My Home

***

Майами… Вашингтон… Чикаго… Хьюстон…и наконец, Лос-Анджелес… Самый прекрасный город Ангелов, где вообще только можно было родиться… Это родной запах… Янтарный цвет пляжа… Океан… Шум волн рождает в сердце Туана сладчайшую музыку… Это самая изысканная мелодия…самая живая…настоящая…та, что воскрешает в твоей душе детство…юность…радость… Марк всегда тосковал по родине. Иногда об этом забывал, когда времени побыть наедине с собой совершенно не оставалось. Когда приходилось доползать до кровати и засыпать мертвецким сном. Когда рядом появилось родное существо… — Марк, смотри, серебряный дождь! — воскликнул Джинён и сжал его сзади в объятиях. Туан улыбнулся. Солнце, брызги волн и ветер рождают удивительные картины. Океан кажется живым, яркие лучи заигрывают с солёной водой, рождая сверкающие блики. Всё искрится до боли в глазах, словно ты находишься в какой-нибудь пещере среди сокровищ гномов… — Береги глаза…здесь солнце такое опасное! Почти, как в горах… Даже отражение может выжечь твою сетчатку дотла… — серьёзным голосом поведал Марк и заметил, как Джинён прикрыл тут же ресницы и замер. Туан снова улыбнулся, поворачивая к себе парня и принялся целовать эти замершие веки. — Осторожнее, тут фанатов полно, — Джейби подошёл, накинул на Марка и Джинёна огромное полотенце. Издалека слышались крики и визг остальных мемберов, которые дурачились на песке, играя в разнообразные игры. Всю группу отпустили на небольшой отдых до самого вечера. Фанмитинг пройдёт лишь на следующий день, а пока, каждый имел право на собственный праздник души. Туан всегда поражался такому единению. Никто не захотел разлучаться. Все группы, как группы, стараются отдохнуть друг от друга, пока есть такая возможность, но только не Гаты… Этим же всегда хорошо вместе. Начинаешь поневоле задумываться, не семья ли они и в самом деле? — ДжеБом, ты поплаваешь со мной? — спросил Марк, скидывая с себя полотенце. — А меня почему не зовёшь? — удивился Пак. — Ты иди, разуйся сначала, — прикрикнул Туан, показывая на ноги любимого. Он и правда был в кроссовках из которых торчали и белые носочки. Сам же Марк был только в тонкой безрукавке и плавательных шортах. Он топтался босыми ногами по влажному ракушечнику. Лидер тоже был готов к погружению в воду. — Но песок же жутко горячий! — воскликнул Пак, — Как вы это терпите? — Иди-иди…к детишкам на пляж… — засмеялся Джейби, — Сейчас два волка акробатики покажут вам, что такое серфинг. — Можно подумать, что ты умеешь? — усмехнулся Джинён и принялся разуваться. К ним подбежал Ёнджэ и спрятался за лидера, пытаясь улизнуть от разбушевавшегося макнэ. — Э-э-э! — потерял равновесие ДжеБом и не удержался, шагнул в воду, обхватывая Ёжика за талию. Они вместе упали, сбитые волнами. Югём остановился резко и тут же напал на Туана, сграбастал его за плечи и потянул в морскую стихию. — Отпусти его! — прикрикнул Пак и кинулся вызволять Марка из цепких рук. Бэм-Бэм с Джексоном не спешили присоединиться. Они спокойно сидели на огромном покрывале и о чём-то серьёзно разговаривали. Фанаты держались на расстоянии. Не переходя личное пространство айдолов. Странно, но это были очень воспитанные агасэ. Югём, дурачась, затеял возню с Джинёном. Они, как дети, брызгались и вопили, пытаясь утопить друг друга. Марк понаблюдал за этими двумя дурачинками и помахал рукой лидеру, который утаскивал Ёнджэ на глубину, а тот всё порывался удрать и громко вопил, и хохотал. — Эй, Джейби, ты хотел на доске покататься? Пойдёшь? Мне принести серфборд? — Неси! — откликнулся лидер и ему удалось окунуть Чхве с головой. — Марк! Не надо! — крикнул Джинён и отвернулся от макнэ. Тот воспользовался ситуацией и кинулся ему на спину, утягивая под воду. «Вот дурни!» — подумал Марк, а вслух закричал: — Югёми! Я тебе потом ухи откручу! — Лучше следи за своим суженым! Он первый начал! Он меня чуть не утопил! «Суженым? — удивился Туан, — Откуда он такое слово-то выкопал?» И побрёл из воды, улыбаясь своим мыслям. Завтра, после фанмитинга, они вместе с Джинёном поедут в Лас-Вегас. И да, у них там будет очень серьёзное и необходимое дело. Но об этом никто не знает пока что, разве что папочка Пак Джинён. Их неотразимый директор. Неужели слухи просочились? Марк подошёл к покрывалу, на котором двое выясняли отношения. Подслушивать не хотелось, поэтому Туан быстро взял доску и пошёл обратно. Волны были не слишком хорошие. Такие не дадут в полной мере ощутить скорость полёта, тихий восторг от спора со стихией… — Марк-хён… — окликнул вдруг его Бэмчик. Туан обернулся и заметил слёзы на глазах парня. Такого ещё не было, чтобы Конпимук плакал. Со времён трейни… — Что тут у вас? — удивился старший и перевёл взгляд на Джексона. Тот выглядел не лучше. Огромные глаза словно заморозили, накидали туда колотого льда, как в виски… — Да что происходит? — Сядь, хён, успеешь ещё надуреться… — похлопал рядом с собой Ван. — А Джинёна-хёна не позовёшь? — спросил Бэм Джексона. — Ну уж нет! — вскричал Ван, — Хватит с меня и одного! Давай, повтори ему то, что ты сейчас мне сказал! — разбушевался Джексон. — И повторю! — злые слёзы брызнули из глаз младшего, а Туан посмотрел в сторону океана, где кричали и смеялись остальные. Им так было весело, что эти крики разносились по всему пляжу. Марку даже захотелось очутиться там, только бы не смотреть на мокрые глаза Бэмчика и не тонуть в таком затравленном выражении лица Вана… — Марк-хён… Туан отбросил доску, уселся рядом и протянул руку, чтобы вытереть слёзы, это получилось как-то само собой, но Конпимук отпрянул. — Он влюбился в тебя! — вскричал Джексон таким голосом, что оглушил Марка. — Не влюбился! — одёрнул его БэмБэм, — Всё совсем не так… — А как? — Туан подсел поближе, рассматривая младшего, завораживая его глазами, которые были чертовски проникновенными. — Я люблю тебя… Джексону это не нравится… Но, ты же знал, да? — смог выдавить из себя Бэм. — Почему это мне не нравится? Наоборот… Обожаю извращенцев…а уж групповухи мне вообще интересны с малых лет… — зло прошептал Ван. — Ну что ты говоришь?! — прикрикнул Марк, — Да, я знаю, что он меня любит, это ещё со времён трейни… А что в этом плохого? БэмБэм, я тоже тебя люблю…я же говорил… — Не-е-ет… — протянул раскатисто Джексон, — Он тебя как мужик мужика любит, а не как человека… И, да! Скажи ему и про любовь к Джинёну! Пусть порадуется… — повернулся Ван к младшему, — Скажи, скажи! Всё равно же все узнают… — Ну и что, — спокойно заговорил Марк, — Странно было бы не полюбить такого красивого Пака. Я понимаю БэмБэма. Что тут такого? — Не думай, я умею держать себя в руках… Никогда не сделаю чего-то странного… Обещаю… — Вот видишь, он сейчас как Ёж заговорил. Ты его случайно, тоже не любишь? — издевательски пропел Джексон. — Нет…я люблю Марка…и Джинёна. Пусть я извращенец, но это правда. И я больше никогда не буду твоей мягкой игрушкой, Джексон… Никогда. — А как же Югём? Что станешь с ним делать? Будешь теперь его игрушкой? — зло заговорил Ван, а Марк шлёпнул его по губам. Это было так неожиданно, что Джексон резко замолчал, приходя в себя. — Ким всё знает, — прошептал Конпимук и посмотрел на Марка, словно перед ним отчитывался. — Что ты меня-то бьёшь? — спохватился Ван, — Меня кинули, между прочим! А не я. — Никто тебя не кидал, Джексон… Ты просто сам определись…ты же всё время мечешься между нами… Ну, я не говорю про чужих людей, это касается только нашей семьи… Ты любишь то Марка, то Джинёна, то меня, то Югёма. Сам реши, кто тебе нужен? — быстро заговорил Бэм. — Ты мне нужен, ты! — вскричал Ван, — Сам что ли не видишь? — Джексон повернулся к младшему и ухватил его за руку. — Нет-нет, это неправда! К тебе я точно не вернусь. Ты навсегда останешься моим лучшим другом, но на этом всё! — Бэмчик встал и спрятался за спину Марка. — Ладно, вы можете дальше разбираться, а я пойду…меня Джинёни ждёт… — Марк махнул рукой в сторону океана и все посмотрели туда. Пак действительно что-то кричал Марку и махал руками, как будто больше не мог без него обходиться. — То есть, ты спокойно пойдёшь сейчас к своему любимому актёру, а ему что делать? — разозлился Ван и потянулся к младшему. Тот отошёл ещё на пару шагов. — Ты не лезь пока к нему, — Марк встал и обнял Бэма, притягивая его к себе, но обращаясь к Вану, — Пусть всё обдумает. Каждый имеет право на своё решение. — Ты Джинёну ничего не скажешь? — просительно заглянул Бэм в лицо Туана. — Нет. Зачем? Я думаю, ты и сам сможешь это сделать…если, конечно, захочешь… — Я скажу… Потом… Не хочется, чтобы он меня гнобил… — Он не будет над тобой издеваться… — Марк вытер слёзы младшего и почему-то на душе стало муторно, и тоскливо. БэмБэм — сильная личность, он справится. Но облегчение не приходило. Было тяжело, как будто тонну песка перенёс на своих плечах. Нужно было ещё что-то сказать, но Туан не знал, что? — Почему я сейчас чувствую себя последним дерьмом? — заговорил Джексон, — Я что, такой толстокожий? Думаете, мне не нужно тепло? Я что, виноват, что всех люблю? Мне вы все близки и дороги. Без вас я сдохну от горя. Мне что, нельзя вас любить? — Можно, Джексон…только не перегибай палку. Не переходи с любви на секс, понятно выражаюсь? -строго сказал Марк и отпустил БэмБэма. — Я не буду, — вдруг вместо Вана ответил Конпимук, — Я всё понимаю… — Будто я не понимаю?! — разозлился Джексон, — Просто вы все такие красивые, что поневоле приходят в голову дурацкие мысли… Я что, виноват? — Не виноват, не виноват, только усмиряй свои плотские желания. А то совсем разучишься отделять зёрна от плевел и тогда погрязнешь в хаосе похоти. — улыбнулся Марк. — И что мне делать? Кто мне подскажет? — Ван торопливо посмотрел на Бэма своими тоскливыми глазами. — Тебе надо научиться любить… — сказал младший, — Заново… — И тогда мне не придётся выражать сочувствие твоей взбунтовавшейся плоти, — ехидно сказал Марк и подобрал доску. Потом подмигнул БэмБэму и пошёл на этот, граничивший с истерикой, голос любимого. *** Джинён не ожидал… Мозг отказал сразу и бесповоротно. Только ощущения тёплых губ на волосах, на шее, на ушных раковинах. Поцелуи жгли, они, словно раскалённым тавром, ставили отметины. Это убивало, но вселяло надежду на вечную жизнь… Руки Туана сжимали его тонкую талию. Нож выскользнул из рук и провалился куда-то в другую плоскость… …И не было мыслей… Ничего не было, кроме этих жутких поцелуев, этой желанной страсти, которая вовсе и не страсть, а что-то другое, быть может — землетрясение или цунами…что обрушилось всей мощью и заполнило каждую клеточку тела, каждую пядь выстраданной души… Марк не давал и шанса на то, чтобы думать, говорить… Он развернул к себе любимого и нашёл наконец его губы… глаза…щёки…снова губы …подбородок… Джинён прикрыл веки, наслаждаясь тёплым дыханием, невесомыми ласками, поцелуями, что походили на трепетные и горячие крылья бабочек… Для Туана было важно одно, чтобы никто и никогда не нашёл это прибежище. Чтобы эта маленькая площадь земной поверхности затерялась где-нибудь на одном из витков мироздания. Чтобы эта уютная кухня стала невидимой для чужих глаз, растворилась где-то в параллельном мире и осталась только их спасательным кругом… Сколько они стояли вот так, прижавшись друг к другу? Никто не знал. Миры проплывали мимо… Новые звёзды зажигались и умирали… Где-то в огромном океане кит-одиночка нашел наконец свою половинку, а они всё любили и любили каждое мгновенье этого сумасшедшего вечера… Югём, которого послали за хёнами, заглянул на кухню и отшатнулся, увидев странную картину. Эти двое были так близки в эту минуту, так прекрасны, что все мысли выдуло из горячей головушки макнэ. Он покраснел и шагнул назад, потом ещё раз взглянул, не в силах воспротивиться такому взбудораживающему чувству. Мемберы ошалело посмотрели на Кима, когда он, торопясь, прибежал и не мог вымолвить ни слова. — Что, Югёми? — не выдержал Джейби, — Чего они там так долго? Где фрукты? — А давайте обойдёмся без них… Включим вот сейчас дораму погромче, а? — Что там происходит, что ты такой красный? — удивился БэмБэм. — Не ходите туда только, ладно? — почти истерично заговорил макнэ. — Они что, отношения выясняют? — догадался вдруг Ёжик. А Джейби сразу пошёл в сторону кухни. — Нет, не ходи, хён! — кинулся ему наперерез Ким, — У них всё хорошо! Даже слишком… — добавил он тихо и продолжил, понимая, что все сейчас ринутся туда, — Они лижутся, как коты…там снова любовь, как обычно… БэмБэм засмеялся слишком громко, все повернулись к нему и лидер даже приложил ладонь к его лбу, проверяя на предмет температуры. — Они помирились, наконец… — улыбнулся Ёнджэ, — Я так давно этого ждал… Марк-хён всегда его любил, я это чувствовал… — Много ты понимаешь… — разозлился Югём, — Старший хён сейчас с Джексоном…и у них уже устоявшиеся отношения… — Были… — усмехнулся загадочно Бэм. — Что ты этим хочешь сказать? — повернулся к нему Джейби и снова попытался положить прохладную руку на лоб младшего. — Да нет у меня температуры! — Бэм отодвинулся от протянутой руки, — Я хочу сказать, что Джексон изменяет Марку! А потом всё рассказывает мне, как будто мне это нравится?! Не хочу, чтобы Марк-хён походил на глупую рыбку! — Ты врёшь! — вскричал лидер. — Думайте, что хотите! Мне плевать… — отодвинулся от всех младший и замолчал, пытаясь понять смысл мелькания кадров на большом экране телевизора. — Не вмешивайся в это, хён… — прошептал Ёжик и посмотрел на ДжеБома, — Марк-хён сам разберётся, кого ему любить и за что…я в него верю, хочу, чтобы он был счастлив… — Мы все хотим, чтобы Марк был счастлив… — неразборчиво проговорил лидер, — Но понимает ли он сам, что ему для этого надо? Фиг знает… — Если они захотят уединиться, то какую комнату выберут? Джинёна или Марка? — проговорил БэмБэм. — О чём это ты думаешь?! Совсем весь стыд потерял? Рано тебе ещё об этом говорить! Вырасти сначала! — прикрикнул тихо лидер, боясь, что напугает двоих на кухне. — Я уже вырос… А вы и не заметили… — засмеялся Конпимук. — Пойдём! — Югём встал из кресла и потянул Бэмчика в свою комнату, — Мне нужно тебе кое-что сказать… — Что бы не случилось, держите язык за зубами… — оповестил всех ДжеБом. *** Джинён пришёл в себя, когда услышал какой-то шум из комнаты. Марк стоял, прижавшись к нему всем своим телом и было тепло, и хорошо. Ничего не хотелось выяснять. Ни о чём не хотелось спрашивать. Всё и так было просто, и понятно. Они любят друг друга. Как и раньше. Когда-то давно-давно, быть может даже в другой параллели, но это ведь неважно… Важна только данная секунда — здесь и сейчас… А что будет потом? Всё равно. — Джинёни…как мы теперь будем жить? — вдруг пробрался шёпот Марка, такой трепетный, знакомый. — Я не могу без тебя… — смог только это сказать Пак. — Что мы будем делать? — Марк отстранился слегка, чтобы увидеть любимое лицо. И тут же утонул в этих, вспыхивающих горящими углями, глазах. — Я не знаю… А что нужно делать? — не понимал Пак. Ощущая всеми нервами такой вопрошающий взгляд Марка, — Ты про Джексона? — Джексон? — удивился Туан, — Да, я совсем забыл… — растерялся он. — Ты скажешь ему? — Джинён прижался к любимому и задышал шумно в ухо, распаляя себя. — Я ему скажу… — решил Марк, — Обязательно. Как только он вернётся…сразу же… — Мы не можем стоять тут вечно… — проговорил Джинён, целуя шею. — Пойдём и скажем всем, что мы больше никогда не расстанемся… — Туан взял Пака за руку и глубоко вздохнул. — Думаю, нас поймут? — то ли спросил, то ли констатировал Джинён. — Поймут… Джинёни, я не смогу тебя больше отпустить…ты пойдёшь ко мне? — Нет, х-ё-ё-н! Лучше ко мне…я не хочу…там где был Джексон… — К тебе нельзя…там макнэхи… — нервно сказал Туан и прижал любимого к себе, — Я хочу тебя, Джинёни…ты понимаешь меня? Так давно хочу, что больше не могу ждать…всё во мне сейчас вибрирует, ты чувствуешь? — Да… — дрожа ответил Пак, — Мне страшно… — Чего ты боишься? — Марк попытался заглянуть в прекрасное лицо. Но Пак спрятал щёки на груди Туана, — У тебя никогда никого не было? — тактично спросил Марк. — Ты… — прошептал Джинён, — Только ты… — Мог бы и не спрашивать… — улыбнулся сам себе Марк, — Не бойся меня… Я никогда не сделаю тебе больно, обещаю… Я просто не хочу тебя больше терять… Хочу быть с тобой…всегда… — Я тоже… — Джинён прижался ещё крепче, хотя, куда уж сильнее? — Тогда идём… Всё им скажем и ты будешь сегодня со мной…всегда будешь… — решительно повёл его Туан из кухни. — Так нельзя, Марк… Джексон вернётся, а в его комнате — я… Это подло… — А что тогда? — занервничал Туан. Он и сам понимал, что так не годится. — Мы должны пока остаться каждый в своей комнате… Когда приедет Ван, ты с ним поговоришь и тогда мы сможем быть вместе… — решил Джинён. — Тогда постоим здесь, не хочу тебя отпускать… — Пока Джексон не приедет? — улыбнулся Пак и сверкнул своими глубокими глазами. — Пока рак на горе не свистнет… — подхватил Марк и отыскал губы парня.