Печаль в Крипипасте: Призраки прошлого.

POV. Автор Предательство — это самое страшное, что может случиться между людьми. Оно знаменует гибель близости и доверия. Человек, решившийся на предательство, сознательно вонзает вам нож в спину. Ведь мы не говорим о предательстве от посторонних людей, предать может только близкий человек… Pov. Аня Меня не касается все это. Он сам решает, как ему жить, так что мешать ему я не стану. Может быть, когда-нибудь потом он поймет, что все это ему не нужно. — Думаю, нам стоит уйти куда-нибудь, — тихо сказала я и встала с места. Подняв голову, я уставилась на облака. — Что ты делаешь? — с насмешкой в голосе спросил меня Михаил. — Пытаюсь разглядеть смысл жизни. Я не знаю, для чего живу. — Глупости опять какие-то говоришь. Ты живёшь ради меня. Как говорится: родись, страдай, умри и в рай, — ого… — Опять разбираешь песни Фейса на цитаты? — он кивнул, и я слегка улыбнулась. Я закрыла лицо руками и такая тупо ааа!.. И злоба вышла. — Наркоман здесь я, а приходы ловишь ты? А ну-ка, отдай! — сказал он, и я спокойно посмотрела на него. — Мы можем куда-нибудь уже уйти? — Куда? Нам с тобой никуда ведь не нужно. — В этом и вся проблема. Нам никуда не нужно, — он нахмурился и встал с места. — На философию вдруг проперло? Ты все же чем-то закинулась. — Единственное, что я могу закинуть, так это петлю на шею. Не неси ерунды, откуда у меня наркотики? — он пожал плечами, и мы двинулись дальше. Перейдя дорогу, мы остановились и уставились на огромный памятник Ленину. Здоровенный… — Почему какие-то ребята следят за нами? — спросил Миша и в открытую уставился на прислуг Лысого. Главное - чтобы они молчали и не выводили Михаила из себя. Я точно так же развернулась. — Вызови полицию, если тебя что-то не устраивает. — Или могу просто сломать кому-нибудь из них нос. — У этого парня пистолет. Он застрелит тебя быстрее, чем ты успеешь замахнуться, — Миша взглянул на меня с удивлением в глазах. Наркоман чуть прищурился. — А у его друга нож, так что он просто перережет тебе горло, — говорю все это, потому что уже плевать, что они там подумают. — Как ты… — начал Миша, но я его перебила. — А ты все ещё не заметил, что оружие видно? Странно… — сказала я и опять уставилась на памятник. — Тут недалеко МВД, пошли туда сходим? — Ты уверен, что нужно идти в МВД? Нас ведь туда не пустят. — Меня пропустят, так что пошли, — ага, пустят его… Кому он там сдался вообще? Наркоман и Худи переглянулись и… И исчезли. Наконец-то, блин! Но Миша, видимо, все равно решил затащить меня в это МВД, которое я всегда старалась обходить стороной. Мы с ним шли быстрым шагом, чтобы как можно скорее добраться до нужного нам места. У кафе, в котором мы сидели, ходили медики и многоуважаемые полицейские. — Это он! Избил бедных ребят и ушёл, — сказал охранник, который вместо того, чтобы остановить Михаила, просто выгнал его на улицу. Миша был спокоен. Товарищи менты подошли к нам и пожали моему другу руку. — Ты зачем парней тех избил? — Первые ведь полезли. Перешли на оскорбления, а затем толкаться начали. — Ладно, запишем как самооборону. Как жизнь молодая? — почему эти мужики так с ним разговаривают? Я чего-то не знаю, да? — Учусь, барменом подрабатываю. Сами как? Как служба проходит? — Тоже неплохо. Жара в этих костюмах такая, что сдохнуть проще. Мама твоя в курсе, что ты подрался? — Как раз иду ей все рассказывать. Бывайте, — сказал он, и мы пошли дальше. У него мама в МВД работает? А… Почему он мне не говорил ничего? Я немного удивилась тому, что он сказал. — Можно чуть подробнее, начиная с того момента, что твоя мама работает в МВД? — он улыбнулся и почесал макушку. — Ну, работает она там, да. — А почему ничего не рассказывал мне? — Ты не спрашивала. И я не думал, что тебе будет это интересно. — Ну ты, конечно, да… Я с ней знакома уже два года, но только сейчас узнала, кем она работает. Он ничего больше не сказал за все то время, пока мы шли. Да и я молчала, смотря под ноги, стараясь не раздавить какой-нибудь микроорганизм. И вот стоим перед этим заданием, а на улице стоят пара ребят и курят. Менты тоже люди? Миша зашёл в какую-то будку, через которую, предъявив документы, можно было пройти дальше. — Да, да. Сообщите, что пришел ее сын. С невестой, ага, — чаво? И тут я уже не поняла. С какой ещё невестой? Совсем попутал? Нас пропустили, и мы оказались на первом этаже. А тут все в форме ходят с погонами… Я наконец-то сняла джинсовку, так как в здании было довольно душно и становилось жарко. — Я тебе не невеста, — серьезно сказала я и начала оглядываться. — И без тебя знаю. По-другому тебя бы не пропустили сюда, — с Михаилом здоровались практически все сотрудники, и он здоровался в ответ. Прошло пять минут, и к нам подошла его мама. Статная женщина с темными убранными волосами, строгими чертами лица и карими большими глазами. Тем не менее, не смотря на ее строгий внешний вид, она обняла Михаила и меня в том числе. И тут я заметила звёзды на ее погонах… Две крупные звезды… — Смотрю, мой все руки тебе разрисовал? — спросила она и слегка улыбнулась. Я начала нервничать. — Так точно, товарищ подполковник, — она удивилась, а затем усмехнулась. — Можно просто тетя Оля, по званию обращаться не обязательно, — я кивнула, и она улыбнулась. Она перевела взгляд на своего сына, и улыбка с ее лица пропала. — Ну что, зачем пришел? И вообще, что значит это твое «номером ошиблись»? — Да там это… Проблемы у нас кое-какие, — она взглянула на меня, а после вновь на своего сына. — Финансовые? Или что-то посерьёзнее? — С деньгами тоже сейчас сложно, но есть проблемы и поважнее. За нами следят какие-то люди. У них с собой оружие. — Напишите заявление в полицию, и вам помогут. — Нам не помогают. Ее бывшего те парни чуть не убили, он сейчас лежит в больнице, — сказал Михаил. — Да, я вкусе. Сочувствую, — сказала она мне. — Не стоит, он живучий… — начала я, но Миша меня перебил. — И, как видишь, нам никто не помогает. — Это дело сейчас находится на рассмотрении, так что просто нужно подождать пару дней. Ваше заявление не единственное в городе, — ну, она так-то по делу все говорит. — Ладно… Зачем ты мне звонила? — Мне сообщили, что ты избил каких-то ребят в кафе и какого-то мужчину в подземном переходе. И я требую объяснений в своем кабинете, — блин… Миша устало вздохнул, и мы пошли следом за его мамой. Оказавшись в кабинете, мы сели на стулья, и нам даже принесли чай с печеньем. Мило с ее стороны… — Можешь начинать. — Ну… Из-за всей этой ситуации с преследованием я, кажется, немного вспылил. Будем честными, они сами нарвались, — его мама молчала, а затем взглянула на меня. — Это правда? — обратилась она ко мне, и я даже вздрогнула. — Не совсем. — Твоя «невестка» говорит, что это неправда, — Миша под столом наступил мне на ногу. — Ну… Я попросил выключить музыку, но меня послали куда подальше и начали угрожать, — и после этих слов его мама вновь перевела на меня свой взгляд. Буду говорить правду, а то посадят ещё меня. — Неправда, — сказала я, и Миша посмотрел на меня взглядом, наполненным ненавистью. — Вот как? Хорошо, тогда расскажи, как все было, — сказал он и скрестил руки на груди. Ну и расскажу, мне-то за это ничего не будет. — Мы сидели в кафе, где кто-то заказал корейскую музыку. Миша начал злиться и заорал, чтобы музыку выключили. А затем он подошёл к каким-то детям, за которых заступился парень наших лет, и он полез в драку. Их выгнали на улицу, и на Мишу накинулись ещё два человека. Ну, он их и покрошил немножко… — А про подземный переход? — Не знаю, драка произошла в мужском туалете, — она кивнула и посмотрела на Мишу. — Да мам, она врёт! Кому ты вообще веришь? Своему любимому сыну или ей? — Ане верится сильнее, чем тебе. — Вот как, да? Променяла сына на дочь? Такого я от родной матери не ожидал… — кажется, он обиделся. — Прекрати устраивать детский сад, — но Миша продолжал дуться, и я уже начала чувствовать себя неловко, так как атмосфера тут была не очень. Энергетика плохая! — Хорошо, я постараюсь поторопить их. Вы пока можете составить фоторобот, — она встала и вышла из кабинета. Что-то я ничего не понимаю. Миша ехидно улыбнулся и включил компьютер. Что-то он там делал, пока я разглядывала стену и пила чаёк. Всю жизнь могла бы спокойно сидеть дома, пить чай, думать обо всем подряд и пялиться в стену, а не вот это вот все. — Посидим здесь пару часов, а потом пойдем, — сказал Миша и взглянул на меня. Я все так же продолжала смотреть в стену задумчивым взглядом. — Ага… — Посмотри, похож? Ты с ним намного больше времени провела, — я взглянула на экран. Что за урод? Кто это вообще? — Это ты кого так изуродовал? Тима или Алекса? — А… Ты их уже по именам называешь? — он нахмурился, но было уже как-то плевать на это. — Это тот, с кем ты не прочь была бы… — Заткнись, — строгим голосом сказала я, и он замолчал. Я исправила все ошибки, и теперь это была точная копия Наркомана. — Ты даже помнишь родинки на его лице? Да ты и правда в него… — Я сказала, заткнись, — он улыбнулся. — Влюбилась? Боже мой, да он же такой жалкий. — Я не влюбилась в него. Меня раздражает то, что ты так часто говоришь про него. — А чего бы мне и не поговорить об этом? Ты же хотела с ним переспать? — Нет! Хватит говорить об этом, пожалуйста. — Почему? — Потому что он когда-то был моим хорошим другом, и мне неприятно слушать все эти оскорбления в его адрес от тебя. — Вот именно, но теперь вы не друзья. — Ты его не знаешь, так что не суди о книге по обложке. — Уверен, содержание тоже с гнильцой. А что насчёт второго парня? Ты с ним даже на свидание ходила. — Я не хочу говорить с тобой об этих ребятах. Я вообще не хочу говорить о них, так что прекрати спрашивать меня, — я составила фоторобот Худи и села на свое место. Симпатичные так-то ребята. Миша все смотрел на меня, прищурившись, словно начал что-то подозревать. — Если ты хочешь вернуться с ними в то место, то пожалуйста, — я устало вздохнула и посмотрела на него. — Одно мне непонятно, ну вот почему ты все ещё относишься к ним как к своим друзьям? — Да потому что я привязываюсь к людям, и мне тяжело забыть их. Теперь понял? Вот и заткнись, окей? — он больше ничего мне не говорил. Составив фотороботы этих маньяков, мы продолжили сидеть в абсолютной тишине минут семь. — А я волшебник, ты знала? — сказал мне Михаил и начал кивать головой. Ой, как же он иногда меня бесит своим поведением. Вот он нормальный, нормальный, а потом БАЦ! И его словно кто-то подменяет, он начинает нести какой-то бред и шутить постоянно. А потом БАЦ! И он начинает заебывать вопросами, доводить меня… — Могу погадать по руке. Хочешь? — лично я думаю, что у Миши есть три личности. Первая личность спокойная, рассудительная и приятная в общении. Вторая - агрессивная, надоедливая личность, которая любит докапываться до мелочей и выводить людей из себя. А третья - веселая личность, которая несёт бред, шутит и часто перебивает. И вот сейчас он включил третью… — Сим-салабим, вижу, что ты выйдешь замуж… За Наркомана, так как ты не прочь переспать с ним, — а! Ну все, он меня достал! Сидит, смеётся как идиот! — Я тебя, нахуй, сейчас убью, колдун ебаный! — накричала я на него, но он продолжал смеяться. Я ударила его в плечо, он серьезно посмотрел на меня и ударил в ответ. Несильно, правда. — Да ты достал! — сказала я и повалила его на пол прямо со стула. Он продолжал нелепо посмеиваться. — Так смешно, когда ты злишься на меня, — смешно ему? СМЕШНО ЕМУ? И тут дверь в кабинет открывается, и входит тетя Оля, которая явно удивлена происходящим. Миша принял сидячее положение и обнял меня, что взбесило меня ещё сильнее. — Вижу, вы составили фотороботы. Отлично, тогда сообщу об этом полиции, пусть начинают искать их, — мы встали с пола, и Миша сел на стул, а я подальше от него, на диванчик. Пришло оповещение о выходе новой главы, и я начала читать. Последнее написано было то, что я повалила Мишу на пол. Классно, блин… Я подошла к окну и опять заметила этих идиотов. А они, кажется, заметили меня, так как начали двигаться в сторону забора, смотря в то самое окно. — Они опять пришли, — сказала я, и Миша с мамой уставились в окно. — Отлично, сейчас и проведем задержание, — сказала тетя Оля и, позвонив кому-то, сказала, чтобы они задержали парней, что стоят у ворот. Что-то голова раскалывается… — Все нормально? — спросил Миша и положил мне руку на плечо. В этот самый момент все исчезло, но через пару секунд вновь появилось. Нет… Только не это… Прошу, только не вновь! Я начала оглядываться в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы помочь мне. Верхушки разнообразных елей и сосен устремлены высоко вверх, они практически полностью загораживают лучи солнца, поэтому почва в этом лесу сырая. Земля покрыта опавшими иголками и переплетениями корней, так что бежать будет не так-то просто. В этом лесу царит могильная тишина, и встретить здесь живое существо, помимо птицы, — удивительная редкость. Не считая того оленя, который постоянно делает мою жизнь хуже. Нет ни телефона, ни каких-либо вещей. Как мне найти помощь? Я не знаю, куда мне нужно бежать. — Нет… Нет, нет, нет, — говорила я дрожащим от страха голосом. Услышав, как за моей спиной кто-то перезарядил пистолет, я застыла и даже дышать перестала. — Я застрелю тебя, если попытаешься сбежать, — застрелит? Я развернулась и увидела Тима, что стоял в двух метрах от меня с направленным в мою сторону пистолетом. — Отпусти меня… — сказала я, и по щекам потекли слезы. Я, наверное, выгляжу сейчас такой жалкой, умоляя его пощадить меня, но другого выбора, увы, нет. Смотрю на него так, словно он - последняя моя надежда на спасение. — Пожалуйста… — из-за маски на нем я не могла понять, что он сейчас испытывает. Но по тому, как он напрягся, можно было понять, что то, что Тим сейчас делает, он делать не хочет. Мое дыхание участилось, и сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Вся надежда на него… — Прости, — сказал он, и вновь темнота. Тьма и больше ничего. Ужасное чувство… Животный страх, смешанный с желанием поскорее спрятаться где-нибудь и переждать все это. Но, видимо, они найдут меня везде…