Жить или умереть

Джей, видимо, понадеялся на мое понимание и осознание ситуации, потому что телохранители тем же днем поселились в отдельном номере, а мы с Томом теперь могли проводить вместе каждую свободную минуту (чем мы и занимались вплоть до сдержанного стука в дверь и негромкого "ужин через пятнадцать минут"). Джей также решил сегодня прилежно доиграть роль любящего отца и не вламываться в наш номер, когда мы заняты. Следующим вечером у нас был концерт в Берне и был почти целый день, который можно было провести вместе, если дядюшка Джей разрешал сдвинуть репетицию. Дядюшка Джей сказал, что я - безответственный эгоист, который думает только о развлечениях, но уже через двадцать минут бодро шагал с нами по улицам, упершись взглядом в путеводитель и время от времени начиная громко орать о том, что на втором перекрестке нам нужно повернуть налево, там будет площадь с выходом к парку и магазинам. Моя рука, пока мы шли, очень комфортно лежала на хрупких плечах, притягивая моего котенка ко мне, и я чаще смотрел под ноги, чем по сторонам, стараясь идти с ним шаг в шаг. И всякий раз, когда я выравнивал скорость своей ходьбы, у меня мелькала мысль, что я бы хотел делать с ним в унисон все - дышать, жить, открывать и закрывать глаза. Или никогда их не закрывать. You know that I wish that this night would never be over... -Это уже третий перекресток, - возмутился я после очередного крика Джея о том, куда поворачивать. - Ты что, путеводитель вверх тормашками держишь? Джей захлопнул тоненькую книжечку и уставился на обложку. -Да почему вверх тормашками? Все правильно, - раздраженно ответил он, снова открывая его на той же странице, где был. -Тогда почему мы уже проходили мимо этого кафе и эта официантка уже улыбалась нам? -У тебя мания величия, Адам. Все тебе улыбаются. -Лучше скажи, что у него зрение плохое, - перебил Том, кивая в подтверждение своих слов. -Зато я очень хорошо вижу, что кто-то сейчас доиграется со своими шуточками, - пригрозил я, не ожидавший такого предательства со стороны своих "тылов". -Ну, давай, очень страшно, - отпарировал он. -А ты почему такой спокойный? -Потому что ты не умеешь угрожать, - влез Монти. - Даже мне не страшно. -Да потому что я не тебе угрожал! То-ом? -Хуже твоего переслащенного кофе уже ничего не будет, - отозвался Том, глядя под ноги, но я заметил, что он улыбается. Впереди раздался негромкий смешок, и Джей с преувеличенным вниманием уставился в карту, вновь считая повороты и перекрестки. Ах так? Весело очень, значит? -Джей, снега вокруг нет, поэтому я не буду тратить время и сразу кину в тебя камень! А ты, - обратился я к Тому, - перестань увиливать от разговора. -Да запросто, - он пожал плечами. - Ты только сначала укажи, где разговор, а то пока ты только угрожаешь. Я вспыхнул. Это переходит все границы! -То есть... - начал я, но он не дал мне договорить. Резко остановившись, Том повернулся ко мне. Моя рука по-прежнему лежала на его плечах и убирать ее я не собирался; когда он повернулся, то оказался ко мне почти вплотную. Это меня, конечно, устраивало, но таким образом он заранее выигрывал все дебаты и споры, потому что стоял ко мне так близко и смотрел на меня так нежно... -Почему ты замечаешь, кто и когда тебе улыбается и как проявляет свой интерес? - спросил Том; уголки его губ чуть приподнялись в лукавой улыбке. - Ты не думаешь, что я могу ревновать тебя вне зависимости от пола и мотивов человека, который шлет тебе улыбку? -А есть смысл ревновать? - спросил я, немного озадаченный и одновременно гордый тем фактом, что он ревнует меня. Ревнует к кому-то, кто никогда с ним не сравнится. Зимнее солнце, выйдя из-за туч, ненадолго осветило его лицо, скользнув по волосам и ресницам, и замирая на бледных щеках и вздернутом носике. Оно светило ему в глаза, и моему котенку приходилось щуриться. Почему-то это разливало у меня внутри невероятное спокойствие, по своей теплоте сравнимое лишь с любовью к человеку, который прижимался ко мне так близко, будто это солнце совсем не греет. Мне бы хотелось остановить время. There's plenty of time to sleep when we die... -Посмотри на себя, милый, - нежно сказал он, опуская глаза, чтобы спрятаться от солнца за длинными ресницами. - И посмотри на меня. И посмотри, как безумно я люблю тебя. Ты правда считаешь, что за такой ослепляющей любовью я способен разглядеть, к кому стоит ревновать, а к кому - нет? У меня перехватило дыхание. -Они все одинаковые для меня: потенциальные конкуренты на мое место за твое сердце, - продолжил он с улыбкой и притворно вздохнул. - Все хотят отнять у меня мое чудовище. Музыканты уже ушли от нас прилично далеко, а мы не могли сдвинуться с места. Я забыл про город, в котором мы находились, и окружающих людей, а о чем думал Том - я не знаю. Я видел только темные глаза, светящиеся такой невероятной любовью, и больше ничто вокруг не имело смысла. -Но ты же должен понимать, что мне никто не нужен, кроме тебя, - сказал я, с трудом собирая свои мысли по периферии мозга. Моя рука на его плечах притянула его ко мне поближе. Настолько близко, что, отвечая, он выдыхал в мои губы. Сбивало это, кстати говоря, не меня одного... -Должен, - согласился он. - Но разве с тобой я могу использовать холодную логику? Да еще и знать, что творится у тебя в голове... -Это связано. -Твоя голова и логика? Вот уж сомневаюсь. Он засмеялся. Я бы присоединился к нему, но он был так нестерпимо близко, а его губы такими теплыми в этот зимний день, что я практически потерял голову, прижимая его к себе и целуя. Ничуть не расстроенный прерванным весельем, Том обвил мою шею руками. Со стороны, наверное, мы выглядели как парочка влюбленных, но мне было наплевать. На миф о том, что мы просто друзья, который все равно никто не поддерживает, на прессу, на людей вокруг. На все. So let's just stay awake until we grow older... Мягкие губы чуть сдвинулись по моей коже к щеке, а запечатлев на ней поцелуй - тут же отстранились. Я нехотя отодвинул свое непослушное тело на приличное расстояние, но руку с его плеч не убрал. Мы, не говоря ни слова, развернулись и медленно побрели в сторону музыкантов, чьи силуэты почти слились с горизонтом, но даже отсюда я слышал громкий голос Джея, спорившего с кем-то. -А ты ревнуешь меня ко всем людям? - спросил я, не успокоенный таким быстрым закрытием такой щекотливой и интересной для меня темы. Том кинул на меня сомневающийся взгляд. -Я не замечал за тобой странных пристрастий, поэтому пока только к людям, но, да, ко всем, - ответил он. - А о чем ты? -Садист, - беззлобно бросил я и поднял одну бровь. - А как же отличать людей от столбов? Он закатил глаза. -Адам, я не Отелло. Если ты начнешь вытворять со столбами то же, что со мной, то я, конечно, подумаю. А пока они на тебя не претендуют, я могу быть спокоен. Но если тебе очень хочется, то на пару свиданий с каким-нибудь столбом я тебя отпущу, так и быть, - он лукаво прищурился и подмигнул мне. - Попробуешь новое. -Дурак, - я надул губы. -Зато предусмотрительный и легко иду на компромиссы, - улыбнулся он. -На любые компромиссы? Том с подозрением посмотрел на мои прищуренные глаза, услышав внезапную заинтересованность в моем голосе. -На большинство, - осторожно ответил он. -Хорошо. Я хочу тебя прямо сейчас, - увидев удивление на его лице, я усмехнулся. - Где мы будем искать компромисс? -Где-то в твоих джинсах. -Мне нравится ход твоих мыслей... Куда пойдем? -Для начала догуляем с группой, - хмыкнул он. - А потом запремся в номере и пропустим ужин. Если, конечно, ты не рассчитывал выпить на ночь еще одну... -Скоро от твоих шуточек о переслащенном кофе меня будет тошнить больше, чем от самого кофе, - перебил я, содрогнувшись. -Прискорбно, - он вздохнул. - Придется искать новый предмет для шуток. -Не этой ночью. -Разумеется, - улыбнулся он, прижимаясь ко мне поближе. Мы нагнали группу за несколько минут: они остановились на перекрестке. Спорил Джей с Монти, который тоже, вслед за мной, стал замечать, что Джей водит нас по кругу. Мы подошли и остановились рядом с музыкантами так, словно и не отходили от них. Подул ветер и Том спрятал лицо от холодного порыва за широким воротником свитера. Я обнял его, поворачиваясь спиной к ветру, и он уткнулся лицом в мою куртку, чуть дрожа от холода. Ощущение гармонии и покоя приятно сплелось внутри с любовью и легкой эйфорией, наступившей после его признания и прочно обосновавшейся везде, где только можно; даже в кончиках моих пальцев, которые так не хотели заправлять непослушную прядь челки моего котенка за ухо и чуть дрожали. If I had my way we'd never close our eyes... -Идем, - угрюмо бросил Джей, прерывая нашу идиллию. - Поворачиваем направо. -Сдался все-таки? - улыбнулся я и подмигнул Монти. Джей не ответил.