My Home

— Если ты хочешь, мы сейчас развернёмся и уйдём. — пробормотал Марк и внимательно посмотрел на Джинёна. Они стояли в холле общежития. Пак прижимал к себе огромный пакет с продуктами. Он понимал, что больше всего на свете его парень хочет поделиться своей радостью с близкими людьми. А значит пусть так и будет. Нет ничего лучше, чем доставить любимому радость… Такой уж он глупый. — Да всё нормально, Марк, жми. — кивнул Джинён на кнопку звонка. Туан не заставил себя ждать. Дверь открылась спустя секунду, как будто их ждали. — О! — закричал Югём, пропуская их в квартиру, — Они сами прикатили! — Можно подумать, что вы ждали этого? — улыбаясь, сказал Пак и передал свою ручную кладь макнэ, — Поесть тут вам принесли… — Парни! — закричал Ким и ринулся в коридор, ведущий в кухню, — Встречайте наших заблудших детишек! — Мог бы и не орать. — проворчал Марк, скидывая с себя тяжёлую шкурку пуховика. Выскочил из своих любимых башмаков «Nike Jordan» и тут же попал в объятия Ёжика, который в этот момент забежал в прихожую. Пак спокойно и обстоятельно раздевался, посматривая на парней, которые обнялись так, будто сто лет не виделись. — Какими судьбами? — закричал Ёнджэ, тиская Марка и Джинёна одновременно. — Мы сегодня празднуем новую покупку. В общем, Джинён подарил мне машину. — Угу… — сказал Пак, на растерянно-радостный взгляд Чхве. — А где Джексон? — спросил Марк, когда все собрались в светлой гостиной, а Югём притащил стол и принялся расставлять посуду и приборы. БэмБэм помогал, он был каким-то странно — тихим и спокойным. — Джексон спит в своей комнате, — сообщил Джейби, отгоняя радостно голосящую собаку, которая сходила с ума от счастья. Джинён протянул ей жильную косточку и она временно заткнулась, занявшись ей. — Ну, пусть спит, — Марк уселся на диван и посмотрел на всех лучезарными глазами, — Парни, мне Джинёни подарил Порше! Дальше всё превратилось в маленький хаос. Все разом заговорили, задавая вопросы, перебивая друг друга. Потом, парни оделись и высыпали во двор, чтобы своими глазами убедиться в реальности происходящего. — Крутая тачка! — воскликнул Югём, — Марк, дай ключи. Можно, я в салон сяду? Туан вынул брелок и нажал на кнопку. Машина отозвалась радостным повизгиванием. — Обувь сперва сними! — закричал Джинён, останавливая макнэ за шкирку, который уже хотел ринуться на водительское сиденье. — Я тоже хочу! — воскликнул Ёнджэ и полез на соседнее сиденье, — Я в тапочках! — предвидел он следующую фразу Пака. Джейби усмехнулся и открыл заднюю дверцу. Ему Джинён уже ничего не стал говорить. Они с Марком влезли сразу за лидером, с обеих сторон. БэмБэм сделал вид, будто ему совсем не интересен салон автомобиля. Он просто сильнее запахнул куртку на груди и улыбнулся двум маячившим перед ним рожицам, что пялились на него через лобовое стекло. — Дашь поводить? — спросил Югём, чуть ли не облизывая кожаный руль языком. — Не даст. — спокойно сообщил Джинён, — Ты её сломаешь. Убери рыльце от совершенства. Слюнями всё здесь залил! — прикрикнул в конце фразы. — Я не тебя спрашиваю! — сразу откликнулся макнэ, а Ежик засмеялся так зажигательно, что следом за ним прыснул лидер. — Конечно, — откликнулся Марк, — Почему бы нет! — Нет! — снова категорично заявил Джинён, — Сперва научись водить велосипед! Ёнджэ снова раскатисто засмеялся. В салон заглянул БэмБэм: — Эй, мне вообще-то холодно тут торчать…посмотрели и хватит! — Правильно, у тебя уже есть автомобиль, — тут же быстро заговорил Ким, — А у меня — нету… Я тоже хочу! — Не у меня, а у моей семьи, — поправил Бэмчик, — Мне самому пока ничего не надо. — Правильно, — покивал Джинён, — Всё в семью…всё в семью. — Ладно, пойдёмте, есть жутко хочется. — вылез Марк из машины. Лидер выбрался следом и сказал Туану: — Всё в семью, всё в семью. — и тихо засмеялся. *** Белый свет не исчезал. Он становился таким полным, таким исчерпывающим, что в пору было захлебнуться им… Прозрачные мотыльки…пронзительно бесцветные…словно мурашки под кожей… Белые, как снежинки…холодные…бесчувственные… Они сыпятся на твою грудь, на лицо…обдувают ресницы ледяным дыханием… Бред. …Ты не здесь…вернее — не там… Это всего лишь сон… Неприятный, навязчивый…словно липкая вата…сладкая вата…которую ты так любил… Лишь один человек на свете… тебя любил. Он существует? Где-то там… Нет, не там… А здесь… В мире, которого нет… А есть только этот белый свет… — Марк! Марк! Открой глаза! — Не кричи…он тебя не слышит… Врачи же сказали, что это шок от боли… — Отойди от него, пусти меня! — Не надо…ты выдашь себя…все и так странно на тебя смотрели, когда ты ревел, как белуга и хватал его за пальцы. — Тебе-то какое дело?! Я люблю его! — Знаю…только не ори…не бойся, я у тебя его не украду… — Я хочу подойти поближе! Пропусти меня к нему. — Терпи… — Ты видишь, как ему плохо? Посмотри на его лицо…ему больно и страшно! Он должен меня услышать! Иначе — не найдёт дорогу обратно… — Он не услышит тебя… Волны…теперь он плывёт в океане… Солнце высоко- высоко…слишком тускло очерченный круг…размытый и холодный… Но, серая вода плещется на уровне подбородка… Серая…а если смотреть вперёд, то вполне голубая…как небо… Небо. Это знакомое слово, близкое к реальности. И облака… Такие красивые…разноцветные… Это что, снова бред? Марк разлепил веки и увидел…нет, сначала, он ничего не увидел… Только разноцветные пятна перед глазами. За это время, мир, видимо, немного изменился… Но всё равно, это не было похоже на белый цвет сна…обморока? — Он пришёл в себя! Марк!.. Пропусти меня! — Пропущу, если сможешь себя контролировать. — Джинёни… Джинёни… — позвал Туан. — Я здесь! Здесь… Пусти меня! Джексон встал со стула рядом с кроватью Марка. Пак упал на освободившееся место и тут же схватил своего парня за руку. — Врач идёт…будь благоразумным. — новичок осуждающе посмотрел в глаза Джинёна и тот разжал руки и несколько раз сглотнул, пытаясь восстановить своё разбушевавшееся сердце. Марк приподнялся на локтях, он всё ещё блуждал по лабиринту памяти. Вспомнил вдруг, как они вместе с Югёмом упали и прошептал: — А как Ким? С ним всё нормально? — Нормально! У него всего лишь растяжение! — успел сообщить Джинён и к кровати подошёл врач. — А со мной что? — спросил его Марк. — Так, ребята, выйдете ненадолго. Дайте нам побеседовать без посторонних… — обратился к парням молодой человек, поправляя на себе белый халат. Это был ещё совсем неопытный врач, который не привык командовать. Джексон вытолкал Джинёна за дверь и прошептал ему на ухо: — В два счёта проколешься…хочешь, чтобы его отправили обратно в Америку? Учись держать себя в руках, балда! — Он сказал, что мы…что я — посторонний! Посмотрел бы я на тебя на моём месте…можно подумать, ты просто глыба каменная? — Я никогда не буду на твоём месте, понятно? Потому что я — Ван. Знаешь, что это означает? — Мне всё равно. — А мне нет. Ладно, не буду сейчас тебя мучить своими разговорами. Придешь в себя — погугли, что такое Ван, о`кей? — Как ты думаешь, нас ещё пустят сегодня к нему? — Пустят, куда денутся. А не пустят, сами проберёмся. Есть миллион способов договориться с людьми. И столько же, если они тебя не послушают. Врач осмотрел Марка и удовлетворённо покивал своим мыслям. — А мне ничего не скажете? — попытался разговорить этого дока Туан, — Я вообще где нахожусь? — Это больница. Частная клиника, здесь лечатся все сотрудники компании JYP. — А Ким Югём тоже тут? — перебил его Марк. — Тоже, тоже…куда же ему деться? — док проверил данные на мониторе аппарата и повернулся к парню, — Ты хорошо питаешься? Туана несколько удивил такой странный вопрос. Голодать — он точно не голодал. Вслух сказал: — Конечно, док. Ем всё подряд, как неприхотливый олень… А Ким не сильно пострадал? Растяжение — это же надолго? — Почему «док»? — удивился врач, — Всё хорошо с твоим Кимом…проваляется месяц, а потом будет дальше плясать на проволоке. Марк вздохнул, откинулся на подушку, расслабляясь и только теперь почувствовал сильную боль в ноге. Переждал. Помолчал немного и заговорил вновь: — Я из Америки…там мы иногда называем так врачей…несколько фамильярно, демократично, но с уважением. Док… И не на проволоке, а на батуте, мы — акробаты, а не канатоходцы. — Знаю, знаю, я тоже люблю шутить. А теперь, обменявшись любезностями, поговорим, как закадычные враги. Видишь ли, парень, Марк, кажется? — Марк… Туан…а почему враги? Я что, где-то вам дорогу успел перейти? Я, вроде, недавно приехал и года не прошло. — Это просто метафора, Марк Туан. Понимать же надо. Врач и пациент никогда друзьями не смогут стать, а стало быть, они враги, как иначе-то? — А-а-а…понятно…мне ещё трудно понимать чужой язык… Так что там со мной, док? Неужели, всё так плохо? Может, отпустите меня домой? Целым и невредимым. — Отпущу. У тебя небольшое растяжение связок голеностопного сустава… Две — три недели лечения и всё пройдёт. Месяц на восстановление… Нужно иммобилизировать голеностоп… То есть произвести обездвиживание сустава… Но, не это меня беспокоит… У тебя слишком низкий гемоглобин… Ты свалился в самый банальный обморок. — Поэтому вы спрашивали, не голодаю ли я? Но я нормально питаюсь, как все. И у меня совсем ничего не болит, кроме ноги, конечно. — Сейчас прокапаю тебе плазму, а потом, посмотрим, что с тобой делать, — врач поднялся и прошёлся по палате, помолчал, вздохнул и снова заговорил, — Придётся твоих родителей вызвать. Не думаю, что карьера айдола тебе так уж подходит. — Ой, док, вот только родителей не надо…просто скажите, что нужно делать, чтобы повысить этот гемоглобин? А я вам слово даю, за этот месяц я восстановлю все свои функции. — Ладно, если бы всё было так просто…нужно же узнать, откуда ноги растут… То есть, с чем связана такая резкая потеря железа твоим организмом…найти причину. — Вот вы пока причину и ищите, док. Думаю, месяца вам с лихвой хватит? — Странный ты всё же парень, — усмехнулся мужчина и внимательно посмотрел на Марка, — Никто же тебя лечить бесплатно не будет. А ты ещё не являешься сотрудником компании и до айдола тебе далеко. — Я знаю…если вы о деньгах, не волнуйтесь, у меня их достаточно. — Марк… Марк…ты не спишь? Туан почти заснул, когда услышал этот шёпот. Этот голос. Самый чудесный…самый желанный… Капельница мешала ему сорваться с места и кинуться в любимые объятия. Джинёну же удалось отвязаться от этого нового знакомца китайского, что пристал к нему, как пиявка и он тут же прошмыгнул в палату к Марку. — Джинёни… — прошептал Туан. Сил почти не осталось. Всё его тело словно прошило тонкими, острыми иглами. Немного мутило и страшно хотелось пить. Последнее ему запретили. Пак подошёл несмело, опустился на стул. Сглотнул, пугаясь очень бледного вида парня. Протиснул свою ладошку под холодные пальцы, сжал легонько, упиваясь нежностью. — Марк, я никуда не уйду…буду с тобой тут до тех пор, пока тебе не разрешат вернуться… Сильно болит? — заглянул в глаза испуганно, погладил тонкую кисть своим большим пальцем. — Совсем не болит… — с трудом проговорил Туан, облизывая губы, — Ты к Югёму заходил? Как он там? — Его завтра домой отпустят. Мама за ним приедет. Ему ногу зафиксировали, очень скоро всё заживёт. У тебя ведь почти такая же травма. Значит и тебя можно будет забрать? — Конечно…скорее всего и меня завтра отпустят… — Туану понадобилось потратить слишком много сил, чтобы сказать эту фразу. Но, врач предупреждал, что будет слабость. Так обычно бывает и переживать тут нечего. — Ты голодный? — заботливо поинтересовался Джинён и потрепал Марка за волосы. Очень нежно и бережно, словно за хрупкие нити. — Нет…даже думать не могу об еде…муторно становится. — Марк, тебе плохо? Почему ты такой бледный? — запоздало обеспокоился Пак. — Как ты бледность-то на моём загаре рассмотрел? — улыбнулся Туан. Джинён не выдержал и наклонился к губам парня. Прикоснулся невесомо, ощущая зажигающийся огонь внутри себя. Дверь беззвучно распахнулась и тут же прикрылась, а потом знакомый голос и быстрые шаги. — Я так и знал, что ты тут, Пак Джинён! Марк вздрогнул. Джинён отлип от любимых губ, поднял голову: — Джексон? Чего припёрся-то? — не слишком дружелюбно отозвался. — Вообще-то, явился, чтобы прикрывать ваши задницы. Я слышал, что вас видели. Или просто кто-то настучал. Разговор был с нашим директором. — Что за разговор ещё? — разозлился Пак. А Марк только глазами смотрел. Огромными, распахнутыми, словно испугался чего-то. — Туана хотят домой отправить. — сообщил Ван. — А ты-то почему такой осведомлённый? Обычно нам никто не докладывает, что будет. Мы просто сталкиваемся уже со свершившимся фактом. — Да…у меня друзья среди менеджеров, персонала, приближённых лиц нашего директора…но неважно всё это. Я просто предупреждаю, что его могут домой отправить. А почему — фиг знает. — Ну, мы это ещё посмотрим. — Джинён сжал кулаки и встал со стула. — И что, ты собираешься ринуться в бой? Кто тебя слушать-то будет? — Джексон уселся на стул, который только что освободился и посмотрел на Марка. Встретил его хмурый взгляд и улыбнулся одними глазами, зажигая своё лицо внутренним светом. — Будут, не сомневайся, — прошептал Пак, — Марка я никому не отдам. — Даже родителям? — усмехнулся Ван, — Его же просто домой хотят отправить. — А меня, что, никто спрашивать не будет? — тихо произнёс Туан, наблюдая за парнями. — Да, — ответил Джексон, — Ты сейчас даже сам от себя не зависишь. Кому же тогда в голову придёт брать за тебя ответственность? *** Все проголодались со страшной силой. Бэм помог Югёму с сервировкой стола. Обычно этим всегда занимался один макнэ. Марк обратил внимание на то, как странно вёл себя Конпимук. Он незаметно притрагивался к пальцам Кима, словно случайно прижимался к нему плечом или локтем. Туан скорее почувствовал, чем заметил некую связь между этими двумя. Как будто искра вспыхнула и зажгла обоих. Их движения казались какими-то завораживающими, хаотичными и вместе с тем слаженными, словно единый механизм. — Джексона звать не будем? — спросил Джейби, усаживаясь за стол. Ёнджэ, который в этот момент ласкал Коко, не давая ей сбежать к Марку, ответил лидеру: — Пусть поспит. Для него — это лучшее лекарство, по крайней мере, поесть он и потом сможет. Джинён обнял Марка и усадил себе на колени, располагаясь на мягком диване, прямо перед накрытым столом. — Эй, прекратите! — закричал Джейби, — Вы мне растлили уже всех. Каждый делает, что хочет. — Включая и тебя тоже. — спокойно вставил Ёжик, отпуская собаку на пол. — Это что же я делаю? — возмутился лидер. — Иногда человек виноват, когда что-то не делает… — серьёзно сказал Чхве и сел рядом с Паком. Тот посмотрел на него внимательно, Ёжик казался очень расстроенным. — Вы что, в ссоре? — удивился Марк, продолжая обнимать Джинёна за шею. — Да кого вы слушаете?! — заулыбался ДжеБом, пытаясь свести всё к шутке. Но Ёнджэ окинул его таким взглядом, что он тут же замолчал и перестал улыбаться. — Ладно, садимся есть! — громко заговорил макнэ. БэмБэм принёс маленькие табуреточки и установил их возле стола. Ким тут же опустился на одну из них. — Выдра ревнует. — прошептал Бэм на ухо Марку и сел напротив. Туан вдруг всё понял. Джейби был задействован в новом проекте. Там он встречался со своим другом, но это была всего лишь очередная программа, ну…название, конечно имело место быть: «Звёздный броманс». Всё же его лучший друг — Ёжик был жутко ревнивым. — БэмБэм, заткнись! — Чхве посмотрел на младшего и тот сразу занялся едой, как будто ничего не случилось, а Ёнджэ перевёл взгляд на Туана. — Марк, ты же знаешь, я никогда не стану беспочвенно обвинять. — Я знаю, знаю. — проникновенно сказал Туан. — Ничего не было. — вдруг не выдержал лидер, — Это всё плод твоего дурного воображения. Ёжик промолчал, только в глазах вспыхнула такая обида слёзная, что у Марка сердце сжалось от боли за друга и самого чистого парня в группе. Если кто и был ангелом, так это точно — Чхве. — Джейби, — не выдержал Джинён, — Ты не хочешь мне помочь с фруктиками? — сказал он нежно, — Макнэ, как всегда, не позаботились об витаминах. В этот момент одна из дверей комнат распахнулась и в гостиную вошёл самый известный из мемберов. Дикий и сексуальный. Слегка заспанный и больше похожий сейчас на маленького, заблудившегося щенка. Он посмотрел на всех обиженными глазами и медленно, с хрипотцой, проговорил: — Я, конечно, понимаю, что не вовремя. Но, вы никого не забыли? Не надеетесь на память, так хотя бы пересчитывали бы друг друга раз от раза…