Жить или умереть

-Я жду объяснений. Я уверенно поворачиваю ключ зажигания, и на фоне зарычавшего мотора едва слышно раздается щелчок ремня безопасности: пристегнулся только Джей, сидящий рядом со мной. Том на задних сидениях лишь скрещивает руки на груди. -Что именно ты хочешь знать? - холодно спрашивает он. -Какого черта, - я откидываюсь на спинку сидения, - ты сбежал после концерта, - я нажимаю на газ, - ничего не сказав? Я поворачиваю руль, отъезжая от склада. Пистолет Дэвида был брошен рядом с его телом, а все отпечатки пальцев с рукояти стерты. Мы возвращаемся в отель, и несмотря на то, что мы оба живы, я чувствую надвигающуюся бурю, потому что слишком много вопросов возникло после разговора с незнакомцем. И я действительно не знаю, куда это все повернет, потому что после всего, что произошло за эту ночь, я вижу, как много он скрывал от меня... Том закусывает губу, словно прочитав мои мысли. -Я видел его в зале. Снова, - отвечает он наконец. - И после концерта я вышел через черный ход к нему, потому что знал, что он будет ждать. -Зачем? Он опускает глаза и рассматривает свои руки. Молчание затягивается, и чем дольше он молчит, тем больше мне параноидально кажется, что он пытается что-то скрыть. -Хотел убедить его оставить нас в покое, - чуть слышно отвечает он наконец. -Убедить? - ядовито переспрашиваю я. - Он два раза пытался нас убить и один раз - сдал полиции, а ты хотел поговорить с ним? -Я хотел убедить его, что мы бросили. Ты же слышал, что он говорил... -Ты отправился в лапы к убийце, - перебиваю я, - прекрасно зная, что мы убили его сына? И надеялся, что он пощадит нас? Откуда такая наивность, Том? Пауза. Джей рядом со мной делает вид, что интересуется проносящимся за пассажирским окном городом, но неловкость, которую он чувствует, присутствуя здесь, так ощутима для меня, что хочется остаться с Томом наедине и выяснить все без свидетелей. Том хмурится. Я понимаю, что он не так наивен, как хочет показать, а это означает, что он мне сейчас что-то не договаривает. Снова. -Хорошо, - выдыхаю я, поняв, что он не собирается отвечать. - И что потом? Ты отправился к нему и...? -Он был с охранниками, - неохотно продолжает Том, отвернувшись к окну. Отсветы оранжевых фонарей скользят по его лицу, пока мы стремительно проносимся мимо них по пустой дороге. Я почти не слежу за движением, потому что едва заставляю себя отвести взгляд от его лица в отражении зеркальца заднего вида. -Он сказал, что надеялся на мое понимание и, видимо, не напрасно, - Том криво усмехается; его взгляд рассеивается, ни на чем не фокусируясь, глядя в никуда. - Но сказать я ничего не успел. Человек, который встретил тебя у склада... Томми делает паузу и сглатывает. Я не замечаю, что сильнее сжимаю руль и задерживаю дыхание, ожидая продолжения. -...его звали Марти, - Том продолжает, понижая голос так, что я едва слышу его на фоне работающего мотора. - И он должен был сделать так, чтобы я оказался в машине. Джей поворачивает голову, забыв о своей показной незаинтересованности к нашим выяснениям отношений, и во все глаза смотрит на Томми, затаив дыхание и прислушиваясь. -Сначала я отбивался, - Том снова сглатывает. - Только их было больше. Он поднимает вверх руки и смотрит на меня в зеркальце заднего вида. Я бросаю взгляд на его кожу, испещренную длинными красными полосами, и сжимаю зубы. -Это его любимый прием, - спокойно говорит Том; его глаза странно блестят в полутемном салоне автомобиля. - Может, ты видел у него на руках это сомнительное украшение с лезвиями? Когда он бьет, это очень больно... Я смотрю на дорогу впереди, игнорируя зеркальце заднего вида и взгляд, устремленный на меня в это зеркальце. Джей судорожно выдыхает. -Дэвид не солгал тебе, когда говорил, что я долго сопротивлялся... Том опускает голову, разглядывая свои царапины; челка падает на его лицо. -Я смутно помню, что было дальше. Помню, как он повалил меня на землю и как я закрывал лицо руками... Кажется, ему удалось стащить с меня обручальное кольцо? Том поднимает на меня взгляд, и я молча киваю. -Они передали это кольцо в конверте, - вдруг говорит Джей и поворачивается, глядя на Тома. - Передали через охранника Адаму. Том переводит взгляд с Джея на меня. Я чувствую его прожигающий взгляд на своей спине, но упрямо не поворачиваюсь и игнорирую зеркальце. В этот момент я ненавижу и себя, и его: себя за то, что у меня на лице отображаются все эмоции, и его - за то, что он их понимает. -Чуть позже, - добавляет Джей, и Том снова смотрит на него, - они передали записку с адресом... -Что было в записке? - перебиваю я. Джей и Том вздрагивают и смотрят на меня. -В той записке, которую ты сжег, Том, - сухо поясняю я. Я не выдерживаю и откидываюсь на спинку кресла, бросая на своего любовника взгляд в зеркальце. Он чуть бледнеет, но сжимает губы и тихо отвечает, пристально глядя в мои глаза. -"Не испытывай мое терпение, Том. Я знаю, что ты не воспользуешься тем, что ты забрал у меня, потому что это подставит вас обоих под удар. А вы оба либо очень глупые, либо очень смелые". Он цитирует это без запинки и безошибочно угадывает мои мысли, поэтому тут же добавляет. -Я повторял себе это так часто, что выучил наизусть. И, конечно, я знал, что рано или поздно мне придется встретиться с ним, потому что он слишком хорошо знал меня, чтобы утверждать, что я не воспользуюсь вещью, которую забрал. Потому что это поставило бы тебя под удар, а я этого не хотел. -Поставило бы меня под удар? - тихо переспрашиваю я. - Том, ты все это время играл в игру со своим бывшим боссом и даже не удосужился рассказать мне, что происходит? Я так сильно вдавливаю педаль газа в пол, что практически не чувствую ее. Город за стеклами автомобиля ускоряется и огни фонарей сливаются в яркие полосы. -Я все это время был пешкой в вашей игре, а ты даже не сказал мне об этом. Я рисковал своей жизнью, а ты, зная, кто на нас охотится, продолжал испытывать его терпение. Навигатор, не замолкая, указывает мне дорогу; я веду машину так быстро, что указания и предупреждения о поворотах следуют один за другим почти без паузы. -Ты все это время, с самого первого предупреждения, знал, что это он. Ведь так? Том молча кивает, закусывая губу. -И поэтому ты отказывался бросать? -Я был уверен, что он не решится. -Не решится на что? Выпустить в нас залп пуль? Что ты забрал у него? Он не оставлял нас в покое из-за того, что ты забрал. Что это? Том напряженно смотрит на меня в зеркальце заднего вида. -Что ты забрал у него, Том? - повторяю я. -Адам, - робко зовет меня Джей. Его испуганный взгляд прикован к спидометру, стрелка которого все ближе и ближе к максимальной отметке, но я не сбавляю скорости, а мои глаза почти тут же со спидометра перескакивают на зеркальце. Том продолжает молчать. Он так сильно закусил губу, что мне кажется, будто он вот-вот прокусит ее до крови. И несмотря на это, я повторяю, повышая голос. -Скажи мне, что ты забрал у него! -Надежду на нашу с тобой счастливую жизнь! - срывается он. Я так резко ударяю по тормозам, что нас бросает вперед. Краем глаза я замечаю, что Джей вцепился в сидение и испуганно смотрит на меня. -Выйди из машины, - сквозь зубы тихо говорю я. Том поднимает на меня в зеркальце взгляд, в котором я на долю секунды вижу удивление, но он тут же берет себя в руки. Его лицо превращается в знакомую мне непроницаемую маску; он открывает дверцу, выходит и громко захлопывает ее за собой. Я вцепляюсь в руль, чтобы не начать биться об него головой и рвать на себе волосы. Внутри такая буря, что каждую мышцу от напряжения сводит. -Адам, мы не можем бросить его посреди улицы в незнакомом городе! - встревоженно восклицает Джей и открывает дверцу со своей стороны. - Том, вернись в машину! Захлопнув дверцу, он поворачивается ко мне и ошарашенно смотрит на меня. -Что ты творишь? Скажи ему, чтобы он вернулся! Мы не можем бросить его здесь! -Тише, - произносит со стороны Джея саркастичный голос, заставив нас вздрогнуть. Я поворачиваю голову. Том стоит у машины, наклонившись к пассажирскому окну рядом с Джеем, и барабанит пальцами по дверце. -Не кричи, Джей, - говорит Том, пристально глядя на меня; его зрачки расширены и из-за этого глаза кажутся почти черными. - Не мешай Адаму надеяться, что я потеряюсь и никогда не вернусь. Правда же, милый? Я сжимаю зубы, чтобы не вцепиться в него. Он поджимает губы, словно заставляя себя замолчать, но, не выдержав, язвительно добавляет. -Увези его в отель, Джей. Он не будет долго страдать. Ему хватит очередной игрушки и новых "картонных" отношений. Я резко разжимаю пальцы, отпуская руль, распахиваю дверцу со своей стороны и вылетаю из машины, обходя ее чуть ли не бегом. Том выпрямляется и инстинктивно отступает от меня на шаг. -Ты хотя бы понимаешь, что ты несешь?! - взрываюсь я. - Я поехал через весь этот чертов город, чтобы вытащить тебя из лап этого маньяка, а ты готов отказаться от всего из-за каких-то своих глупых предрассудков и никчемных тайн! -Это ты считаешь их никчемными? - вспыхивает он. -А какого черта ты столько скрывал от меня? Ты с самого начала знал все это и по каким-то причинам умолчал! Я рисковал своей жизнью, играя в эти ваши глупые игры, а ты таскал меня из магазина в магазин! -Так бросил бы все это сразу! Кто мешал тебе? -Ты! Как я мог бросить это, когда ты просил и шантажировал? Я не мог бросить тебя, как ты не понимаешь? Всякий раз, когда ты оказывался на волосок от смерти, я продолжал тебя тянуть! И сейчас ты говоришь мне, что это все ничего не значит, потому что я могу забыть тебя с кем-то другим! И если все действительно так легко и ты ничего не значишь для меня, тогда зачем ты взял у меня то обещание, что я сам тебя убью? -Потому что ты должен был спасти себя и потому, что я уж точно не хотел умирать от их рук! - кричит он, глядя на меня. -Но хотел, чтобы я испачкал свои руки в крови человека, который ничего для меня не значит, да? Я осекаюсь, увидев, как искажается его лицо от боли, но тут же бросаю с новым приступом агрессии. -Если все так просто, то я мог спасти себя просто не приезжая сюда! А теперь спроси себя, зачем я потащился через весь город на безлюдные склады! Ярость плещется во мне буйным морем. С каждым словом я словно бы опустошаю себя, пытаюсь сделать себе легче... и не могу понять, получается ли. Мне кажется, я могу кричать на весь город - и это ничего не даст, а могу шепотом сказать ему прямо сейчас, что я люблю его - и это изменит все. -И зачем ты потащился? - со злостью спрашивает он, встряхивая головой так, что челка падает на его лицо, горящее гневом. - Спасать человека, которого сейчас готов убить? -Сядьте в машину оба! - рявкает Джей, высовываясь из пассажирского окна. - Вы своими криками полгорода перебудите! -Я не хочу убить тебя! Я лишь хочу понять, какого черта ты продолжаешь что-то скрывать от меня? И после всего этого ты хочешь между нами какого-то доверия? - спрашиваю я, глядя в темные глаза. - Хочу тебе напомнить, что, вступая в брак, люди клянутся друг другу не лгать. Уязвленный моими словами, Том сжимает зубы. -Я ничего от тебя уже не хочу! - бросает он. -Когда ты называл меня двуличным, ты не думал о том, что сам не лучше? Я хотя бы не скрывал от тебя то, что угрожало твоей жизни! -Это не двуличие! -Тогда почему ты не хочешь рассказать, что именно ты забрал у него? За какую такую проклятую вещь мы едва не поплатились жизнью три раза? -Я забрал у него доказательства того, чем он занимается! - кричит Том, сжимая руки в кулаки. - Я хотел сдать его полиции и жить с тобой спокойно, потому что я знал, что он не отстанет от меня, где бы я ни был и чем бы ни занимался! Слова, которые я собирался сказать ему, застревают в горле. Я смотрю на Тома, пытаясь понять, что он сказал, и уложить это в общую картину своего видения ситуации, которая вдруг разбивается на мелкие осколки. Такое ощущение, что если я попробую восстановить ее, то порежусь. Том облизывает губы и переводит дыхание, глядя на меня. -Почему ты не хочешь понять, что все, что я делаю, я делаю из-за тебя и для тебя? - спрашивает он. И мое оцепенение будто срывает. -И скрывал это все ты тоже для меня?! - снова повышаю я голос. -Сядьте в машину! - повторяет Джей. -А ты хотел, чтобы я тебе сразу рассказал, что у меня была связь с сыном человека, который угрожал нам, а я некоторое время еще и работал с ним? И ты считаешь, что после всего этого, между нами могли бы сложится хоть какие-то отношения? -Том, черт возьми! Нервы сдают; я, не чувствуя себя от бешенства, резко ударяю кулаком по крыше машины. Джей отдергивается от окна; болевые рецепторы костяшек пальцев поднимают тревогу, но я игнорирую это, когда поворачиваюсь к Тому; он вздрагивает и зажмуривается, словно боится, что я и его ударю. -Я бы простил тебе все это! - кричу я. - Я бы простил тебя, если бы ты сказал! Потому что я, черт тебя подери, полюбил тебя с первого дня, с первого чертового дня, и я не смог бы тебя отпустить, убей ты хоть тысячу человек! Как ты не понимаешь этого? И неужели ты считаешь, что скрывать это было лучше, чем рассказать мне? Мы едва не погибли! Ты и я! Он открывает глаза. -Ты же слышал, что говорил Дэвид! - кричит он, поднимая на меня взгляд. - Что я бы не смог рассказать тебе это, потому что я не хотел, чтобы ты думал обо мне, как о конченном человеке! Ты не понимаешь: я добровольно работал с ним! -Не самое лучшее время, чтобы думать о нравственности, Том, черт! Ты скрыл правду, из-за которой мы едва не погибли, и тебя волнует, что бы я о тебе подумал?! Ты в своем уме?! А тебя не волнует, что я думаю о тебе сейчас? Зачем ты скрывал это? -Я должен был отомстить ему! Должен был показать, что он не мог так поступать со мной! Он отправил меня за решетку и я собирался отплатить ему тем же! -Ценой моей жизни, ты хотел ему отомстить, дорогой?! -Он бы не оставил нас в покое, если бы я не сделал это! Посмотри на меня, Адам, посмотри! Он делает несколько быстрых шагов ко мне, подходя вплотную, и берет мое лицо в свои ладони, заставляя взглянуть на себя. Я вижу его бледные губы, белую кожу и блестящие глаза; я вижу его, словно бы насквозь; будто бы не было между нами всего этого непонимания и тайн; этих пуль, смертей и усталости... -Посмотри на меня, - повторяет он чуть тише; его глаза словно гипнотизируют меня. - Посмотри внимательно. Да, я лгал тебе и не сказал, кто преследует нас, но разве это перечеркивает все те клятвы, которые я дал тебе? Все, что я говорил тебе, что я делал для тебя? Время, которое мы провели вместе? Неужели это перечеркивает все, что было между нами? Я смотрю в его глаза; я спрашиваю свое тело, что оно чувствует от его прикосновений; я глубоко вдыхаю холодный ночной воздух, убеждая себя в том, что я жив, жизнь продолжается и в это время спят люди, которые были на концерте и видели меня рядом с Томом; видели эту якобы игру; будто она придумана для них... А ведь на самом деле из придуманного там - только наши лживые статусы "одиночки" и "помолвленного". "Нехватка времени" и "невеста"; то, чего они не могут видеть, они принимают за правду, в то время как настоящие действия разворачиваются у них на глазах. Они ни о чем не подозревают сейчас. Что мы стоим посреди пустой дороги, где медленно светает, и разрушаем то, что месяцами возводили. Что холодные пальцы их любимого, всегда уверенного в себе гитариста дрожат, потому что он прикасается к их любимому певцу, который срывает голос, обвиняя его во лжи и нарушенных клятвах. -Да, - наконец отвечаю я, уверенно глядя в его глаза. Он моргает; мой ответ медленно расставляет все по полочкам в его голове. -Что ты сказал? - переспрашивает он, настороженно глядя на меня, надеясь, что ему послышалось. -Да, перечеркивает, - говорю я. - Потому что из-за твоей лжи нас чуть не убили. Считай, что со всеми просьбами и уверениями ты сейчас обращаешься к трупу. Потому что я уже трижды мертв. Я отталкиваю его руки от себя и отворачиваюсь, краем глаза замечая, что Джей почти не двигается, уставившись в одну точку на приборной панели. Я сожалею, что ему пришлось стать свидетелем такой интимной сцены, но нам нужно было расставить все точки сейчас, и он просто не вовремя оказался рядом. Том продолжает смотреть на меня; я чувствую его взгляд на себе, но игнорирую его. Я пытаюсь предугадать собственную реакцию, если сейчас все дойдет до того, что мы расстанемся прямо здесь и сейчас, он уйдет из группы, и я никогда больше его не увижу. -Ты не можешь позволить этому закончиться, - тихо говорит Том, словно читая мои мысли. - Я - никто без тебя. Возможно, у тебя будет все, но у тебя никогда больше не будет меня. А мы - ничто друг без друга. Какой будет твоя жизнь без меня? Я кладу руки на крышу автомобиля и прижимаюсь к холодному корпусу лбом, надеясь, что это поможет заморозить мои мысли, чтобы они не кружились таким бешеным ураганом в голове. -Ты сам говорил, - продолжает Том, - что мы живем друг для друга. Ты - для меня, я - для тебя. Ты не можешь просто забыть эти слова, словно их никогда не было. Я вспоминаю свои мысли по пути к складу: о том, что он был рожден моим и мы всегда должны быть вместе, даже если для этого придется умереть. Ощущение такое, будто это происходило со мной тысячу лет назад в параллельной вселенной, а не этой ночью, на окраине Копенгагена. Я вспоминаю свои мысли и чувства в тот момент: боязнь, что я опоздаю; тревога, что все может закончиться плохо; уверенность, что я всегда буду рядом с ним... А потом в моей голове звучит издевательский голос Дэвида Брауна: "Должно быть, он не хотел рассказывать о своем прошлом, чтобы казаться достойным Вас. Казаться хотя бы Вам". -Ты можешь обманывать меня, когда говоришь, что это все перечеркивает; эта ложь ни в какое сравнение с тем, что я тебе не договаривал, не идет. Но ты не можешь лгать себе, а я знаю, что это ты сейчас и пытаешься сделать. Я открываю глаза и поворачиваю голову, в упор глядя на него. Несколько секунд Том не двигается, скрестив руки на груди, а потом раздвигает разодранную рубашку, обнажая свое тело, и я непроизвольно сжимаю зубы: белоснежная кожа испещрена жуткими, кровоточащими царапинами и синяками. -Меня уже затыкали и не раз. Я просто прошу тебя дать мне объясниться, - тихо произносит Том, глядя на меня. Я поднимаю взгляд и внимательно смотрю в его лицо. -Откуда ты знаешь, что именно я сейчас чувствую? - сухо спрашиваю я. Он поджимает губы, но тихо отвечает. -Потому что ты мой. Твои чувства - это мои чувства. И несмотря на все это, я ничего не ощущаю. Ни гнева, ни ярости, ни бешенства - ничего. Либо усталость окончательно взяла верх надо мной, либо его тихий голос, чувственный шепот которого из многочисленных безумных ночей еще стоит в моих ушах и обитает под моей кожей, так действует на меня. Потому что у него всегда была власть надо мной. И в том, что он сейчас говорит, есть - и очень немаленькая - доля правды. Нет ни чувств, ни мыслей; только дикое животное желание - снова ощутить его в моих объятиях. Напомнить себе, каково это - мой контроль над его телом; его обезумевший от наслаждения взгляд; его вкус на кончике моего языка... Я резко выпрямляюсь и замечаю легкую настороженность в его глазах, словно я - дикий зверь, который может наброситься на него, беззащитную жертву, и растерзать... В несколько шагов я сокращаю расстояние между нами; Том инстинктивно отклоняется от меня корпусом, но не успевает отступить, потому что я, как бывало на концертах, резко хватаю его за горло и притягиваю к себе, грубо целуя в губы. Раскрывая их в дикой ярости, я одной рукой обвиваю его талию, а вторую руку кладу ему на затылок, цепко хватая его за волосы, и пытаюсь добиться ответа, притягивая его к себе максимально близко. На несколько секунд он замирает, не двигаясь, но потом покорно раскрывает губы, поддаваясь, и глубоко вдыхая; его пальцы взлохмачивают мои волосы, опускаются по моему лицу, слегка поглаживая скулы и щеки, касаются шеи и бессознательно сжимают мою концертную рубашку. Не встречая сопротивления, я отпускаю его волосы и кладу ладонь между его лопатками, чтобы он даже через тонкую рубашку, пропитавшуюся его кровью, ощутил жар моей кожи. Он обнимает меня одной рукой и прижимается ко мне; его мягкие губы и раззадоривают мой жуткий аппетит, и успокаивают, потому что, несмотря ни на что, мы живы, и запах его кожи, смешиваясь с прохладным ночным воздухом, опьяняет, напоминая о свободе. Я с трудом отстраняюсь и прислоняюсь лбом к его лбу, сбивчиво дыша. Мы смотрим друг на друга и начинаем смеяться. -Это значит "ты прощен"? - тихо спрашивает Том, сквозь смех. -Это значит "знал бы ты, как я тебя ненавижу", - отвечаю я. Его губы, чуть дрогнув, растягиваются в моей любимой улыбке. Даже мое сердце не выдерживает, замирает. -Могу представить, - бормочет он. Со стороны машины раздается смущенное покашливание, и мы поворачиваемся; я обнимаю Тома за талию, а он льнет ко мне, кладя голову мне на грудь. -Может, мы уже поедем в отель? - спрашивает Джей. - Вы уже поорали на всю улицу, не хватало еще прямо здесь помириться. -А ты бы и рад посмотреть, - поддеваю я, нехотя разрывая объятия. -Я бы не против, - Джей задумчиво пожимает плечами; от мысли, что он нас сейчас представляет, меня передергивает, и Джей, заметив это, поспешно добавляет. - Но я видел, сколько тел ты оставил после себя на складе, и я бы не хотел быть среди них! Я приглашающе открываю Тому дверцу и он садится в машину, не пристегиваясь. -Зря мы пистолет Дэвида бросили возле его тела, - нарочито громко говорю я, наклоняясь к Тому и улыбаясь ему. - Сейчас бы пригодился. Джей скрещивает руки на груди и закатывает глаза.