Насквозь

Troye Sivan–LOST BOY

vk.com/doc251146868_439125799?hash=d165034862cbe98c7d&dl=0a4c7928e74fa1f450

https://pp.vk.me/c626218/v626218868/38360/DdUgkbksaPk.jpg

Крис хотел разбить свой телефон о стену три раза за всю свою сознательную жизнь: 1. когда он серьёзно поругался с Вильямом в пятом классе, и они не разговаривали неделю; 2. когда узнал, что ему не хватило одного балла для поступления в швейцарскую школу; 3. сейчас. Когда он не может ответить на сотый пропущенный от Эвы, потому что абсолютно не знает, что ей сказать. Он разглядывает фиолетовый синяк под левым глазом и запёкшуюся кровь над губой и абсолютно точно не знает, где его план был несовершенен. Или знает, но не хочет признаваться даже самому себе. Вибрация телефона сводит с ума, и желание познакомить его с бетоном растёт в геометрической прогрессии. Почему бы не отключить его или перевести на полностью бесшумный режим? — вопрошает голос разума, но ему, как всегда, никто не отвечает. Крис закуривает прямо в комнате, падая на пол рядом с кроватью и откидываясь головой на мягкий матрас. Его слегка мутит, потому что один мудак оказался физически крепким мудаком, раз смог приложить Криса о ступеньки в школьном коридоре. Вообще, он смутно помнит, как это было. Помнит потерянный взгляд Исака, помнит, как его первый раз ударили, помнит, как Исак ушёл, помнит, как ударил в ответ. А вот, как они из одного конца коридора переместились в другой, не помнит совсем. И кто их разнял? Поубивали бы друг друга точно. Причина? Он не знает. Не хочет знать. Телефон наконец-то замолкает, и в комнате наступает такая ломящая пустота, что даже тошнить начинает сильнее. Только сотрясения ему не хватало. Крис берёт телефон и сразу же убирает все оповещения о пропущенных. Цифра нереальная. Он знает, Эва переживает. Места себе не находит. Он понимает. Но он не может ей ответить. Не знает, что должен сейчас делать, потому что чертовски боится её потерять. Именно её почему-то не хочется променивать на кого-то другого, искать новые увлечения и кутить каждую пятницу с новыми лицами. Он, правда, боится её потерять.

***

Когда Эскиль с извиняющимся видом произносит: "Она не поверила, что ты спишь", Исак не понимает, в чём дело. У него в последнее время с пониманием происходящего большие проблемы. Когда в комнату заходит Эва с заплаканными глазами, Исаку хочется удавиться. Опять. Он опять разрушил её жизнь. И на этот раз оправданий у него нет. Он кивает Эскилю, что всё в порядке, и прикрывает дверь. Подойти не решается. Сказать что-либо тоже. — Он не отвечает. Ни на телефон, ни на стук в дверь. Исак понимает, о ком речь, и слегка паникует. Чем всё закончилось?! Девушка на его кровати нервно "ломает" пальцы на руках и шмыгает носом, стараясь не разреветься снова. Она этого не заслуживает, а ты мудак, — думает в этот момент Исак. Он накидывает ей на плечи плед и приобнимает, удивляясь тому, что не оттолкнула. Знает ли? — Я... — Эва начинает очень тихо, будто спотыкаясь после первого слова. Будто решает: надо ли? — Я ведь просто волнуюсь, Исак. И это чертовски больно слышать. Где он так нагрешил, что теперь переживает это всё? Карма не может быть сучкой настолько. — Думаю, что... — что ты думаешь, Исак? Ты вообще думаешь?! — Думаю, он просто зол и не хочет случайно тебя задеть. Это, наверное, правильный ответ. Он же может хоть что-то делать правильно? — Я знаю про вас. И это просто перекрывает кислород. Исак замирает в ожидании приговора и согласен на любое решение. Перевестись в другую школу? Сам уже об этом думал. Исчезнуть из их жизни? Да с удовольствием. — Ты как? Он что? Что ты имеешь в виду, Эва? Как у него дела? Или как он посмел так поступить? Видимо, она понимает его метания и спрашивает ещё раз: — Я имею в виду, как твои дела? Спишь хотя бы? Исак не может понять, она интересуется, потому что волнуется, или ему искать скрытый сарказм? — Иногда. — Снотворное? — Врач не хочет выписывать рецепт, а я никогда до этого не принимал его. Не хочу рисковать. Хотя мысли такие были. Упаковка и в самый глубокий сон. Без пробуждения. — Хреново. Он не понимает, что происходит. Можно уже перейти к моменту скандала и закончить это всё. — Эва, я... Я не знаю, что сказать. Вот так, Исак. Честно. Прямо. Хуже уже не будет. — Тебе и не надо. Я же сказала, что знаю. — Он любит тебя, Эва. У нас никогда не было отношений в плане... Реальных отношений. И сейчас... Он всё ещё любит тебя. Я обещаю, что сведу наше общение к минимуму. Исак не знает, зачем это всё говорит. Это чистая правда, но он не собирался её озвучивать. — Я знаю. Знаю, — Эва кладёт свою голову ему на плечо, совершенно точно не собираясь устраивать скандал. Объясните кто-нибудь, что происходит?! — Я не виню тебя, не переживай, — неожиданный поворот. — Крис мне сразу всё рассказал, и... Блин, чувак, ты ходил как привидение последнюю неделю, даже если бы вы переспали, и это помогло тебе, я бы не винила тебя. — Эва, ты пьяна? Потому что... ЧТО?! — Нет, — смеётся куда-то в плед, а потом резко садится боком и требует от Исака такой же позы для "серьёзного разговора". — Это покажется бредом, но не только тебе нужна была поддержка. Если сейчас ему не прояснят ситуацию в целом, то Исак сойдёт с ума. Конкретно в данную минуту. — После того, как Вильям уехал, я думала, что свихнусь с ним. Серьёзно. Он то уходил в трёхдневный отрыв, то закрывался у себя дома и совсем не контактировал с миром. То перечислял все плюсы его нахождения в Осло, то смотрел ближайшие прямые рейсы до Лондона. Понимаешь... Он скучает по нему. Очень сильно. Вы видите, как округляются глаза Исака? Потому что ему кажется, что они сейчас из орбит вылезут. — Эй, нет! Не в этом плане! Как за другом, — Исак не понимает. — Ох, представь, что через год вы с Юнасом разъедетесь. Нет, ты представь. Вот на совсем. Представь, что вы всё время обсуждали, в какой университет будете вместе поступать, а потом он за два дня уедет куда-нибудь в Австралию, например. Серьёзно. Подумай об этом. Первую пару секунд Исак не видит трагедии. Это предсказуемый и логичный процесс. Но потом, наверное, понимает. Да, у него много друзей. Но именно Друг один. Который замечает любые мелочи в его жизни, который принимает его любым. С которым и огонь, и медные трубы. И вот его нет. Уехал. Ни связаться нормально, ни встретиться, ничего. Стало слегка не по себе. — По выражению лица вижу, что представил, — возвращает его в реальность Эва. — Так вот. Кое-как мы с этим справились. Летние каникулы и всё такое. А тут приезжает Нура, и у Криса просто рвёт башню. Я думала, он убьёт её. Чуть с ума не сошёл, когда Вильям не отвечал в течение пары дней на звонки. А сейчас надеется, что он за ней вернётся. "Вернётся" — ключевое слово, думает Исак. — Я не совсем понимаю, почему ты не хочешь меня убить, — ни единой мысли, если говорить прямо. — Не знаю... Просто... Я верю ему. Это глупо, учитывая его репутацию, но я доверяю ему. Иначе, смысл? Крис сразу всё выложил, сказал, что ему с тобой комфортно, но не более того. Эва замолкает, будто сболтнула лишнего и смотрит на Исака, ожидая реакции. Какой, Эва? Неужели ты думаешь, что его заденут эти слова? Это же Крис. Здесь всё понятно изначально. Посмотри на него, Эва. Ему больнее уже не сделаешь. — Хэй, — Исак пытается улыбнуться. — Всё верно. Комфортно — это то самое слово. Он любит тебя. То, что произошло за последние пару дней... Я... Если честно, не знаю, что это было. Взаимопомощь. Взаимопомощь. Взаимная ли? Но Исаку нужно выговориться, иначе его мозг скоро расплавится, поэтому он продолжает. — У нас был секс. До появления тебя в его жизни. Не один раз. Но это, правда, был просто секс. Эксперимент для нас обоих. У меня, как видишь, с положительным результатом. А сейчас он поддерживает меня. Поддерживал. Да, был поцелуй. Но... Ему больно продолжать. Что "но"? Какое у этой истории может быть "но"? — Всё нормально, Исак. Я понимаю. Наверное. В любом случае, я не виню тебя ни в чём и не злюсь. Я переживаю. Мне больше некуда было пойти. После таких слов вроде должно полегчать, но у Исака по душе будто вампирическими клыками скребут. До крови. Он хочет рассказать ей всё. Открыть свою черепную коробку, выложить перед ней этот окровавленный кусок непонятного дерьма и спросить, что со всем этим делать. Что ему делать?! Он хочет сказать, что готов переспать с кем угодно, лишь бы забыться. И ему похер, как это будет звучать. Ему так тошно, Эва. Неужели ты не видишь? Ему так многое хочется сказать, но он отвечает лишь: — Всё будет хорошо. Он любит тебя.

***

Крис вытирает холодные капли с лица, которые остаются после компресса, и решается, наконец-то, взять телефон в руки. Можно ведь не звонить. Написать смс, что жив, почти цел. Чтобы не изводила себя мыслями. Написать, что он её любит, но пошутить, что он сейчас не такой уж и красавец, поэтому встретятся они позже. Нужно всё это сделать. Успокоить. Себя. Её. Сделать всё правильно. Но Крис окончательно убеждается, что где-то его план был несовершенен, когда пишет смс: "Как ты? Я в порядке. Ничего страшного не произошло. Можем увидеться сегодня? Я заеду." Кому: Исак. Отправить? Да.