Вспомнить все

— Да кто же это черт возьми! — громкий вскрик отчаяния разрывает тишину квартиры, заставляя обладательницу этого голоса резко подняться с кровати. — Кто же ты такой, и кто такая эта Флора… На часах было три часа ночи, когда девушка резко вскочила в кровати. Тот сон, которые мучал ее последние ночи, наконец выстроился в определенную картину, хотя она все никак не могла дослушать то, что же скажет тот незнакомец. У нее было полное ощущение, будто она сама проживает все то, что чувствует эта Флора, но это же бред! Как это может быть возможно? Свесив ноги на пол, Эви медленно встала и поплелась на кухню, где взяла бутылку минералки. Ледяная жидкость неприятно обожгла горло, заставляя зажмуриться, но это все равно не помешало ей сделать еще несколько глотков. Постав полупустую бутылку на столешницу, русоволосая подошла к окну и взглянула на огни ночного города. Эви Уилсон считала себя совершенно обычной девушкой, у которой была совершенно обычная, скучная жизнь, но сейчас, когда в ее жизни появились эти сны, старые раны вновь закровоточили. Сначала ей показалось, что эти сны — прошлое, которое она все никак не могла вспомнить, но потом ее ожидания рассыпались, как карточный домик. Во сне к ней обращались как к Флоре, да и вообще все происходящее было больше похоже на какой-то бред. Сейчас Эви с замирание сердца вспоминает, как восстанавливала свою жизнь по кусочкам. Первое, самое яркое воспоминание, это белый потолок больницы и заключение врача о том, что у неё амнезия. Родственников она так и не нашла, как и вообще кого-либо, кто ее бы знал. Но все же за эти четыре года русоволосая смогла выстроить свою жизнь заново, хотя такие нужные воспоминания и не появлялись в ее сознании. Она работала в обычном цветочном магазине. С хозяйкой у нее сразу сложились хорошие отношения. Она признала в девушке дочь, которой у нее не было, и те очень сблизились. В жизни девушки миссис Паркер была одной из немногих, кому Эви могла реально довериться и поделиться душевными невзгодами. Но, как говорится, беда не приходит одна и через некоторое время женщина скончалась, оставив свой небольшой бизнес девушке. Так, больше у нее и никого не осталось, разве что… — Мама, почему ты не спишь? — В дверях показался маленький мальчик, которому от силы можно было дать пару лет. Не смотря на свой возраст, он был достаточно смышлен и всегда чувствовал состояние матери. А эти голубые, яркие глаза всегда смотрели в душу, будто пытаясь понять что-то. — Прости, малыш. Я разбудила тебя, — Эви подошла к мальчику, устало улыбнувшись, после чего взяла на руки и понесла в его комнату. — Маме приснился плохой сон, но все хорошо. Положив мальчугана в кроватку, девушка тихо запела, поглаживая его по волосам. Кристофер был единственным напоминанием о ее прошлом. В тот день, когда она пришла в себя в больнице, оказалось, что она уже была на третьем месяце беременности. Первой мыслью, которая посетила девушку, был аборт, но когда она, одинокая и отчаявшаяся, встретилась с миссис Паркер, та отговорила ее и сказала, что поможет. И, пожалуй, это было самым лучшим решением за всю ее жизнь, ведь теперь Эви просто не представляет свою жизнь без этого озорного, милого малыша, который скрашивает ее жизнь. Вскоре Крис засопел, и девушка выдохнула, после чего аккуратно поцеловала мальчика в лоб и вышла в гостиную. Теперь большое пространство квартиры давило и не давало нормально вздохнуть. С каждым днем, с каждым новым сном ей все больше хотелось узнать о своем прошлом, найти своих родных, узнать, в конце-концов, об отце ребенка, но оставалось лишь больше загадок. Внезапно по квартире разнесся тихий перезвон. Кто-то пришел. Быстро заглянув в комнату сына и убедившись, что тот не проснулся, Эви быстро пошла к двери, намереваясь высказать все тому, кто пришел в такой поздний час. — Вы смотрели на часы…? — она запнулась. Напротив нее стояла истощенная, бледная девушка. Рыжие волосы спутались и напоминали большое воронье гнездо, на ней были надеты лишь потертые джинсы и майка, хотя на календаре был месяц Январь, а руки и лицо покрывали ссадины. — Флора… — тихий шепот, который проник в самую душу и заставил волосы встать дыбом. — Помоги мне…