Жить или умереть

Едва мы поднялись на второй этаж и сделали шаг с лестницы в коридор, как из ниоткуда возник Дьявол в истинном и пугающем своем обличии, дыша огнем и на километры вокруг распространяя паленый запах скандала и обвинений. Короче говоря, в коридоре, резко распахнув дверь своего номера, оказался Джей и, не мигая, уставился на меня. -Дже-ей, - ненатурально весело протянул я, имитируя радость от встречи и глупо улыбаясь во все свои тридцать два зуба. -Ла-а-амберт, - протянул он, скрипя зубами так, словно хотел перетереть их в крошки. По фамилии зовет - плохой знак... -Плохой знак, - пробормотал я вслух. -Ты что, потащил его с собой? - громко зашептал Джей и поспешно огляделся, не услышал ли кто. -Есть неувязочка, Джей... -Быстро сюда! - перебил он и зашел в номер. Мы с Томом переглянулись; я пошел первым. Зайдя в номер, Том закрыл дверь и посмотрел на меня, я - на Джея. -Как ты узнал, что мы вернулись? - спросил я. -Я видел машину из окна. Какого черта, Адам? Ты потащил его с собой? Тебе что, мало острых ощущений? Я открыл рот, но сказать ничего не успел. -Джей, это я его заставил, - подал голос Том. Я повернулся и в упор уставился на него, но он спокойно смотрел на Джея; только глаза все еще светились огоньком радости, как в машине, сбивая меня с мыслей и напоминая, что я едва-едва не... -Я узнал, что он Альфа, - продолжал Том, - и захотел, чтобы он отправился со мной. -Да вы что, с ума посходили?! - взвыл Джей. - Два вора на мою голову, за что?! -Хочу тебе напомнить, что Тома в группу предлагал взять ты, - язвительно отозвался я. -Спасибо, Адам, - вставил Том. - Я тоже тебя люблю. Я открыл рот, хоть и понимал, что это не тот смысл, который мне бы хотелось слышать в этих простых словах. Он сказал это в качестве шутки, сарказма, но я почувствовал себя так, будто пол уходит у меня из-под ног и я стремительно падаю в пропасть. Как бы мне хотелось, чтобы он сказал это серьезно... -Он собирался завязать, но я уговорил его пойти со мной на это. Если у тебя все еще есть желание отчитывать нас, Джей, то ограничься мной, - Том сделал паузу и добавил, мельком улыбнувшись. - Адам хотя бы не попадался. Джей, не мигая, смотрел на него, и мне кажется, я догадывался, какие мысли крутились в его голове в этот момент. Мне даже казалось, что мы думаем об одном и том же... Том, помолчав, добавил, ставя в разговоре ощутимую точку: -И перестань притворяться, пожалуйста; я знаю, что ты не умеешь отчитывать его за это, потому что привык. Адам мне рассказал. Джей охнул и сжал голову руками. На секунду мне показалось, что он сейчас разнесет все к чертям, но он выдохнул и замер, успокаиваясь. -Много забрали? - спросил он, совладав с собой, и закрыл глаза, устало потирая их пальцами. Том молча кинул на его кровать мешочек, который по-прежнему сжимал в руках. Я только сейчас, услышав стук украшений в мешочке друг об друга, подумал о том, что не попадись мы Джею, нас могли застать другие люди, и объяснить это мы бы не смогли... -Убери это, - брезгливо ответил Джей, косясь на мешочек как на что-то неприличное. - Я не буду смотреть, мне неинтересны эти ваши дела... Следов хоть не оставили? -Нет, - ответил я, совладав наконец с собой. -Потому что, Том, каким бы гением музыки ты ни был, но если Адам из-за тебя угодит в тюрьму, я буду первым в очереди на твое убийство, - ухмыльнулся Джей, глядя на Тома с оценивающим прищуром. -Если я из-за него попаду в тюрьму, значит я буду виноват в этом сам. Не забывай, что это я его учу, а не он меня, - вставил я. И подумал: еще неизвестно, кто учит и чему... -А ты перестань его защищать, нашелся тут! -Что, выполняю твою роль? -Пошел вон! И до завтра я тебя видеть не желаю! -С удовольствием, прелесть моя, - усмехнулся я. - Пойдем, Томми. Том, не говоря ни слова, забрал мешочек, развернулся и вышел из номера. Едва я взялся за ручку двери, собираясь закрыть ее за собой, как меня остановил Джей; голос его прозвучал так же устало, как после слов Тома, и чуть тише, чем обычно. -Адам, - позвал он. Я обернулся. Джей внимательно смотрел на меня, и мне показалось, что он борется с собой. -Ты правда хотел бросить? - спросил он наконец, сдавшись. Я помолчал. -Да, хотел. -Из-за него? -Да. Джей вздохнул. -Значит, это не просто симпатия? Что-то сильнее? Я неопределенно повел одеревеневшими плечами. -Возможно. До завтра, Джей. И только прикрыв за собой дверь я позволил себе отреагировать на это самой маленькой частью своего существа: просто сердце забилось сильнее, потому что ему, как никому и ничему другому, было лучше всего известно о моем "непростом" положении. Пальцы сами потянулись к уголку губ, хотя никаких ощутимых следов там быть не могло. Спать не хотелось, но следующий день должен был быть тяжелым из-за перелета, и я, лежа в кровати с закрытыми глазами, мысленно уговаривал себя поспать. Я знал, что утром, если не высплюсь, буду дико злой, и что до самолета поспать мне не удастся, но сон никак не шел. Одолевали мысли о прошедшем дне и перед глазами стояли самые яркие моменты: как ловко Том взламывает замок, как просит меня положить на место подвеску, как обнимает, отстраняется и... Меня бросило в жар и захотелось откинуть одеяло и открыть окно; остановила мысль о том, что в ноябре не хватало только спать с открытыми окнами. А кадр, стоявший перед глазами, никуда не исчезал: я поворачиваю голову и его губы скользят по моей щеке к уголку моих губ; я чувствую его дыхание; еще немного времени, нетерпения, - и все, срыв, беспамятство, падение; я бы сдался, я бы... -Научись запирать дверь, милый, - иронично прошептал на ухо знакомый голос. Я резко открыл глаза и подавил желание по-женски натянуть одеяло до подбородка, хотя никаких причин для этого не было, потому что минимум одежды на мне все-таки был. Но в первую секунду я был ошарашен и перепуган; кадр растаял и мои глаза смогли выхватить из темноты бледное, но улыбающееся лицо Тома; его тонкую маечку и шорты. Если бы я мог вывести свои мысли и реакцию на бумаге, то это были бы три пустые строчки, обозначающие мой ступор вначале, и несколько бессвязных слов вперемешку с ругательствами. -Том? - опешил я, едва не повысив голос до фальцета и только в последнюю секунду вспомнив, что уже поздно. - Какого... ты что здесь делаешь? -Не могу заснуть. Слишком перевозбужден. Я чуть не брякнул: "я тоже". -И что ты делаешь здесь? - спросил я, стараясь унять волнение. -Пришел к тебе: вдруг ты тоже не спишь, - он пожал плечами. -Ты меня так напугал, что уже и не засну, наверное, - пробурчал я. -Хорошо, - Том улыбнулся. - Значит я смогу побыть с тобой. Мне совсем не хочется спать. Он лег рядом со мной, подперев голову рукой. -Ты хотя бы дверь запер? - спросил я, скользнув взглядом по его телу. - Не дай Бог, нас кто-нибудь увидит. Особенно Джей. -Запер, - он как-то лукаво улыбнулся. - Не понимаю, почему ее не запираешь ты. -Забываю, видимо... - пробормотал я. Учитывая, что спросил у меня Джей перед тем, как я вышел из его номера, забыть было несложно. Я протянул руку и взял с тумбочки телефон, чтобы посмотреть время. Два часа ночи. -До сих пор не могу поверить, что мы сделали это, - тихо пробормотал Том, разглаживая пальцами складки на одеяле. Я молча смотрел на него, а он продолжал, будто и не требовал ответа. -До того, как я вышел из машины, меня трясло. Я не преувеличивал, когда отвечал тебе на вопрос готов ли я. Я думал, что не смогу и в любую минуту начну кричать, чтобы ты отвез меня обратно. Все было продумано, готово, а я не мог. Не знаю, заметил ли ты, что когда я надевал перчатки, у меня дрожали руки, - Том усмехнулся. - Кажется, мне никогда не было так страшно. Пока я не достал отмычки, я весь дрожал. А потом... стало легче. Я смотрел на тебя и понимал, что ты не волнуешься. Ты вел себя как перед выходом на сцену, - он кривовато улыбнулся, имитируя спокойствие, но я видел, что эти слова даются ему нелегко. - Будто это было для тебя очередной дозой кайфа. Так же ты чувствуешь себя, когда предвкушаешь выступление? И мне хотелось быть таким же спокойным. На самом деле, по-настоящему успокоился я только в машине. Но не когда мы сели в нее, а когда отъехали подальше от магазина. Вот тогда стало действительно спокойно. Он замолчал и это было похоже на сигнал к действию, к ответу. Я откашлялся, прогоняя мысли о том, что мне, как раз таки, в машине после всего этого спокойнее не стало... -Со стороны так не казалось, - наконец произнес я. - Выглядело так, будто ты четко все продумал и знаешь, что делать. И я наоборот думал, что ты спокоен и ничего не боишься; ты так уверенно взламывал замки, отключал камеры, говорил и действовал. Ты меня направлял. Да, - усмехнулся я, когда Том в сомнении поднял одну бровь, - именно направлял. Потому что сколько бы лет я ни был Альфой и какой бы опыт ни имел, но волнуюсь я всегда как в первый раз. Ты прав, это вполне можно сравнить с выступлениями на сцене - и там, и там я волнуюсь, будто впервые, и немного предвкушаю. Но музыка выигрывает в плане предвкушений; за нее меня хотя бы не посадят в тюрьму. Том тихо рассмеялся и даже мне как-то полегчало. -Спасибо, Адам, - серьезно произнес он. - Это действительно было что-то фантастическое. Я не могу описать, как мне было необходимо отправиться туда - не потому, что я получаю удовольствие от этого, - а отправиться именно с тобой. Здесь есть большая разница... "Назови ее," - в отчаянии подумал я, глядя на него. - "Давай, признайся..." -Не за что. Может, мне тоже было чему у тебя поучиться, - он с недоверием посмотрел на меня и я не удержался от улыбки. - Например, умению скрывать эмоции. -Очень смешно, - съязвил он, улыбаясь. - Но, черт, почему у тебя в номере так холодно? И к моему огромному удивлению, он вдруг откинул край одеяла и забрался под него, укладываясь рядом со мной. Я так опешил, что даже не нашел, что сказать, кроме вполне очевидного вопроса. -Что ты делаешь? Он испытующе посмотрел на меня. -Ты против? -Н-нет, - запнулся я, на секунду представив, что со мной станет, если он ляжет рядом со мной. Ляжет в постель человека, который - как он прекрасно знает - неровно к нему дышит и который не раз признавался ему, что балансирует на грани между правильным и желанным. Том лег рядом, свернувшись клубочком, и накрылся одеялом так, что видны были только темные глаза с хитрым блеском, в темноте терявшие свой шоколадный цвет и становящиеся черными. -Мне спокойно рядом с тобой, - пробормотал он. - Хорошо. Тепло. Он зевнул, и я подавил дикое, захлестывающее умиление. -Смотри, чтобы тебя Джей не услышал, - предупредил я, - а лучше не увидел. Ты точно запер дверь? -Точно, - кивнул он. "Запер дверь, пришел и лег рядом... За что ты так со мной, Томми?" Он снова зевнул. -Перевозбуждение сошло на нет? - осторожно поинтересовался я, поморщившись от первого слова. -Просто стало легче, - ответил он, туманно отсылая меня к своему рассказу. -Ты собираешься здесь спать? - спросил я, приходя в ужас при одной мысли об этом. Я не представил себе, как утром Джей придет яростно стучать в мою дверь, пока я не открою и он не увидит Тома. Я представил, как буду лежать рядом с ним в темноте, в одной постели, под одним одеялом; рядом с таким желанным и близким телом... -Да. Если я вернусь к себе, то снова буду ворочаться и плохо спать. После насыщенных событиями дней всегда снятся тяжелые сны... Я сойду с ума этой ночью. Но в то же время я подумал, что буду играть этой ночью своеобразную роль его хранителя, талисмана, успокоительного, снотворного - можно называть как угодно. Смысл все равно не изменится: этой ночью я буду оберегать его сон, чтобы кошмары пережитых страхов и волнений не мешали ему. Рыцарским мыслям, однако, не суждено было поднимать мою самооценку на вершину установленной планки, потому что Том, закрыв глаза, придвинулся ко мне поближе и обнял. Несколько секунд я смотрел на тонкую белую ручку поперек своей груди, а потом монстр внутри меня оглушительно взревел. Моя грудь вдруг стала перегородкой, и я явственно мог видеть и ощущать стенания монстра внутри и объект его - и моих - желаний, так по-детски обнявший меня как игрушку. Запах его волос свел меня с ума за ту долю секунды, когда я сделал вдох, чтобы мыслить рационально. И ни черта не вышло: рациональность развалилась подобно карточному домику, погребая часть мыслей под собой, а другую часть прогоняя, словно тараканов от света. Я задержал дыхание, чтобы не сорваться, но напряжение сковывало даже пальцы на ногах от дикого, невыносимого желания. Лежащий рядом со мной Том, находясь на грани сна, даже и не подозревал, должно быть, какая угроза нависла над ним. Я смотрел на светлые волосы, на тонкую белую руку на моей груди, на длинные ресницы, на губы... Я был уверен, что еще секунда, две, три - не важно, и я сорвусь, я наброшусь на это тело, я растерзаю его, я подчиню его себе... Я не знаю, каким чудом я удержал себя. Ритм сердца потихоньку начал выравниваться, пока я неотрывно смотрел на него, пытаясь успокоиться и ни о чем не думать, бросив все силы на самоконтроль. Когда мне стало казаться, что я возвращаю свое состояние в норму, Том тихо выдохнул и пальчики его руки на моей груди чуть дрогнули. Стараясь не разбудить его, я аккуратно улегся поудобнее, накрывшись одеялом потеплее (я не чувствовал холода и несколько секунд обдумывал мысль, не разыграл ли это Том, чтобы лечь рядом со мной, но не без сожаления отпустил эти приятные размышления, которые грозили моему самоконтролю треснуть по швам) и укрыв Тома. Его рука на моей груди напряглась, притягивая меня ближе к нему. Аккуратно выдохнув, я постарался успокоиться, пока бешеный ритм моего сердца, не дай Бог, его не разбудил, а потом закрыл глаза, сосредоточив все внимание на тепле и приятной тяжести на своей груди. Не знаю, сколько я лежал без сна, размышляя, но перед тем, как провалиться в долгожданный сон (именно провалиться, а не безмятежно заснуть), я подумал о том, что мне бы хотелось всегда ощущать его вот так рядом.