My Home

***

— Джинёна, ты куда? — задержал его этот странный китаец, такой прилипчивый и радостный, как будто его мёдом каждый день поили. — Тебе какое дело? — Пак даже на секунду не остановился, как шёл, так и шёл, но нет, от этого парня так просто не отвертеться. Идёт рядом, заглядывает в глаза своим проникновенным взглядом. — Да, знаю я, что ты к Марку спешишь… Но, тебя вызвали срочно… — Кто вызвал?.. Джексон, почему ты всегда в курсе всех дел? Ты что, уполномоченное лицо? — Джинён всё же остановился, убрал растрёпанную чёлку со лба, засунул руки глубоко в карманы джинсов и сразу стал смахивать на сына местного авторитета. — Тебя директор вызвал…прямо сейчас. Иди…потом к Марку сходишь… Если хочешь, я пока с ним побуду и предупрежу о твоём опоздании. — Чего ты такой добрый, Джексон? Тебе что, заняться больше нечем? — Есть чем…просто выдалась свободная минутка… Я могу её уделить тебе, вернее, твоему другу любимому… — Ван улыбнулся довольно-таки искренне, лицо его преобразилось настолько, что Пак поперхнулся, закашлялся. — А зачем директор вызывал, не знаешь? Может, поделишься информацией? — забеспокоился Джинён, откашлявшись. — Я не знаю… — лицо парня стало необыкновенно серьёзным, — Правда, не знаю… — добавил он. — А вот и он… — сказал директор Пак Джинён и посмотрел на парня, который сидел перед ним за столом. Парень обернулся и Джинён обрадованно улыбнулся. Им Джебом. Рядом с этим парнем ничего не было страшно. Он умел внести в атмосферу спокойствие и умиротворённость, чем всегда и радовал. — Здравствуйте… — пробормотал Пак и уселся на предложенный директором стул рядом с Джейби. — Так, парни, у меня нет времени, поэтому, буду краток. С сегодняшнего дня начинаем подготовку к запуску новой группы. JJ Project. Как вам название? — парни промолчали, — Вижу, что нравится… Итак, вы двое переезжаете в другое общежитие. Завтра будет официально объявлено о составе новой группы. Сейчас идёте собирать манатки и со всем скарбом на новое место. Через два дня начинаются съёмки фильма. Ваш промоушен начинается прямо сейчас. Что-то непонятно? Только не говорите, что не знали? Джинён посмотрел в лицо Има, тот сидел тихий и спокойный, расслабленный. Для Джинёна, это, конечно, не было секретом, он давно уже предполагал, что будет участником новой группы, состоящей из него и ДжеБома. Но, всё же, он не думал, что так скоро. — Почему новое общежитие? — решился спросить он и посмотрел на директора. — Потому что вы теперь не трейни. А настоящая музыкальная группа… — Всё понятно… — сказал Джейби и поднялся, — Можно идти складываться? — Да… — директор тоже поднялся и задержал взгляд на своём однофамильце, — Пак Джинён, а тебя я попросил бы остаться… Когда Им вышел, Джинён вздохнул, сцепил пальцы, уложил руки на колени. Выпрямил спину, собрался весь, словно перед прыжком в открытый космос…приготовился, нутром чувствуя, что разговор будет долгим, сложным. — Джинён-щи… — директор уселся напротив, достал маленькие ножницы, зачем-то взял их в руки, поиграл ими машинально, замечая, как взгляд парня сосредоточился на его пальцах, — У тебя теперь будет другое имя. Ты будешь продвигаться именно от этого нового имени — Джуниор. Как тебе? Пак удивлённо поднял глаза, посмотрел, опустил… — Младший? Неплохо… Значит, это теперь моё сценическое прозвище? — Не прозвище, а имя. Я знаю, что у тебя есть актёрский талант, поэтому, ты будешь ходить на курсы актёрского мастерства. Ты же хотел? Думаю, если всё будет отлично, вы с Джейби сможете дебютировать через годик…подготовка начнётся прямо сейчас. — Хорошо… — вздохнул Пак, — Можно идти? — Нельзя. Теперь переходим ко второму вопросу… — директор оставил ножницы в покое и занялся тем, что достал кубинскую сигару и принялся медленно и осторожно распечатывать её. Потом вынул откуда-то маленькую гильотинку и обрезал кончик молниеносным движением. Джинён заворожённо следил за этими манипуляциями, всё больше убеждаясь, что пришёл его час расплаты… Просто потрохами чуял. — Не тяните уже резину… — сказал и испугался. Но директор агентства усмехнулся и принялся раскуривать сигару. — Я её не курю…так, балуюсь…мне просто нравится запах дыма, — сказал доверительно, а потом неожиданно добавил, — Ты сюда карьеру пришёл делать или дурака валять? — А что, совместить не получится? — бесстрашно пробормотал Пак. — Не получится. Не люблю я в кошки-мышки играть. И прекрасно осведомлён о твоей лёгкой интрижке… Я понимаю…гормоны плещут через край и всё такое. Знаешь, меня даже больше устраивает твоя необычная ориентация… Но, милый мой, такой талантливый и воспитанный Джуниор, который так сильно любит своих родителей, что не сможет пустить всю свою карьеру под откос, правда же? — Вы о чём? Какая ещё интрижка? И вообще, это же моё личное дело… — попробовал возмутиться Джинён. — Здесь сейчас нет твоего личного ничего, ты меня понимаешь? Ты пришёл сюда завоёвывать мир, так тебе придётся забыть о своих глупостях. Для тебя больше не существует такой проблемы, как «личное дело». Туана мы отправляем домой. У него проблемы со здоровьем и вообще, всё, что у него есть — это только его внешность. Он ни петь не умеет, ни двигаться. Слишком много средств будет затрачено впустую… — Он очень талантлив! — вскричал Пак и вскочил со стула, — Он такой…такой…он сильный! Он самый целеустремлённый! Кто, как не он добьётся всего, чего только захочет?! И он такой красивый… Нельзя его домой! — Сядь и успокойся…речь не о нём, а о тебе… — Если вы его домой отправите, я из агентства уйду! — сообщил Пак и сел, пылая щеками и ушами. — Ну, уходи… И чего ты этим добьёшься? Ты всё потеряешь одним махом, глупец. Родители расстроятся… У тебя не будет ни карьеры, ни твоего дружка… — директор затушил сигару и вздохнул, — Ладно, иди собирайся, у меня времени на тебя больше нет… — Вы ведь можете его оставить, правда? — поднявшись, спросил Джуниор, заглядывая в глаза. — Могу. Но, ты мне не даёшь…мельтешишь тут пред глазами, кричишь, права качаешь…а мне нравится иметь дела с умными людьми. Ты же знаешь, что пока родители отвечают за вас. И я. — Вы его оставите? — с надеждой спросил Пак, который ничего уже не понимал, кроме того, что ещё возможно всё обернуть в пользу Туана. — Ты меня должен понять, мой мальчик… — проникновенно сказал директор, — На одной чаше весов -ты, твоя семья, карьера, слава, деньги… ВСЁ! Весь твой мир… А на другой — Марк Туан. Вот сейчас ты должен выбрать. Больше мы к этому разговору возвращаться не будем. — Я выбираю Туана. — сказал Джинён и сел обратно, сжимая руки и сглатывая от страха. — Неправильный ответ… — усмехнулся директор, — Но всё равно, молодец… Иди, звони маме, скажи, чтобы забрала тебя… А Туан поедет домой. Я уже его родителей вызвал… — Как, вызвали? То есть, вы с самого начала не собирались его оставлять…а мне голову морочили…шантажировали тут… — прошептал Джинён. — Считай, как хочешь…думаешь, твои родители счастливы будут, когда им предъявят счёт за то, что ты тут так долго находился? И ведь, ничего личного, простой и честный бизнес… — А сколько я должен? — испугался Джуниор. — Уж точно маме твоей не расплатиться… — вздохнул директор, — Придётся ей кредит в банке брать… — У нас и так куча кредитов! — воскликнул Пак. — Вот ты и помогай! — тут же поддел его директор, — Станешь айдолом, сделаешь своих родителей беззаботными и счастливыми… — Давайте ваш контракт, я подпишу…прямо сейчас подпишу, даже до завтра не надо ждать… — решился Джинён, — Только Туана оставьте… — Хорошо… — сразу согласился директор, — Марк будет продолжать тренироваться…посмотрим, что из него получится… — А как же его родители? Они же уже в пути, да? — Они бы всё равно прилетели, потому что их ребёнок будет целый месяц восстанавливаться. Заберут его домой временно… Поправится — приедет. — Вы точно его вернёте? — Конечно. Слово президента. Только тебе-то, что за дело? Он же тебе теперь никто. *** — Джинёни, я хотел тебя спросить… — обнял его Туан и несколько раз поцеловал куда-то в шею, — Что там у ДжеБома? Он тебе сказал? Они только легли, сражённые усталостью. В комнате было тихо и очень уютно. Маленькая настольная лампа оставляла яркое пространство перед собой, окутывая углы в лёгкие сумерки. Такая обнажённая атмосфера очень хорошо действовала на обоих парней. Не хотелось думать о плохом. — Это всё из-за поцелуя… — нехотя пробормотал Пак и повернулся в тёплых руках, охватывая горящим взглядом лицо и верхнюю часть груди Марка. — Какого ещё поцелуя? — сбивая любимого с романтичного настроения громко спросил Туан. — Ёжик видел, как лидер целует другого…вернее, нет, другой Ёнджэ поцеловал лидера… — путаясь объяснил Джинён. — А зачем он позволил-то? — воскликнул Марк. — А если это неожиданно случается? Если, он просто не успел среагировать правильно? — Не защищай его! Ёж так переживает из-за этого! — Туан сел в кровати, теряя игривое настроение. — Я не защищаю, не защищаю! Я так ему и сказал… — Ну и молодец! А поцеловал он его в губы что ли? — Нет, почему…в щёку вроде…или в подбородок…я не уточнял… Позвони и спроси, если так интересно… — Понятно… — засмеялся Марк и упал в подушку, напяливая на себя одеяло, — Я завтра поговорю с Ёжиком…думаю, всё яйца выеденного не стоит… — Марк… — позвал Джинён парня, который вдруг отвернулся и задышал спокойно. — А? — откликнулся Туан не двигаясь. — Ты что, спать собрался? — с неуловимым чувством гнева спросил Пак. — Да, а что? Ты ничего другого не заслуживаешь… — совсем тускло, сонным голосом прошептал Марк. — Это с чего же? Что я-то сделал не так? — обидчиво заговорил Джинён, расталкивая любимого и стягивая с него одеяло. — Ты тоже целуешься со всеми подряд!.. И не в подбородок, точно… Отдай мне одеяло! — вскричал Марк. — Ой, ну хватит…что ты имеешь против маленькой девочки? Она же ещё ребёнок, Марк?! И это всего-навсего фильм… — Вот и отстань! Ты заставил этого ребёнка влюбиться в тебя! Как теперь будешь с этим жить? Вот не думал, что ты — педофил… — Марк…ну перестань…я соскучился… — Джинён полез под одеяло, добираясь до горячего тела. — Ладно, иди сюда… — засмеялся Туан и откинул одеяло в сторону, давая любимому возможность насладиться такой милой картинкой, — Только не заставляй меня больше смотреть эту глупую сказку… Я вообще хотел только на тебя любоваться…а ты каждую серию мне пихаешь… — Марк, ну это же такая чудесная история… — Пак протянул руки и коснулся нежно груди парня, словно хотел ощутить бархатистость кожи. — Слишком слащавая и глупая, так в жизни не бывает… — проговорил Туан, закрывая глаза и уплывая лишь от таких невесомых прикосновений. — Бывает… — прошептал Джинён и припал губами к тёмно-розовому соску, который тут же превратился в твёрдую косточку. Марк застонал, притягивая к себе парня за шею, роняя его на себя и задышал тяжело, сбиваясь с мысли, с такта, с дыхания… Комната сразу растворилась где-то между страстью и явью. И не осталось больше ничего. Только разгорячённые тела, словно две открытые лавы, без границ и запретов. Будто черная и белая дыры, которые подавляли одна — другую… Было такое чувство, будто две Вселенные встретились и соединились, поглощая себя. Джинён старался ничего не упустить, ни одну пядь шелковой кожи. Он пробирался сквозь палящие лучи солнца, что сжигали его внутренности, его внешности и даже каждую луковицу под кожей головы. Он ощущал такой прилив сил, такой накал страсти, что забывал дышать. Любимое тело двигалось, наращивая обороты и приносило ему несравненное наслаждение. Это было такое завораживающее, пленяющее чувство, что хотелось навсегда остаться в этом чарующем саду из тонких ветвей рук и ног, из благоухающего аромата нежной кожи, ярких лепестков губ, что дарили себя мгновение за мгновением. — Марк… Марк! — не выдержал Джинён, зашептал исступлённо, словно боясь, что не успеет, провалится, исчезнет, растворится где-то на окраине этого незабываемого ощущения. Туан выдохнул ему в губы и сжал его бёдра, на миг теряя контроль и разбрасываясь своей сущностью, оставляя зарубки глубоко на дне сердца любимого, словно хотел на каждом миллиметре тела расписаться, вырезать своё имя, выбить метровыми буквами…и заявить все права на пользование, на безграничное владение этой плотью…этой душой… — Джинёни…я люблю тебя… — Марк сказал это неожиданно, будто какая-то сила вытолкнула поток воздуха из его лёгких и нечаянно сложилась в эту значимую фразу. Пак молчал. Всё тело дрожало и ныло, словно только что было выдернуто из какого-то витка времени, и вот, живое и невредимое, было возвращено хозяину… Он прижался к потной груди и прикрыл влажные ресницы. Хотелось запомнить это чувство и спрятать его глубоко на дне сердца, чтобы потом возвращаться к этому снова и снова, смакуя это ощущение, испытывая это наслаждение и опьяняя себя до самого дна души. — Чего ты молчишь? Заснул? — не выдержал Марк и счастливо засмеялся, прижимая рукой потную голову, расправляя прядки тонкими, нервными пальцами, обнажая мраморный лоб. Полюбовался на щёточки бровей, длинные стрелки ресниц. Погладил виски, разглаживая паутинку мимических морщинок, запал на бледную кожу под своей рукой, потрогал голубую жилку, что билась нежно, словно маленькое сердце… — Ты — моя русалочка… — пробормотал неосторожно и тут же наткнулся на ошарашенный взгляд тёмных, пронзительных глаз. — Какая ещё русалочка? — настороженно спросил Джинён, — Совсем ума лишился от радости? Я — главный герой! Завтра пересмотрим и ты всё сам увидишь… — проговорил быстрым шёпотом, пристраивая щёку поудобнее на мраморной груди. — Нет, — спокойно и тихо констатировал Туан, — Ты моя русалочка… — Джинён, чёрт тебя дери! — закричал Марк в самое ухо и Пак сорвался с кровати, пытаясь на ходу проснуться, — Ты не поставил будильник! Мы проспали! — орал Туан, пытаясь выбраться из-под одеяла. — Я думал, землетрясение началось… — пробормотал Джинён, нащупывая ногами тапки, потом вскочил на ноги и ринулся из комнаты. Марк не выдержал и засмеялся, наблюдая за парнем, уж слишком глупо он выглядел: взъерошенный, испуганный, с всклокоченной шевелюрой, ужасно красивый и голый, в одном тапке. Джинён остановился у двери и повернулся, уже вполне проснувшись: — Марк, у нас же теперь машина, мы сами сможем добраться… — почесал голову и улыбнулся. — Мы опоздаем… — уже спокойно констатировал Туан, любуясь парнем. — Я пойду приготовлю тебе завтрак… — придумал Пак, чем себя занять. — Нет, я не хочу…не могу есть с утра… — капризно пробормотал Марк и облизнулся неосознанно. — Ты же всё равно первый пойдёшь в душ… — всё ещё не понимал Джинён игры любимого, — Я пока поесть тебе сделаю… — Мне достаточно будет, если ты просто сейчас заткнёшься и подойдёшь, наконец… — добавил металла в голос Марк, — Или твой мозг частично спит?