том, как ему повезло, Чон прикрывает глаза и засыпает.

***

      Раним утром, еще до восхода солнца просыпавется русоволосая девушка. Она приподнимается на локтях, совсем не хотя выпутываться из объятиях любимого ей человека. Грустно посмотрев на Чона, Рери поняла, что совсем не хочет покидать его. Очень сложно. И кажется таким невозможным. Ре чувствует, как глаза начинает щипать и накапливается влага. Девушка прикладывает ладонь к чоновской щеке, слеза катиться, оставляя мокрую дорожку. Ре аккуратно чмокает в нос Чонгука дрожащими губами шепчет:       — Прости.       Берет телефон Гука и ищет в контактах «водитель» и когда находит отправляет сообщение: «Отвезите Рери домой. Она продиктует адрес.» — и удаляет это сообщение.       Хочет уже встать и уйти, но слишком сложно. В горле душит ком, Ре старается не заплакать в голос. Сдерживает порыв. Включает камеру и делает пару фоток. Зачем? Самой не понятно, хотела вроде как, уйти без следа, ни оставить после себя ничего, но как-то трудно. Что произойдет с Чонгуком, когда он все поймет, трудно представить, да и не особо хочется. Ре глушит совесть, так нельзя поступать. А как иначе? Рери не видит другого выхода. Оставляет последний поцелуй под губой и на чонову щеку попадает капля слез, стекает по шеи, растворяясь в подушке. Девушка тихо встает с кровати, пытаясь сдержать себя и не разбудить Чонгука. Выходит из дома. Стоит все забыть, как сон в летнюю ночь. Но Рери больше не может остаться ни в Сеуле, ни в Корее — Чон обязательно ее найдет. Россия большое государство, поэтому там будет сложнее, а вскоре Чон и перестанет искать вовсе. И будет жить своей жизнью, как раньше. Но хочет ли Чонгук, как раньше?       У ворот Рери встречает водитель, девушка быстрыми движениями вытирает щеки. Садится в машину, диктует адрес и смотрит на отдаляющийся дом. Сил нет. Но нельзя же перед человеком Чона рыдать, тон ведь обязательно расскажет своему господину. Ре совсем не подумала, что будет если Чонгука узнает, что его же водитель довез ее до дома, можно сказать, лишил Чона счастья. Ре совсем забыла, что было с тем мужчиной на заброшенном здании. А вдруг такое же будет снова?       Ре не хочет подвергать кого-то опасности, из-за своего же решения, не хочет чувствовать вину втрое больше.       — Кхм, — привлекает внимание Пак, — мистер…?       Мужчина смотрит в зеркало заднего вида, якобы, показывая, что он весь во внимании.       — Я могу вас попросить, чтоб вы не говорили Чонгуку, что это вы меня отвезли домой? — аккуратно спрашивает Пак.       — Зачем? — безразлично кидает тот.       — Я хочу его разыграть, но розыгрыш очень серьезный, — игриво рассказывает Рери. Мужчина лишь поднимает бровь, — вы можете умереть, — уточняет Рери, мужчина удивляется и тушется.       — Хорошо, я не скажу ему.       — Скажите, что не знаете, где я и вы не видели меня. Ну придумаете что-нибудь.       Мужчина кивает, в знак согласия.       Приехав, Ре поблагодарила водителя и напомнила, что тому нельзя ни в коем случаи говорить о том, что это он отвез Рери. Пак не спеша поднимается по ступенькам и тихо открывает дверь.       — Рери! — слышит Пак и чувствует, как ее зажимают в объятиях. Сердце не выдерживает такого действия, ведь совсем скоро этого уже всего не будет.       — Соенааа, — Ре обнимает подругу в ответ и начинает плакать, все же высказаться и выплакаться в плече родного человека стоит.       — Тшш, — успокаивающе гладит по голове Соен. Мин не знает, что произошло, но пока объяснений не ждет. Для начала пусть Пак успокоится.       Мин ведет подругу в комнату и сажает на диван, садясь рядом. Младшая ревет несдержанно и в голос, вздрагивая всем телом. Мин чувствует, как намокает домашняя футболка от слез. Чтобы ее подруга так плакала, она видит впервые. Голова уже болит от такого порыва, глаза щиплет, а тело давно ждет спокойного сна. Рери немного притихла, но все еще шмыгает носом.       — Что произошло? — аккуратно спрашивает Мин, заправляя прядку за ухо.       — Я уезжаю в Россию, — тихо говорит Рери, боясь взглянуть в глаза напротив.       — Что?! — девушка отстраняет от себя младшую, смотря в ее глаза, — ебу дала?!       — Прости, Соена, — шмыгает Ре, — мы обязательно еще встретимся, просто родители хотят, чтоб я приехала, — пытается успокоить.       — Рери… Зачем? — жалостливо смотрит подруга, — как я здесь без тебя?       — Ты справишься, у тебя есть Юнги…       — Но у меня не будет тебя! — повисла пауза, — Джиён знает об этом?       — Нет, я ему собираюсь сказать позже, — и снова опускает взгляд.       — Я ему сейчас позвоню, может он тебе мозги вправит, — встает Соен с кровати и набирает номер Джи.       — Соена, не надо, — тихо просит Рери.       — Надо, — старшая уходит на балкон и эмоционально размахивает руками, — скоро приедет, — сообщает вышедшая с балкона подруга.       Рери опускает взгляд, потому что, кажется, ее уже никто здесь не оставит.       — Ах, перестань. Мы еще увидимся…       — Когда? — вхлипывает подруга.

когда-нибудь точно

.       Видимо, ей было слишком хорошо с Чонгуком, чтобы это длилось долго. Рери собирала вещи в чемодан и пока все спят отправилась в аэропорт. Погода была как раз под настроение Рери. Серые и огромные тучи, холодный ветер и совсем ни одного лучика солнца. Прям, как в жизни Пак. Слезы вновь подкатывают, когда Рери вспоминает счастливое лицо Чонгука. Его лицо, его глаза. Все это теперь не заменит никто. Сможет ли Рери теперь жить, как раньше и найдет ли другого человека, который будет так же смотреть на нее?

Нет

.       Купив первый же билет до Владивостока в аэропорту Инчхон. Очень грустно, очень больно. Наверное было бы так же, если бы Рери сказала родителям о том, кто ее парень и услышала бы, как папа, говорит о том, что не хочет видеть его ни как ее парня, ни как вообще. Было бы больно выслушивать подобное от родителей, к тому же, они сразу бы поставили перед выбором. Рери просто сделали это за них.       Спустя два часа, Рери уже была во Владивостоке, нежелая останавливаться, Ре купила билет до своего дома. В соседнем городе есть аэропорт, куда и прилетела девушка. Время тянулось очень долго и что делать все эти шесть часов оставалось загадкой. Ре пыталась заснуть, но перед глазами всегда появлялось лицо Гука и его теплые объятия. Пыталась послушать музыку, но все строчки, будто специально написаны для них. Еда не лезла в горло, а мысли так и лезли в голову.

***

      Чон проснулся и не нащупав на соседнем краю кровати ничего, разлепил глаза. Чонгуку это показалось странно, потому что кто-кто, а Рери спит долго. Встав с кровати, Чон поплелся в ванную, но и там Пак не обнаружил. Прошелся до кухни и в гостиной, посмотрел в бывшей комнате Рери, посмотрел на заднем дворе и не нашел. Чонгука это разволновало и он приказал охране обыскать дом, а сам позвонил Рери. Девушка до боли неприятным голосом сообщила, что телефон находится вне зоны действия сети или отключен. Чон проматерился пару раз в слух и про себя, когда ему сообщили, что дом полностью пуст и девушки в нем нет. Чонгук направился до дома Рери, ипотому что, где она еще может быть? Снова она заставляет его волноваться, снова ехать на бешеной скорости, снова она делает все, как хочет.       Добравшись до дряхлой пятиэтажки Чон увидел, как выходит из подъезда Соен. И спешно вышел из машины.       — Соен! — окликнул девушку Гук.       Соен остолбенела, и начала глотать воздух.       — Чон… Чонгук? — и выдавила из себя улыбку.       — Рери. Она дома? — надежда умирает последней.       — Чонгук… — посмотрела на него с сочувствием Мин, — она уехала в Россию…       У Чона сорвало все тормоза. В смысле в Россию? В смысле ухеала? Вчера же все было прекрасно, вчера, буквально, пару часов назад, она была счастлива и вела себя как ни в чем не бывало. Чон дрожащими пальцами набирает Юнги.       — Хен… Мне…мне надо найти Рери, — пытается объяснить все Чонгук.       — Чего ее искать? — все такой же спокойный голос и это бесит Чонгука.       — Потому что она уехала в Россию, черт возьми! — бьет по рулю Чонгук.       — Зачем?       — В душе не ебу, хен! Просто помоги найти ее! — всегда есть грань, черта, непозволяющая зайти за пределы. Но видимо, Чон преодолел ее.       — Хорошо, — и сбрасывает.       На душе не стало легче после этих слов. Чонгук быстро собирает всех людей в клубе, которые могут помочь в поисках. Приказывает, всем быть немедленно в его кабинете.

***

      — Я вас всех здесь собрал, для одной цели: вы должны мне помочь найти одну девушку, — уже спокойнее проговаривает Чонгук, за некоторое время, пока Мин был рядом, тот сумел утихомирить его пыл, — она сейчас в России, вы должны узнать город, дом и квартиру, в которой она живет, — серьезно сообщает о всех планах молодой мафия, — даже нет, — резко отчеканивает все, — хотя бы просто город.       — Вы же понимаете, что Россия большое государство, это займет много времени, хотя бы потому, что именно с Россией мы сотрудничаем меньше всего, и глаз там у нас почти нет, — сказал мужчина лет сорока, видимо, самый бессмертный тут нашелся.       -Понимаю, — соглашается Чон, сквозь стиснутые зубы, — но я верю в вас, — Чон оглядывает всех присутствующих внимательным взглядом, — начинайте поиски прямо сейчас. Иначе я поубиваю вас тут всех, — подытожил бля.       Чон опять отправляется к Соен, ведь мало ли Ре, говорила ей в каком городе та живет. Пусть поднапряжет память.

***

      -Нет, извините, я никогда не интересовалась этим и Рери никогда не говорила, в каком городе живет, говорила, что только Россия, — грустно сообщает Соен, чувствуя некую вину. Чонгук раздраженно выдыхает и смотрит на небо. Что ему делать? Опускает взгляд и видит, как Юнги обнимает за талию Соен, что-то говорит той на ухо, наверное что-то успокаивающе, заверяет, что они найдут ее подругу.       — Я пока поеду к Джиёну, — не хочет прерывать их Чонгук, но все же стоит.

***

      — Разве, она не уехала домой к родителям, потому что соскучилась? — недоумевает Джиён, потому что ебаный в рот вот это поворот.       — Она просто уехала и ничего не сказала, — спокойно сообщает Чон.       — То есть… Она меня обманула? — скорее подытоживает Квон, ахуевая.       — Видимо, она нас всех обманула. Меня в первую очередь, — закусывает губу Чонгук.       — Что будем делать?       — С этим вопросом я пришел к тебе. Может, знаешь в каком городе она живет?       Квон лишь отрицательно машет головой.       — Можно вычислить по GPS, — предлагает Джи.       — Ее телефон отключен.       — Проверить аэропорт Инчхон?       — У тебя есть к нему доступ?       — Сейчас будет.       Джиён с кем-то разговаривает по телефону совсем не долго, а потом выдает:       — Она полетела во Владивосток.       Чонук предупреждает всех, чтоб расмотрели аэропорт Владивостока и сам город.       — На это уйдет дней пять… — размышляет Джиён.       — Не порть мое плохое настроение, пожалуйста.       Чон возвращается домой очень поздно и уставшим.Задается лишь одним вопросом: «За что, Рери?»       Но тут же приходит тысячи других вопросов. Почему она с ним так поступила? Зачем лгала? Неужели, она действительно посчитала, что так будет лучше для Чонгука? Лучше уже некуда. Чонгук стоит на балконе. Ровно на том же месте, где они в первый день знакомства сидели и пили зеленый чай. Тогда Гук и открылся ей. Напрасно ли? Сказать, что Чонгук жалеет нельзяи. Он собирается вернуть Рери. Но когда найдет, что он скажет? «Хей, привет, это ж ты от меня сбежала, да?». Хочет ли сама Рери, чтоб ее нашли? Обида крепким камнем сидит где-то в грудной клетке и щимит. Сил совсем не осталось. Он только надеялся, что все будет по новому. Что теперь все наладится. Много мечтать нельзя, Чон Чонгук.       Чон поднимает глаза полные слез в ночное осеннее небо. Для него Рери, словно эти звезды: вроде близко, а дотянутся невозможно.